# Небесный Иерусалим

Анатолий Иванович Каменев

ИСТОРИЧЕСКАЯ АНАЛИТИКА: ЯД РУССКОГО ЦАРЕДВОРСТВА (избранное из исторической "Священной книги русского офицера"). Выводы-тезисы воинствующей истории (откровение Андрея Тимофеевича Болотова). Мудрость из басни Ивана Андреевича Крылова: "СОБАЧЬЯ ДРУЖБА". Информация для размышления: Покаяние...

Каменев Анатолий ИвановичНебесный ИерусалимСоздан: 17/01/2018, изменен: 17/01/2018, 31kСтатья: ИсторияИСТОРИЧЕСКАЯ АНАЛИТИКА: ЯД РУССКОГО ЦАРЕДВОРСТВА (избранное из исторической "Священной книги русского офицера"). Выводы-тезисы воинствующей истории (откровение Андрея Тимофеевича Болотова). Мудрость из басни Ивана Андреевича Крылова: "СОБАЧЬЯ ДРУЖБА". Информация для размышления: Покаяние...============================================================

Москва. Красная площадь. 1801. Художник Алексеев Фёдор Яковлевич

"НЕБЕСНЫЙ ИЕРУСАЛИМ"

Собор Покрова Пресвятой Богородицы (Собор Василия Блаженного)-- символом Москвы и России.

Собрав в Нижнем все воинство; снова изъявив признательность своим усердным сподвижникам; сказав, что расстается с ними до первого случая обнажить со славою меч за отечество, он уволил их в домы; сам поехал сухим путем через Балахну в Владимир и в Судогде встретил Боярина Василия Юрьевича Траханиота, который скакал к нему от Анастасии с вестию о рождении сына, Царевича Димитрия. Государь в радости спрыгнул с коня, обнял, целовал Траханиота; благодарил Небо, плакал и, не зная, как наградить счастливого вестника, отдал ему с плеча одежду царскую и коня из-под себя. Иоанн имел уже двух дочерей, Анну и Марию, из коих первая скончалась одиннадцати месяцев: рождение наследника было тайным желанием его сердца. Он послал шурина, Никиту Романовича, к Анастасии с нежными приветствиями; останавливался в Владимире, в Суздале единственно для того, чтобы молиться в храмах, изъявлять чувствительность к любви жителей, отовсюду стекавшихся видеть лицо его, светлое радостию; заехал в славную Троицкую Обитель Св. Сергия, знаменовался у гроба его, вкусил хлеба с Иноками и 28 Октября ночевал в селе Тайнинском, где ждали его брат, Князь Юрий, и некоторые Бояре с поздравлением; а на другой день, рано, приближаясь к любезной ему столице, увидел на берегу Яузы бесчисленное множество народа, так что на пространстве шести верст, от реки до посада, оставался только самый тесный путь для Государя и дружины его. ...

Иоанн возвратился в Коломну, известил Царицу, брата, Митрополита о славном изгнании врага и послал в Москву трофеи: пушки неприятельские, вельблюдов, пленников, чтобы обрадовать столицу свидетельством нашей победы; а сам распорядил поход к Казани двумя путями, объявив, что дружина Царская, левая рука и запасный полк должны идти с ним на Владимир и Муром, главные же Воеводы на Рязань и Мещеру, чтобы сойтися с Государем в поле за Алатырем.   В войске сделался ропот: Новогородцы, Дети Боярские, жаловались, что Царь не дает им отдохновения; что они уже несколько месяцев на службе и в трудах; что им невозможно вынести дальнего похода, для коего не имеют ни сил, ни денег. Иоанн весьма огорчился; но, скрыв досаду, велел переписать воинов усердных, желающих служить отечеству, и тех, которые по лености или неспособности отказываются от славы участвовать в великом подвиге. "Первые, - говорил он, - будут мне любезны как дети; хочу знать их нужды и все разделю с ними. Другие же могут остаться: мне не надобно малодушных!" Сии слова произвели удивительное действие. Все сказали в один голос: "Идем, куда угодно Государю, а после он увидит нашу службу и не оставит бедных". Самые беспоместные Дети Боярские молчали о своих недостатках, в надежде на будущую милость Государеву. ...

Сею улицею, между тысячами Московских граждан, ехал Иоанн, кланяясь на обе стороны; а народ, целуя ноги, руки его, восклицал непрестанно: "многая лета Царю благочестивому, победителю варваров, избавителю Христиан!" Там, где жители Московские приняли некогда Владимирский образ Богоматери, несущий спасение граду в нашествие Тамерлана - где ныне монастырь Сретенский, - там Митрополит, Епископы, Духовенство с сею иконою, старцы Бояре, Князь Михайло Иванович Булгаков, Иван Григорьевич Морозов, слуги отца и деда его, со всеми чиноначальниками стояли под церковными хоругвями.  Иоанн сошел с коня, приложился к образу и, благословенный Святителями, сказал:  "Собор Духовенства православного! Отче Митрополит и владыки! я молил вас быть ревностными ходатаями пред Всевышним за Царя и Царство, да отпустятся мне грехи юности, да устрою землю, да буду щитом ее в нашествия варваров; советовался с вами о Казанских изменах, о средствах прекратить оные, погасить огнь в наших селах, унять текущую кровь Россиян, снять цепи с Христианских пленников, вывести их из темницы, возвратить отечеству и церкви. Дед мой, отец, и мы посылали Воевод, но без успеха. Наконец, исполняя совет ваш, я сам выступил в поле. Тогда явился другой неприятель, Хан Крымский, в пределах России, чтобы в наше отсутствие истребить Христианство. Вспомнив слово Евангельское: бдите и молитеся, да не внидете в напасть, вы, достойные Святители Церкви, молились - и Бог услышал вас и помог нам - и Хан, гонимый единственно гневом Небесным, бежал малодушно!.. Ободренные явным действием вашей молитвы, мы подвиглись на Казань, благополучно достигли цели и милостию Божиею, мужеством Князя Владимира Андреевича, наших Бояр, Воевод и всего воинства, сей град многолюдный пал пред нами: судом Господним в единый час изгибли неверные без вести, Царь их взят в плен, исчезла прелесть Магометова, на ее месте водружен Святый крест; области Арская и Луговая платят дань России; Воеводы Московские управляют землею; а мы, во здравии и веселии, пришли сюда к образу Богоматери, к мощам Великих Угодников, к вашей Святыне, в свою любезную отчизну - и за сие Небесное благодеяние, вами испрошенное, тебе, отцу своему, и всему Освященному Собору, мы с Князем Владимиром Андреевичем и со всем воинством в умилении сердца кланяемся". Тут Государь, Князь Владимир и вся дружина воинская поклонились до земли. Иоанн продолжал: "Молю вас и ныне, да ревностным ходатайством у престола Божия и мудрыми своими наставлениями способствуете мне утвердить закон, правду, благие нравы внутри Государства; да цветет отечество под сению мира в добродетели; да цветет в нем Христианство; да познают Бога истинного неверные, новые подданные России, и вместе с нами да славят Святую Троицу во веки веков. Аминь!"   Митрополит ответствовал:   "Царю благочестивый! мы, твои богомольцы, удивленные избытком Небесной к нам милости, что речем пред Господом? разве токмо воскликнем: дивен Бог творяй чудеса! .. Какая победа! какая слава для тебя и для всех твоих светлых сподвижников! Что мы были? и что ныне? Вероломные, лютые Казанцы ужасали Россию, жадно пили кровь Христиан, увлекали их в неволю, оскверняли, разоряли святые церкви. Терзаемый бедствием отечества, ты, Царь великодушный, возложив неуклонную надежду на Бога Вседержителя, произнес обет спасти нас; ополчился с верою; шел на груды и на смерть; страдал до крови, предал свою душу и тело за Церковь, за отечество - и благодать Небесная воссияла на тебе, якоже на древних Царях, угодных Господу: на Константине Великом, Св. Владимире, Димитрии Донском, Александре Невском. Ты сравнялся с ними - и кто превзошел тебя? Сей Царствующий град Казанский, где гнездился змий как в глубокой норе своей, уязвляя, поядая нас, - сей град, столь знаменитый и столь ужасный, лежит бездушный у ног твоих; ты растоптал главу змия, освободил тысячи Христиан плененных, знамениями истинной Веры освятил скверну Магометову - навеки, навеки успокоил Россию! Се дело Божие, но чрез тебя совершенное! Ибо ты помнил слово Евангельское: рабе благий! в мале был ecu верен: над многими тя поставлю. Веселися, о Царь любезный Богу и отечеству! Даровав победу, Всевышний даровал тебе и вожделенного, первородного сына! Живи и здравствуй с добродетельною Царицею Анастасиею, с юным Царевичем Димитрием, с своими братьями, Боярами и со всем Православным воинством в богоспасаемом Царствующем граде Москве и на всех своих Царствах, в сей год и в предыдущие многие, многие лета. А мы тебе, Государю благочестивому, за твои труды и подвиги великие со всеми Святителями, со всеми Православными Христианами кланяемся".   Митрополит. Духовенство, сановники и народ пали ниц пред Иоанном; слезы текли из глаз; благословения раздавались долго и непрерывно.   Тут Государь снял с себя воинскую одежду, возложил на плеча порфиру, на выю и на перси Крест Животворящий, на главу венец Мономахов, и пошел за Святыми иконами в Кремль; слушал молебен в храме Успения; с любовию и благодарностию поклонился мощам Российских Угодников Божиих, гробам своих предков; обходил все храмы знаменитые и спешил наконец во дворец. ...

Царица еще не могла встретить его: лежала на постеле; но, увидев супруга, забыла слабость и болезнь: в восторге упала к ногам державного Героя, который, обнимая Анастасию и сына, вкусил тогда всю полноту счастия, данного в удел человечеству.   Москва и Россия были в неописанном волнении радости. Везде в отверстых храмах благодарили Небо и Царя; отовсюду спешили усердные подданные видеть лицо Иоанна; говорили единственно о великом деле его, о преодоленных трудностях похода, усилиях, хитростях осады; о злобном ожесточении Казанцев, о блистательном мужестве Россиян, и возвышались сердцем, повторяя: "Мы завоевали Царство! что скажут в свете?" ...

Несколько дней посвятив счастию семейственному, Иоанн, Ноября 8, дал торжественный обед в Большой Грановитой палате Митрополиту, Епископам, Архимандритам, Игуменам, Князьям Юрию Василиевичу и Владимиру Андреевичу, всем Боярам, всем Воеводам, которые мужествовали под Казанью. "Никогда, - говорят Летописцы, - не видали мы такого великолепия, празднества, веселья во дворце Московском, ни такой щедрости". Иоанн дарил всех, от Митрополита до простого воина, ознаменованного или славною раною, или замеченного в списке храбрых; Князя Владимира Андреевича жаловал шубами, златыми фряжскими кубками и ковшами; Бояр, Воевод, Дворян, Детей Боярских и всех воинов по достоянию - одеждами с своего плеча, бархатами, соболями, кубками, конями, доспехами или деньгами; три дни пировал с своими знаменитейшими подданными и три дни сыпал дары, коих по счету, сделанному в казначействе, вышло на сорок восемь тысяч рублей (около миллиона нынешних), кроме богатых отчин и поместьев, розданных тогда воинским и придворным чиновникам.   Чтобы ознаменовать взятие Казани достойным памятником для будущих столетий, Государь заложил великолепный храм Покрова Богоматери у ворот Флоровских, или Спасских, о девяти куполах: он есть доныне лучшее произведение так называемой Готической Архитектуры в нашей древней столице.    Сей Монарх, озаренный славою, до восторга любимый отечеством, завоеватель враждебного Царства, умиритель своего, великодушный во всех чувствах, во всех намерениях, мудрый правитель, законодатель, имел только 22 года от рождения: явление редкое в Истории Государств!   Казалось, что Бог хотел в Иоанне удивить Россию и человечество примером какого-то совершенства, великости и счастия на троне...   Но здесь восходит первое облако над лучезарною главою юного Венценосца. Ист.: Карамзин Н.М.  История государства Российского.

Выводы-тезисы воинствующей истории (откровение Андрея Тимофеевича Болотова):

Каждое наше новое поколение уверенно и неуклонно "наступает на одни и те же грабли", т.е. совершает те же самые ошибки, которые некогда допускали и предки наши... Древний опыт давно подсказать нам мысль о том, что неразумно пренебрегать боевым опытом предков, вовремя не занося их на скрижали истории. Военная летопись должна вестись постоянно, без перерывов, и через разумные промежутки времени подвергаться всестороннему и вдумчивому анализу с целью вовремя (оперативно) извлечь уроки на будущее... В данном случае не раскрывается механизм военного "летописания", а лишь констатируется мысль о том, что должен существовать какой-то орган, который должен беспристрастно, день за днем, фиксировать все факты, имеющие отношение к военному делу (отечественному и зарубежному).

Мудрое откровение дал Андрей Тимофеевич Болотов, его "Записки", носящие название "Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков". Касаясь, своей жизни, он писал следующее: "Не тщеславие и не иные какие намерения побудили меня написать сию историю моей жизни; в ней нет никаких чрезвычайных и таких достопамятных и важных происшествий, которые бы достойны были переданы быть свету, а следующее обстоятельство было тому причиною.

Мне во всю жизнь мою досадно было, что предки мои были так нерадивы, что не оставили после себя ни малейших письменных о себе известий и чрез то лишили нас, потомков своих, того приятного удовольствия, чтоб иметь о них и о том, как они жили, и что с ними в жизни их случалось и происходило, хотя некоторое небольшое сведение и понятие.

Я тысячу раз сожалел о том и дорого бы заплатил за каждый лоскуток бумажки с таковыми известиями, если б только мог отыскать что-нибудь тому подобное.

Я винил предков моих за таковое небрежение, и, не хотя и сам сделать подобную их и непростительную погрешность и таковые же жалобы навлечь со временем и на себя от моих потомков, рассудил употребить некоторые праздные и от прочих дел остающиеся часы на Описание всего того, что случилось со мною во все время продолжения моей жизни; равно как и того, что мне о предках моих по преданиям от престарелых родственников моих, которых я застал при жизни, и по некоторым немногим запискам отца моего и дяди, дошедших до моих рук, было известно, дабы сохранить, по крайней мере, и сие немногое от забвения всегдашнего, а о себе оставить потомкам моим незабвенную память".

Слова Андрея Болотова поразили меня своей искренностью и правдой жизни. Ведь, как многие мои современники, я, не имел ни точных родословных, ни семейных жизнеописаний. И вот, будучи уже человеком немолодым, решил я начать свое жизнеописание, не сетуя на то, что предки мои не удосужились этого сделать сами за себя. (Ист.: Анатолий Каменев. Священная книга русского народа

(http://artofwar.ru/k/kamenew_anatolij_iwanowich/swjashennajaknigarusskogonaroda.shtml).

Мудрость из басни Ивана Андреевича Крылова "СОБАЧЬЯ ДРУЖБА"

"У кухни под окном

На солнышке Полкан с Барбосом, лежа, грелись.

Хоть у ворот перед двором

Пристойнее б стеречь им было дом,

Но как они уж понаелись -

И вежливые ж псы притом

Ни на кого не лают днем -

Так рассуждать они пустилися вдвоем

О всякой всячине: о их собачьей службе,

О худе, о добре и, наконец, о дружбе.

"Что может, - говорит Полкан, - приятней быть.

Как с другом сердце к сердцу жить;

Во всем оказывать взаимную услугу;

Не спать без друга и не съесть,

Стоять горой за дружню шерсть

И, наконец, в глаза глядеть друг другу,

Чтоб только улучить счастливый час,

Нельзя ли друга чем потешить, позабавить,

И в дружнем счастье все свое блаженство ставить!

Вот если б, например, с тобой у нас

Такая дружба завелась:

Скажу я смело,

Мы б и не видели, как время бы летело". -

"А что же? это дело! - Барбос ответствует ему: -

Давно, Полканушка, мне больно самому,

Что, бывши одного двора с тобой собаки,

Мы дня не проживем без драки;

И из чего? Спасибо господам:

Ни голодно, ии тесно нам!

Притом же, право, стыдно:

Пес дружества слывет примером с давних дней.

А дружбы между псов, как будто меж людей,

Почти совсем не видно". -

"Явим же в ней пример мы в наши времена, -

Вскричал Полкан: - дай лапу!" - "Вот она!"

И новые друзья ну обниматься,

Ну целоваться;

Не знают с радости, к кому и приравняться:

"Орест мой!" - "Мой Пилад!"* Прочь свары*,

зависть, злость!

Тут повар, на беду, из кухни кинул кость.

Вот новые друзья к ней взапуски несутся:

Где делся и совет и лад?

С Пиладом мой Орест грызутся, -

Лишь только клочья вверх летят;

Насилу наконец их розлили водою.

Свет полон дружбою такою.

Про нынешних друзей льзя* молвить, не греша.

Что в дружбе все они едва ль не одинаки:

Послушать - кажется, одна у них душа, -

А только кинь им кость, так что твои собаки!

( * Орест и Пилад - легендарные герои Древней Греции, прославившиеся своей крепкой дружбой. * Свара - ссора, перебранка. * Льзя - можно (старинное русское слово)).

Моисей с заповедями.

Художник Гвидо Рени (4 ноября 1575 -- 18 августа 1642) -- итальянский живописец

Информация для размышления (покаяние):

"Велика сила покаяния, если она делает нас чистыми, как снег, и белыми, как волна, хотя бы грех предварительно запятнал наши души". Святитель Иоанн Златоуст

В 1991 году вооруженные силы СССР оказались в положении армии России февраля 1917 года. (См.:  Гучковоберезовщина   11k   "Статья"; http://artofwar.ru/editors/k/kamenew_anatolij_iwanowich/pokajaniepredljudxmi.shtml; Присягнувши Закону   48k   Годы событий: 1905-1917. "Документ"; http://artofwar.ru/k/kamenew_anatolij_iwanowich/prisjagnuwshizakonu.shtml;   Ящик Пандоры 1917-го   212k   Годы событий: 1917. "Документ" ; http://artofwar.ru/k/kamenew_anatolij_iwanowich/jashikpandory.shtml).

С одной стороны, сложилась совершенно невыносимая обстановка в самих воинских частях, значительно осложнившая и до того непростое положение офицерства. С другой стороны, за армию и флот всерьез взялись политиканы разных мастей, пытаясь навязать обществу миф о ненужности вооруженной силы. Кое-кто пытался использовать силу вооруженных сил в политической борьбе. Другие пытались расположить к себе массы военнослужащих и тем самым выиграть соперничество за голоса на выборах. Одну глупость за другой делало министерство обороны во главе с Д.Ф. Язовым (конечно же, с подачи ЦК КПСС и "засланного казачка" А.Н. Яковлева ( см.: Заговор верхов   9k   Годы событий: 1991. "Фрагмент"; http://artofwar.ru/k/kamenew_anatolij_iwanowich/zagoworwerhow.shtml).

О чем били тревогу в войсках? Командир одного из лучших полков в Забайкальском военном округе (КЗ. 13.4.91 г.) бил тревогу по поводу ухода из войск молодых офицеров. "Падение престижа офицерской службы, отсутствие, вопреки принятым в последнее время защитным мерам на государственном уровне, реальной социальной защищенности их семей, высокая цена "армейских мозгов" в сфере бизнеса, судя по всему, особенно больно бьют по молодой части офицерского корпуса, - писал он. - На примере полка это выглядит так. Некомплект командиров взводов - 25 человек. Зенитный дивизион уже год живет без единого взводного. Учеба уходит на второй план, потому что помимо ее организации надо постоянно бороться за выживание воинского организма: поддерживать внутренний порядок в подразделениях, охранять технику и вооружение, склады с имуществом, нести службу, работать в столовой, котельных, в подсобном хозяйстве".

Лейтенант В. А Рябчиков, перед уходом из вооруженных сил в статье "А напоследок все ж скажу" (КЗ, 4.5.91 г.) писал:   "Я - лейтенант, командир танкового взвода, но только по бумагам. На самом же деле - неизвестно кто. Всю осень и зиму со своим взводом выполнял обязанности ассенизатора. Да-да, за моим подразделением закреплен туалет. Это еще полбеды. Беда в том, что он то и дело забивается, выходит из строя, и я со своими подчиненными в любое время суток должен его чистить, что и делаю - приказ есть приказ. Хорошенькое занятие для офицера, не правда ли?" Далее он заключал: "Если наша армия когда-нибудь станет действительно профессиональной, первым в нее вернусь и буду служить. Согласен даже рядовым танкистом, но танкистом, а не грузчиком, кочегаром или сантехником".

О том же писал начальник управления кадров округа ДВО генерал-майор А. Хадарин: более 50% из написавших рапорт младших офицеров сделали это только потому, что не видят перспективы в службе. "Пока молодой, я нужен и на гражданке, - заявил старший лейтенант В. Семенов. - А попаду под сокращение через пять или десять лет - пенсии все равно нет, зато хорошие места в другой жизни будут заняты, да и здоровье уже не то. Я понял, что ни на правительство, ни на армейское руководство полагаться нельзя, только на себя".

Аналогичную картину рисовал и начальник управления кадров Закавказского военного округа генерал-майор А. Ерополов: "...Как тут не вспомнить печальную картину прошлого года, когда немало лейтенантов, еще, можно сказать, не переступив порога частей написали рапорта об увольнении из армии".

Социальный портрет "отказников" довольно прост: это, прежде всего, лейтенанты, обладающие инженерными дипломами... Спрос на таких в стране особенно велик"... (КЗ.20.7.91 г.)

Характерно и одно сообщение из берегового полка Северного флота. В преддверии выборов Президента РСФСФ там было проведено анонимное анкетирование. -- За Б. Ельцина "проголосовали" - один офицер, 30,5 процента военнослужащих срочной службы, 51,7 процента военнослужащих-женщин и все призванные из запаса.  -- Н. Рыжкову отдали предпочтение большинство офицеров - 70 процентов, 20 процентов мичманов и 25,5 процента матросов и старшин.

Безумная "инициатива" на местах.   Вполне возможно, что такой настрой офицерского состава мог не нравиться Ельцину и его идеологам. Не по их ли поручению различные подручные стремились нанести вред единоначалию, дисциплине, разрушить единую структуру управления? Чем, к примеру, объяснить инициативу начальника отдела кадров Приволжско-Уральского военного округа генерал-майора С. Сафонова с предложение "делегировать воскам часть полномочий Генштаба, главных и центральных управлений МО, Главкоматов в вопросах жизни, службы и боевой учебы войск". (КЗ. 10.7.91 г.). В то время, как командующий этим округом страдал из-за нехватки людей и ресурсов, начальник отдела кадров этого же округа настаивал на больших полномочиях, видимо, понимая, что большие полномочия без дополнительных ресурсов - это гибель.

На местах органы местного самоуправления стали беззастенчиво попирать общегосударственные решения. Так, Бийский райисполком Алтайского края принял решение об отчуждении 1.900 га земли, принадлежащей ... воинской части.   Томский районный Совет народных депутатов своим решением перевел земли военного ведомства в категорию земель запаса для нужд райсовета.   Другими словами, местные власти урезали земли полигонов, военных лесхозов, воинских частей, лишая их возможности вести боевую подготовку, заготавливать лес для нужд армии и вести строительство жилья для военнослужащих (КЗ. 14.6.91 г.).

На июльском (1991) съезде офицеров Украины полковник В.А. Мартиросян, который стал "головой" комитета Союза офицеров Украины, заявил:   "Я слов на ветер не бросаю. Мы создадим такую организацию, которая сможет защитить интересы народа Украины".   Ядерный потенциал полковник обещал не трогать, а говорил о необходимости вооружаться танками, самолетами и вертолетами (КЗ.3.8.91 г.).

В январе 1991 г. командир одной из воинских частей, дислоцировавшихся на Камчатке, А. Матлак издал приказ о приостановлении в части деятельности организаций КПСС и ВЛКСМ (АиФ. 27-91).

Эти и многочисленные другие факты свидетельствуют о том, что подрыв дисциплины, порядка подчиненности в войсках ведет к очень серьезным результатам. Тут уж совсем недалеко было и до того, что имело место в древнем Риме: ( См.: Сенат в сапогах   111k   "Статья" История; http://artofwar.ru/k/kamenew_anatolij_iwanowich/senatwsapogah.shtml).

Министерство обороны организует... провокацию против офицеров!   23 февраля 1991 г. министерство обороны в приказном порядке потребовало от руководства военных академий вывести для митинга на Манежную площадь слушателей и профессорско-преподавательский состав. По пути следования обычным маршрутом от академии в сторону Манежной площади чувствовалось напряжение как в рядах офицеров-невольников, идущих на площадь, так и на прилегающих улицах. Провокаций не было, и это счастье, что удалось предотвратить возможные эксцессы. Трудно было представить последствия открытой конфронтации офицеров и агрессивно настроенных интеллигентов и молодых активистов оппозиции. Правда, молодые активисты оппозиционеров власти все же были на площади.   С ленточкой на лбу, где было написано "Не стреляй", они раздавали угрюмым офицерам пропагандистские листовки.

Скажу откровенно: в более неприятном положении до этого мне не приходилось бывать. Отчетливо понимая глупость данной акции, я не мог демонстративно отказаться от участия в этом провокационном марше и митинге.  И все же для себя я решил: все!  Больше я не помощник в таких делах.

Если вдуматься в суть этой акции правительства, то надо признать, что "родная власть" в очередной раз втянуло офицерство в провокационную акцию, думаю, зная о возможных последствиях для всего офицерского корпуса.

А генералитет о себе побеспокоился... Предвидя возможные последствия провокационной акции, организованной министерством обороны, старшие военачальники и отставной генералитет продумали меры по физической защите своих семей и имущества. В силу этого, слушатели военных академий получили распоряжение ежедневно выделять немалое количество офицеров для патрулирования улиц близ генеральских домов. В то же время, в отношении офицерских общежитий, таких как на Б. Пироговской улице, подобных распоряжений не поступило. Следовательно, после февральского марша на Манежную площадь, они (генералы) подстраховались, а на простых офицеров им было наплевать...

Ист.: Каменев А. Покаяние пред людьми (1991-й: до национальной трагедии ровно один шаг) (http://artofwar.ru/editors/k/kamenew_anatolij_iwanowich/pokajaniepredljudxmi.shtml)