# Права дружбы кончаются у алтаря...

Анатолий Иванович Каменев

Там, где вопрос стоит о законе, справедливости и государственной пользе, права дружбы заканчиваются.

Каменев Анатолий ИвановичПрава дружбы кончаются у алтаря...Создан: 23/02/2015, изменен: 23/02/2015, 21kФрагмент: ПолитикаТам, где вопрос стоит о законе, справедливости и государственной пользе, права дружбы заканчиваются.============================================================

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

"Бездна неизреченного"...

Мое кредо:

http://militera.lib.ru/science/kamenev3/index.html

Александр Македонский перед Диогеном, 1787

Художник Тупылев И. Ф.

Анатолий Каменев

Права дружбы кончаются у алтаря...

В прошлое лето ко мне в деревню неожиданно нагрянул Эдик Копориков с женой Татьяной.

Правда, это был уже не тот лейтенант, с которым мы волей судьбы встретились в СибВО, а седовласый генерал, Эдуард Иванович Копориков.

Мы оба окончили Тамбовское артиллерийско-техническое училище, но в разные годы - я на два года раньше Эдуарда.

В 1968 году он, получив назначение в СибВО, прибыл в Новосибирск и был назначен в дивизию, где я проходил службу.

Как и у меня, так и у Эдуарда близких и знакомых в городе не было.

Первый, к кому на новом месте за помощью и поддержкой обратился Эдик, был я.

По училищу мы с ним не контактировали, но родное училище, как правило, связывает выпускников и в войсках многие молодые офицеры находят себе друзей именно среди однокашников или тех, кто выпустился раньше из того же военно-учебного заведения.

*

Перед ним, молодым лейтенантом, на новом месте возникла острая проблема с жильем.

Командование дивизии свободным фондом не располагало, а офицерское общежитие было под завязку забито холостяками.

Вблизи, в частном секторе, свободного наемного жилья тоже не было.

Куда же ему было податься с женой и малолетней дочерью?

Сведав еще в Тамбове о моем распределении в Новосибирск, он узнал адрес нашего проживания в военном городке и нежданно-негаданно предстал перед нами вместе с женой и дочерью.

*

Познакомились.

Вникли в его проблему и без долгих раздумий предложили на время поисков жилья поселиться у нас.

Хотя сами мы жили в комнатке, аж в 9 м2 , место для семьи Копориковых все же нашли: для дочурки Эдика, Светланы, поставили раскладушку, а сам Эдик и его жена, Татьяна, расположились на полу.

Вечером, когда мы все укладывались спать, по комнате ходить было невозможно, так как все пространство было занято спящими людьми.

*

Так мы прожили месяца полтора.

Сдружились.

По-хорошему привязались друг к другу.

Старались друг другу помочь всем, чем могли.

*

Через полтора месяца в нашем же доме освободилась комната и добрые соседи, видя наши бытовые мытарства, предложили самовольно занять освободившуюся жилплощадь.

Так и сделали.

Скоренько перетащили нехитрые пожитки в соседний подъезд и наши друзья, расположившись на новом месте, приступили к обороне занятой комнаты.

Однако, командование дивизии не стало настаивать на выселении самовольщиков, и вскоре семья Копориковых получила долгожданный ордер на жилплощадь.

*

Потом, когда я с семьей стал "странствовать" по Сибири, наши контакты прервались.

Но затем судьба сталкивала меня не раз с семьей Копориковых.

Так, после окончания адъюнктуры, в 1979 году, уже в Алма-Ате неожиданно для себя встретился я с майором Копориковым, который после окончания академии был назначен начальником службы артвооружения в одну из дивизий Среднеазиатского военного округа.

Несмотря на то, что после нашей последней встречи прошло лет десять, мы радостно встретились друг с другом.

Чувство было такое, что мы расстались всего лишь вчера и не существовало целого десятилетия разлуки.

Такое чувство возникает лишь в том случае, когда испытываешь искреннюю привязанность к человеку, а тот, в свою очередь, испытывает духовное тяготение к тебе.

*

Встреча была недолгой.

На следующий день Эдуард отправился к месту службы в Семипалатинск и на протяжении следующих 25 лет нам встретиться не удалось.

Конечно, все это время мы живо интересовались жизнью друг друга, но встретиться так и не смогли.

После Алма-Аты судьба забросила меня в Калининград, а затем развернула в Москву.

А Эдуард служил то на Дальнем Востоке, то в группе войск за границей, и, наконец, прочно обосновался в Ростове-на-Дону.

*

И вот, летом 2007 года вдруг на пороге моего деревенского домика нежданно появился генерал Копориков с женой Татьяной.

Это было так неожиданно, что я поначалу растерялся, не зная, как в данный момент величать моего старого друга и как вести себя, дабы не внести неловкость в наши взаимоотношения.

Но, услышав тот же приветливый голос, который я слышал двадцать пять лет назад, я, без сомнения, обратился к нему по-простому, назвав не Эдуардом Ивановичем, а по-прежнему Эдиком.

*

Между нами мгновенно восстановилась та духовная связь, которая существовала в прежние годы.

Искреннее внимание друг к другу, теплота отношений, мягкая предупредительность и тактичность и никакой фальши, натянутости, желания показать свою значимость, - вот то, что было характерно для нашей тогдашней встречи.

Мы говорили на равных.

Мы были равны как Личности.

Между нами не было искусственных преград, какие обычно бывают между людьми разных взглядов, положений, достоинств и т.п.

*

Портрет Чехова работы Осипа Браза

Однако, мне в жизни не раз приходилось видеть встречу старых приятелей, наподобие той, что описал А.П. Чехов в рассказе "Толстый и Тонкий".

Встретившись на вокзале Николаевской железной дороги, они с радостью бросились друг к другу. Но как только Тонкий узнал, что его приятель по гимназии вошел в чины, тот час "побледнел, окаменел", "съёжился, сгорбился, сузился"...

Что далее произошло, лучше самого Антона Павловича не рассказать:

"-- Я, ваше превосходительство... Очень приятно-с! Друг, можно сказать, детства и вдруг вышли в такие вельможи-с! Хи-хи-с.

-- Ну, полно! -- поморщился толстый.-- Для чего этот тон? Мы с тобой друзья детства -- и к чему тут это чинопочитание!

-- Помилуйте... Что вы-с...-- захихикал тонкий, ещё более съёживаясь.-- Милостивое внимание вашего превосходительства... вроде как бы живительной влаги... Это вот, ваше превосходительство, сын мой Нафанаил... жена Луиза, лютеранка, некоторым образом...

Толстый хотел было возразить что-то, но на лице у тонкого было написано столько благоговения, сладости и почтительной кислоты, что тайного советника стошнило. Он отвернулся от тонкого и подал ему на прощанье руку.

Тонкий пожал три пальца, поклонился всем туловищем и захихикал, как китаец: "хи-хи-хи". Жена улыбнулась. Нафанаил шаркнул ногой и уронил фуражку. Все трое были приятно ошеломлены".

*

Всегда печально видеть, когда дружеские отношения претерпевают изменения в худшую сторону, как только один из друзей-приятелей начинает возвышаться по службе или обретает больший материальный достаток, т.е. становится богатым, значимым или знаменитым.

Судьба не свела меня с такими людьми, а потому мне не пришлось горько сожалеть по поводу метаморфоз, о которых было сказано выше.

*

Уберегла меня судьба и от тех приятелей, которые втеревшись в доверие, домогались дружбы в корыстных целях.

В то же время на моем веку наблюдалось немал случаев, когда дружба двух-трех людей, основанная на шатком основании, терпела крах.

В одном случае, "друг", получив доступ в дом своего товарища, без стыда и зазрения совести предавал его, вступив в любовную связь с женой товарища.

Другой обращал против своего друга-приятеля во вред ту информацию, которую ему доверительно сообщал его товарищ.

Третий просто-напросто эксплуатировал дружеские связи, либо прикрываясь поддержкой товарища, либо присваивая результаты его труда.

*

Аристотель (1811)

Художник Франческо Айец

Дружба, как явление, всегда была предметом внимания многих мыслителей и писателей.

Так, к примеру, Аристотель в своей "Этике" писал:

"Дурные люди не могут быть единомыслящими, разве только на короткое время, точно так же как и друзьями они могут быть лишь короткое время, так как везде, где чуют наживу, стремятся к излишней выгоде".

Он предупреждал о том, что истинными друзьями могут быть только добропорядочные люди, а число друзей не может быть чрезмерным:

"Должно ли стараться о приобретении как можно большего числа друзей? - спрашивал он. И сам же отвечал: "Можно определить и число друзей; вероятно, оно равняется наибольшему количеству людей, с которыми еще возможна общая жизнь, ибо это последний ведь наиболее характерный признак дружбы".

Интереснейшие мысли о дружбе содержатся в трудах Плутарха.

В частности, в "Наставлении супругам", он пишет:

"Заводить собственных друзей жена не должна; хватит с нее и друзей мужа. Но самые главные и самые могущественные из них - это боги, а потому только тех богов супруге подобает чтить и признавать, коим поклоняется муж"...

Кому-то может показаться, что это излишний деспотизм.

Может быть и так.

Но есть два момента, которые мне кажутся бесспорными.

Во-первых, жена, конечно, может иметь подруг, но не друзей мужского пола. Исключение могут составить лишь друзья мужа. И то, при том лишь условии, что они (друзья эти) люди порядочные и для них жена друга - это не женщина, т.е. не предмет воздыхания, влечение и похоти.

Во-вторых, Плутарх совершенно справедливо отмечает, что в системе высших ценностей у супругов не может быть разногласия. И тон в этом следует задавать мужу, а не жене.

*

В "Наставлении о государственных делах" Плутарх поднимает вопрос о том, как следует строить взаимоотношения друзьям, если один из них превзошел другого и оказался на более высокой ступени власти.

Он против крайностей.

Афинского оратора и политика Клеона он критикует за то, что тот, войдя во власть, порвал связи с прежними друзьями:

"Едва только Клеон решил пуститься в политику, он созвал друзей и объявил им, чтобы они больше не считали его другом, потому что дружба грозит размягчать строгость справедливых решений и отклонять от правильного пути".

Плутарх сетует на то, что Клеон, будучи человеком сребролюбивым, завистливым и злонравным, прогнав друзей, собрал вокруг себя льстцов. На примере этого человека он делает вывод о том, что "государственная жизнь требует от человека не одиночества и нелюдимости, но честности и благоразумия".

Фемистокл отправляется в изгнание

Но Плутарх против того примера, который подал Фемистокл, другой афинский государственный деятель:

"Что до Фемистокла, он, напротив, в ответ на чье-то увещание править хорошо и являть себя для всех равно беспристрастным, сказал: "Пусть не придется мне воссесть на такое седалище, при котором друзья мои не получат больше моих недругов!"

"Это было тоже не дело - поставить дружбу выше государственного долга и подчинить общественные нужды частным пристрастиям и привязанностям", - заключает Плутарх.

В отношении с друзьями государственный муж должен быть осторожен, чтобы не допустить того, что бросило тень на великого афинского законодателя Солона.

По простоте наивной Солон рассказал друзьям своим о том, что готовится закон, который спишет все долги должникам.

Друзья же, не долго думая, поспешили занять в долг побольше денег, и, когда вскоре был обнародован закон, выяснилось, что они уже владеют дорогими домами и большими земельными участками, купленными на те самые деньги.

Солона стали считали соучастником обмана, когда он сам был его жертвой.

*

Наряду с важностью приведенных примеров, центральное место в рассуждениях Плутарха занимает мысль о том, как следует относиться к просьбам друзей.

Безусловно, поучает Плутарх, мы не должны отворачиваться от просьб друзей и в меру своих возможностей помогать им словом и делом.

Но есть ситуации и случаи, в которых должно и нужно друзьям говорить "нет".

Там, где вопрос стоит о законе, справедливости и государственной пользе, права дружбы заканчиваются.

Но даже тогда, когда друзья обращаются с просьбами худыми и несообразными, "отказывать им следует не оскорбительно, а мягко, ставя на вид, что такие просьбы несовместимы с их же добродетелью и честным именем".

В качестве примере Плутарх приводит Эпаминонда, который отказал Пелопиду в его просьбе выпустить из тюрьмы одного кабатчика, но тут же отпустил его про просьбе гетеры, сказав при этом:

"Есть услуги, Пелопид, которые подружкам испрашивать не стыдно, а полководцам стыдно".

Он осуждает за резкость древнеримского полководца и политика Катона за то, что тот на просьбу его лучшего друга и товарища Катулла, решившего вступиться за одного молодого человека, сказал:

"Некрасиво будет, - сказал он, - если тебя, поставленного учить нас, молодых, уму-разуму, выведут отсюда мои прислужники!"

Плутарх, оценивая сказанное, писал:

"Он вполне мог бы, отклоняя просьбу на деле, отнять у слов их грубость и горечь, дабы ясно было, что отказывает он не из желания сделать больно, но по необходимости, руководствуясь мыслью о законе и праве".

***

Краткое резюме.

Выбор друга - это наука.

Наука - потому, что надо знать, что такое друг и не путать друзей с приятелями.

Друг - это особо доверенное лицо. Человек этот надежен, порядочен и не способен на подлость и предательство.

Друзей много быть не может.

Приятель - это человек, пользующийся нашей симпатией и достойный того, чтобы с ним контактировать, активно общаться. Но этот человек не поверяется в какие-либо тайны и не допускается на близкую дистанцию.

Приятелей может быть много.

Но надо знать, что в основе приятельских отношений, как правило, лежит расчет, выгода, а не бескорыстие. А потому с приятелями надо быть всегда настороже.

*

Выбор друга - это искусство.

Искусство - оттого, что выбор друга (друзей) - это, прежде всего, умение разбираться в людях и по мельчайшим деталям определять, отвечает ли этот человек тем параметрам, которые я предъявляю к другу.

Порядочность, доброта, близость взглядов по важнейшим вопросам (единомыслие), сходство образования, воспитания, происхождения, социального положения - это важные предпосылки для настоящей дружбы.

Если чего-то из перечисленного нет - то возникает препятствие (большое или малое) на пути развития дружеских отношений.

Взгляды на жизнь и ценности ее можно сблизить, разницу в образовании, воспитании и социальном положении можно преодолеть, но без порядочности, доброты, уважения друг к другу настоящей дружбы не будет никогда.

*

Для настоящей дружбы надо научиться многому.

Во-первых, надо научиться разбираться в людях.

Во-вторых, надо научиться отказываться от соблазна эксплуатировать дружеские отношения просьбами и т.п.

В-третьих, надо научиться воспитывать друг друга, не нарушая доверительности, не задевая самолюбия, но и не потакая слабостям другого человека.

В-четвертых, не следует спешить с обвинениями другу.

Лучше всего последовать совету, данному в Библии в притче о сучке и бревне:

Не судите, да не судимы будете.

Ибо каким судом судите, таким будет судимы;

и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить.

И что ты смотришь на сучек в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь?

...

Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучек из глаза брата твоего.

...

В-пятых, надо научиться говорить решительное "нет", если друг толкает вас на беззаконие, несправедливость, непорядочность и т.п.

Права дружбы кончаются у алтаря...

"Доверие Александра Македонского к врачу Филиппу" 1870.

Художник Семирадский Генрих Ипполитович (1843-1902)