# Необходимость новой системы юнкерских училищ

Анатолий Иванович Каменев

Каменев Анатолий ИвановичНеобходимость новой системы юнкерских училищСоздан: 06/11/2009, изменен: 06/11/2009, 27kФрагмент: Политика============================================================

Офицеры Владимирского училища

НЕОБХОДИМОСТЬ

НОВОЙ СИСТЕМЫ ЮНКЕРСКИХ УЧИЛИЩ

(ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ХIХ в.)

П. Бобровский

Общие сведения о деятельности юнкерских училищ (1825-1865 гг.) - Данные о распределении выпускников по войскам (1843-1863 гг.) - Выводы о возможностях кадетских корпусов по подготовке офицеров - Возражения противников юнкерских училищ - Сведения о распространении юнкерских училищ и их деятельность по подготовке офицерских кадров (1864-1872 гг.) - Вопросы и проблемы в работе юнкерских училищ - Взгляд на задачи юнкерских училищ - Умственное, нравственно-практическое и строевое образование юнкеров - Учебный план юнкерских училищ - Проблемы комплектования юнкерских училищ - Возможности юнкерских училищ

В начале царствования Императора Николая I, когда подорвана была доверенность к юнкерским школам, особенно после принятия участия в польском мятеже Варшавской школы подпрапорщиков, обращено было внимание на распространение кадетских корпусов и это дело, подкрепленное участием Великого Князя Михаила Павловича, при энергической деятельности ближайшего его сотрудника Я.И. Ростовцева, развивалось с таким успехом, что, до начала восточной войны, в исходе царствования Императора Николая, в России было устроено 25 кадетских корпусов, включая сюда 2 специальных училища - артиллерийское и инженерное; в них по штатам могло обучаться 8.400 воспитанников, состояло до 1.500 начальствующих лиц и офицеров и более 6.500 человек прислуги.

*

На содержание всех кадетских корпусов вместе с управлением, употреблялось более 3 млн. руб. сер.

Значение кадетских корпусов в деле общегосударственного образования, причем на попечении государства воспитывалось более 8 тысяч детей, без всяких забот со стороны родителей, в свое время, было достаточно оценено, и эта широкая, благотворительная цель кадетских корпусов останется на все времена памятником того времени.

*

Кадетские корпуса, с первых дней своего учреждения и о преобразования в заведения, более отвечающие современным интересам военного дела, были единственным и постоянным двигателем военной науки, и из этих благодетельных стен вышло не мало людей, поставивших военную науку в России на ту высокую степень, плодами которой пользуются современные нам деятели и долго будут пользоваться грядущие поколения.

*

Мы не говорим о непосредственном значении кадетских корпусов, в отношении комплектования войск образованными офицерами; их воспитанниками комплектовалась гвардия и ими наполнялись: артиллерия, инженерные войска, генеральный штаб и почти все военные управления. Многие посты в администрации занимались этими питомцами и, в настоящее время, не мало высших гражданских должностей занимаются оставившими военную службу офицерами, воспитанными кадетскими корпусами. <...>

*

Во время восточной войны обнаружилась одна слабая сторона корпусов, более ста лет служивших с достоинством России. Этой слабой стороне суждено было всплыть наружу в ту именно тяжелую эпоху, когда громадное развитие вооруженных сил, для отражения могучих неприятелей, усилило до крайности степени запросов в офицерах, а именно в офицерах армии. В 1856 г, граф Ридигер в письме своем к военному министру и, в 1859 году, князь Горчаков, главнокомандующий 1-ю армиею, во всеподданнейшей докладной записке, выразили мнение о неудовлетворительных мерах по комплектованию армейской пехоты и кавалерии.

"Продолжительная, 56-летняя, служба убедила меня, - говорит граф Ридигер, - как в полках армии мало-помалу уменьшалось число образованных офицеров: "есть целые дивизии, в которых некому дать полка, батальона, роты" . "Военно-учебные заведения почти не дают офицеров в армию, говорится во всеподданнейшей докладной записке князя Горчакова, из 895 воспитанников, выпущенных, в нынешнем году из кадетских корпусов, назначено в армейские полки только 19. Поэтому крайне трудно выбирать адъютантов, квартирмейстеров, казначеев".

И, действительно, можно было встретить не одну дивизию, в которой насчитывалось не более 2 - 5 офицеров из кадет, и не один полк, в котором не было и одного такого офицера.

По собранным нами сведениям в течение 40 лет, с 1825 по 1865 год, из всех кадетских корпусов выпущено было в офицеры 23.625, или средним числом в год 590,5.

Разбивая эту цифру по периодам, получим для каждого пятилетия:

Годы | Всего выпущено офицеров | Средним числом в один год
С 1825 по 1840 г. | 8.959 | 597,3
С 1841 по 1845 г. | 2.343 | 448,6
С 1846 по 1850 г. | 3.213 | 642,6
С 1851 по 1855 г. | 3.239 | 648,0
С1856 по 1860 г. | 3.478 | 695,6
С 1861 по 1865 г. | 2.464 | 498,3

Более 600 человек кадетские корпуса выпускали только во время войны, вызвавших усиленное производство кадет, не окончивших еще образования.

Выпушенные в офицеры из кадетских корпусов распределялись в следующем порядке:

Цифры эти не требуют пояснений; необходимо только заметить, что на всю армию, включая и гренадер, приходилось столько же офицеров, сколько на гвардейский корпус и специальные роды войск, т.е. ежегодно до 230. Остальные 120 принадлежали к низшей категории, ибо, как известно, в линейные батальоны и внутреннюю стражу выпускали наименее удавшихся - нередко даже за проступки.

Затем, около одной шестой в офицеры не производилось; но из выпущенных юнкерами многие производились на общих основаниях с вольноопределяющимися, лишь бы прослужили узаконенные сроки: это были уже окончательно неудавшиеся воспитанники, стоявшие, во всяком случае, или по нравственности, или по степени образования ниже выпущенных во внутреннюю стражу.

Офицеры Павловского военного училища

Кроме того, здесь, кстати, будет заметить, что из числа выпускаемых в гвардию и армию, попадали в одну кавалерию около ╫ (в первой 33,5%, в последней 32%); из числа же выпускаемых в специальные роды войск на долю артиллерии приходилось 85%, а на инженерный корпус 15%.

*

Не трудно убедиться, что кадетские корпуса, при своем несомненно значении в смысле общегосударственном, давали армейской пехоте и кавалерии крайне слабый процент офицеров, которые не могли не потеряться в общей массе офицеров других категорий, уже лишенных всяческих средств образования.

Эти другие две категории, из которых армия главным образом черпала своих офицеров, были унтер-офицеры из нижних чинов общеобязательных сроков. Из числа последних производились в офицеры весьма немногие, главным образом, в вознаграждение их примерной службы.

Хотя при производстве в офицеры унтер-офицеров из вольноопределяющихся требовался экзамен, установленный в 1844 году, по программе 6-го мая, но молодые люди, поступая в войска почти без всякой подготовки, с самыми ограниченными знаниями, не могли образовать себя на службе. Недостаточная подготовка, при большом требовании в офицерах, допускала послабления на экзаменах, которые по необходимости были терпимы. Но, при большой потребности в офицерах, число служащих юнкеров и унтер-офицеров из вольноопределяющихся в армии постоянно составляло весьма значительную цифру, соответственную ее размерам. <...>

Выводы о возможностях

кадетских корпусов по подготовке

офицеров

1)Кадетские корпуса, при наибольшем своем развитии, имея 8.400 штатных воспитанников, стоивших более трех миллионов рублей серебром, давали офицеров вообще весьма мало, сравнительно с громадностью нашей армии. Приготовление же этих офицеров стоило много.

2)Они укомплектовывали преимущественно гвардию и специальные войска.

3)Главный источник комплектования армии оставался из юнкеров и подпрапорщиков.

4)Большая часть молодых людей была без всякой подготовки, с самыми ограниченными познаниями.<...>

Прямым следствие такого положения вопроса о комплектовании офицеров нашей армии была реформа кадетских корпусов и утверждение мысли, проводимой с первой четверти нашего века, об устройстве специального образования юнкеров и вольноопределяющихся, на прочных основаниях. <...>

Возражения противников

юнкерских училищ

Противники юнкерских училищ говорили, что военное министерство обязано заботиться только о специальном образовании незначительного числа офицеров в специальных военных училищах для массы же офицеров в пехоте и кавалерии достаточно одного общего образования, которое не может и не должно составлять обязанности военного министерства.

Далее: одни предполагали, что, если юнкерские училища составят особую часть, то обратятся в те же кадетские корпуса, причем умственное образование будет только дополнением к строевому, ибо какую пищу в них найдет молодой человек, окончивший курс гимназии? Другие думали, что, если юнкера будут собираться в школы временно, чтобы возвращаться в войска, во время сборов летом, то цель практической подготовки едва ли будет достигнута везде и вполне, ибо не все полковые командиры способны, с полным знанием дела, внушать молодым людям любовь к военному ремеслу.

В общем выводе - мнения противников юнкерских училищ сводились к следующим положениям:

1)С учреждением юнкерских училищ, по ограниченности курсов, понизится (?) общий уровень образования офицеров.

2)Прежде в войсках учились молодые прапорщики; юнкерские же училища будут готовить будущих прапорщиков, к службе нижнего чина, который они не должны знать как сферы обязанностей, до них не относящихся (?).

3)Строевому офицеру надобно дать одно только общее образование (?).

4)Будущих офицеров надобно держать постоянно (круглый год) в школе, потому что откомандировка от не в войска не принесет достаточной пользы, не доставит практической подготовки (?).

*

Мнение противников юнкерских школ, сложившееся под влиянием неправильного взгляда на значение и обязанности армейского офицера, не могли не выдержать даже и слабой критики; в этих мнениях, очевидно, не был предусмотрен действительный факт - крайне слабом умственном развитии юнкеров и вольноопределяющихся, из среды которых в офицеры армии производились около ╬ всего числа. Гимназический курс нельзя было принять за нормальный уровень их образования, когда, в числе 3.000 или 4.000 вольноопределяющихся, окончивших гимназическое образование, составляли не более 2 или 3%. Отсюда очевидно, какое значение, в отношении умственного образования, должны иметь юнкерские училища: в них должны получать предварительную войсковую подготовку и достаточное развитие для выполнения боевых и административных обязанностей в строю те из вольноопределяющихся, общее образование которых несравненно ниже полного гимназического курса.

Если, как и надо ожидать, уровень общего образования вольноопределяющихся станет подниматься, то и тогда юнкерские училища не могут потерять своего назначения, как первоначальные военные школы: напротив, тогда забота их может исключительно сосредоточиться на курсах военных предметов.

*

При тех умственных задатках, с которыми вольноопределяющиеся являлись в наши полки на службу, при отсутствии доброй воли к самообразованию на службе, при равнодушии командиров частей, доказанном продолжительным опытом, к подготовке служащих в полках юнкеров, юнкерские училища делались для войск не бременем, а, напротив, подспорьем, снабжением достаточными средствами и сосредотачивающими свое внимание на образовании будущих офицеров армии. <...>

Бобровский П. О.

Юнкерские училища. Историческое обозрение их развития и деятельности. - т. 1. - СП б., 1872.

...

...

Письмо к Василию Андреевичу Долгорукову, от 28-го марта 1856 г., N1617.

Всеподданнейшая записка Главнок. 1-ю армией князя Горчакова 8 (20) октября 1859 г.

Годовые отчеты Главного Управления Военно-Учебных Заведений или бывшего Главного Штаба Военно-Учебных Заведений, с 1825 по 1865 г.