# "Неограниченная власть: казнить или миловать"...

Анатолий Иванович Каменев

Каменев Анатолий Иванович"Неограниченная власть: казнить или миловать"...Создан: 03/05/2012, изменен: 04/05/2012, 82kФрагмент: Политика============================================================

"Неограниченная власть: казнить или миловать"...

ЗАКОНЫ, ВОЕННЫЕ УЧРЕЖДЕНИЯ,

ПРАВИЛА И ПОЛИТИКА

ЧИНГИСХАНА

М.И. Иванин

(Интересные фрагменты)

Чингисхан говорил, что до него воровство, хищничество, гра-бежи, беспорядки, прелюбодеяние, гнусные пороки были обыкновенны; дети не повиновались родителям, младшие старшим, мужья не имели доверенности к женам, жены не имели повиновения к мужьям, богатые не помогали бедным; он с негодованием смотрел на это и, покоряя народы, первою обязанностью ставил вво-дить порядок, правосудие, доставлять безопасность лицам и иму-ществу их; его сильными мерами подвластные ему города, земли и пути по ним сделались безопасными от грабежей, путешественни-ки, купцы и товары их--свободными от притеснений.

Он хотел торговле доставить такую безопасность и такое удобство, чтобы мож-но было, как он выражался, во всех пределах его обширной империи носить золото на голове, как обыкновенные сосуды, не под-вергаясь ни грабежу, ни притеснениям. Для достижения этой цели по всем путям были устроены им военные станции и поставлены отряды воинов, отвечавшие за безопасность проезжавших.

Для удержания от вышеуказанных преступлений и пороков, он постановил: за воровство значительное, напр., лошади, верблюда и проч. -- смертную казнь, за меньшее воровство -- наказание плетьми от 7-ми до 700 ударов; если вор не мог заплатить втрое (по другим сведениям в девять раз) против цены украденной вещи.

Блудодеяние также наказывалось смертию; заставший соблаз-нителя на месте преступления, имел право умертвить виновного (вероятно, это право предоставлялось только мужу или родителям пойманной в прелюбодеянии).

Чингисхан запретил вмешиваться в ссору или драку, кричать и браниться, вероятно, желая прекратить поводы к вражде, столь непримиримой у полудиких народов, и смягчить их грубые правы.

Шпионы, лжесвидетели, колдуны, причинявшие вред другим, люди испорченные, уличенные в противоестественных наслаждениях, оскверняющих природу, лихоимцы, дозволявшие себе злоупотребления, подвергались смертной казни.

Обвиняемых осуждали только тогда, когда они были явно уличены в преступлении или сами сознавались в нем; в случае же запирательства, их подвергали пытке.

Чингисхан, представляя однажды сыновьям своим начальников войск, которые он им вверял, сказал:

Если когда-либо они провинятся, не наказывайте их сами собой, ибо вы молоды, а они люди с достоинствами; но спрашивайте у меня, а когда меня не будет, то по общему совещанию наказываете по закону. Старайтесь, чтобы преступление было обнаружено, чтобы они сами сознались в вине и увидели, что наказание назначено по закону, а не по злобе или пристрастию.

Чингисхан восставал против употребления крепких напитков, к которым монголы были пристрастны, и говорил, что надобно стараться пить в месяц не более трех раз, а еще лучше один раз, а совсем не пить и того лучше; но такого человека найти невозможно.

После него пьянство до того усилилось, что сами дети его не знали воздержания: Тулуй умер от пьянства, Октай, после потери этого брата, пил пуще прежнего, уверяя, что это облегчает его горе, и, не смотря на советы Елю-Чусая, первого его министра, умер от неумеренного употребления крепких напитков.

Независимо от цели нравственного улучшения людей, к которой мудрые законодатели всегда стремились, политика Чингисхана в начале его возвышения требовала введения этих законов.

При кочевой жизни нельзя иметь ни крепких оград, ни подвалов, ни кладовых под железными запорами и замками, ни вооб-ще недвижимого имущества и твердых прав на частное владение землею.

В степи, по редкости населения и кочевок, очень легко обокрасть, ограбить или умертвить человека, без опасения быть открытым; один удачный набег или ловкое воровство могли в одну ночь бедняка сделать богатым и, наоборот, богача сделать нищим.

Поэтому доставление безопасности лицам и их имуществу еще важнее для кочевого народа, нежели для оседлого.

Доставляя своему народу эту безопасность, Темудзин привязал к себе людей богатых, следовательно, имевших влияние на общество, и тем упрочил свою силу.

Уничтожая пороки и преступления силою власти и справедливости, ограждая от насилия, он прекращал поводы к вражде, к мщению, служащему у диких народов главным поводом к междоусобиям и внутренним неустройствам, и следовательно тесно связывал покоренные им племена. Таким образом, приобрев нравственное влияние на людей, он мог уже смелее производить свои преобразования.

Из законов, способствовавших к прекращению своеволия, самоуправства, к введению порядка, дисциплины, к внутреннему устройству, к доставлению тишины и к утверждению власти пра-вительства, известны следующие:

Каждому племени определено было пространство земли, на котором оно должно было кочевать. В каждом племени юрты или кибитки были соединены в десятки, сотни, тысячи и управляемы десятскими, сотскими и тысячниками.

В случае набора войск, делали наряд по одному, по два и т. д. с десятка, который должен был снабдить воинов назначенным продовольствием и по-требностями к походу.

В войсках было тоже подразделение; в каждом отделении набирали одного десятника, для начальствования десятью воинами, девять десятков были подчинены сотнику, имевшему сверх того и свой десяток; на этом же основании были и тысячники и десятитысячники (называемые нашими летописцами темниками), а подчиненные им десятитысячные отряды--тумэнями.

Повеления хана отдавались состоявшими при нем чиновниками (в роде адъютантов) непосредственно темникам и начальникам племен, а от них уже переходили к подчиненным их.

Строго запрещалось начальникам принимать к себе воинов, состоявших в ведомстве других начальников. Даже князья крови и ближайшие родственники хана не имели права принять к себе желав-ших оставить своего начальника.

Запрещено было также под смертною казнию давать убежище, пищу, питье или одеяние чужому невольнику, в случае поимки, приказано было доставлять его к настоящему владельцу.

Никто не имел права ослушаться своего начальника; в случае неповиновения, виновный подвергался строго-му наказанию.

Чингисхан говорил, что если бы кто начальствовал даже стотысячною армиею и не выполнил приказания своего государя, то должен подвигнуться определенному наказанию и даже лишению жизни, хотя бы для исполнения этого наказания послан был от государя простой воин.

Всякий начальник, постав-ленный на назначенном месте, не мог сойти с него без разрешения, даже для подания помощи другому, и никто не должен был принимать от него помощи. За нарушение этого закона назначена была смертная казнь.

Походы Чингисхана и его полководцев

В мирное время оружие воинов сохранялось особых арсеналах.

Перед походом или для охоты они получали оружие и должны были содержать его в исправности, а по миновании в нем надобности, возвращать его по принадлежности.

Чингисхан требовал, чтобы войска всегда были содержимы в исправности и по первому требованию могли выступать в поход.

Перед походом или приготовлением к сражению делали смотр войскам, осматривали оружие и требуемые в поход вещи; неисправных наказывали; хорошим воинам, в случае недостаточности их, давали пособие. Начальники в нужде не должны были обра-щаться ни к кому другому, кроме государя; в противном же случае подлежали смертной казни.

Справка:

-- Вероятно, это постановление сделано с целью предупреждать заговоры и составление партий, или относится до тех, которые обращались в нуждах своих к посторонним властителям.

Оружие их состояло из лука, стрел (в запасе имели по нескольку луков и колчанов стрел; стрелы у них для боя были необыкновенно остры), секир, пие, к которым приделывали крючья для стискивания неприятельских всадников с седла; другие имели железные палицы; кроме того каждый воин должен был иметь пилку (вероятно терпуг) для острения стрел, шило, иголки, нитки, сито.

Справка:

-- Сито могло иметь двоякое назначение: для процеживания мутной воды и для просеивания муки. В таком случае монголы в войнах с оседдыми народами, собрав, с полей хлеб, мололи его и выдавали муку для продовольстния войскам; хлеб они не пекли, а варили род малороссийских галушек; у наших татар, башкирцев и киргизов и ныне употребляется это кушанье, называемое салма, а другое их кушанье баламык варится тоже из муки с водой.

Хорошо-вооруженные воины имели сабли несколько кривые, каски кожаные с железными полосками, а отборные воины носили и железные; конница имела заводных лошадей и была разделена на легкую и тяжелую; легкая употреблялась для аванпостной службы, для начатия сражения, должна была метанием стрел в лошадей и неприятельских всадников расстраивать их и облегчать действия тяжелой конницы и служила также для преследования неприятеля.

Монголы были отличные стрелки, приучаясь к стрельбе из лука с трехлетнего возраста: малым детям давали малые луки и стрелы, и потом постепенно увеличивали величину луков и стрел.

Оборонительное оружие состояло из крепкой и толстой кожи буйволов и других толстокожих животных. К езде верхом тоже приучались с малолетства.

Отправляясь в поход, монголы должны были брать с собою, кроме оружия, небольшие палатки; каждый брал два турсука (ко-жаные мешка), один для воды, другой для круту (сушеный кислый сыр, в который приливается вода), и этим крутом они питались при быстрых передвижениях.

Но где было возможно, они варили мясо в своих малых котелках, которые тоже брали с собой; за неимением круту или другого продовольствия, они пускали кровь лошадям и пили их кровь: этим способом они могли продоволь-ствоваться дней по десяти.

Монголы осаждали крепости по тем же правилам, как греки и римляне.

Запрещалось под смертною казнью грабить неприятеля без приказания на то; но каждый воин имел равное право пользоваться добычей, с которой, однако, должен был заплатить хану определенную пошлину.

Монголы и подвластные им кочевые племена составляли военное сословие; всякий способный носить оружие был воином; поэтому запрещалось всем подданным хана иметь в услужении монголов.

Содержание войск Чингисхану ничего не стоило.

Войска не только не получали жалованья, но платили ежегодно подать лошадьми, скотом (со 100 скотин по одной), войлоками и проч.

Воин, находившиеся на войне или на охоте, не избавлялся от подати; жена или тот, кто оставался при его имуществе или семействе, выполняли все повинности.

В случае, если муж укрывался или уклонялся от выполнения закона, жену его брали под стражу и заставляли исправлять следующие с семейства повинности.

Женщины, следовавшие за войском, должны были, в отсутствие мужчин на сражении, исполнять все тяжелые рабо-ты.

Для избегания праздности, войска в мирное время посыла-лись на общественные работы и употреблялись один день в неделю на службу хана.

Чингисхан требовал, чтобы воины в мирное время были кротки и смирны в обращены с жителями и никого не обижали, чтобы начальники были внимательны к нуждам подчиненных, чтобы переходы были умеренны и чтобы силы людей и лошадей сберегались.

Разбирая однажды достоинства своих военачальников, он сказал: "я не знаю никого храбрее Исатая и никто не имеет редких его качеств; но самые трудные пере-ходы не утомляют его, он не чувствует ни голода, ни жажды и воображает, что и воины его могуть перенести то же, что и он, а потому он и не может быть главноначальствующим".

Как в степях часто случается недостаток в продовольствии, то Чингисхан приказал употреблять в пищу внутренности животных, кровь их, и запретил называть какую-либо вещь нечистою, говоря, что все вещи чисты.

Справка:

-- Вероятно, для этой цели он постановил, чтобы, при убиении живот-ных для пищи, им связывали ноги и, разрезав им брюхо, давили сердце, чтобы остановить движение крови и не дать ей вытечь.

-- Этот закон подал повод к неудовольствию магометан, имевших особые постановления для убивания животных, назначенных в пищу.

Запрещено было охотиться с марта по октябрь на оленей, диких коз, диких ослов (вероятно тарпапов или куланов), зайцев и птиц всякого рода, как для размножения этих животных, служащих кочевому народу поддержкою существования, так и потому, что в летнее время у пастушеских народов более средств к пропитанию; в походах же охота на этих животных служила средством для продовольствования войск.

В случае чьей-либо смерти, никто не имел права присваивать себе имущества покойного (вероятно кроме прямых его наследников).

Чингисхан желал, чтобы степное гостеприимство наблюда-лось во всей строгости, и постановил закон, чтобы никто не ел один в присутствии другого, не пригласив его разделить пищу; всякому предоставил право брать пищу у тех, которые едят, не спрашивая на то позволения.

Вероятно, этот закон был постановлен для того, чтобы бедные, в случае недостатка в пропитании, могли кормиться у богатых (этот обычай соблюдается и ныне киргизами).

Монголы, по примеру китайцев, имели право содержать столько жен и наложниц из рабынь, сколько кто мог содержать; все дети их считались законными, но одна из жен была старшею.

Для поддержания дружбы между семействами, у монголов заключались браки и между умершими детьми; этот брак так же уважался, как и заключенный между живыми.

Уверяют, что Чингисханом введено в обыкновение представлят хану, в начале года, чрез эмиров (начальников племен) или темников, по одной девице с тысячи юрт каждого племени, известной красотою или достоинствами; девицы эти поступали в наложницы или жены к нему и его сыновьям.

Чрез это хан роднился со всеми племенами (а вероятно это служило и для узнания расположения к нему этих племен).

Чингисхан желал, чтобы к этому же времени съезжались к нему главные начальники для получения приказаний, узнания его мнений и желаний касательно предстоявших дел.

Когда владения его расширились, то для скорейшего сообщения и для сношений по делам он учредил почту.

При Октае же, по представлению Елю-Чусая, что на станциях производится самоволие в заборе лошадей и припасов, сделано было постановление, сколько кому брать лошадей на станциях и чего можно требовать. Станции были расставлены на расстоянии дня ходу.

Для содержания их была назначена особая сумма.

Вышеизложенные постановления преимущественно относились до покоренных Чингисханом кочевых племен и служили, так сказать, цементом, чтобы скрепить в одно целое это рыхлое, кочевое, политическом тело, состоявшее из бродячих, воинственных и склонных к своеволию пастушеских народов.

Чингисхан

Издав их, Чингисхан озаботился, чтобы они но были одною теорией, умел дать им силу и заставить выполнять их.

Этого он достиг строгими мерами и умением выбирать людей.

По его словам, искусство в выборе людей было главною причиною его возвышения; он в особенности советовал своим наследникам обратить главное внимание на оценку людей, выбираемых в начальники и на разные должности, и ручался, что империя его будет существовать тысячелетия, если потомки его будут уметь выбирать себе достойных и способных сотрудников для управления.

Чингисхан говорил, что он давал начальствование по достоинству каждого: храбрым и умным вверял войска, деятельным и распорядительным--хранение обозов, неповоротливым--смотрение за скотом.

По его словам, кто умеет хорошо начальствовать десятком, тому можно вверить и тысячу.

Он требовал, чтобы монголы прилежно учили сыновей своих ездить верхом, стрелять, бороться, действовать оружием, дабы они могли основывать надежду на возвышение не на родстве, а на самих себе.

Мы не знаем хорошо его правительственных учреждений; главные части управления он вверил своим детям.

Джучи управлял собственным имуществом Чингисхана, Джагатаю он вверил судную часть и принятие или выслушивание прошений.

Зная непреклонный характер Джагатая и точность его в исполнении своих обязанностей, Чингисхан вверил ему наблюдение за исполнением своих постановлений и обязан ему тем, что они получили свою силу.

Октаю поручена была финансовая часть, а Тулую военная.

Но для начальствования племенами и разными частями войск, у Чингисхана были особые начальники.

Власть их и вообще высших начальников монгольских неизвестна, но вероятно была ограничена, например монгольские полководцы могли производить в чины не выше, как в тысячники, в войсках своего племени.

Из прочих чинов, которые в наше время входят в состав штабов армии, нам известны следующие:

1) Юрт-джи, род офицеров генерального штаба, а главный начальник их соответствовал генерал-квартирмейстеру.

Обязанностью этих чиновников было рас-полагать летние и зимние кочевки; при движении войск назначать места лагерей, как во время войны, так и на ханской охоте; назначать места для юрт хана, главных чинов армии и вероятно указывать места для расположения юрт прочих войск, на что без сомнения существовали особые правила. От расположения ханских юрт зависело расположение всего лагеря.

Было правилом, чтобы по правую сторону ханских юрт ставились юрты князей, эмиров и начальников войск, а по левую--визирей, министров и членов дивана или совета.

Вельможи, если они были турецкого племени, имели ставку между эмирами, а если были персияне--между визирями.

Секретари, судьи и важные духовные лица рас-полагались против ханских юрт. Во время похода степными и безводными местами, юрт-джи были обязаны определять, какое ко-личество запасать воды и продовольствия на время этого пути, должны были знать, где какого качества вода и корм.

В землях оседлых они должны были располагать лагери вдали от засеянных полей, чтобы не травить хлеба.

2)Тева-джи--верблюдовожатые; вероятно им поручался надзор за вьючными верблюдами, следовавшими с обозом армии.

3) Буляргу-джи (или Булан-газы), при нем находилась особая команда.

По снятии лагеря, его обязанностью было осмотреть, не остался ли кто в лагере, обойти места юрт и забытые вощи, а также скот, рабов и т. д. заби-рать и возвращать потерявшим.

При его ставке, устанавливаемой на самом возвышенном месте лагеря, где хранились затерянные вещи, был особый значок, по которому можно было отыскать его. Потерявший являлся к нему и, по рассказанным приметам, полу-чал, обратно потерянное, но за это должен был заплатить назначен-ную плату.

4) Ему (буляр-гу-джи) должны были представлять найденных лошадей, верблюдов, ученых соколов, оружие и проч., если нашедший их не знал, кому они принадлежать; в противном случае почитался вором.

Члены дивана поверяли отчеты о суммах, раздачею войскам содержания, хранением и правильным делением добычи, клал наприобретенные добычею вещи свои клейма.

5) Таргу-джи (или Джаргучи)--хранитель печати армии и вместе судья, разбирал споры между воинскими чинами.

6) Есаулы, обя-занность их была указывать назначенные места всем чинам армии, вероятно во время церемониалов, охоты, на смотрах и при выступлении из лагеря.

Старший есаул, по уверению Гаммера, был вместе с тем и генерал-интендантом армии.

Вероятно, были и другие чиновники по разным отраслям управления, напр. для ведения счета людям, для заведывания почтами, для надзора за ранеными и больными в походе и проч. Племена, жившие в лесах на запад от Байкала: теленгуты, орассуты и гештими славились в то время знанием свойств трав и искусством в лечении болезней. Может быть они были и походными лекарями.

Из государственных званий и чинов их упоминаются следующие: князья великие, средние и малые, вероятно разделенные на эти классы смотря по степени родства их с царствующим ханом, как это принято в Китае; князья удельные, воеводы, вель-можи, дароги или дарогачи, правители волостей и городов, полко-вые или военные князья, высшие и низшие (вероятно начальствовав-шее большими и малыми частями войск), уставодержательники (наблюдавшие за исполнением законов) и проч.

Угедей, третий сын Чингисхана и его преемник

Чингисхан оставил своим потомкам наставление как вести войну, обращаться с покоренными народами и что делать с завоеванными землями.

Правила эти не дошли до нас, но из отрывков, приведенных современными восточными и европейскими писателями, и из истории завоеваний монголов можно иметь понятие, в чем они состояли.

Прежде начатия войны Чингисхан узнавал обстоятельно о внутреннем состоянии государства, на которое желал напасть, военных способах его, старался завести в нем тайные связи, склонять на поступление в его службу недовольных, которых обольщал приманкою добычи и выгодных мест. Сделавшись сильным и задумав покорение мира, он редко искал благовидных предлогов к начатию войны.

Обыкновенно перед нападением он приглашал государя покориться, излагая это приглашение кратко, но в выражениях, смущавших слабые умы и показывающих, что он понимал свой суеверный век.

Например, вот как он писал к владетелю Моссула "Всемогущий отдал мне и моим детям во владение всю землю; тот, кто покорится, сохранит жизнь, богатства, власть и свое семейство; но кто окажет упорство и ослушание, один Бог знает, что с ним будет. Если ты покоришься и пропустишь мои войска чрез твои владения, то найдешь во мне друга; в противном случае я не знаю, что будет с твоими богатствами и твоим государством по прибытии моей многочисленной армии".

Признавший себя данником государь обязывался дать заложников, дозволить сделать исчисление народа, принять для управления облас-тей монгольских чиновников, платить десятую долю произведений земли и дать 10-го человека и по одной скотине со ста голов.

Поход предпринимался по совещании в общем собрании, называемом курилтаем; там постановляли все, что необходимо было для составления армии, сколько с каждого десятка назначать в поход, определяли место и время сбора войск и проч.

Когда армия в 100.000 всадников выступала, то за два дня езды высылали вперед отряд (авангард), а также на фланги и в арьергард; эти отряды наблюдали, чтобы армия не были застиг-нута врасплох.

При войске гнали множество заводных лошадей, по словам Марко Поло -- средним числом на каждого по 18-ти лоша-дей и кобыл (это вероятно делалось в начале похода, для ускорения быстроты движения, так как усталых лошадей переменяли свежими). Усталых и изморенных лошадей возвращали назад.

Чингисхан начинал войну вторжением с разных мест, чем приводил неприятеля в затруднение, где сосредоточивать свои силы, или заставлял его разделяться.

Если не встречал сопротивления, то, проникая внутри страны, разорял все, захватывал стада, истреблял жителей, а между тем остальные отряды наблюдали за гарнизонами крепостей и замков.

Передовые и боковые отряды не занимались грабежом; их обязанность была следить за неприятелем и охранять армию от внезапных нападений.

Прежде осады крепкого города, он опустошал всю окрестность, чтобы лишить гарнизон средств продовольствия; старался завлечь гарнизон при вылазках в засаду или в сражение, дабы истребив часть его, ослабить оборону.

Монголы окружали потом город изгородами или валом; пленные или туземные жители производили осадные работы, и как монголы всегда старались сберегать свои силы и, будучи кочевым народом, не могли с успехом действовать при осадах, то для прикрытия осадных работ употребляли поселян и пленных, которых заставляли идти и на приступъ и сра-жаться, следуя сами за ними позади.

Кто обращался в бегство, тех предавали смерти.

Перед осадой крепостей оповещали окрестных владельцев явиться с их подданными и назначенными военными орудиями или средствами к ведению осады той крепости; ослушных предавали смерти.

Беспрерывными атаками днем и ночью утомляли гарнизон и тем ускоряли сдачу.

Чингисхан нашел в Китае и Персии искусных инженеров и употреблял их для устроения военных машин, известных в то время; огонь и вода равномерно служили для разрушения городов.

Монголы знали употребление неф-ти, грегорианского или греческого огня, огненных стрел с зажигательным фитилем (вероятнее ракет), которые бросали для зажигания строений, умели производить наводнения, делали подкопы, подземные ходы.

Перед городским рвом строили возвышения из фашин, для прикрытия военных машин; стены разрушали посредством камней, бросаемых из катапульт; для облегчения восхода набрасывали к стенам крепости землю и камни, ров зава-ливали земляными мешками, бросаемыми из военных машин.

Иногда притворно отступали и, когда гарнизон плошал, внезапно напа-дали и вторгались в город. Начав осаду, редко оставляли ее и продолжали до тех пор, пока не принуждали крепость или город, голодом или иным средством, к сдаче.

Употребляли вероломство, не щадили обещаний и обманов, стараясь непременно завладеть сильным городом, ибо, не оставляя сами гарнизонов, не могли оставлять в тылу за собою то, что могло их обеспокоивать.

С приближением неприятельской армии, отряды рассеянные для осад, грабежа, пастьбы скота и проч., быстро сосредоточивались, что легко можетъ делать армия, составленная из конницы и имеющая превосходные войска для разведывания неприятеля и для аванпостной службы.

Монголы старались истреблять неприятелей более хитростью, нежели мужеством: употребляли внезапные нападения, засады; в виду превосходного неприятеля отступали и изыскивали средства разделить его; в сражениях старались окружать его; если встречали храброе сопротивление, то, отступая, пропускали неприятеля к стороне своей армии, при чем пускали в него тучи стрел, несли замечали, что этим нанесли ему много вреда или расстроили его ряды, то внезапно переходили к наступлению и довершали поражению.

Иногда притворно отступали и, как большая часть их была легко вооружена и имела заводных лошадей, то скоро утомляли неприятельскую конницу; тогда, перескочив на свежих лошадей, или стремительно на него бросались, или, распространяясь к флангам, окружали его; начинали атаку издали, метанием стрел, кото-рый умели метко бросать при самом бегстве; потом белым оружием довершали сражение.

Их части войск употребляли разные сигналы и маневрировали с большою быстротою и легкостью. Начальники, стоя сзади, наблю-дали ход сражения и посредством знаков отдавали приказания. Воины, убежавшие отдельно или самовольно отделившиеся на добычу, наказывались смертью.

Походы свои Чингисхан начинал обыкновенно осенью, когда лошади и верблюды были в хорошем теле.

Во время своих походов, монголы каждый год отдыхали преимущественно в летние жары, для поправления лошадей и верблюдов; но прежде расположения на квартиры или на кочевки, они опустошали страну на большое расстояние, чтобы быть в большей безопасности; тогда предавались удовольствиям, прислуживаемые пленниками и пленницами.

Опустошение страны, истребление жителей, носивших оружие, со-ставляли одно из главных правил военной системы монголов, Чингисхан в своих постановлениях повелевал убивать воз-мутившихся и непокорных.

По законам монголов, семейства и имущество побежденных составляли собственность победителей. В государствах многолюдных, монголы умерщвляли, по миновании в них надобности, тех, которых не хотели сохранить или которых употребляли сначала для содействия против их сограждан.

Употребление монголами пленных на работы во время сражений и осад, наряды, требуемые от покоренных и подвластных народов в людях, подкрепления, получаемый от принятых под их знамена других кочевых племен, всегда жадных к добыче, правило посылать вперед союзные войска, а свои иметь в резерве -- все это способствовало тому, что монголы, не смотря на беспрерывные войны, не только не ослаблялись в народонаселении, но еще значительно усиливались.

По словам Абульгази, Чингисхан по смерти отца имел до 40.000 семейств, а умирая, оставил детям своим 120.000 собственно монгольских войск.

В походе главные продовольственные запасы монголов составляли: сушеное мясо, крут (высушенный овечий сыр), просо, мука. При недостатке запасов резали заводных лошадей и верблюдов, не отказывались и от издохшего скота.

Проходя подвластными землями, посылали вперед отряды в те места, чрез которые армии надлежало проходить, для охранения по пути подножного корма и удаления от дороги стоявших там войск или кочевок, а также для исправления дорог, мостов, устройства переправ и проч. На жителей, живших близ предположенного пути, налагали доставку хлеба и вина для армии.

Став лагерем, в случае опасности от неприятеля окапывались рвом. Во время сражений строились по отрядам в несколько линий; обыкновенно в передних линия стояли союзные войска, а в резерве монголы.

В числе военных правил Чингисхана было--не заключать мира не победив или не ослабив неприятеля.

Возымев мысль по-корить мир и желая, чтобы потомки его продолжали начатое им дело, он может быть этим правилом хотел увлечь их к завоеваниям. Но, независимо от этой цели, мы увидим ниже, что правило Чингисхана было основано на свойствах кочевой жизни монголов.

Чингисхан называл охоту школою войны и советовал своим потомкам считать ее занятием достойным государя.

У него она была родом маневров и производилась в начале зимы: снача-ла посылались люди для открытия логовищ зверей, потом давали знать окрестным племенам сделать наряд с десятков, для сго-на зверей в назначенное место, иногда в дальнем расстоянии.

Войска разделены были на правое крыло, центр и левое крыло; ими распоряжались их начальники, имевшие при себе жен и наложниц.

Во время движения начальники доносили хану о количестве дичи и о местах, куда она загнана; круг постепенно умень-шался до окружности в несколько верст; войска до того сгуща-лись, что воины касались друг друга. Место, куда сгоняли зверей, окружалось войлоками, повешенными на веревках.

Воинов, кото-рые пропускали зверей, строго наказывали за небрежность.

Хан первый въезжал в круг, с своими женами и свитой, и пер-вый убивал зверя.

Потом удалялся на возвышение, находившее-ся вне круга, смотреть, как после него будут охотится князья, вельможи, военачальники, потом младшие начальники и наконец простые воины.

Эта забава продолжалась по нескольку дней; нако-нец, когда в круге оставалось немного животных, являлись к хану старики и просили о помиловании оставшихся животных, что-бы они могли опять размножиться для будущей охоты. Тогда разделяли убитых животных; проводя 8 дней в удовольствии, войска возвращались в свои места. Почти так же во время войны войска Чингисхана охотились и на людей.

Чингисхан и монголы, как кочевой народ, а равно соседи их китайцы, были не очень религиозны и совершенно равно-душно относились к разным религиям.

Независимо от этого, политические правила Чингисхана относительно религий соображе-ны были с духом времени.

Он жил в век крестовых походов, великой борьбы христиан с мусульманами, знал фанатизм тех и других, раздоры между сектами одной и той же религии, знал ненависть, существовавшую между шиитами и сунитами, и, как искусный политик, не приставал ни к одной из религии, чтобы не возбудить ненависти последователей других религий, и задумав покорить мир, равно покровительствовал всем вероисповеданиям.

Зная влияние духовенства на умы, покровительствовал ему и, как события показывают, во время войны его с хоразмским султаном, он умел привязать к себе часть духовенства и имел его на своей стороне.

Вот причина, почему он запретил своим подданным следовать какой-либо секте, почему сам не держал-ся никакой религии и тщательно старался не давать предпочтения одному богослужению перед другим; люди с достоинствами и сведениями, какой бы ни были религии, находили доступ к его двору.

Из постановлений его относительно дел духовных и политических, касавшихся собственно его преемников, дошли до нас следующие:

1) Признавать единого Бога, создателя неба и земли, который дает жизнь и смерть, богатство и бедность, который внимает нашим молитвам или отвергает их; наблюдать веротерпимость и свободу совести, лишь бы признавалось единство Бога.

2) Главы магометанской веры, факиры, чтецы корана, дервиши, муэззины (призывавшие на молитву), омывавшие мертвых, лица известные своею набожностью, пищие, законоведы, лекаря, освобождаются от податей, тяжелой работы и общественных должно-стей.

3) Запрещается под смертною казнию объявлять себя ханом, но будучи избрана курилтаем, составленным из князьей, военачальников и проч. При выборе требуется, чтобы хан был са-мый знающий, самый образованный и самый способный из всего его (т. е. Чингиз-ханова) семейства. Но если его свергнут с престола за то, что не соображался с коренными законами государства, то его немедленно заключить, со всеми его родственниками и состоящи-ми при нем людьми, в крепость. Семейство его заключать потому, что оно служило несчастным предзнаменованием и потому что оно может искать мести. Снабжать хана, лишенного престола, и всех разделяющих с ним его несчастие, необходимым для существования; но никто не должен иметь сношений с этими государствен-ными преступниками.

Печать Чингисхана

Престол у монголов принадлежал наследникам или потомкам Чингисхана.

По смерти хана вельможи (в Персии от семи главных племен) собирались, в знак траура, в белых платьях к визирю или главному министру; по выборе хана и прочтении определенных молитв, они призывали нового хана и сажали его на черный войлок посреди дворца или шатра, и говорили ему: "возвысь голову, посмотри на солнце, узнай вечного Творца, которого ты--тень, соображайся в течении своего царствования с божествен-ною волею его, дабы сделаться еще выше на небе, чем на земле; если ты будешь действовать против этой воли, то получишь в этом мире наказание и у тебя останется из всех твоих богатств один только войлок, на котором ты сидишь".

Тогда хан спрашивал у них: "будете ли исполнять мои приказания, пойдете ли, ку-да я повелю, предстанете ли предо мною, когда я потребую, убьете ли, кого я прикажу?" Получав утвердительный ответ, хан наконец говорил: "И так отныне слово мое да будет вам меч". После того вельможи поднимали его на войлоке, качали на нем, показывали на-роду и потом сажали на трон.

По окончании этого обряда, присутствовавшие снимали траур, надевали красные платья и укра-шали головы султанами; кади или первый чиновник города возлагал короны на главы хана и его супруги, которой отдавались те же почести, как и самому хану. Потом вельможи, правители областей, начальники войск поздравляли его ханом, три раза преклонялись перед ним и целовали его ноги. Укоренившийся обычай избрания в ханы был главною причиною неустройств, междоусобий и падения монгольского государства. Чингисхан, умирая, назначив по себе преемником Октая, хотел кажется уничтожить этот обычай.

4) Чингисхан желал, чтобы его наследники не принимала пышных и длинных титулов и довольствовались названием ха-на, и велел подданным, говоря с ними, называть их только по имени. Этим он кажется хотел предохранить своих потомков от яда лести. Он понимал, что пышные титулы питают только гордость и тщеславие, не увеличивая вовсе силы, доказательством чему служит разрушение империи хоразмского султана, носившего титул: "Божией тени на земле". Но потомки Чингисхана, особенно в Персии, не последовали этому совету.

5) Как монголы не имели своего письма, то он заимствовал уйгурскую азбуку и приказал нескольким монгольским мальчикам учиться новому письму, чтобы потом переписывать на монгольском языке его законы, названные Яса или Улуг-Яса; экземпляр этих законов, вырезанных на стальных досках, хранился между государственными сокровищами. При восшествии нового хана на престол или когда случалось важное дело, князья должны бы-ли собраться, приказать принести Яса и решить по ним дело (это долго наблюдалось в Персии).

В его законах заключались также правила для предводителей войск, как следовало вести войну, осаждать и брать крепости и проч. Законы Чингисхана долго были у его потомков почти в таком же уважении, как алкоран у магометан. Многие ханы приказывали читать их в присутствии своем в назначенные дни, как магометане читают алкоран.

Если быстрота и обширность завоеваний Чингисхана доказывают превосходство его учреждений для образования из кочевых народов регулярных войск, для соделания их воинственными; если он сумел подчинить их поголовной военной повинности, заставить их учить детей с малолетства владеть оружием -- не говорю о верховой езде, к которой кочевники приучаются сами собою с 3-х-летноговозраста при перекочевках; -- если он своим военачальникам дал хорошие правила для ведения войны, для выиграния сражений и взятия крепостей, -- то его политическая правила для продолжения существования его обширной монархии, для упрочения за своими потомками его обширных завоеваний, в самом основании носят зародыш разрушения.

Он говорит, что обязан своими успехами умению выбирать достойных помощников себе и что монархия его может существовать тысячелетия, если потомки его будут так же уметь выбирать достойных лю-дей для управления и начальствования войсками, что и советовал своим потомкам.

Другое правило или совет его был: избирать в ханы самых знающих и самых способных из всего его по-томства. Советы эти легко было давать, но опыт показал, что их очень трудно было выполнять. Выбирать достойных полезных для управления или для войны людей может тот, кто сам имеет спо-собности и достоинства, кто понимает или знает, какие качества требуются для хорошего начальника войск и народоправителя, и кто имеет столько проницательности или которому ход событий в молодости, испытания и превратности в жизни, какие испытал сам Чингисхан, указали на таких людей, и кто имеет воз-можность и средства выбора или оценки таких людей.

Но детей сильных мира сего с малолетства окружали угодливость, пред-упредительность, раболепство, затем следовали лесть, интрига, лицемерие, притворство, которыми окружали молодого будущего наследника или соискателя престола и старались внушить ему превратные понятия об его обязанностях, чтобы скрыть от него истинное положение дел, и вследствие того люди хитрые, своеко-рыстные употребляли всю ловкость, чтобы отдалить от него лю-дей честных и дельных и сделать его орудием для достижения своих собственных корыстных целей.

Потом, когда наставал выбор в ханы, которым предоставлялась неограниченная власть казнить и миловать, возвышать и обогащать, унижать и разорять, могли ли члены курилтая или сейма следовать правилу Чингисхана--выбирать самого сведущего и способного.

Их соб-ственная выгода, собственная безопасно требовали выбора в ханы людей слабого характера и ограниченных способностей. К этому у монголо-татар присоединялись: наклонность к пьянству, усилившемуся от средств получать лучшие в то время вина и охмеляющие напитки; многоженство и представление ханам в наложницы и жены красивейших девиц со всех обширных их владений-- все это действовало растлевающим образом на потомков Чингиза, подрывая здоровье и нравственные и умственный си-лы, и мы видим, что империя его не только не просуществовала тысячелетий, но и столетий.

При ослаблении военных и административных способностей ханов, власть их ослабела, явилось много властолюбцев, домогавшихся той же власти--и империя раздробилась на множество отдельных владений, стремившихся освободиться от власти главных ханов, хотя воинственность кочевых племен и отчасти военные постановления Чингисхана пережили упавшую власть главных ханов.

Чингисхан, назначит своим наследником Октая, вероятно сам понимал вред выборного начала в ханы, но заставь сильную аристократию (или старейшин племен), которая по мере развития его империи увеличивалась, так как покоряя племена и народы не одною войной, но и политикой, он не мог истреблять ее, а напротив, как искусный политик, привлекал ее к себе наградами, назначением на выгодные места, участием в курилтае и другими сделками, почему вероятно и не мог решиться на уничтожение выборов в ханы, хотя цель его ослаблять значение и силу аристократии ясно выражена в строгости его постановлений дли начальствующих, в назначении особых начальников десятитысячных отрядов, тысячников и проч. и в составления этих частей войск не из однородных племен, а из всей обширной его орды.

Напр., нужна ли была для какой-либо цели армия, для этого делался наряд с каждого десятка кибиток или юрт по одному, по два человека и проч., чрез что войсковые сотни, тысячи, десяти-тысячные отряды составлялись из разных народностей. Октай простер эту политику перемешивать в составе войск племена до того, что предполагал для завоевания запада послать китайские войска, а для завоевания южного Китая монгольские .

Наконец, по мере расширения завоеваний, необходимо было увеличивать число войск и пополнять их людьми из покоренных племен или союзных, чрез что в ряды войск вступали люди мало знакомые с дисциплиной, с постановлениями Чингисхана; дух войск, которым проникнуты были первые его дружины, мало- помалу изменяйся, упал и, судя по словам Рубруквиса (бывшего в Золотой орде в 1253 г.), безопасность лиц, спустя 25 лет после смерти Чингисхана, не была так обеспечена, как он того желал.

Рубруквис рассказывает, что на пути его из Крыма к Батыю, кочевавшему за Волгой, он был напуган шайками из пленных русских, венгров и алан, которые, соединясь в 20 и 80 человек, ночью грабили и убивали встречных, а днем прятались. Уставших в этих войсках лошадей они бросали, брали тибунов свежих, а к утру возвращались к своим хозяевам. Эта опасность ночных нападений вероятно была причиной, что на становищах татары окружали себя повозками и громоздки-ми тюками или сундуками, из-за которых, в случае нападения, могли обороняться.

Если, при нахождении самого Батыя и всех войск его в орде, не было безопасности в ней, то если бы он выступил вновь для завоевания западной Европы, можно ли было бы ручаться за без-опасность жен, детей и громадных богатств, награбленных в Болгарии, России, Польше и Венгрии?

Война могла бы затянуться на несколько лет, а в это время покоренные народы могли бы взбунтоваться, вырезать оставшиеся семейства монголо-татар и завладеть их богатствами. Это вероятно было причиною, что пред-положенное завоевание западной Европы осталось без исполнения, а затем и в самой орде вскоре возникли беспорядки и начались междоусобия.

История показывает нам, что величайшие военные гении, увле-каясь страстью к войне, завоевывали обширные пространства земли, но основать из них государство, которое бы существовало продолжительное время, удавалось очень немногим.

Иванин М.И.

О военном искусстве и завоеваниях монголо-татар и среднеазиатских народах при Чингисхане и Тамерлане.

- СП б., 1875. .

См. далее...

Интересные справки:

Генерального штаба генерал-лейтенант М.И. ИВАНИН

-- Сочинение "О военном искусстве и завоеваниях монголо-татар и среднеазиатских народов при Чингисхане и Тамерлане" - труд члена военно-ученого комитета главного штаба, генерального штаба генерал-лейтенанта Ми-хаила Игнатьевича Иванина, представленного в 1874 г., но преждевременная смерть не дозволила ему дожить до издания своего труда.

-- В уважении к достоинству и значению последнего и к памяти автора его, военно-ученый комитет положил издать это сочинение на свое иждивение, под моею редакцией. Приготовив его к изданию, я счел нужным предпослать ему краткие сведения о служебной и военно-литературной деятельности покойного М. И. Иванина и указать достоинства и значение труда его.

-- Сведения о них были напечатаны в "Русском Инвалиде" 2-го ноября 1874 года N239.

-- Происходя из дворян Черниговской губернии, М. И. Иванин родился в 1801 году и получил образование в 1-м кадетском корпусе. Окончив в нем курс наук и выпу-щенный по высшему разряду--в артиллерию, в 1822 году, он был произведен в прапорщики 13-й артиллерийской бригады,--в 1825 году прикомандирован к штабу Его Императорского Величества по военным поселениям, а в году, по случаю смерти брата своего и семейных обстоятельств, был принужден выйти в отставку.

-- Но в следующем 1831 году он снова поступил на службу в 5-ю артиллерийскую бригаду подпоручиком и в 1832 году был прикомандирован к вновь открытой Императорской военной Академии (ныне Николаевская академия генерального штаба), для слушания в ней курса военных наук.

-- Окончив его в чине поручика, в 1-м выпуске из академии, в 1834 году, он был, за успехи в науках, произведен в штабс-капитаны, причислен к генеральному штабу и назначен на службу в 3-й пехотный корпус.

-- В 1835 году он был произведен в капитаны, с переводом в генеральный штаб и с назначением в отдельный Оренбургский корпус, а в 1830 году--дивизионным квартирмейстром 22-пехотной дивизии этого корпуса.

-- С 1835 года началась и, с 12-летним (1841-52) перерывом, 8 лет продолжалась деятельная служба его в Оренбургском крае, имевшая преимущественное влияние и на военно-литературную деятельность его.

-- В 1839 году произведенный в подполковники, он участвовал в Хивинской экспедиции 1939-40 годов и позже составил описание ее (изданное в начале 1874 года, при содействии военно-ученого комитета главного штаба).

-- Служба его в Оренбургском корпусе и особенно зимняя Хивинская экспедиция значительно расстроили здоровье его на целую жизнь и даже имели влияние на преждевременную смерть его.

-- В 1840 году, по окончании Хивинской экспедиции, он был назначен в 1-е отделение департамента генерального штаба, в 1847 году произведен в полковники, в 1848-м назначен штаб-офицером в управление начальника главного штаба всех резервных и запасных войск гвардии и армии, а в 1852-м--исправляющим должность обер-квартирмейстера 1-го пехотного корпуса.

-- Но в следующем 1853 году он получил новое назначение - состоять советником, со стороны министра государственных имуществ, во временном совете для управления внутреннею киргизскою ордою и в том же, году ему было вверено управление ею.

-- Таким образом, он снова воротился на службу в Средней Азии и деятельность его в управлении означенною ордою была в высшей степени полезна для нее.

-- Добросовестно вникая в положение, нужды и пользы киргизов и их хозяй-ства, он сумел приобрести действительную власть над киргизами, улучшал их хозяйство, принимая энергические меры против сибирской язвы, во время голода устроил кас-су для выдачи ссуд нуждавшимся и коротко ознакомился со всеми сторонами быта среднеазиатских кочевых народов. Свидетельством всего этого служит сочинение его "О вну-тренней Букеевской орде", показывающее, как горячо он относился к делу управления ею и как близко был знаком с ним.

-- Отсюда он был командирован на Кавказ, состоял при наместнике его по особым поручениям, участвовал во многих экспедициях и делах вместе с войсками левого крыла Кавказской линии (ныне Терская область) и, за отличие в них, в 1857 году был произведен в генерал-майоры.

-- В следующем 1858 году он участвовал в комиссии по демаркации наших границ с Турцией в Азии, в 1862 году был назначен состоять в распоряжении военного министра и генерал-квартирмейстера главного штаба, в 1864 году--председателем комиссии для составления положения о перевозке войск по железным дорогам и водяным путям, в 1866 году, с производством в генерал-лейте-нанты--председателем комиссии для собрания полных сведений о современном состоянии наших железных дорог, в 1868 году--постоянным членом комитета, учрежденного при главном штабе, по передвижению войск по железным дорогам и водою, и наконец в 1871 году--членом военно-ученого комитета главного штаба.

-- Между тем, с ходом времени, здоровье его, значительно расстроенное разнообразною и деятельною службою его в разных краях России, особенно в киргизских степях, с каждым годом, особенно в 1872-74 годах, расстраивалось все более и более. Для поправления его, в 1874-м году он поехал в свое небольшое имение в Черниговской губернии.

-- Выехав из него 26 октября обратно в Петер-бург и отъехав только 40 верст до местечка Александровки, на другой день, 27 сентября, он скоропостижно скончался в нем, от паралича сердца, 73 лет от роду, оставив по себе прекрасную память своею безупречною честностью, пресвященным умом, основательным образованием, редким трудолюбием, вполне добросовестным отношением к служебным обязанностям и замечательными военно-литературными трудами.

-- Из числа последних, главными суть. "Описание зимнего похода в Хиву в 1839-1840 годах" и "О военном искусстве и завоеваниях монголо-татар и среднеазиатских народов при Чингисхане и Тамерлане". Первое из этих сочинений весьма богато важными фактическими сведениями об экспедиции 1839-40 г.г. в Хиву, собран-ными и разработанными М. И. Иваниным и другими участ-никами этой экспедиции.

-- Второе было составлено им, на основании главных и лучших восточных источников и трудов наших и иностранных специалистов, еще в 1836-м напечатано в 2-й книжке Военного Журнала, издававшегося военно-ученым комитетом тогдашнего состава, и извлечении - в NN 248-249 Журнала для чтения воспитанникам военно-учебных заведений (того же 1846 года), издававшегося при главном штабе этих заведений. В последствии М. И. Иванин значительно (более нежели вчетверо) пополнил и распространил его и в начале1874 года представил в рукописи, как сказано, на рассмотрение в военно-ученый комитет главного штаба.

-- В заключение следует сказать, что сочинение М.И Иванина и по форме вполне соответствует важности и зани-мательности содержания своего, верностью взглядов, мыслей и суждений, точностью и завлекательностью изложения и языком вполне приличным предмету. Словом -- сочинение это есть замечательное явление в нашей военно-историче-ской литературе и без сомнения будет оценено по до-стоинству.

Член военно-ученого комитета главного штаба, генерального штаба генерал-лейтенант

Князь Н. С. Голицин.

Апрель 1875 года.

-- Рубруквис или Рюисбрук и Розброк (Вильгельм) - голландский монах, путешественник.

-- В 1253 г., вследствие распространившихся ложных слухов о принятии монгольским ханом Мангу христианства, Р. был отправлен к последнему Людовиком IX, для приглашения его к участию в крестовом походе.

-- Из Константинополя он проехал через Крым, южную Россию, Сарай, Кавказ, часть Средней Азии и юг Сибири; представился Батыю, Мангу и другим монгольским ханам, но не имел возможности выполнить своего поручения.

-- Оставил весьма достоверные "Записки" о Китае, Средней Азии, южной России, о нравах и политическом быте монголов и т. п. Обратный путь Р., с богатыми дарами от Мангу, совершил через Астрахань, Дербент, Ширван, Шемаху, Тифлис и Армению.

-- Он первый доказал, что Каспийское море - не залив Северного океана, а самостоятельное озеро, названное морем вследствие своей обширности и глубины.

-- Марко Поло (15 сентября 1254, Венеция -- 8 января 1324) -- итальянский купец и путешественник, представивший историю своего путешествия по Азии в знаменитой "Книге о разнообразии мира".

-- Несмотря на сомнения в достоверности фактов, изложенных в этой книге, высказываемые с момента её появления до нынешнего времени, она служит ценным источником по географии, этнографии, истории Ирана, Китая, Монголии, Индии, Индонезии и других стран в средние века. Эта книга оказала значительное влияние на мореплавателей, картографов, писателей XIV--XVI веков. В частности, она была на корабле Христофора Колумба во время его поиска маршрута в Индию.

-- Венецианские и генуэзские купцы, достигшие в тринадцатом веке торгового могущества на Средиземном море, не могли остаться равнодушными к исследованиям, предпринимаемым смелыми путешественниками в Центральной Азии, Индии и Китае.

-- В 1260 году Николо, отец Марко, вместе со своим братом Маффео отправились в Крым (в Судак), где у их третьего брата, которого также звали Марко, был свой торговый дом. Далее они двинулись по тому же маршруту, по которому в 1253 году прошёл Гийом де Рубрук. Проведя год в Сарай-Бату, братья двинулись дальше в Бухару.

-- В связи с опасностью военных действий, которые вёл хан Берке (брат Батыя) в этом регионе, братья вынуждены были отложить возвращение домой. Пробыв в Бухаре три года и не имея возможности вернуться домой, они присоединились к персидскому каравану, который послал хан Хулагу в Ханбалык (современный Пекин) своему брату, монгольскому хану Хубилаю, который к тому времени практически завершил разгром китайской династии Сун и вскоре стал единоличным правителем Монгольской империи и Китая.

-- Зимой 1266 года братья достигли Пекина и были приняты Хубилаем, который, по словам братьев, дал им золотую пайзу для свободной дороги назад и попросил их передать послание папе римскому с просьбой прислать ему масла с гробницы Христа в Иерусалиме и проповедников христианства.

-- Вместе с братьями отправился и монгольский посол в Ватикан, однако, в дороге он заболел и отстал.

-- В дороге Никколо узнал о смерти своей жены и о рождении сына, появившегося на свет через несколько дней после его отъезда, в 1254 году, и названного Марко.

-- Прибыв в Венецию в 1269 году, братья обнаружили, что Папа Климент IV умер, а новый так и не был назначен. Желая поскорее выполнить поручение Хубилая, они решили не дожидаться назначения нового папы, и в 1271 году отправились в Иерусалим, взяв с собой Марко.

Марко Поло в Китае

-- В 1324 году, будучи уже больным человеком, Поло написал своё завещание, в котором упомянута золотая пайцза, полученная от татарского хана (он получил её от дяди Маффео, который, в свою очередь, завещал её Марко в 1310 году).

-- В том же 1324 году Марко умер и был похоронен в церкви Сан Лоренцо.

-- В 1596 году его дом (где, по преданию, хранились вещи, привезённые им из китайского похода) сгорел. Церковь, в которой он был похоронен, в XIX веке была снесена.

Обложка английского издания Книги Марко Поло, 1874

Нашествие хана Батыя на Русь.

Миниатюра из книги Житие Евфросинии Суздальской

ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ-СПРАВОЧНИК

ИВАН I Калита (?-1340), князь московский (с 1325), вел. князь владимирский (с 1328). Сын Даниила Александровича. Заложил основы полит. и экон. могущества Москвы. Добился у Золотой Орды права сбора мон -тат. дани на Руси. При И. I резиденция рус. митрополита перенесена из Владимира в Москву. Карамзин: "Отечество наше сетовало в уничижении; головы князей все еще падали в Орде по единому мановению ханов: но земледельцы могли спокойно трудиться на полях, купцы ездить из города в город за товарами, бояре наслаждались избытком; кони татарские уже не топтали младенцев, девы хранили невинность, старцы не умирали на снегу. Первое добро государственное есть безопасность и покой; часть драгоценная для народов благоденствующих: угнетенные желают только облегчения и славят Бога за оное... Благоразумный Иоанн - видя, что все бедствия России происходят от несогласия и слабости князей - с самого своего восшествия на престол старался присвоить себе верховную власть над князьями древних уделов и преуспел в этом. ... Несмотря на коварство, употребленное Иоанном к погибели опасного совместника, москвитяне славили его благость и, прощаясь с ним во гробе, орошаемом слезами народными, единогласно дали ему имя Собрателя земли Русской и государя-отца: ибо сей князь не любил проливать крови в войнах бесполезных, освободил великое княжение от грабителей внешних и внутренних, восстановил бе-зопасность собственную и личную, строго казнил татей и был вообще правосуден".

ИВАН (ИОАНН) IV Грозный (1530-84), вел. князь "всея Руси" (с 1533), первый рус. царь (с 1547), сын Василия III. С кон. 40-х правил с участием Избранной рады. При нем начался созыв Земских соборов, составлен Судебник 1550. Проведены реформы управления и суда (Губная, Земская и др. реформы). В 1565 была введена опричнина. При И. 1V установились тор связи с Англией (1553), создана первая типография в Москве. Покорены Казанское (1552) и Астраханское (1556) ханства. В 1558-83 велась Ливонская война за выход к Балт. м., началось присоединение Сибири (1581).

ИГО - Это был самый тяжкий позор для воинов и войска в целом. "Позорное иго" устраивали из трех копий; два вты-кали в землю параллельно, третье прилаживали сверху, наподобие пере-кладины.

ИДЕАЛ ВОЕННОСЛУЖАЩЕГО. В идеале военнослужащий должен обладать: непоколебимой преданностью военному делу, выдающейся сознательностью поступков, предприимчивостью, самостоятельностью и находчивостью, покорностью военному долгу и дисциплине, неистощимой телесной и духовной энергией, высокою честностью, наклонностью к тесному служебному товариществу, а главное -- беззаветным мужеством, твердостью, решимостью и самоотверженностью. (В.Э., 1911, т.6).

ИДЕЯ ВОЙНЫ. Военная история показывает, какое огромное значение имело для силы стремление бойцов к победе его сочувствие политической, религиозной или экономической идее войны. Все решительные и победоносные войны имели в основе идею, которая близка была сердцу бойца. (Н. Головин).

ИДУМЕЯ, страна Эдомская, Идумеяне (красный) - страна, народ, получившие свое название от Исава или Эдома по цвету кушанья (красной, чечевичной похлебки), за которое он продал свое право первородства Иакову. Эта страна, населенная Хорреями, лежала на ю. от Мертвого моря до северного конца Еланитского залива, на границах земли Моавитской. Древнею столицею Идумеи был город Восора. Идумеяне управлялись царями, до времени покорения их Давидом. В царствование Давида Идумеяне были разбиты им в соляной долине и его полководец Иоав уничтожил, почти все мужское население. Гадал, член царского Идумейского семейства, убежал в Египет, где благосклонно принятый Фараоном сделался впоследствии одним из наиболее опасных врагов Соломона. Когда Навуходоносор осадил Иерусалим, Идумеи соединились с ним и принимали деятельное участие в грабеже и убийствах побежденных Иерусалимлян.

ИЕЗЕКИИЛЬ - библейский пророк.

ИЕРАРХИЯ (от греч. hieros - священный и arch-e - власть), расположение частей или элементов целого в порядке от высшего к низшему. Термин употребляется для характеристики орг-ции христ. церкви; в социологии - для обозначения социальной структуры общества, бюрократии; в общей теории систем - для описания любых системных объектов; в теории орг-ции - принцип управления; в лингвистике различают И. уровней (ярусов) языка; в графов теории - иерархич. граф (т. н. "дерево"). Расчленивши толпу и создав военную иерархию, старший начальник потерял возможность управлять всеми людьми непосредственно, но зато, принимая в некоторых случаях это управление частью их, он выигрывает в силе производимого впечатления. Выигрыш этот проистекает от следующих причин: в видах управления войсками каждому рангу начальников присваивается определенная степень власти, причем каждому рангу подчиняется все большее и большее число лиц. В силу этого, чем выше подниматься по иерархической лестнице, тем могущественнее становится лицо, занимающее определенную ступень. Поэтому подчиненные связывают с определенным начальников идею определенной силы. Эта ассоциация двух представлений и составляет суть военной субординации. Расчленивши толпу и создав военную иерархию, старший начальник потерял возможность управлять всеми людьми непосредственно, но зато, принимая в некоторых случаях это управление частью их, он выигрывает в силе производимого впечатления. Выигрыш этот проистекает от следующих причин: в видах управления войсками каждому рангу начальников присваивается определенная степень власти, причем каждому рангу подчиняется все большее и большее число лиц. (А. Зыков).

ИЕРЕЙ - жрец, священнослужитель.

ИЕРЕМИЯ - второй из четырех пророков Ветхого завета, предсказавший ги-бель Иерусалима от рук вавилонян, а затем оплакавший разрушенный Иерусалим (Книга Пророка Иеремии). В конце жизни был уведен в Египет и там побит кам-нями своими же единоверцами за то, что постоянно обличал их в пороках и призы-вал к праведной жизни.

ИЕРИХОН (по-еврейски произносится Йерихо) - известный город, лежавший в пределах колена Вениаминова. Обычное значение слова следующее: благоухающий, благовонный, но, по мнению некоторых толкователей, оно означает: месяц или луну, которую могли боготворить основатели Иерихона. Прежде чем Израильтяне перешли Иордан, Иисус Навин посылал двух соглядатаев осмотреть землю и Иерихон. В то время в Иерихоне имел пребывание царь, который, услыхав о прибытии в город чужестранцев, требовал у Раавы блудницы выдачи соглядатаев, с тем чтобы наказать их. Город был окружен стеною, имел ворота, а дом Раавы, в котором скрылись юноши на ночлег, находился на стене, - обстоятельство много способствовавшее их бегству, потому что Раав спустила их на веревке через окно, и они, скрываясь три дня в горах, благополучно возвратились затем к Иисусу Навину. После того И. Навин перевел народ через Иордан против Иерихона, и поставил стан в Галгале, на восточной стороне Иерихона, где Евреи на равнинах Иерихонских совершили Пасху в 14-й день месяца вечером. Стены осажденного города чудесным образом пали, по семидневном обхождении вокруг его с Ковчегом Завета и трубных звуках священников. Иерихон был взят, и все в нем было предано мечу и истреблению.

ИЕРИХОНСКАЯ ТРУБА. От названия города Иерихона, стены которого, по биб-лейскому преданию, рухнули от трубных звуков израильтян. Обозначает голос очень громкий, звучный, зычный.

ИЕРУСАЛИМ (основание, или жилище мира) - сильно укрепленный главный город Палестины, почти в середине Иудеи, в колене Виньяминовом, на нескольких холмах, на западном берегу ручья Кедрона. Город был завоеван Давидом ок. 1050 г. до Р. X. и сделан им столицей. Со-ломон присоединил еще возвышенность Морию (Moriah), лежащую на северо-востоке, и на ней по-строил храм (разрушенный вавилонянами в 588 г. до Р. X., после плена вновь выстроенный, впоследствии превращенный Иродом Великим в великолепное зда-ние); обе части он окружил общей стеной. При царях Искии, Иофаме и Манассе, к городу прибавились на-ходящаяся на востоке от Сиона вершина Офель и на севере Нижгород. После разрушения в 588 г. до Р. X. город был вновь отстро-ен в 458 г. до Р. X. возвратившимися под начальством Есры из плена иудеями в прежних размерах с двойной стеной, с башнями и с 12 воротами. Под владычест-вом македоно-сирийских царей (Антиох, Епифан), 161 г. до Р. X. на вершине, лежащей на севере от го-ры, где находится храм, был выстроен замок для гар-низона, Акра; впоследствии это название распростра-нено было на всю часть города. Царский дворец находится на горе Сионе, городская дума в долине сырников между Сионом, Морией и Офелем, на западе от храма; пруд Вифезда лежал на севере от Антонии. По преданию, Голгофа лежала внутри города (в углу нового города, образуе-мого первой и второй стенами, на Кальварийской го-ре), настоящее место, вероятно, было за городом на дороге в Иерихон (на северо-востоке от Иерусалима), Гефсимана и гора Елеонская (масличная) лежат в 5 стадиях на востоке от города и отделены от него до-линой ручья Кедрона. Взятие его царем Дави-дом, 1017 до Р.Х.; взятие егип. Царем Сусакимом, 947 до Р.Х.; нападение на него арабских племен, 851 до Р.Х.; осада его сирийцами, 836 до Р.Х.; чудесное поражение Сеннахерима, 704 до Р.Х.; походы против него Небукаднезара, 598 и 587-586 до Р.Х.; Антиох IV соворш. В нем страшные зверства, 171 до Р.Х.; осажден и взят голодом сир. Царем Антиохом Сидетом, 135 до Р.Х.; поднимает восстание против царя Александра Ианнея, 92 до Р.Х.; взят Помпеем, 64-63 до Р.Х.; взят приступом царем Иродом, 37 до Р.Х.; осаж-ден префектом Сирии Галлом, 66; взят и разрушен, после упорн. осады, Титом.

ИЕРУСАЛИМСКИЙ ВЕЛИКИЙ СОВЕТ - Синедрион (Великий синедрион). Возглав-лялся первосвященником и состоял из 71 или 72 членов. После покорения Иудеи Римом наместник императора утверждал все решения Синедриона; со времени раз-рушения Иерусалимского храма Синедрион утратил свои функции, сохранившись лишь в качестве духовного учебного заведения.

ВЕЛИКИЕ МЫСЛИ

Кто сует повсюду нос,

Бывает часто бит, как пес.

Давать советы все не прочь,

Не зная, как себе помочь.

Признавший сам себя глупцом

Считаться вправе мудрецом,

А кто твердит, что он мудрец,

Тот именно и есть глупец.

Язык у человека мал,

А сколько жизней он сломал,

Свой проявляя низкий норов,

Виновник сплетен, склок, раздоров!

Все преходяще, быстротечно,

И лишь наука долговечна.

Когда родители умны

И добродетельно-скромны,

То благонравны и сыны.

Кто вечно только модой занят

Лишь дураков к себе приманит.

Старик-дурак себя погубит,

Коль он порок и кривду любит.

Глупцов глупей, слепцов слепей

Те, кто не воспитал детей.

Да, ни в богатстве, ни во власти

Нет без морали людям счастья.

Так не поранит острый нож,

Как ранит подлой сплетни ложь.

Кто, дело сделав, ждет совета,

Тому не впрок ни то, ни это,

А кто заранее все обсудит,

Тот в дураках потом не будет.

Кто женский пол чрезмерно любит,

В себе живую душу губит:

Как богу богово воздать,

Коль слишком дамам угождать?

Себастьян БРАНТ (ок. 1458--1521) -- немецкий

писатель, автор книги "Корабль дураков".

Пир Василия III в селе Коломенское с митрополитом и боярами

после освящения церкви Вознесения.

Миниатюра из Лицевого Летописного свода 16 в.

РУССКАЯ ФРАЗЕОЛОГИЯ

Подпускать (подпустить) турусы на колесах кому.

Рассказывая, немного соврать, присочинить.

Подрезать (подрезать) крылья кому.

Лишать возможности проявить все свои силы, способности

Подрубить (подкосить, подсечь) под корень кого, что.

Окончательно подорвать, на-нести непоправимый вред кому-либо или чему-либо.

Подставлять (подставить) ножку (ногу) кому.

Тайно, с умыслом вре-дить кому-либо.

Пожинать (пожать) лавры ч ь и, к ог о.

Пользоваться плодами успехов.

Показать кузькину мать кому.

Проучить как следует, сурово наказать, же-стоко расправиться; заставить считаться с кем-либо.

Показывать (показать) когти (зубы) кому.

Проявлять неприязнь к кому-либо, показывать готовность к отпору.

Показывать (указывать) пальцем (пальцами) на кого, на что.

Открыто, публично осуждать, порицать кого-либо или что-либо

Показывать (показать) пятки.

Обращаться в бегство, удирать; поспешно от-ступать.

Покупать (купить) кота в мешке.

Приобретать что-либо такое, о достоинствах чего заранее не знаешь.

Ползать на коленях перед кем.

Усиленно добиваться от кого-либо согласия на что-либо, прибегая к просьбам (часто унизительным), упрашива-ниям, мольбам и т. п.

Полная чаша.

Всего вдоволь, изобилие всего.

Полным ходом.

С предельной скоростью. О движении чего-либо

Положить конец чему.

Прекратить что-либо.

Поминай как звали.

Безвозвратно исчез, сбежал, куда-то скрылся

Попадать (попасть) в небо пальцем.

Ошибаться, говорить невпопад.

Пороть горячку.

Действовать с излишней поспешностью, раздражитель-ностью.

Пороха (пороху) не выдумает.

Ничего нового, своего не создаст; кто-либо не отличит-ся большими творческими способностями.

Портить (испортить, попортить) кровь кому.

Причинять много неприятностей кому-либо, сильно раздражать кого-либо.

После дождичка в четверг.

Неизвестно когда, никогда.

Последняя (десятая) спица в колеснице.

Человек, играющий незначительную, жалкую роль в жизни, в обществе и т.п.