# Печать Петра Великого...

Анатолий Иванович Каменев

Каменев Анатолий ИвановичПечать Петра Великого...Создан: 05/07/2012, изменен: 05/07/2012, 72kФрагмент: Политика============================================================

Печать Петра Великого...

ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА РОССИЙСКОГО

МЫСЛИ НА БУДУЩЕЕ...

Н.И. Костомаров

(Из его кн.)

Вслед за тем издан был указ, чтобы все, исключая духовенства, брили бороду и одевались в иностранную одежду: зимою - в меховую венгерского покроя, а летом - в немецкую.

И женщинам велено одеваться в одежду иностранного покроя.

Царь приказал, чтоб на свадьбах и всяких общественных увеселениях женщины находились вместе с мужчинами, а не особо, как делалось прежде, и чтобы также на подобных сборищах была музыка и танцы. Для примера подданным царь в эту зиму беспрестанно ездил сам на свадьбы, устраивал разные забавы, заохочивал особ обоего пола к свободному обращению между собой. Те, которые добровольно не хотели веселиться на иноземный образец, должны были исполнять волю царя; упрямые наказывались пенею.

Петр отменил древний обычай - совершать браки по воле родителей, без всякого участия их детей, вступавших в брачный союз. Петр постановил, чтобы родители не имели права принуждать к браку, и венчание не могло происходить без заявления желания со стороны жениха и невесты. Женскому полу нравилось это, и вообще женщины скорее мужчин поддавались признакам преобразования, без ропота надевали на себя иностранные одежды, находя их красивее старых русских, и охотнее бросались на увеселения нового рода.

Понятно, что женщины видели в этом свое освобождение от тяжелого рабства, в котором их держал чин старой московской домашней жизни.

Как продолжение тех же мер преобразования в семейной жизни, явилось уничтожение силы заручных записей, которые давались со стороны жениха или его родни родителям невесты.

Царь должен был бороться со многими чертами дикости нравов своего времени: так, в феврале было запрещено продавать остроконечные ножи, которые обыкновенно русские носили при себе и нередко дрались ими до смерти; постигло наказание невежд, которые, не зная медицинских наук, брались лечить больных и делали вред; для примера отправлен был в ссылку в Азов на каторгу дворовый человек боярина Петра Салтыкова, который принес своему боярину, страдавшему бессонницей, такого лекарства, от которого боярин заснул навеки; на будущее время было объявлено, что всякий лекарь, который уморит больного, будет казнен смертью.

В Московском государстве тогда шаталось очень много праздного народа: то были вольноотпущенные, которые обыкновенно, получив отпускную, опять поступали в холопы. Приказано было таких людей, если окажутся годными, брать в солдаты.

Распоряжение это распространилось и на бродяжных крестьян.

Монетное дело получило преобразование.

В это время, за неимением мелких денег, произвольно рассекали серебряные деньги на несколько частей, и от этого происходила путаница. В иных городах, вместо мелкой монеты, стали употреблять кусочки кожи. И то, и другое было запрещено. Приказано пустить в оборот медные деньги - полушки и полуполушки, а после делать серебряные полтинники, полуполтинники, гривенники и золотые червонцы. Новые серебряные и золотые монеты появились уже в следующем году. Для прекращения плутовства в металлических изделиях установлена проба золоту и серебру в четыре разряда, по разному достоинству, а для наблюдения за порядком велено выбрать из мастеров трех старост, которые должны были налагать клейма на изделия. Но царский указ о пробе, по обычаю, плохо исполнялся, так что через несколько времени велено было ломать неправильно сделанные вещи и брать пошлины в первый раз втрое, во второй раз вшестеро.

Повсеместно приказано было искать металлической руды; учрежден был особый приказ рудосыскных дел. Для прекращения проволочек в делах, запрещено в челобитных примешивать лишние предметы, не относящиеся прямо к делу, и приказано делать немедленно допрос по возникающим искам. Запрещено принимать пустые жалобы о нанесенном бесчестии вроде того, как некто жаловался на другого, что тот смотрит на него зверообразно. 15-го июля 1700 года неоплатных и злостных должников велено бить кнутом и ссылать на каторгу в Азов.

Московская улица в конце ХVIII столетия.

С гравюры Дюрфельда.

Беглые крестьяне и пытки

С неменьшею суровостью преследовали беглых крестьян и людей. Передерживавшие беглых такого рода подвергались смертной казни. Беглецы составляли разбойничьи шайки и занимались воровством и грабежом. Принято было за правило казнить из пойманных беглых крестьян и холопов только тех, которые уличены будут в убийстве и разбое, а других наказывать кнутами, налагать клейма, вырезывать ноздри. Последний способ казни был особенно любим Петром. В его бумагах остались собственноручные заметки о том, чтобы инструмент для вырезывания ноздрей устроить так, чтобы он вырывал мясо до костей.

*

И в этот период Петрова царствования, как и в прежний, повсюду появлялись разбойничьи шайки, человек в 200 и более, с исправным вооружением; они нападали на помещичьи усадьбы, сжигали их, убивали людей и крестьян.

Близ города Мещовска разбойники напали на Георгиевский монастырь, ограбили его, а потом вступили, не встречая сопротивления, в город Мещовск, освободили преступников, содержавшихся в тюрьмах, и присоединили их к своей шайке.

В 1718 году разбойников, находившихся в шайках, велено казнить колесованием и повешением, а беременных женщин оставлять в живых до разрешения от бремени и потом отсекать им голову.

В начале 1719 года государь приказал разослать по всем губерниям печатный указ, прибить его в пристойных местах и прочитать в церквах, жители, через своих старост и приказчиков, должны были давать властям сказки о том, что им неизвестно о пребывании у них воров, беглых и становщиков (пристанодержателей), а если узнают, то обязываются немедленно объявить начальству. Тем приказчикам и старостам, которые в своих сказках солгут и утаят пребывание у них преступников, угрожала смертная казнь, а помещикам отнятие имений.

В марте того же 1719 года царь в своем указе заметил, что, при стараниях искоренить воров и разбойников, повсюду совершались дневные и ночные кражи, по дорогам разбои и убийства. Много раз, по царскому милосердию, объявлялось разбойникам прощение, если они принесут повинную, и ничто не помогало, а многие заведомо давали у себя приют злодеям и через то содействовали сокрытию преступлений. По тюрьмам сидело множество преступников, а дела о них затягивались по нескольку лет.

*

Пригласительный билет на маскарад к обер-шталмейстеру Л.А. Нарышкину

Ужасом для всех разбойников, как и для всяких нарушителей царской воли и закона, был князь Федор Юрьевич Ромодановский, начальник Преображенского приказа в Москве.

Этот человек соединял в себе насмешливость с мрачною кровожадностью: участник Петровых оргий, неизменный член сумасброднейшего собора, представлявший, по воле государя, из себя шутовское звание царя-кесаря, он держал у себя выученного медведя, который подавал приходившему в гости большую чарку крепкой перцовки, и в случае отказа пить хватал гостя за платье, срывал с него парик или шапку. Шутник большой был Федор Юрьевич.

Но если кто попадался серьезному суду Федора Юрьевича, тот заранее должен был почитать себя погибшим. Ромодановский подвергал обвиняемых самым безжалостным пыткам и приговаривал преступников к мучительным казням: кроме обыкновенного повешения, он вешал их за ребра и сжигал. Его одно имя наводило трепет; сам Петр называл его зверем, зато любил Ромодановского, зная, что никакие сокровища не в силах подкупить его и возбудить малейшее сострадание к попавшейся жертве. Все процессы по поводу "государева слова и дела" велись им; какая-нибудь неосторожная болтовня влекла несчастного к неумолимому розыску, в душную или сырую тюрьму, к бесчеловечным истязаниям.

Ромодановский с любовью занимался своим адским делом, и его Преображенский приказ у русского народа носил прозвище "бедности".

*

Побеги в этот период времени не уменьшались, и распоряжения о беглых следовали прежним порядком. В 1722 году давался беглым срок добровольной явки на год, с объявлением помилования, если они воспользуются сроком. Однако охотников воспользоваться милосердием государя было немного.

Народ толпами уходил за границу, и по указу 26-го июня 1723 года устроены были по границе заставы; польскому правительству написано было, чтоб оно, со своей стороны, назначило комиссаров для поимки и отсылки в Россию бежавшего в Польшу русского народа. Расставленные на границах драгунские полки не могли совладать с беглыми, которые уходили за рубеж с ружьями, рогатинами, и, встречая на рубеже драгунов, готовы были биться с ними, как с неприятелями; другие же толпами успевали проходить мимо застав. Государь велел стрелять в упрямых беглецов.

Беглые селились в Польше, а потом переходили за рубеж вооруженными шайками, били, мучили и грабили людей по дорогам; особенно во Псковской провинции они навели большой страх, тем более, что там была недостача военных команд. Строгий для беглых во всех краях Руси, Петр делал в этом отношении послабление для Ингерманландии, которую хотел заселить русскими. Беглые крестьяне, поселившиеся в этом крае из других русских областей, не отдавались своим прежним помещикам. Если у владельцев были собственные земли в Ингерманландии, то беглые приписывались на эти земли, а если не было, то владельцам их позволялось продавать бывших в бегах тем помещикам, за которыми числились земли в Ингерманландии, или получать от казны за мужчину по 10 рублей, а за женщину по 5 рублей.

Беглые всякого рода толпились во множестве в Пензенской, Тамбовской провинциях и на юге России - в Киевской губернии и на Дону. Многие из них показывали себя непомнящими родства; царь приказал таких отправлять в Петербург для поселения на ингерманландских землях, принадлежавших государю. Стараясь о развитии горного промысла, Петр дозволил на заводах принимать беглых крестьян, без отдачи прежним владельцам, с тем, чтоб эта льгота не простиралась на уклоняющихся от военной службы.

Побеги умножались тогда по причине голода, свирепствовавшего в России.

Летом 1722 года был большой хлебный недород; люди стали умирать от голода, и царь, указом 16-го февраля 1723 года, приказал рассчитать, сколько нужно на год или на полтора каждому помещику для себя и для крестьян на обсеменение полей, а затем весь хлеб - отобрать и раздать неимущим на пропитание, однако с условием, чтобы последние после возвращали без всякой отговорки. Велено было отбирать хлеб у купцов и промышленников, которые скупали его для продажи по высокой цене; царь приказал этот хлеб продавать народу в Петербурге и в Москве так, чтобы, сверх покупной цены и пошлин, приходилось купцам, у которых отобрали этот хлеб, прибыли не более одной гривны на рубль.

Придумали и другую меру для облегчения народного бедствия: со всех служащих, исключая военных иностранцев, из получаемого ими жалования, вычиталась одна четверть. У губернаторов, вице-губернаторов и комендантов, владевших деревнями, велено было на время неурожая отобрать все их хлебное жалованье; упразднено было, сверх того, всякое двойное и прибавочное жалованье, хотя бы получаемое в виде наград сверх действительных окладов по чину. Но в августе того же года оказалось, что служащие в канцеляриях и коллегиях, не получая полного своего жалованья, пришли в крайнюю нужду, и потому сенат приказал выдавать им, за недостатком денег, сибирскими и прочими товарами, а вместо муки - рожью.

По случаю голода, дозволено было привозить хлеб из-за границы, сначала за половинную пошлину, а затем совсем беспошлинно (указы июня 1723 г., 13-го января и 28-го августа 1724 года), и в силу такого дозволения в апреле 1724 года привезено было заграничного хлеба на 200000 рублей; русские купцы могли продавать повсюду, но брать прибыль для себя не более гривны с рубля за зерно и не более двух - за муку. Дороговизна хлеба продолжалась до конца царствования Петра и побудила устроить при камер-коллегии особую контору для принятия мер на будущее в случаях неурожая. Уже за две недели до своей кончины, Петр установил правила против повышения цен съестных припасов, охранявшие покупателей от стычек между алчными торговцами.

Между тем голод и побеги приводили к размножению разбоев. Летом 1722 года дошло до царя, что на Оке и на Волге разбойники убивают хозяев, грабят товары, а наемные работники на купеческих судах не только не обороняют своих хозяев, но еще сами подговаривают разбойников. Около самого Петербурга не было проезда за разбойничьими шайками, а одна из этих шаек, доходившая, как говорят, до 9000, под командою отставного полковника, помышляла напасть на столицу, сжечь адмиралтейство и все военные склады и перебить всех иностранцев.

Тридцать шесть разбойников были схвачены, посажены на кол и повешены за ребра.

Шпионы

Неудовольствие было повсеместное, везде слышался ропот; но везде бродили шпионы, наушники, подглядывали, подслушивали и доносили; за одно неосторожное слово людей хватали, тащили в Преображенский приказ, подвергали неслыханным мукам.

"С тех пор, как Бог этого царя на царство послал, - говорил народ русский, - так и светлых дней мы не видим: все рубли, да полтины, да подводы, нет отдыха крестьянину. Это мироед, а не царь - весь мир переел, переводит добрые головы, а на его кутилку и перевода нет!"

Гадальная карта конца ХVIII столетия.

Из собрания П.Я. Дашкова.

Фальшивомонетчики

Рядом с разбойниками проявлялись фальшивые монетчики - воровские денежные мастера. Строгие меры против них были тягостны не только для самых преступников, но и для неосторожных покупателей, потому что всякого, у кого случайно находили воровские деньги, тащили на расправу. Кроме фальшивой монеты домашнего изобретения, в Архангельск привозили такую же иностранцы. Чтобы прекратить в народе обращение ее, в мае 1711 года были уничтожены старинные мелкие деньги; а вместо них начали чеканить рубли, полтинники, полуполтинники, гривенники, пятикопеечники и алтынники.

*

В 1722 году Петр обратил внимание на то, что в России количество фальшивых денег не уменьшалось, а все увеличивалось. Чтобы прекратить их обращение в народе, приказано делать монету по новому рисунку, а старые деньги приносить для переделки на монетный двор до апреля 1724 года. Но никто не спешил исполнять это предписание, напротив, прятали старую монету, надеясь со временем получить за нее барыши, и в самом деле, уже в конце февраля 1724 года за один старый рубль давали пять новых; дозволялось приносить на денежные дворы золото и серебро и получать за него определенную плату.

Гербовая бумага, по важности, считалась наравне с монетою, и за подделку ее казнили смертью.

План Санкт-Петербурга 1717 года

Борьба с пожарами

Северная половина России страдала от поджогов и от случайных пожаров, которые вынуждали предупредительные меры: в мае 1711 года, по сенатскому указу, велено в городах заводить инструменты для погашения огня - крючья, щиты, трубы, ломы и т. п. и раздать по гарнизонным полкам, которые обязаны были охранять города от огня. Но эти спасительные меры были более на бумаге, чем на деле, потому что долго потом не приобретались инструменты, да и самая сумма на эти предметы, простиравшаяся до 110000 рублей, не слишком была достаточна. Города Псков, Торжок, Кашин, Ярославль и другие дошли до такого разорения, что современники находили едва возможным поправиться им в течение пятидесяти лет. Много народа вымирало, много разбегалось. В 1711 году насчитывалось в этом крае 89086 пустых дворов. К увеличению народных бед, в 1710 году появились заразительные болезни, перешедшие из Лифляндии и Польши, где они особенно свирепствовали, и для этого велено было устроить заставы, распечатывать все письма и окуривать можжевельником.

Справка:

-- Преобразовательная деятельность Петра I коснулась и пожарного дела.

-- Еще в детстве, столкнувшись с ужасным зрелищем пожаров во время стрелецких бунтов и чуть не став жертвой одного из них при поджоге флигеля Сергиевской лавры, Петр I на всю жизнь сохранил впечатления об уничтожающей все "живое и неживое" силе пожаров. Так царь, еще не вступив самодержавное правление страной, пожелал иметь в своем селе Коломенском шестнадцать труб медных заливных.

-- В 1701 году выходит указ о строительстве в городах каменных зданий. В 1704 году этот указ повторяется для Москвы. С 1702 года к тушению пожаров привлекаются регулярные войска, которые оснащаются всем необходимым для пожаротушения инвентарем. Это решение поддерживало дисциплину при ликвидации пожаров.

-- С 1712 года в городе запрещалось строить деревянные дома.

-- Указ от 1718 года устанавливал противопожарные требования к печам, к расстоянию между домами. Было запрещено возведение деревянных крыш.

-- В 1722 году при Адмиралтействе была организована первая объектовая пожарная команда, расположенная в специальном депо. Службу несли горожане.

-- Петр хорошо сознавал необходимость постоянного контроля за мерами обеспечения пожарной безопасности со стороны государственных чиновников. Эту работу он возлагал сначала на генерал-губернатора А.Д. Меньшикова, а затем на канцелярию городовых дел. Преждевременная смерть Петра I в 1725 году не позволила довести реформы пожарного дела до логического завершения - создания пожарной охраны. Этот важный этап развития пожарной охраны отодвинулся почти на сто лет.

Усиление налогов

Недостаток средств, при всех усиленных мерах, высказался уже в январе 1710 г., когда государь приказал своей ближней канцелярии счесть доходы с расходами, и оказалось, что приходу 3015796 р., а расходу 3834418 рублей. Надобно было усиливать строгость сбора доходов. В Москве у всех ворот и проездов больших дорог делали шлагбаумы, где стояли солдаты и брали с каждого воза, ехавшего с какою бы то ни было кладью, мелкую пошлину.

*

Долговременное истощение народных сил, после бывших продолжительных войн и тяжелых поборов, привело к тому, что обезлюдели многие края. Крестьяне, оказавшись несостоятельными в уплате податей, разбегались, но их владельцы не освобождались от казенных недоимок, числившихся за беглыми, и часто, не в состоянии будучи получать доходов со своих разоренных имений и вносить требуемые в казну платежи, сами покидали свои жилища и пускались в бега. Но ничто так не усиливало побеги, как злоупотребления со стороны всяких начальствующих лиц.

В царствование Петра каждый, кому по служебной обязанности предоставлялось брать что-нибудь в казну с обывателей, полагал, по выражению современника, что он теперь и для себя может высасывать бедных людей до костей и на их разорении устраивать себе выгоды. Замечали современники, что из 100 рублей, собранных с обывательских дворов, не более 30 рублей шло действительно в казну; остальное беззаконно собиралось и доставлялось чиновникам. Какой-нибудь писец, существовавший на 5-6 рублей жалованья в год, получивши от своего ближайшего начальника поручение собирать казенные налоги, в четыре или пять лет разживался так, что строил себе каменные палаты.

Эти черты нравов размножили до чрезвычайности побеги и разбои. В городских гарнизонах недоставало офицеров для преследования преступников. Сенат указал в тех губерниях, где стояли на квартирах армейские полки, командирам тех полков, по заявлению губернаторов и других властей, посылать драгун и солдат для поимки разбойников: командирам угрожало жестокое взыскание за неисполнение сенатского указа. Но, вместе с тем, сенат нашел нужным сделать и оговорку, чтобы посылаемые за этим делом офицеры, драгуны и солдаты не чинили оскорблений обывателям. Пойманных разбойников велено было допрашивать как можно скорее; тех из них, которые делали смертоубийства и истязания над людьми, - вешать за ребра или колесовать. Помещиков и помещичьих крестьян, которые давали притон разбойникам, велено вешать, а старост и приказчиков тех селений, откуда были разбойники, бить кнутом, за то, что не смотрели за своими крестьянами.

*

Обыватели несли, в самом деле, гораздо более тягостей, чем сколько требовало с них правительство по своим соображениям, основанным на прежних устарелых списках. Неоплатных казенных должников с 1718 г. стали отправлять с женами и детьми в Петербург в адмиралтейство, оттуда годных мужчин рассылали на галерные работы, а женщин в прядильные дома, детей же и стариков на сообразную с их силами работу: все они должны были отрабатывать свой долг казне, считая по рублю в месяц на человека заработной платы. Их кормили наравне с каторжниками, а после отработки долга, - выпускали на волю; если же за кого-нибудь из них находились поручители - тех выпускали ранее, но давая им срок уплаты не далее полугода. Случалось, однако, что таких отрабатывающих свои долги удерживали и после срока, против чего издан был указ в 1721 году, и в том же году разрешено платить недоимки по срокам: на три года в суммах от пяти до десяти тысяч и более; на два года - в суммах от одной до пяти тысяч, и на год - от ста рублей до тысячи, и те платить по годовым третям.

Помощниками губернаторов в отправлении их многочисленных обязанностей были ландраты и ландрихтеры (ландратов в больших губерниях было по 12-ти, в средних по 10-ти, в меньших по 8-ми). Ландраты начальствовали над провинциями, на которые делились губернии. По два человека ландратов, с помесячною переменою, должны были находиться при губернаторах в качестве их постоянных товарищей или советников; прочие оставались в своих провинциях; те из них, которые находились при губернаторах, должны были подписывать всякие дела, но не были своими мнениями подчинены ему.

В наказе об их учреждении выражено было, что губернатор над ними "не яко властитель, но яко президент" и имел перед ними то преимущество, что пользовался двумя голосами, тогда как каждый из товарищей его ландратов владел одним только голосом. За должностью ландратов, вскоре после их введения, оказались большие злоупотребления. Так, под разными предлогами, разъезжали они по селам и деревням на даровых подводах и проживали в одном месте по неделям и более, требуя от жителей припасов и для себя, и для своих людей; более других сел обирали ландраты архиерейские и монастырские вотчины, особенно при сборе провианта, пользуясь тем, что насчет этого всегда получались ими строгие предписания.

В июне 1716 года Петр, узнавши о наглости ландратов, велел устроить в разных селах, дворцовых и монастырских, для приезжающих ландратов хоромы, с приказною избою и тюрьмою на деньги, собранные с крестьян, в сумме 200 рублей на строимый двор. Подводы ландратам запрещено брать даром вовсе, так как они получали царское жалованье. Что касается до ландрихтеров, то они посылались губернаторами для розыска преимущественно в поземельных делах, например, в межевых.

В украинных городах были установлены коменданты, между которыми различались обер-коменданты и вице-коменданты; под ведением их были гарнизоны, составленные из ландмилиции.

Спасский собор Заиконоспасского монастыря.

Кон. 17 в.

Эти коменданты, как и вообще всякие слуги государства, и пребывающие в местных административных должностях и посылаемые от правительства с разными поручениями, позволяли себе всякого рода насилия и утеснения. Средства, какие употребляли взяточники, были до того разнообразны и затейливы, что, по выражению современника, исследовать их было так же трудно, как исчерпать море. Захочет, например, комендант или ландрат поживиться за счет обывателей какого-нибудь округа, и вот он посылает своего писца удостовериться, точно ли крестьяне заплатили свои подати. Писец ездит по селам и деревням и требует от крестьян квитанций в уплате.

Иной крестьянин сразу не найдет квитанции, и писец кричит на него, торопит его, требует с него уплаты вновь или берет с него взятку за то, чтобы подождать, пока крестьянин отыщет свою затерянную квитанцию и представит куда следует, но если крестьянин и не затерял своей квитанции, если представит ее тотчас по требованию, то все-таки писец, кроме того, что у крестьянина съест и выпьет, возьмет еще с него деньги, как бы за свой труд, и поделится ими со своим начальником. Привлекаемые к законной ответственности плуты, желая увернуться от силы закона, старались поставить вопрос так, чтобы, ссылаясь на буквальный смысл редакции закона, можно было сделать отговорку, что в законе сказано не так, чтобы их можно было по этому закону обвинить. Это было замечено Петром; в указе 24-го декабря 1713 г. он запрещал лицам всех званий, и великим и малым, брать посулы и пользоваться с народа собираемыми деньгами, под предлогом торга, подряда и т.п.

Виновному угрожали, что он "жестоко на теле наказан, шельмован, всего имения лишен и из числа добрых людей извержен и смертью казнен будет". Все под опасением того же должны были доносить о таких преступниках, "не выкручиваясь тем, что страха ради сильных лиц или что его служитель". Позже через печатные объявления, оповещенные народу чтением в церквах, приглашали всех без опасения обращаться к правительству с доносами на взяточников и казнокрадов.

В современных тогдашних делах можно отыскать много образчиков злоупотреблений со стороны областных властей. Вот, например, в 1712 году посланный в Псковскую волость от Меншикова вице-комендант Алимов, приехавши на кружечный двор, начал у посадских брать для себя вино, сахар, калачи, а одного помещика, призвавши во Псков, держал в неволе и крестьян его в рабочую пору забирал к себе, и только когда через его подьячего дали ему пять рублей, выпустил помещика из-под караула. Наехавши на Псково-Печерский монастырь, Алимов избил стряпчего, приказывая высылать крестьян возить глину на постройку светлиц в монастыре и принуждая кормить всех работников за монастырский счет. Он приказывал крестьянам возить в Сомерскую волость сено, высылая их нарочно в дурную погоду, самого игумена сажал под караул в толпе набранного народа мужского и женского пола, а монастырских служек приказывал бить батогами.

В Каргополе поднялась жалоба на коменданта Борковского. Он брал в свою пользу деньги, которые собирались рекрутам на подмогу, заставлял посадских и уездных людей и рекрут делать хоромные и мельничные строения в своих вотчинах, да вдобавок бил их жестоко, а его шурья, племянники и подьячие ездили по волостям и вымучивали у людей то то, то другое от имени коменданта. Уездные старосты, по комендантскому распоряжению, правили с крестьян деньги, а отписей в получении денег им не давали, потому что комендант боялся быть уличенным в излишних сборах с народа. Борковский собирал на прокормление людей, отправленных на работы государевы, по 35 алтын на человека, а рабочим тех денег не давал, и рабочие за недостатком чуть не помирали с голода, - с крестьян брал неволею несколько сот подвод и, сверх того, на эти подводы в подмогу - деньгами по рублю; наконец, со всякого крестьянского двора правил в свою пользу по гривне, что составило до 600 р., а желая утаить свои злоупотребления, принуждал земских бурмистров и старост написать поддельные книги, в которых бы его взятки не значились.

Но этот комендант отписался и оправдался. На пошехонского коменданта Веревкина была жалоба, что, собирая провиант и рекрут, он завел неправильную меру и принимал от крестьян хлебное зерно с верхом, а выдавал рекрутам в трус и под гребло, отчего от каждого человека пришлось ему по полуторы четверти, и это лишнее он приказывал отвозить в свою усадьбу. В Устюге был комиссар Акишев, покровительствуемый архангельским губернатором Курбатовым. Надеясь на своего покровителя, пользовавшегося царскою милостию, этот комиссар, с подначальными ему подьячими, собирая с крестьян пошлины, сажал их в дыбы, бил на козле и на санях свинцовыми плетьми, пек огнем, ломал им руки и ноги, девиц и женщин раздевал донага и водил всенародно. Так доносил на него фискал. Крестьяне жаловались, со своей стороны, что они разорены, стали наги и босы, измучились на правежах. Акишев был взят и отправлен к царю, а потом подвергнут пытке в застенке.

Самые крупные дела по злоупотреблениям в этот период были: дело сибирского губернатора князя Гагарина и архангельского вице-губернатора Курбатова. Гагарин был более десяти лет губернатором Сибири и приобрел там самую отличную репутацию: его не только любили, но, можно сказать, боготворили за щедрость и доброту. Он, между прочим, облегчал печальную судьбу шведских пленников, которых в Сибири было до 9000, оставленных без всякого пособия от правительства; в числе их было до 800 офицеров, питавшихся поденною работою у русских. Гагарин был так к ним внимателен, что за три первых года своего губернаторства истратил на их содержание более 15000 рублей собственных средств, заохочивал их к разным выгодным трудам и доставлял их изделия государю. При его помощи пленники завели себе шведскую церковь. Гагарин долго умел заслуживать благосклонность царя к себе и был первый из сибирских правителей, отыскавший в Сибири золотой песок: при содействии горного инженера иноземца Блюгера, он привез царю образчик этого песку, и Блюгер, в присутствии Петра, делал пробу, показавши, что из фунта такого песку выходит 28 лотов чистого золота.

Но, живя вдали от государя и управляя огромнейшим пространством, Гагарин невольно стал в Сибири как бы независимым владетелем и позволял себе делать многое, не справляясь, пoнpaвится ли это государю. Он жил очень роскошно, употреблял при столе серебряную посуду, имел осыпанную брильянтами икону, стоившую 130000 рублей. Обер-фискал Алексей Нестеров, человек чрезвычайно ловкий, донес царю, что Гагарин расхищает казну, берет взятки с купца Карамышева, торговавшего с Китаем, и дозволяет купцам Евреиновым вести незаконный торг табаком в Сибири. Купец Евреинов показал на допросе, что Гагарин, по своему выбору, посылал купцов в Китай и делился с ними барышами в ущерб казне.

Посланный по этому делу гвардии майор Лихарев обнаружил, что Гагарин брал с купцов Гусятникова и Карамышева, торговавших с Китаем, подарки и товары, за которые платил не своими, а казенными деньгами, сверх того, брал взятки с содержавших на откупе винную продажу и утаивал в свою пользу вещи, купленные на казенные деньги для царицы. Гагарин во всем повинился и умолял царя оказать ему милосердие, - отпустить его в монастырь на вечное покаяние, - но Петр приказал его повесить в Петербурге. Курбатов, прежде бывший в ратуше в Москве, называясь царским прибыльщиком, в 1711 г. послан был в Архангельск вице-губернатором и в следующем же году поссорился с архангельским обер-комиссаром Соловьевым, с которым вместе должен был заведовать таможенными пошлинными делами.

Весною 1713 года сенат, чтоб развести ссорившихся, устранил Курбатова от заведования продажею казенных товаров и предоставил это дело одному Соловьеву. Тогда Курбатов стал доносить на Соловьева, что он противозаконно отпускает за границу собственное хлебное зерно, вместо того чтоб продавать казенное. Ссора с Соловьевым поссорила Курбатова и с Меншиковым, так как Соловьев с двумя братьями пользовался покровительством Меншикова. Соловьев, со своей стороны, писал доносы на Курбатова. Разом с Соловьевым приносили жалобы на поступки Курбатова иностранные торговцы и голландский резидент, для охранения своих единоземцев постоянно пребывавший в России. Петр по этим доносам и жалобам посылал в Архангельскую губернию на следствие разных лиц, одного за другим.

Происходили допросы и розыски. Против Курбатова действовал Меншиков, и сам запутался в этом деле. Любивший Меншикова до слабости, Петр уже прежде несколько раз заявлял к нему неудовольствие. Меншиков раздражал царя тем, что представлял ему, по собственным словам царя: "честных людей плутами, а плутов честными людьми", и, управляя Петербургскою губерниею, хотя доставлял казне много доходов, но позволял себе распоряжаться казною в свою пользу, хотя и собственное состояние доставляло ему большие доходы. Тогда пострадали некоторые лица, державшиеся покровительством Меншикова и в надежде на него позволявшие себе злоупотребления.

Помощник Меншикова по управлению губернией, вице-губернатор Корсаков, в 1715 году был публично наказан кнутом, а двум сенаторам, князю Волхонскому и Опухтину, жгли языки раскаленным железом. Осужден был Синявин, надзиравший за петербургскими постройками, а управлявший адмиралтейством Александр Кикин, один из близких людей Петра, спасся только тем, что заплатил большой денежный штраф и был временно удален от дел.

В 1718 году братья Соловьевы, покровительствуемые по делу Курбатова с Меншиковым, подверглись громадному начету в пользу казны, который не мог быть покрыт всеми их имениями; на Меншикове оказался начет в несколько сот тысяч. Меншиков просил у царя помилования, по крайней мере в уважение того, что во все годы своего прошедшего управления он доставил казне очень много пользы. Царь, безжалостно строгий ко всем другим, был до того милостив и снисходителен к своему давнему любимцу, что приказал зачесть большую часть долга Меншикова на разные повинности с его имений. Курбатов был присужден к относительно небольшой уплате в казну, но не дождался решения своего дела: он скончался в 1721 году.

*

Запорожские казаки 16-17 гг.

Ревизская перепись, начатая в 1718 году, была совершенно окончена к 1722 году. Оказалось, что во всех 10 губерниях и 48 провинциях было дворов 888244. Самая населенная губерния была Московская - 259281 двор. В дополнение велено было, указом 10 мая 1722 года, сделать перепись малороссиянам слободских полков, поселенным на помещичьих землях, но объявивши им, что они переписываются только для сведений, а не для поборов. Инородцев - астраханских и уфимских татар, как равно и сибирских ясачных и лопарей, ревизская перепись не касалась вовсе.

По окончании ревизии введена была подушная подать (11 января 1722 года) по 80 копеек с души на 500000 крестьян и деловых людей. Все, которые были не за помещиками, но входили по ревизии в подушный оклад, обязаны были платить еще прибавочных 4 гривны с души; дворовые люди не принимались в раскладку по сборам. 26 июня 1724 года были установлены правила, которыми надлежало руководствоваться при взимании подушной подати. Подушные деньги собирались выборными от местного дворянства в три срока в течение года; в первые два срока по 25 коп., а в третий срок по 24 коп. Комиссары, собиравшие подати, брали по одной деньге с души на себя за свой труд. С крестьян, вышедших в подушной оклад, положено не править недоимок (ук. янв. 25-го 1725 г.).

Лица, посланные по государеву повелению в губернии, должны были созвать дворян и расписать поставленных по селам и деревням солдат, разместивши их сообразно количеству крестьянских душ, так, чтоб на каждого пешего приходилось крестьянских 35 1/2 душ, а на конного - 50 1/4 душ. Дворянам объявлено, что они будут платить со всякой души мужского пола на содержание войска 8 гривен.

*

Продолжительные войны и всякие преобразования в государстве требовали денег более, чем сколько могло платить тогдашнее бедное народонаселение России. При всем усиленном старании увеличить государственные доходы, Россия получала пред концом царствования Петра от девяти до десяти миллионов ежегодного дохода. Недоимки прогрессивно возрастали, и в 1723 году они представляли следующие цифры: недоимка таможенных сборов доходила до суммы 402523 рубля, канцелярских и оброчных по смете назначалось собрать 714756, недобрано 309322 руб.; пчелиного налога, вместо следовавших 35414 руб., собрано только 15330 рублей; с мельниц, вместо 71704 рублей собрано 33696; с рыбных ловель, вместо 89083 рублей - 43942 руб.; с пашенных земель и сенных покосов, вместо следуемых по окладу 18812, собрано 7637 руб.; с мостов и перевозов, вместо 40469 руб. - 23598 рублей.

Самые разнообразные окладные и неокладные налоги, существовавшие при Петре, не были поставлены в соответствие с действительною платежною способностью; оттого во все царствование Петра не переводились неоплатные должники казне. Еще прежде приказано было отправлять их на казенные работы, но закон этот не исполнялся: подьячие за взятки выпускали их на волю, а властям показывали, будто колодники ушли из тюрьмы; взыскание падало потом на тюремных сторожей. Государь (4 апреля 1722 года) указал предавать виновных подьячих смертной казни, если окажется, что они делали потачку колодникам. Подтверждалось, под опасением денежного штрафа, должников не держать в тюрьмах, а немедленно отправлять на галеры.

Монополия на водку

Во всем государстве запрещено было, не взирая ни на какое звание, приготовлять вино, а непременно брать из царских кабаков. То была новая тягость для народа; только малороссияне были избавлены от нее; не только в самой гетманщине, но и в великорусских краях, где они поселились, дозволялось им свободное винокурение.

*

Винокурение объявлено было в 1716 году свободным для людей всяких чинов с платежом пошлин в казну. Каждый мог приготовлять вино для себя и в подряд, но объявляя губернаторам, вице-губернаторам и ландратам: сколько кубов и казанцев хочет выкурить. Кубы и казанцы приказано привозить в город, измеривать в 8-мивершковое ведро и налагать на них клейма; со всякого ведра взималась пошлина, по полуполтине в год. Годичный доход, доставляемый в казну, простирался до миллиона: тогда помещики и их приказчики, имея право курить вино, не должны были дозволять этого своим крепостным крестьянам и не давать последним господского вина ни за деньги, ни даром под опасением штрафа 50 рублей.

Хронология истории о водке:

-- 1429 год. В Россию вновь и в большом количестве поступают образцы аквавиты как из Флоренции (Италия), завезенные русскими и греческими монахами и церковными иерархами, так и генуэзские, из Кафы, транзитом провозимые через Московское государство в Литву. На сей раз это "зелье" признано вредным; следует запрет на его ввоз в Московское государство.

-- 1448 - 1474 годы. В этот период происходит создание русского винокурения, изобретение гонки хлебного спирта из отечественного (ржаного) сырья. Производство алкогольных продуктов с 1474 года становится прочной (фиксируемой документально) государственной, царской регалией.

-- 1480 - 1490 годы. Великий князь ведёт спор с церковью с целью запретить ей производство алкогольных продуктов и тем самым ликвидировать брешь в государственной винной монополии, которую церковь подрывала уже самим фактом сохранения своих привилегий.

-- 1505 год. Впервые отмечены факты экспорта русской водки в соседние страны (Швецию, Чудскую землю Эстонию, в земли Ливонского ордена).

-- 1533 год. Основание в Москве первого "царёва кабака" и сосредоточение торговли водкой в руках исключительно царской администрации, по крайней мере, в Московском княжестве.

-- 1590-е годы. Строгое предписание наместникам всех отдалённых от Москвы областей прекращать всякую частную торговлю водкой в корчмах и шинках, сосредоточивая её исключительно в царских кружечных дворах и кабаках. Производство и продажа водки сосредоточены в руках кабацких голов, и водку производят в самих царёвых кабаках. Эта система получает наименование "продажи питей на вере", а сами кабацкие головы выступают как подрядчики государства и одновременно его доверенные администраторы по фактическому осуществлению государственной винной монополии. Эта система продержалась до середины XVII века. В условиях России производство водки и торговля ею "на вере" привели к гигантской коррупции, взяточничеству, злоупотреблениям в области администрации и финансов, распространению воровства, преступности, пьянства - словом, именно к тем отрицательным явлениям, которые до сих пор считаются "специфически русскими", но которых не было в России до появления винокуренного производства и водки.

-- 1648 год. Финансовые злоупотребления кабацких голов, резкое снижение качества хлебного вина (водки) из-за хищений сырья и фальсификации, рост взяточничества и разорительные последствия пьянства для народа, в том числе срыв посевных за несколько лет (в период пасхального пьянства), вызывают в 1648 году "кабацкие бунты" в Москве и других городах России, начинающиеся в связи с невозможностью городской (посадской) ремесленной голытьбы уплатить "кабацкие долги" и перерастающие в крестьянские волнения подгородного населения.

-- 1649 - 1650 годы. Царь Алексей Михайлович созывает после подавления бунтов Земский собор, получивший наименование "Собор о кабаках", ибо главным вопросом на нём встает вопрос о реформировании питейного дела в России.

-- 1651 - 1652 годы. Отменяется система откупов, вводимая в периоды крайней нужды правительства в деньгах и отдававшая целые области во власть алчных беспощадных откупщиков. Запрещается продажа водки в кредит, которая способствовала созданию "кабацких долгов" и закабалению людей. Уничтожаются частные и тайные кабаки, усиливается проповедь церкви против пьянства, пересматривается и сменяется штат целовальников за счёт изгнания явно коррумпированных элементов, восстанавливаются "демократические" выборы голов из людей "честных", укрепляется продажа "на вере", а не на фактической передаче её в откуп.

-- 1681 год. Всё это заставляет правительство вернуться к восстановлению строгого, чисто казённого, государственного винокурения и к продаже питей (хотя и не столь прибыльной, как смешанная частно-государственная), введя при этом новый порядок заготовки водки: подрядную поставку водки казне по строго фиксированным ценам или в качестве товарного эквивалента налога, причём подрядчиками должны были выступать дворяне: помещики, крупные вотчинники, дававшие к тому же письменное обязательство ("порученные записи"), что они в такой-то срок и в таком-то количестве поставят водку казне и тем самым не подведут государство.

-- В 1705 году Пётр I, решительно склоняясь к тому, что главное в период Северной войны - это получить наивысшую прибыль для государства от продажи водки, причём прибыль деньгами, выплаченными заранее, а не собранными постепенно в результате розничной торговли водкой, переходит к откровенно откупной системе на всей территории России, сочетая её с казённой продажей и давая откупа наиболее энергичным, богатым и бессовестным, жестоким людям, исходя при этом из того, что они-то уж соберут, а если не соберут, то всё равно сдадут ему на ведение войны и оснащение флота заранее установленную для них априори откупную сумму. Но эта система держится только десять лет, ибо, почувствовав, что народ далее её не вынесет, Пётр I в 1716 году вводит свободу винокурения в России и облагает всех винокуров винокурной пошлиной, исчисляемой и с оборудования (кубов), и с готовой продукции (выкуренной водки). С этого момента винокурение превращается в одну из отраслей земледелия, ибо им занимаются все, кто производит зерно.

Запрет на оскорбление украинцев

Петр ласкал малороссийский народ и освобождал его от поборов, таким гнетом падавших на великороссиян. Марта 11-го 1710 года манифестом царь строго запретил великорусским людям делать оскорбления малоруссам, попрекать их изменою Мазепы, угрожая, в противном случае, жестоким наказанием и даже смертною казнью за важные обиды; но это были только ласки до времени: и за Малороссию Петр готовился приняться.

Преследование бродяг и нищих

Преследуя беглых и разбойников, как и своих политических недоброжелателей, Петр принимал строгие меры против бродяг и нищих. В феврале 1718 года царь узнал, что в Москве по рядам и по улицам шаталось множество монахов и нищих; они пользовались благочестивым обычаем русских людей наделять нищих милостыней. Эти нищие были нередко скрытные разбойники, которые по ночам в темных и узких улицах убивали кистенями прохожих людей и обирали их тела. Подобный разбой в продолжение святок и масленицы был делом совершенно обычным в древней столице: по нескольку десятков убитых подбирали на улицах и свозили в убогий дом, где сваливали их в одну глубокую могилу без церковных обрядов, и уже в субботу Пятидесятницы священник отпевал их всех. Для искоренения нищенства, Петр приказал учредить из московского гарнизона особых поимщиков, хватать шатавшихся монахов и нищую братию и вести в Монастырский приказ. Изданное сначала для Петербурга запрещение раздавать милостыню распространилось на всю Россию; кто желал помогать нищим, тот мог отсылать милостыню в богадельни. За раздачу нищим милостыни назначался штраф: в первый раз пять, а во второй десять рублей.

Справка:

-- Нищенство -- проступок, заключающийся в обращении к благотворительности при условиях, делающих такое обращение наказуемым.

-- В Риме подвергались наказанию те нищие, которые, по освидетельствовании их, оказывались достаточно здоровыми для трудовой жизни (mendicantes validi).

-- Карательные меры применялись, по всей вероятности, весьма широко, так как пролетариат достигал в римской империи громадных размеров, при полном почти отсутствии общественной благотворительности.

-- Законодательство Карла Вел. делит нищих на способных к труду и не способных; для последних повелевается учредить различные благотворительные установления. Это деление служит впоследствии исходной точкой для установления различия между преступным и непреступным Н. Против преступного Н., приравнивавшегося, обыкновенно, к бродяжеству, принимаются суровые меры.

-- Во Франции ордонансом 1351 г. предписывалось просивших милостыню, здоровых и праздных, сажать в тюрьму на хлеб и воду на 4 дня, уличенных в этом во 2 раз -- выставлять у позорного столба, в 3 раз -- клеймить раскаленным железом и изгонять из города.

-- В Англии законом 1388 г. предписано всем неимущим впредь оставаться в местностях, где они имели пребывание, или же возвратиться на родину; для нищих, способных к труду, устанавливалось наказание кнутом, в случае повторения проступка -- отрезание правого уха, а при изобличении в 3 раз -- виселица. По статуту 1547 г. Эдуарда VI всякий бродяга и нищий, отказывающийся от работы, подвергается клеймению буквой V (vagabond -- бродяга) и отдается в рабство на 2 года тому, кто пожелает его взять, преимущественно доносчику; если он убежит, его клеймят буквой S и присуждают к вечному рабству; за вторичное бегство -- смертная казнь.

-- В древней Руси нищие находились в ведении епископа и подчинялись его суду (устав Владимира св.). До конца XVII в. государство не принимало никаких мер к обузданию Н., несмотря на страшное его у нас распространение. Общественной (духовенства) и частной благотворительностью пользовались и не способные к труду калеки, и здоровые тунеядцы. Обстоятельство это не тревожило совести благотворителей; милостыня подавалась ради спасения души, и податель не заботился о том, в чьи руки эта милостыня попадет.

-- Стоглавый собор в 1561 г., постановляя об учреждении для больных и старых богаделен, определяет: "А здоровыя бы строи с женами по богадельням не жили и питались ходячи по дворам от боголюбцев, якоже и до днесь".

-- В указе Федора Алексеевича 1682 г. указывается на вред здоровых нищих, "которые, по домам ходя только примечают, как кто живет и как его дом, где малолюдство, кого днем или ночью покрасть, а иные такие же воры малых ребят с улицы крадут, и руки и ноги им ломают и на улицу их кладут, чтобы на них люди смотря умилились и больше им милостыни давали".

-- В указах 1691 и 1694 гг. предписывается нищих-промышленников наказывать кнутом и ссылать в дальние сибирские города.

-- Систематическую и упорную борьбу с Н. предпринимает Петр Великий. Указом 1718 г. повелевалось здоровых нищих, в первый раз пойманных, "бить нещадно батожьем и отсылать в прежние их места,.. а кормили бы их те, чьи они есть...", пойманных во 2-й и 3-й раз -- "бив на площади кнутом, посылать в каторжные работы, а баб в шпингауз (прядильный дом), а ребят бив батоги, посылать на суконный двор и к прочим мануфактурам". Наказание грозило и подающим милостыню. "Здравии и ленивии прошаки Богу противны суть, -- сказано в регламенте духовной коллегии 1721 г.; и аще кто снабдивает оных, и той есть яко помощник, тако и участник оных же греха". При преемниках Петра Великого нищих, оказывавшихся годными, повелевалось брать в солдаты; публично наказанных, холостых -- ссылать на каторжные работы, а женатых -- на оренбургские заводы; прочих распределять по фабрикам на сроки или высылать в места их приписки.

Ипатьевский монастырь.

Миниатюра 17 в.

Преследование бород

В 1722 году опять повторилось преследование бород. Все бородачи должны были носить особый зипун, со стоячим клееным козырем, или однорядку с лежачим ожерельем. Раскольники, для отличия от обыкновенных бородачей, должны были носить козырь красный. За бороду следовало платить 50 рублей. Если кто придет в судебное место с бородою, не в указном платье, от того не принимали челобитных и тотчас с него взимался штраф 50 рублей, хотя бы он уже заплатил прежнюю годовую плату. Всякий, увидавши бородача не в указном платье, мог задержать его и вести к коменданту или воеводе для взятия с него штрафа, из которого половина давалась приводившему бородача. Только пашенные крестьяне не преследовались за бороды, когда не занимались постоянно промыслами.

Если бородачу нечем было заплатить штраф, виновного ссылали на работу в Рогервик (Балтийский порт), а сибиряков на сибирские заводы, но сосланный отпускался на свободу, как скоро давал подписку, что обреет бороду и вперед не будет носить ее. Некоторые, с намерением избегнуть пени, назначенной за ношение бороды, подрезывали себе бороды, но не обривали совершенно (указ 12-го июня 1722 года). Однако этою уловкою не провели государя.

Таких велено считать за бородачей и одеваться им в указное платье, а караульным урядникам и солдатам приказывалось ловить их и представлять начальству в губернии и провинции; фискалам велено наблюдать за ними. В июне 1723 года оказалось множество бородачей из купеческого и мещанского звания, сидевших под караулом, потому что по бедности они не могли заплатить требуемого штрафа. Царь велел им всем выбрить бороды и освободить на поруки. В 1724 году, для отличия бородачей, придумали обязать их носить медные знаки, а женам опашни и шапки со старинными рогами.

Справка:

-- Указ Петра I "О бритии бород и усов всякого чина людям" от 16 января 1705 года. "А буде, кто усов и бород брить не похотят, а похотят бродить с бородами и усами, и с тех имать, с царедворцев и с дворовых, и с городовых, и всяких служилых, и приказных людей по 60 рублей с человека, с гостей и гостиной сотни первые статьи по сто рублей... И давать им приказа земских дел знаки, а те знаки носить при себе".

-- Налог на бороды был не единственным курьезным сбором, введенным при Петре I для пополнения российской казны. Были еще сборы с арбузов, огурцов, орехов, дубовых гробов, бань, печных труб, хомутов, шапок, сапог и пр. Отменила пошлину на ношение бороды Екатерина II в 1772 году.

-- Петр приказал ввести в обиход балы и собрания, которые на западный манер стали называться "ассамблеями". В допетровское время в боярских семьях женщины жили замкнуто, проводя время на своей половине. Петр I устраивал свои ассамблеи в домах знатных вельмож и в них обязаны были принимать участие жены и дочи его вельмож. Ассамблеи начинались около 5 часов вечера и продолжались до 10 вечера. В зале для танцев обязательно присутствовал стол с трубками и табаком и несколько столов для игры в шахматы и шашки, а вот игра в карты на них не допускалась.

АФОРИЗМЫ И МЫСЛИ ОБ ИСТОРИИ

В.О.Ключевский

-- Метафора или поясняет мысль, или заменяет ее. В первом случае метафора -- поэзия, во втором -- риторика или красноречие: красноречие есть подделка и мысли и поэзии.

-- Многие трусливы только потому, что боятся не смерти, а опасности.

-- Можно благоговеть перед людьми, веровавшими в Россию, но не перед предметом их верования.

-- Можно иметь большой ум и не быть умным, как можно иметь большой нос и быть лишену обоняния.

-- Молодая девица, желающая выйти замуж за пожилого мужчину, должна написать ему следующее письмо со вложением дружбы: "Я не могу быть ни Вашей любовницей, ни Вашей женой; любовницей -- потому что я Вас слишком люблю, женой -- потому что недостойна Вашей любви"

-- Молодежь, что бабочки: летят на свет и попадают на огонь.

-- Молодой человек любит женщину, мечтая, что она будет его женой. Старый человек любит свою жену, вспоминая, что она была женщиной.

-- Мудрено пишут только о том, чего не понимают.

-- Мужчина видит в любой женщине то, что хочет из нее сделать, и обыкновенно делает из нее то, чем она не хочет быть.

-- Мужчина занимается женщиной, как химик своей лабораторией: он наблюдает в ней непонятные ему процессы, которые сам же производит.

-- Мужчина любит женщину чаще всего за то, что она его любит; женщина любит мужчину чаще всего за то, что он ею любуется.

-- Мужчина любит обыкновенно женщин, которых уважает; женщина обыкновенно уважает только мужчин, которых любит. Потому мужчина часто любит женщин, которых не стоит любить, а женщина часто уважает мужчин, которых не стоит уважать.

-- Мужчина падает на колени перед женщиной только для того, чтобы помочь ее падению.

-- Мужчина слушает ушами, женщина -- глазами, первый -- чтобы понять, что ему говорят, вторая -- чтобы понравиться тому, кто с ней говорит.

-- Мужчина, идя на доброе дело всегда сделает его хорошим, если, провожая, его поцелует любимая женщина.

-- Мужчины всего более дорожат в женщинах их наклонностью дешево продаваться.

-- Музыка -- акустический состав, вызывающий в нас аппетит к жизни, как известные аптечные составы вызывают аппетит к еде.

-- Музыка для черствого сердца--то же, что касторовое масло для засорившегося желудка.

-- Мы больше воображаем, чем знаем положение дел, и потому больше пугаемся, чем предвидим свои опасности.

-- Мы всегда размышляем не своими мыслями, а пережевыванием чужих.

-- Мы размышляем, как управляемся. Самовластие из политического порядка стало методом нашего мышления. Произвол переселился из Свода [законов] в наш мозг.

-- Мы часто сердимся на предков за то, что они на нас не похожи, вместо того, чтобы радоваться, что мы на них не похожи (ушли от них вперед).

-- Мысли и чувства женщин лучше их самих: подслушивать их гораздо опрятнее, чем их подсматривать.

-- На Западе каждая научная идея, каждое историческое впечатление при дрессировке ума и навыка превращается в убеждение, что в массе есть суеверие; причина -- быстрое распространение, оборот идей.

-- Наблюдать людей значит презирать их, т. е. лишать себя возможности понимать их; чтобы понимать их, надобно жить с ними, презирая их образ жизни, а не их самих.

-- Надобно не жаловаться на то, что мало умных людей, а благодарить Бога за то, что есть они.

Укрепленный замок средневековья

ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ-СПРАВОЧНИК

Лебединая песня. От поверья, будто лебедь всего лишь раз поет в своей жизни -- перед смертью. Обозначают самое последнее, обычно наиболее значительное, проявление таланта, деятельности.

ЛЕВАШЕВ Василий Яковлевич (1667-1751) - русский военный. Во время войны с Персией при Петре Великом Левашев, окруженный в городе Ряще многочисленным войском персиян, заставил их снять осаду. После участия в шведской войне получил начальство над Москвою, а при Елизавете Петровне с 1749 был первоприсутствующим в сенатской комиссии.

Левиты - под сим наименованием, говоря вообще, разумеются все потомки Левия; но по отделении одного семейства колена Левина для отправления священнических обязанностей, члены оного начали отличаться названием и обязанностями от других своих собратий. Главными обязанностями левитов были следующие: помогать священникам в служении первоначально в Скинии, а потом в храме; когда Израильтяне переходили с места на место, они должны были разбирать Скинию, переносить различные части оной и снова устанавливать ее, носить свящ. сосуды, музыкальные инструменты и проч. Когда Евреи оседло поселились в земле Ханаанской и Скиния была установлена в определенном месте, колену Левиину отвели для их жительства 48 городов, в числе которых 13 были назначены для священников. Города левитам назначались и в уделах прочих колен, с целью распространения их по всей стране, для удобнейшего расширения религиозного знания и влияния их между всем народом. К концу царствования Давида численность левитов простиралась до 38,000 человек, от тридцати лет и выше.

Легаты - древнеримские посланники, избиравшиеся, главным образом, из среды сенаторов и посылавшиеся в чужие страны. Легатами также назывались должностные лица, непосредственно, состоявшие при полководцах и правителях провинций в качестве их помощников и заместителей. В императорскую эпоху к ним прибавились еще легаты, назначавшиеся императором в качестве наместников императорских провинций, а также "легаты легионов", т.е. начальники легионов.

ЛЕГИОН (лат. legio, род. п. legionis), осн. орг. и тактич. единица в армии Др. Рима (4, 5-10 т. ч.). Состоял из манипул и турм, а с сер. 1 в. до н. э. из когорт. Назв. "Л. " в 16-19 вв. имели разл. воинские формирования во Франции, Великобритании, Германии, России. Имя ему легион. Слово "легион" в Древнем Риме означало крупное воинское соединение в разное время разной величины - то вроде нашего полка (3 - 4 тысячи воинов), то близкое к нашим бригадам и даже дивизиям (до 10 тысяч человек). Постепенно это слово стало значить в народе просто "очень много", "множество". Одна из библейских притч - а к ней и восходит стоящее в заголовке крылатое выражение - рассказывает об одном безумном (по представлению древних, человек становился безумным, когда в него вселялся бес). На обращенный к нему вопрос, как беса зовут, ответил: "Имя мне - легион", то есть: "Во мне живет не один бес, а множество". Теперь у нас выражение это и означает неисчислимое множество.

ЛЕДОВОЕ ПОБОИЩЕ 1242, 5(11).4, битва рус. войска с рыцарями нем. Ливонского ордена на льду Чудского оз., завершившаяся полным разгромом захватчиков. Умело используя местность и(наступление "клином"), возглавлявший рус. войско князь Александр Невский 2|з своих сил выделил на фланги, с тем чтобы охватить его с двух сторон. Рыцарское войско (10--12 тыс. ч.) в начале битвы прорвало центр рус. боевого порядка и втянулось в жестокую рукопашную схватку с фланговый ми полками, к-рые лишили их возможности манёвра. Удар засадных дружин довершил окружение орден, войска Под тяжестью рыцарей конницы лёд на озере проломился, и многие рыцари утонули. Вырвавшихся из окружения преследовала рус. конница, завершив их разгром. Л. п. -- одно из выдающихся сражений средневековья, классич. образец окружения пр-ка. Рус. войско превзошло противника в воен. организации и тактике, проявило высокую доблесть и мужество. Победа в Л. п. сорвала агрес. планы крестоносцев, на многие годы обезопасила зап. границы Руси.

ЛЕЕР Генрих Антонович (1829-1904). Генерал от инфантерии (1896), член-корреспондент Петербургской АН (1887). Окончил Военную академию (1854). В 1854 году Леер кончил академию успешно и был выпущен в штаб командующего войсками в Эстляндии. По окончании Восточной войны он переходит на службу в департамент генерального штаба и с этого времени начинается его ученая и педагогическая деятельность. В 1858 году был назначен и. д. адъюнкт-профессора по кафедре тактики, причем диссертацией ему послужила превосходная работа "о боевых порядках пехоты", поставившая вопрос на совершенно новые основания. В то же время он был приглашен в Инженерную Академию читать курс военной истории, который он в 1860 г. стал читать по предложенной им лично программе. Целью своего курса он поставил уяснение путем критического исследования наиболее замечательных исторических фактов. В 1865 году Леер назначен был инспектором классов 2 военного Константиновского училища и здесь со свойственным ему стремлением к творчеству он ввел совершенно особую (правда, в известной мере позаимствованную за границей) систему преподавания, которая по своей оригинальности была названа "Лееровской". Сущность этой системы заключалась в следующем: а) учебники были отменены, б) подряд назначались 2 лекции, причем первая назначалась для чтения, а вторая для разъяснений и составления конспекта каждым юнкером. Этот конспект должен был заменить учебник при подготовке к репетициям и к экзамену. Система эта продержалась недолго, пока стоял в училище во главе учебного дела Леер, т.е. до 1867 г., когда он был командирован в Германию для осмотра военно-учебных заведений и в Сербию для реорганизации ее вооруженных сил. В 1866 году он издал учебник: "Записки тактики для военных училищ". Второе издание этого труда под названием: "Прикладная тактика", скорее имеющее право считаться новым трудом, появилось в виде обширного академического курса 2 книгами в 1877 и 1880 годах. В 1889-1898 начальник Академии Генштаба. С 1896 член Военного Совета. Главный редактор "Энциклопедии военных и морских наук" и "Обзора войн России от Петра Великого до наших дней". Первой крупной работой Леера по стратегии являются "Записки стратегии", которую он переработал и затем издал под названием "Стратегия". В этой работе он рассматривал явления, исходя из того, что "работа не имела отвлеченных теорий", чтобы при характеристике элементов, имевших влияние на образ ведения войны, "был обеспечен исторический путь", чтобы, наконец, было обращено внимание на возможность "исполнить изложенное на практике". В своей статье "Поход 1709 г. Подготовка Полтавской победы" (1909), обращаясь к анализу полководческого искусства патра Великого, он писал: "Нам нужны образцы, конечно, не для слепого подражания, а единственно для вдохновения наС. Образцы эти разбросаны по всем эпохам, преимущественно же встречаются они в те эпохи, когда жили и действовали великие мастера в искусстве". Путем анализа истории военного искусства, он обозначил те качества, которыми должны обладать мастера в военном деле: "Качества эти: характер, ум и глазомер, даже отдельно взятые, встречаются редко в том развитии, как они требуются войною. Насколько же редко они встречаются в счастливом состоянии между собою, образующем военный гений, тому лучшим доказательством служит история. На 20 веков их приходится не более десяти (Александр, Аннибал, Цезарь, Густав-Адольф, Тюренн, принц Евгений, Петр, Фридрих, Суворов и Наполеон). Как видно, природа скупа на таких людей и в военном деле, потому что оно сложнее и труднее других искусств, скупее чем где-либо".

ЛЕЙБ-ГВАРДИЯ, личная охрана монарха и почетное наименование отборных воинских частей в некоторых странах с монархич. формой правления. В России учреждена в кон. 17 в. Петром I. Позднее Л.-г. наз. многие гвард. части рос. армии. Частица "лейб" прибавлялась также к назв. некоторых армейских полков.

ВЕЛИКИЕ МЫСЛИ

-- Достоинства человека есть драгоценные камни, которые красивее играют в оправе скромности.

-- Мы восприимчивы к дружбе, справедливости, человечности, состраданию и разуму. Не это ли и есть добродетель, друзья мои?

-- Нет покровителей надежнее, чем наши собственные способности.

-- Не жалко, что человек родился или умер, что он лишился своих денег, дома, имения,-- все это не принадлежит человеку. А то жалко, когда человек теряет свою истинную собственность -- свое человеческое достоинство.

-- Нет правил более изменчивых, нежели правила, внушенные совестью.

-- Мужество, сочетаемое с умом, помогает более, нежели один ум без мужества.

-- Лучшая опора в несчастье не разум, а мужество.

-- Все жизненные правила следует черпать только в мужестве.

-- Попробуйте в разговоре с человеком непреклонно суровым сказать доброе слово о милосердии, и вы услышите в ответ: "Если закон не будет безжалостен, нас удавят в собственной постели". О кровавая трусость.

-- Кто уважает себя -- внушает почтение другим. Не полагайтесь на уважение и доверие человека, который, входя во все ваши интересы, не говорит вам о своих.

-- Не надо осмеивать общеуважаемые мнения, вы этим только оскорбляете людей, но не убеждаете их.

-- Окажись я единственным обитателем земли, владение ею не доставило бы мне радости: у меня не было бы ни забот, ни наслаждений, ни желаний, даже богатство и слава превратились бы в пустые слова, ибо не станем обманывать себя -- всеми своими удовольствиями мы обязаны людям, прочее в счет не идет.

Люк де Клапъе ВОВЕНАРГ (1715 -- 1747) французский писатель