# "Ищите честных людей, остальное все приложится"...

Анатолий Иванович Каменев

Каменев Анатолий Иванович"Ищите честных людей, остальное все приложится"...Создан: 23/04/2013, изменен: 23/04/2013, 35kФрагмент: Политика============================================================

"Ищите честных людей, остальное все приложится"...

ИТОРИРИЯ ГОСУДАРСТВА РОССИЙСКОГО

Мысли на будущее...

Александр Македонский перед Диогеном.

1787 Тупылев И. Ф.

Александр: -- Проси у меня что хочешь!

Диоген: -- Не заслоняй мне солнца!

От Плутарха известно, что, находясь в Азии, Александр Македонский узнал, что Аристотель обнародовал в книгах некоторые из своих учений, которые он преподносил только ему.

Тогда он написал своему учителю раздраженное письмо, текст которого гласит:

"Александр Аристотелю желает благополучия!

Ты поступил неправильно, обнародовав учения, предназначенные только для устного преподавания.

Чем же будем мы отличаться от остальных людей, если те самые учения, на которых мы были воспитаны, сделаются общим достоянием?

Я хотел бы превосходить других не только могуществом, сколько знаниями о высших предметах.

Будь здоров."

Вообще, принято считать, что существует некая "норма знаний", приличествующая (предназначенная) для определенного круга лиц; что излишняя образованность людей "подлых" званий лишь вредит общему порядку.

Верно, однако, то, что знание способно раскрыть глаза человеку и научить его видеть мир глубже, полнее и разностороннее.

Разве хуже станет мир, если современный учитель последует совету Монтень Монтеня (1533-1592)-француз кий писатель и философ-гуманист ):

"Пусть наставник расскажет своему питомцу, что означает:

-- знать и не знать;

-- какова цель познания;

-- что такое храбрость, воздержанность и справедливость;

-- в чем различие между жадностью и честолюбием, рабством и подчинением, распущенностью и свободой;

-- какие признаки позволяют распознать истинное и устойчивое довольство;

-- до каких пределов допустимо страшиться смерти, боли или бесчестия, какие пружины приводят нас в действие и каким образом в нас возникают столь разнообразные побуждения,

-- ибо я полагаю, что рассуждениями, долженствующими в первую очередь питать его ум, должны быть те, которые предназначены внести порядок в его нравы и чувства, научить его познавать самого себя, а также жить и умереть подобающим образом".

В командирской комнате.

Русско-японская война 1904-1905 гг.

Офицер не может быть политическим невеждой:

это слишком дорого обходится государству.

В подтверждение изложенному выводу можно было бы привести множество примеров из истории неудавшихся последних войн Российской империи.

Ограничимся некоторыми оценками уроков русско-японской (1904-1905 гг.) и 1-ой мировой войн.

Старший командный состав Русской армии после поражения в войне с Японией был глубоко потрясен и подавлен военной катастрофой: устои, казавшиеся незыблемыми, разрушились, переучиваться было поздно.

Русский военный гений жил и проявлял себя, где мог и как мог.

В то время, как средние и младшие начальники принялись за возрождение подорванной русской военной мощи, быстро и плодотворно проработав весь горький опыт потерянной кампании, старшие начальники заразились психологией уныния: в эту упадническую пору проявление творчества не ценилось людьми на творчество не способными.

Политическая и духовная болезнь высшего командования дала себя знать и в годы 1-ой мировой войны в целом ряде уродливых явления, о чем компетентно писал генерал В.Драгомиров:

-- "Не было лишено командование честолюбия и тщеславия, заставлявших преследовать цели, не имевшие военного значения, исключительно в видах заслужить расположение общественного мнения.

-- И чем меньше было действительных успехов, тем чаще преследовались подобные цели. Такие стремления вели к тому, что ценилась не доблесть, а успех.

-- Это развивало очень опасную тенденцию в армии гоняться за легким успехом, преувеличивать его, а при отсутствии даже прибегать к фальсификации...

-- Главное командование не умело различать преданных делу от преследовавших личные цели.

-- Оно ценило не доблесть, а успех.

-- За последним гнались преимущественно в его легких формах, ибо серьезный успех всегда связан с риском неудачи. При отсутствии успеха не останавливались перед его фальсификацией.

-- Ложь считалась дозволенной и на ней часто основывались репутации.

-- К имевшим мужество говорить горькую правду относились неблагосклонно".

Драгомиров В.

Подготовка Русской Армии к Великой войне. I. Подготовка командного состава.//Военный Сборник.- кн. IУ.- I923.- с. 112-113,118.

Сказанному есть вполне ясное объяснение, содержащееся в труде Дж.Дрэпера:

-- "Невежество и низменные интересы пользуются удобным случаем и налагают такое бремя на человека, что и тысячелетняя борьба не в состоянии справиться с ним.

-- Из всех обязанностей просвещенного правительства наиболее важною является обязанность вступить в союз с философией в критический момент, который переживается обществом, претерпевающий такой глубокий переворот в своих мнениях, какой происходит в том случае, когда отбрасывается старая религия и принимается новая; это самая важная из обязанностей правительства, потому что она тесно связана с тем, что переживает все временные интересы".

Дрэпер Дж.

История умственного развития Европы. 3-е изд. В 2-х т. - Киев-Харьков

К сказанному нужно добавить призыв М.Меньшикова:

"Ищите честных людей, остальное все приложится".

МЫ - СИЛЬНЫ "ЗАДНИМ УМОМ".

Пора бы обрести силу и мудрость в предвидении и правильной оценке военно-политической ситуации...

Вл. Соловьев никогда не был военным человеком.

Он был философом, причем философом религиозным.

Но ему, глубоко верующему человеку, открылась важная истина: "Пока каиновы чувства не исчезли из человеческого сердца, солдат и городовой будут не злом, а благом"...

К сожалению, суть сегодня дела не изменилась: офицерская профессия, если не оплевывается публично, то попирается гражданскими министрами и готовыми на скорую расправу "плацпарадными" генералами, способными в угоду зловредному мнению отдельных либералов и "демократов" "сдать с потрохами" любого стоящего офицера и генерала.

Печально видеть повторение прежних ошибок.

-- "Мы настойчиво отгоняли от себя кровавый призрак войны, стараясь поймать неуловимую тень вечного мира...

-- Вот где надо искать главную причину наших неудач...

-- А пока мы погружались в мирную нирвану, наши соседи беспрепятственно готовились к войне...

-- Вот если бы мы были твердо убеждены, что война, несмотря на свою отвратительную внешность, все же неизбежна, что к ней надо всегда быть готовым, то никакие войны нам не были бы страшны, хотя бы потому, что не были бы неожиданными, как теперь; тогда мы всякую неудачу встретили бы со светлым умом и бодрым духом, не было бы той растерянности в обществе, которая замечается теперь".

Эти строки были написаны Е. Васильевым уже после русско-японской войны.

Е. Васильев.

Война как общественное явление.// Военный сборник. -1906. - N3.

Суть политического образования офицерства в том, чтобы научить офицеров правильно понимать свою миссию в обществе, долг перед Отечеством, суть происходящих политических событий и непоколебимую верность законной власти.

Роль политического образования

офицерского корпуса обусловливается следующими обстоятельствами:

-- Армия является инструментом власти; душа армии - офицерский корпус - не может блуждать в политических потемках: он должен быть политически просвещен и сопричастен к тем государственным задачам, которые решает власть; офицер должен быть активным носителем государственной и национальной идеи

--

-- Политическая подготовка войны, политический аспект самой войны, требуют высокой политической квалификации не только высшего командного состава, но и рядового офицерства

--

-- Сама война, как сложное моральное, политическое, физическое и военное испытание требуют от офицера не только развитых стратегических и тактических навыков, но и умения управлять и направлять энергию масс на достижение победы; без правильной идеологии справиться с этой задачей невозможно.

--

-- Попытки политических партий использовать офицерство в борьбе за власть, требуют от офицеров не только политической бдительности и стойкости (к соблазнам и искушениям), но и высочайшей политической прозорливости, умения за действиями отдельных партий, групп и лиц видеть общее благо государства, не упускать из виду вопросы национальной безопасности.

--

-- Офицерство (не генералитет только) следует рассматривать, как важнейших резерв государственных людей.

Политическое образование офицерства включает целый ряд важнейших составляющих - прежде всего установку (взгляд, позицию, отношение) на принципиально важные в политическом и военном плане вопросы.

Союзники в Галлиполи.

Русско-турецкая война 1877-1878 гг.

Наши реалии - отношение к союзникам

Здесь, видимо, следует признать ряд реалий, которые, к сожалению, имели место, а именно:

-- Мы должны все время помнить, что окружены врагами и завистниками, что друзей у нас нет... Да нам их и не надо при условии стоять друг за друга. Не надо и союзников: лучшие из них предадут нас. - "У России только два союзника: ее Армия и Флот", - сказал Царь- Миротворец.

--

-- С кем Россия не заключит союз и как победоносно ни будет действовать в этом союзе, за нею останется лишь тот выигрыш, который она успеет совершенно закрепить во время войны.... Мы стоим одни, без надежды на снисхождение

--

-- Наша историческая сила в громадном сочувственном народонаселении, окружающем юго-западные пределы России. Наша слабость в том, что мы вчера лишь сознали своеродство с десятками миллионов пограничного населения и не только еще не овладели нравственно сочувственною стихиею, но едва начинаем понимать значение предстоящего нам нового, вероятно, последнего перелома в русской истории.

--

-- Выгода России - вот единственный критерий, которым следует руководствоваться в сношениях с иностранными державами.

Поучительна в этом плане деятельность Петра Великого: он выказывал себя лояльным союзником, не любил связывать себя заранее обещаниями и договорами, но раз дав слово, сдерживал его свято. Однако, лишь только Царь видел, если союзники совершенно не платят взаимностью и стремятся в действительности лишь эксплуатировать Россию, загребать жар русскими руками - он немедленно прерывал с ними все сношения.

-- Антон Антонович Керсновский (1905-1944), уникальный русский военный писатель. К нему, по убеждению его издателя П.Н. Рклицкого, приложимы слова Достоевского о Пушкине: "...явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа и пророческое"

-- Ростислав Андреевич Фадеев (28 марта 1824 -- 29 декабря 1883) -- известный российский военный историк, публицист, генерал-майор.

Все сказанное означает: нам следует надеяться на собственные силы, рассчитывать только на самих себя. Следовательно: источники военной мощи и духовной силы надо искать в своей стране, в неиссякаемом русском духовном достоянии.

Сражение под Красным

Петер фон Гесс (1792-1871).

Сражение под Красным (3- 6 ноября 1812) -- боевые действия под посёлком Красный (45 км к юго-западу от Смоленска.

Вторая реальность политического образования русского офицерства

Патриотизм, национальная гордость и

чувство национального достоинства.

Другими словами: всецелая и мощная опора на наш национальный компонент.

Издревле люди черпали вдохновение, силу и могущество в своей среде.

Так, греки почитали в Гомере основание своей духовной жизни, "образцом и началом, как океан для всех рек и источников"; он был кладезем национального сознания, из которого постоянно почерпало новые силы в борьбе с варварством; его произведения считались неисчерпаемым источником идей, воззрений на жизнь и природу, даже ученых познаний.

Национальный фактор вдохновил к великим переменам в военном искусстве времен Наполеона.

Боец идейный, совершенно противоположный бойцу без национальной идеи, без всякого идеала, движимому одной корыстью, привел к совершенно противоположным формам стратегии и тактики.

Полное доверие к бойцу есть основной мотив всего военного искусства эпохи революционных войн: отсюда возможность расчлененного боевого порядка, стремление к наступлению, чего раньше не было.

В войнах XIX века главной двигательной силой борьбы является национальное начало. Один только беглый взгляд на историю XIX столетия показывает, какое громадное значение для приведения в движение народных масс получает национальный принцип..

Опыт пережитых войны заставляет ныне все прогрессивные государства строить свою вооруженную силу на воспитании в подрастающем поколении чувства глубокого патриотизма.

Наш же, русский, опыт указывает нам, что мы нередко упускаем из вида наши национальные особенности, а потому не можем никогда ни воспользоваться преимуществами своего народа и страны, ни устранить некоторые недочеты.

Как любой другой народ, мы, русские, имеем свои национальные особенности - хорошие и плохие.

Нам надо знать о себе следующее:

-- У нас - первые движущие силы любовь и вера. Без любви русский человек становится лентяем и мотом, пассивно прозябающим существом; без веры - русский человек становится безразличным резонером, пустым и вредным разговорщиком.

--

-- Чтобы действовать, русский человек должен твердо поверить во что-нибудь, пусть - в ложное или дикое, хотя бы в то, что "всякая вера нелепа и всякая любовь вредна"; тогда из него выйдет, по крайней мере, активный нигилист или воинствующий безбожник.

--

-- Ум и воля приводятся у русского в движение любовью (или соответственно, ненавистью) и верою.

--

-- Поэтому русское национальное воспитание должно непременно обращаться к иррациональной глубине инстинкта, к страсти человека, к его живому и глубокому чувству, - чтобы разбудить чувствилище человека духовным содержанием, чтобы ранить, пленить, влюбить душу в Божественное, в Бога на небесах или в божественное обнаружение его на земле, а лучше всего - в оба эти предмета.

--

Мы, естественно, отдаем себе отчет в том, что приведенная характеристика неполна; но делаем это из одного побуждения - обозначить проблему для дальнейшего изучения и конкретизации.

Характер каждого народа тоже кладет свой отпечаток на его военное искусство и что пригодно для одного, может не годиться для другого народа.

Это часто забывается практиками военного дела. Наше военное искусство почти никогда не уступало западноевропейскому, а весьма часто шло впереди, давало направление, новые идеи в области тактики и стратегии, которые от нас воспринимались в Европе.

Применительно к военному делу, справедливо звучат и слова И.Ильина:

"...Механическое заимствование у других народов сулит нам добра меньше, чем когда-нибудь; и только те из нас, которые потеряли живое чувство России или, может быть, никогда не имели его, которые не видят, а, может быть, никогда не видели, ее своеобразную проблематику (духовную и религиозную, психологическую и национальную, политическую и хозяйственную) могут думать, что Россия спасется какой-нибудь слепою формою западничества".

Русская армия искони была школой русской патриотической верности, русской чести и стойкости.

Самое воинское звание и дело заставляет человека выпрямить хребет своей души, собрать свою распущенную особу, овладеть собою и сосредоточить свою выносливость и мужественность.

На нашей национальной почве возросли такие военные гении, как Петр Великий, Румянцев и Суворов, такие выдающиеся полководцы, как Кутузов и Скобелев, такие талантливые генералы, как Меньшиков, Вейсман, Репнин, Багратион, Гурко, Радецкий, Кондратенко и многие другие, и такие военные мыслители, как Леер и Драгомиров.

Эта блестящая плеяда русских деятелей оставила нам громадное богатство в области военного искусства, и их деяния представляют неисчерпаемый источник для уразумения истины и приобретения познаний в военном искусстве. Не нужно только этот чистый и могучий источник засорять чуждыми нам наслаждениями, способными лишь вопреки природе русского человека, водворять у нас господство формы и шаблона.

Ныне бороться за Россию и победить могут только люди, воспитавшие и закалившие в себе национальный духовный характер.

Особенности влияния национального фактора на людей и военное дело вызывают к жизни и практической реализации требований важнейшего принципа - принципа природосообразности.

Суть этого принципа: все развитие личности необходимо строить на базе и с учетом национальных, возрастных, физиологических и психологических особенностей, в естественных условиях и сообразно общим и индивидуальным законам развития человека.

Священник напутствует раненного.

Русско-японская война 1904--1905 гг.

Третий реальность политического воспитания офицерства

Духовное воспитание,

основанное на идеях (канонах) отечественной религии, патриотической культуры и объективной отечественной истории.

Вопросы религии чрезвычайно важны для государства. П.Режепо в своей "Статистике генералов" пишет:

"Я в этом случае безусловно согласен с Макиавелли, что распространение основ веры должно быть поставлено выше всех прочих государственных заслуг....

С точки зрения отвлеченной философии быть может все религии равны, но с точки зрения военной науки дело обстоит совершенно иначе.

Дело в том, что в большинстве случаев принадлежность к известной религии дает тон и политическим воззрениям"

Военная организация получает со стороны религии огромную поддержку - за полководцем стоит авторитет Бога; мужество воинов усиливается учением о загробном мире и воздаянии павшим в бою за "други своя".

Но духовное воспитание - это не только воспитание религиозное.

Это - воспитание духа, духовности, как средствами религии, так и посредством обращения к достижениям национальной культуры, национальной истории.

Недостаточность опыта мирного времени придает особое значение вековому опыту, занесенного на скрижали военной истории.

"Военная история играет огромную роль в образовательном и воспитательной отношении, как для нижних чинов и офицеров, так и для юношества, подготавливающегося к офицерскому званию. Изображенные в ней геройские подвиги, особенно отечественные, возвышают дух, воспитывают чувство долга и самоотверженности, вызывают желание им подражать",

- свидетельствует автор статьи "Военная история" в "Военной энциклопедии".

Роль духовной закалки офицера определяется двумя обстоятельствами: во-первых, сам офицер должен быть закален настолько, чтобы смог превозмочь все трудности походной и боевой жизни; во-вторых, он призван быть духовным наставником своих подчиненных.

Специфику же последнего, очень правильно подметил Е.Месснер:

"Священник, офицер, педагог, литератор, политик формируют душу народа. Отличие офицера от прочих четырех воспитателей состоит лишь в том, что те учат, как достойно жить для родины, а он учит, как достойно умирать за родину".

На помощь офицеру в этом трудном и необходимом деле должны были бы придти все институты государства: семья, школа, наука, культура, средства массовой информации, церковь и т.д.

Но...

"Нам, офицерам, не на кого надеяться в деле поднятия военного духа армии, - с горечью писал в 1910 г. В.Короткевич.

Откуда взялся такой пессимизм?

Почему от Армии отвернулась интеллигенция?

Австрийский генерал Бенедек обратился в 1860 году к войскам со следующими словами:

"Откуда исходят... затруднения, и кто противится успеху великого дела?

Извне - от враждебных правительств, от находящихся под их покровительством и без устали работающих революционеров все стран...

Изнутри - от адвокатов и докторов без практики, честолюбивых и алчных журналистов, недовольных профессоров и учителей..., от мелкого запутавшегося в долгах дворянства, для которого сам господь Бог не сумел бы написать желанной конституции, избавляющей от задолженности.

Только изменники, люди с нечистыми намерениями и часть так называемого интеллигентного пролетариата агитирует против нашей конституции..."

Если под влиянием Петра Великого создается целая литература в защиту военных реформы, произносятся проповеди политического характера, пишутся целые трактаты и проч., то в позднейшее время в русском обществе наблюдаются иные картины, явившиеся следствием так называемой партийности и доктринерства.

Суть проблемы образно и четко указал А.Керсновский:

"Русский "общественник" - все равно кто... - твердо верил в непогрешимость своих партийных догматов.

Вне партии для него ничего не существовало.

Не партия служила интересам страны, а страна должна была служить интересам партии.

Если программа расходилась со здравым смыслом, то виноват был здравый смысл и требования жизни. Партийная же программа при всех обстоятельствах оставалась непогрешимой.

Доктринерство общественности вытекало из ее неопытности в государственном строительстве. Все свои познания в этой области она черпала из иностранной парламентской практики, наивно считая западноевропейский парламентаризм верхом совершенства и мечтая подогнать пот те же образцы и Россию.

Во всеоружии своих теоретических познаний, передовая русская общественность сгорала властолюбием".

Партийность и доктринерство русский интеллигент распространил и на военную область.

В политизации офицеров русской армии различные партии видели возможность найти пути для воздействия на эту часть общества и армии с целью нейтрализации или привлечения части офицерского корпуса на свою сторону в революции.

Под особый прицел была взята группа влиятельных генералов: обманутые расчетливыми политиками военачальники сыграли роль позорную и жалкую.

Лично для себя они, правда, никакой выгоды не искали.

Возомнив себя "общественными деятелями", обрадованные возможностью примкнуть к элите общества и превратно понимая "благо" России, они изменили своему главному назначению - быть опорой законной власти.

Горе аристократии, если она забывает свое высокое призвание - быть светом миру и солью земли.

Эти слова М.Меньшикова не грех напоминать каждый раз русской интеллигенции, когда она вновь пытается "разыграть" в свою пользу "военную карту".

Мы не ставим целью в полной мере раскрыть указанную тему, а лишь на примере покажем пагубность конъюнктурных действий политиканства в военных вопросах.

Древние греки одевали дезертиров в постыдное платье, брили им половину головы и в таком виде выставляли в течение трех дней на торговой площади. За беглого спартанца, как человека бесчестного, не могла выйти замуж ни одна девушка.

Древние германцы вешали дезертиров на дереве как изменников, обрезали нос, уши, язык, выкалывали глаза.

В России со времени Петра Первого беглецов наказывали кнутом, шпицрутенами, ссылкой в каторгу, смертной казнью.

И всегда, и везде мирская и церковная мораль клеймила дезертирство несмываемым позором.

"Побойтесь бога, - заклинает читателей один из публицистов "Московских новостей", - кто готовится на нас напасть?"

Автор публикации в "Красной звезде" А.Хорев делает серьезный вывод: "так постепенно вершится самое, может быть, рискованное из всех возможных разоружений - морально-психологическое. А безоруженый, если и не дезертир, то все одно - плохой в поле воин...

Как следует относиться к пропаганде пацифизма?

Ответ на этот вопрос мы найдем у А.Куропаткина:

"... При необходимости существования постоянной русской армии и вероятности новых для нее боевых испытаний, все антимилитарные влияния, подрывающие дисциплину, уничтожающие воинственность и стремление к подвигу, подрывающие религиозность, любовь к Царю и Родине должны быть признаны гибельными для русского народа и русской армии".

См.: Головин Н.Н Исследование боя Исследование деятельности и свойств человека как бойца. СП б., I907.- с.39-40,49.

См.: Головин Н.Н. Предисловие к книге П.Н.Краснова "Душа армии". - В кн.: Душа армии. - М., 1997.- с.24,25.

См.: Кедрин С. Военная история, как один из главных источников прогресса военного дела. // Братская помощь. - I908.- N4. - с.42.

См.: Ильин И.А. Творческая идея нашего будущего. Об основах духовного характера: публичная речь, произнесенная в 1934 году в Риге, Берлине, Белграде и Праге. - СП б., 1993.- с.19.

См.: Михневич Н.П. Основы русского военного искусства. Сравнительный очерк состояния военного искусства в России и Западной Европе в важнейшие исторические эпохи. - СП б., 1898. - с.5,6.

Ильин И.А. Творческая идея нашего будущего. Об основах духовного характера: публичная речь, произнесенная в 1934 году в Риге, Берлине, Белграде и Праге. - СП б., 1993.- с.4.

См.: Баивов А. Национальные черты русского военного искусства в романовский период нашей истории. - СП б., 1913.- с.30,31.

См.: Ильин И.А. Творческая идея нашего будущего. Об основах духовного характера: публичная речь, произнесенная в 1934 году в Риге, Берлине, Белграде и Праге. - СП б., 1993. - с.8.

См.: Режепо П. Статистика генералов. - СП б., 1903.- с.19.

Еще в приказе на смотре войскам 26 июня 1653 г. отмечалось, что "больше сея любви несть, да кто душу свою положит за други своя, и аще кто, воинствуя...за православную веру... небесного царства и вечной благодати сподобится". - См.: Волков С.В. Русский офицерский корпус. - М.: Воениздат, 1993.- с.286.

История военная. В кн.: Военная энциклопедия // Под ред. В.Ф. Новицкого. - т.II.- СП б., I9II -с.110.

Месснер Е. Современные офицеры.-Буэнос-Айрес,I96I.- с.29.

Короткевич В Армия и миролюбие // Офицерская жизнь. - I9I0.- N249.- с.2237.

Бенедек, начальник Австрийского генштаба в 1860-1864 гг.

Дельбрюк Г. Указ. соч. - с.289-290.

См.: Соколовский И.В. Петр Великий как воспитатель и учитель народа. - Казань, 1873. - с.5.

Керсновский А.А. Указ. соч. - с.591-592.

См.: Панов А.И. Офицеры в революции 1905-1907 гг. - М., 1996. - с.42.

Меньшиков. М. Пора трезветь. - В кн.: Меньшиков М.О. Письма к ближним. - СП б., 1908.- с.680.

Хорев А. Для труса и заяц - волк // Красная звезда.- 1991.- 29 июня.- с.5.

Куропаткин А.Н. Влияние произведений графа Льва Николаевича Толстого на умственное развитие наших офицеров и нижних чинов // Военный сборник.- I9II.-N4. - с.166.