# Рыцари - военнопленные - полицейский устав - военные школы - учительский институт

Анатолий Иванович Каменев

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА (из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Каменев Анатолий ИвановичРыцари - военнопленные - полицейский устав - военные школы - учительский институтСоздан: 14/02/2014, изменен: 14/02/2014, 60kФрагмент: ПолитикаЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА (из библиотеки профессора Анатолия Каменева)============================================================

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

Рыцари на марше

(фрагмент алтаря собора Св. Бавона в Генте, расписанного Яном ван Эйком, до 1426--1432)

58

Военно-монашеские ордена.

Когда нашествие варваров разбило остатки античной цивилизации, население Западной Европы начало группироваться около двух оплотов средневековья - рыцарского замка и монастыря. Эти два оплота, действуя друг на друга, создали своеобразные общины - военно-монашеские ордена, возникновение которых относится к эпохе крестовых походов. Первым, по времени возникновения, был орден Святого Иоанна Иерусалимского, члены которого назывались сначала Иоаннитами, потом Родосскими и, наконец, Мальтийскими рыцарями. В половине ХI в. богатый мавр из Амальфи, видимо тайно принявший христианство, выхлопотал у халифа разрешение устроить в Иерусалиме госпиталь для христиан-паломников и при нем часовню Святой Марии. В 1099 году, в видах необходимости организовать оборону Иерусалимского королевства, король Гвидо Лузиньян воспользовался уже существовавшей при этом госпитале общиной, которая обзавелась и церковью Святого Иоанна Иерусалимского. Мысль образовать из рыцарей и паломников орден, члены которого были бы связаны единой религиозной и государственной задачей охранять Гроб Господень, получила окончательное выражение в 1113 году, с разрешения папы Пасхалиса II, и с этого времени монахи-рыцари стали называться Иоаннитами или Госпитальерами (странноприимцами). Главою ордена был выбран в 1118 году с титулом ректора Раймонд Дюпюи. Члены ордена разделялись на 3 класса: I) рыцари, 2) духовенство и 3) слуги. Все произносили одинаковые обеты - бедности, целомудрия и послушания, а рыцари, сверх того, - и постоянной борьбы с неверными. Отличительным внешним знаком ордена был черный плащ с белым крестом. Впоследствии, на войне стали надевать красный плащ, чтобы не было заметно крови. Уже Дюпюи принял титул магистра ордена, а в 1267 году папа Климент IV даровал главе ордена титул великого магистра. В 1187 году, при взятии Саладином Иерусалима, погибла большая часть рыцарей, а остальные перешли в Птолемаиду. В 1191 году Иоанниты присоединились к крестоносцам, под началом Филиппа французского и Ричарда Львиное Сердце. Во время длительной осады Акры среди крестоносцев возник новый рыцарский орден - Святого Иоанна Крестителя и Святого Фомы. Цели этого ордена были тождественны с целями Иоаннитов, и оба ордена скоро слились; только в Испании осталась самостоятельная отрасль под названием ордена Святого Фомы. В начале ХIII века часть ордена Иоаннитов перешла из Птолемаиды в Испанию и, помогая королю Иакову Аррагонскому, завоевала у мавров Валенсию, за что рыцари получили большие земли. Оставшиеся же в Малой Азии, продолжали борьбу с турками. Особенно тяжела была для ордена война с Египтом, когда в сражении при Газе в 1241 году пала большая часть рыцарей во главе с магистром Гереном. В 1291 году, когда Акра была уступлена султану, орден был вынужден перейти на Кипр, где уже ранее основались рыцари-тамплиеры, вначале радушно встретившие Иоаннитов, но скоро с ними поссорившиеся из-за земельных участков. Великий магистр Иоаннитов, Вилларе, собрав на Кипре всех рыцарей своего ордена из разных государств, положил начало могущественному флоту ордена, при помощи которого в I309 году завоевал о. Родос, куда и перешел орден с Кипра. ХV век был наиболее блестящим в истории ордена. С уничтожением в 1312 году ордена Тамплиеров, Иоанниты унаследовали от них и Кипр и несколько других островов. Сильный флот дал возможность завоевать землю в Малой Азии около Смирны и Галикарнаса. Около середины ХV века египтяне начинают высылать свой флот для борьбы с рыцарями. В 1444 году они в первый раз напали на Родос, но были отражены. В 1479 году 100-тысячная армия султана Магомета II вновь отправились к Родосу, но, несмотря на ряд штурмов, она была отбита и вынуждена уйти. В ХVI веке внутри ордена начинаются раздоры, и значение его постепенно падает. В 1521 году великим магистром был выбран Филипп Виллье де Лиль Адан. Канцлер ордена Аморал, сам рассчитывавший быть избранным, решил отмстить ордену и через еврея передал туркам о слабости гарнизона Родоса. В 1522 году султан Солиман II подошел к Родосу на 400 кораблях с 140 тысячами. У ордена было 600 рыцарей и 4.500 пехоты, но, несмотря на такое несоответствие средств, оборона тянулась полгода. Великий магистр надеялся, что христианские государства помогут ордену. Однако, надежда не оправдалась, и к 1 января 1523 года состоялась капитуляция, после чего остатки ордена Иоаннитов перебрались сначала в Мессину, оттуда в Чивитта-Веккию и, наконец, на остров Мальту, который получили в дар от императора, а также в Гоццо и Триполи, с обязательством защищать берега от набегов мусульманских корсаров. С 1530 года, когда орден прочно устроился на Мальте, рыцари получили название Мальтийских. Реформация лишила орден богатых имений в Англии, Нидерландах и Скандинавии, а изменившаяся обстановка жизни в европейских государствах значительно сократила прилив к ордену новых сил. Внутреннее устройство ордена было таково: во главе стоял великий магистр, избираемый рыцарями пожизненно; все остальные члены ордена делились на 8 наций - Прованс, Оверн, Франция, Италия, Аррагония, Кастилия с Португалией, Германия и Англия. Во главе каждой нации стояло особенное выбранное лицо, которое, вместе с тем, занимало и одну из крупных должностей в ордене: Прованс давал великого командора (главный казначей); Оверн - великого маршала (начальник пехоты); Франция - госпитальера (заведующий благотворительными учреждениями); Италия - великого адмирала (начальник флота); Аррагония - великого консерватора (министр внутренних дел); Кастилия с Португалией - великого канцлера (министр иностранных дел); Германия - великого бальи (начальник всех фортификационных сооружений); Англия - туркопилера (начальник всей конницы). Главы наций составляли, под председательством великого магистра, тайный совет ордена. Каждая нация делилась на великие приорства, баллии и командорства. Весь ХVI век Мальтийские рыцари вели геройскую борьбы с турками и продолжали расширять свои владения, завоевав Коринф, Лепанто и Патрос. С конца ХVI века орден испытывает все большее и большее вмешательство папской власти, и к началу ХVII века папский инквизитор, живший на Мальте, уже захватил право выдавать патенты на звание Мальтийского рыцаря. Сношения Мальтийских рыцарей с Россией начались при великом магистре Раймунде де-Рокафуль (1697-1720), когда возникли ничем не кончившиеся переговоры о союзе против турок. Более действительными оказались сношения, завязанные великим магистром принцем де-Роганом (1775-1797). По завещанию князя Острожского, большая часть его земель, при прекращении мужского потомства, должна была перейти к Мальтийскому ордену, образовав особое великое приорство. Завещание это вызвало долгие споры, но Екатерина II поддержала права ордена и еще увеличила земли нового великого приорства, присоединив к ним имения изгнанных иезуитов. Французская революция, объявив борьбу духовенству и дворянству, сильно обрушилась на Мальтийских рыцарей. Декретом конвента 19 сентября 1792 года имения ордена во Франции были конфискованы, а рыцари изгнаны из пределов государства. В это время орден неожиданно получил помощь от императора Павла I. 4 января 1797 года, вследствие влияния на императора мальтийского посланника графа Литты, было разрешено учредить в России великое приорство ордена с 13 командорствами, одаренными землями и деньгами. Русское великое приорство было присоединено к англо-баварскому языку (нации), чтобы не нарушать общей организации ордена. В 1798 году манифестом Павел I объявил об установлении "В пользу российского дворянства ордена Святого Иоанна Иерусалимского". Орден делился на 2 приорства (римско-католическое и российско-православное). Великий приор, 2 приора и 98 командорств должны быть русскими подданными, иметь не менее 150 лиц дворянства, полученного за военные заслуги, и сделать взнос в орденскую казну. Для получения командорства требовалось, сверх того, сделать не менее 4 кампаний, по 6 месяцев каждая, в русской армии или во флоте ордена. Средства, жалуемые ордену, были увеличены. В это время вихрь революции оканчивал разрушение ордена. В 1798 году Бонапарт, на пути в Египет, без боя 12 июня захватил Мальту. Великий магистр Гомпеш был низложен. В декабре рыцари ордена собрались для выбора нового великого магистра. Благодеяния, оказанные ордену императором Павлом, и умелая деятельность графа Литты, доставили избрание в великие магистры императору Павлу, но часть рыцарей не признала этого акта, так так, по их мнению, главою католического ордена мог быть только католик. Избрание состоялось 16 декабря I798 года, и Павел I его принял, повелеть к своему титулу прибавить слова "великий магистр ордена Святого Иоанна Иерусалимского". Император Павел видел в привитии России Мальтийского рыцарства средство борьбы с разлившейся по Европе революцией; он мечтал объединить все консервативные элементы и в то же время придать новый блеск русскому дворянству, соединив его в орден с наиболее знатными родами Европы. Для увеличения числа лиц, имевших отношение к ордену, Мальтийский крест, но без права рыцарства, стал жаловаться и не дворянам; для женщин были установлены особые знаки ордена и, наконец, в 1800 году было повелено выдавать нижним чинам за 20 лет беспорочной службы медные кресты Мальтийского ордена, носившие название "донаты ордена святого Иоанна Иерусалимского". В 1800 году Мальтою овладели англичане, обязавшиеся по Амьенскому договору возвратить ее рыцарям, но не исполнившие этого пункта договора. Александр I отказался от звания великого магистра ордена, сохранив титул протектора, а в 1817 году было объявлено, что "после смерти командоров ордена Святого Иоанна Иерусалимского наследники их не наследуют звания командоров и не носят знаков ордена, по тому уважению, что орден в Российской империи более не существует". Орден Тамплиеров или Храмовников (tempie - храм) возник в 1118 году, будучи основан Гуго-де-Пайеном, Жоффруа-де-Сент-Адамаром и еще несколькими французскими рыцарями-крестоносцами. Название свое орден получил потому, что король Иерусалимский, Болдуин II подарил ему дом возле церкви, воздвигнутой на месте разрушенного храма Соломона. В 1128 году в Труа Святым Бернардом был составлен устав для ордена получивший утверждение папы Гонория II и наставление патриарха Иерусалиского. Чрезвычайно строгий устав этот требовал от рыцарей обетов целомудрия, послушания, бедности и постоянной борьбы с неверными. Они должны были постоянно нести труды или воина, или подвижника. Рыцари клялись идти в бой один на троих; сдаваться в плен они не могли, т.к. устав запрещал ордену платить за них выкуп. Права рыцарей были огромны: судить их мог только папа или капитул ордена; свидетелем против тамплиера мог быть только тамплиер же, свидетельства прочих лиц не принимались. Орденской одеждой был белый плащ с красным крестом. Орден, во главе которого стоял гроссмейстер, пожизненно избиравшийся рыцарями и живший в Иерусалиме, состоял также из рыцарей, духовенства и слуг. При гроссмейстере собирался капитул или совет из старейших членов ордена. Поместья ордена, под названием баллий и командорств, рассеянные по всей Европе, подчинялись магистрам провинциальных капитулов, которые были во Франции, Англии, Португалии, Венгрии, Аррагонии и других. Скоро после основания ордена рыцари-храмовники стяжали себе огромную славу и привлекли в сою среду представителей наиболее знатных фамилий рыцарства Европы, преимущественно французов. Хотя рыцари давали обет бедности, но самый орден быстро богател и в ХIII веке он владел более чем 9 тысяч крупных поместий. В Париже ордену принадлежал целый квартал Тампль, которому было присвоено право убежища. После взятия Иерусалима Саладином орден перешел в Птолемаиду, а оттуда вместе с Иоаннитами на Кипр, но большая часть рыцарей Тамплиеров вернулась в свои европейские командорства, и в начале ХIV века вспыхнула долго готовившаяся борьба ордена с королевской и папской властью. Вместе с накоплением огромных богатств пришла и порча нравов. Рыцари давали обет целомудрия, но постоянное соприкосновение с обычаями Востока привело к тому, что у многих образовались гаремы, состоящие из мусульманок и евреек, которых рыцари будто бы обращали в христианство. Исчезла старая простота и скромность жизни; в Европе составились даже поговорки: "пьян, как тамплиер" и "бранится, как тамплиер". Рыцари широко пользовались и своими судебными привилегиями, и много кровавых преступлений осталось безнаказанными. Для европейских государств, начинавшихся объединяться и выходить их хаоса раздробления владений, орден, как государство в государстве, становился опасен. Власть духовная - папа и власть светская того государства, в котором орден владел наибольшим имуществом, т.е. король Франции, не решались все же на открытую борьбу с орденом и вдвинули против Тамплиеров обвинение в отступничестве от веры и в колдовстве. Нет сомнения, что среди высших чинов ордена Храмовников было распространено тайно (оккультное) учение, полученное ими от восточных ученых. Тут смешались и древние мистерии Греции и сокровенное учение Египта, и каббала евреев. Первый толчок в этом направлении был дан уже тем, что в Иерусалиме орден владел храмом Соломона, с сокрытыми будто бы в нем сокровищами и книгами, хранящими чудесные тайны. Как доказательство причастности рыцарей к тайным знаниям и к магии, можно привести тот факт, что до сих пор все старейшие общества, занимающиеся теми же вопросами, как масоны, розенкрейцеры, мартинисты и др., в числе многих званий своих членов, имеют для одного из высших степеней звание "Chevalier du Temple" (рыцарь-храмовник). В конце ХIII в. орден, в лице своих главных представителей, довольно скептически относился к папской власти и тем окончательно возбудил ее против себя. Началась борьба храма (Temple) с церковью (Eglise). Взаимные обвинения превосходили всякую меру. Папы обвиняли рыцарей в богоотступничестве, в поклонении дьяволу в виде козла (Бафомет), в приношении ему человеческих жертв, в устройстве бесовских шабашей и т.п. Рыцари, ссылаясь на Апокалипсис и на безнравственность ряда пап, называли папский двор "великою блудницею". Последним толчком, побудившим врагов ордена начать действия, было гостеприимство, оказанное орденом во время бунта населения королю Филиппу IV Красивому. Король, будучи в Тампле, убедился, какими огромными богатствами владел орден, и у него явилась мысль обогатиться за его счет. На желании присвоить себе имущество ордена сошлись два недавних заклятых врага: король Филипп и папа Климент V. На тайном совещании 1306 года союзники установили план действий. Король подал жалобу папе на рыцарей, обвиняя их в вышеуказанных преступлениях и в непосредственной связи с мрачной восточной сектою ассасинов (assassin - убийца). Но папское правосудие шло медленно, пока орден обладал всею своею силою; тогда выступил король, по приказу которого, 13 октября 1307 года Храмовники были арестованы одновременно во всей Франции и брошены в тюрьмы. Предательски заманенный во Францию великий магистр ордена Яков Моле был арестован и заключен в башне. Каковы бы ни были вины рыцарей, но расправа с ними была жесткой. Вопреки булле 1163 года и обычаю, рыцари были подвергнуты пытке и последовали массовые казни с отобранием имущества ордена на короля и папу. Буллою 1312 года папа Климент V уничтожил и самый орден. В марте 1314 года был сожжен Яков Моле, признанный современниками невиновным во возводимых на него преступлениях. Явная жизнь ордена кончилась, но есть предположение, что тайно орден существует, или существовал еще не так давно, имея главной целью месть за разгром. Крайние левые французские революции приняли название Якобинцев, по церкви, построенной в память Якова Моле, в которой они собирались. Несчастный Людовик ХVI был заключен в Тампле в той же башне, где томился когда-то великий магистр ордена. Все это, может быть, просто совпадения, но их много, и разрешение этой интересной загадки заключается в тайных архивах масонов и мартинистов, если изучение их когда-нибудь станет возможным. Тевтонский орден был основан в 1128 году, т.е. почти одновременно с орденом Тамплиеров. Так как орден Тамплиеров был создан, главным образом, французскими рыцарями, то они неохотно принимали в свою среду немцев, а потом такой прием и совсем прекратился. Несколько богатых немецких рыцарей в Иерусалиме образовали особое братство для помощи поломникам, под названием братство Святой Марии Тевтонской. До крестовых походов Фридриха Барбароссы новое братство мало развивалось, с появлением же в Палестине большого числа немецких рыцарей, оно в 1189 году получило организацию по образцу Тамплиеров и название "Ордена дома Святой Девы Иерусалимской". Название это продержалось недолго, и в 1191 году папа Климент III утвердил устав ордена с наименованием его Тевтонским. Первым гроссмейстером ордена был Генрих Вольдботт, установивший правило, что членом ордена может быть только немец; в остальном орден был подобием Тамплиеров, развивая только шире благотворительную деятельность. После падения Акры гохмейстер Герман Зальца перевел орден в Венецию, откуда внимательно следил за международными отношениями, чтобы получить где-нибудь земли и основать для ордена самостоятельное государство. Борьба пап с Гогенштауфенами, причем обе стороны старались привлечь к себе орден, дала ему большие земли в Германии и Италии. Особенно щедро одарили орден император Фридрих II и папа Гонорий III. Надежда на независимое существование явилась у ордена, когда король венгенский Андрей предложил ему в Трансильвании земли с городами Крейцбургом и Кронштадтом, с обязательством защищать границу от набегов соседей; орден вступил во владение пожалованными землями, но скоро рассорился с королем, который отобрал свой дар обратно. Более прочно обосновался орден в Пруссии. Принявший христианство Мазовецкий князь Конрад в 1226 году предложил ордену Кульмскую и Лебодскую земли за защиту от язычников-пруссов. Наученный горьким опытом с Трансильванскими землями гохмейстер Зальца испросил у императора Фридриха II грамоту на владение Кульмской и Прусской землями, и в 1228 году значительная часть рыцарей, под началом Германа Балька, пришла на Вислу. Пруссия того времени была населена языческим народом литовского племени. Проповедь христианства среди пруссов была начата в 1209 году епископом Христианом, который пытался проповедовать крестовый поход против пруссов, но на его призыв не откликнулось достаточного числа рыцарей. Когда же Тевтонские рыцари прибыли в Пруссию, как владетели ее, то между ними, епископом Христианом и князем Мазовецким начался спор из-за права владения, переходивший в вооруженные столкновения. В 1231 году спор закончился тем, что орден признал себя вассалом епископа и обещал ему передать значительную часть завоеванных прусских земель. С этого времени началось постепенное методическое завоевание Пруссии немцами. Местные жители вырезывались поголовно и на их местах селились вызываемые из Германии колонисты. Рыцари истребляли язычников за то, что те - не христиане, а когда пруссы хотели креститься, рыцари или утверждали, что они недостойны этого и все-таки истребляли, или же, если не было под рукой достаточного числа немецких колонистов, разрешали креститься, но обращали пруссов в рабство. Для закрепления за собою завоеванных земель рыцари строили укрепленные города, из которых первым был заложен г. Торн в 1231 году. Также удачно вел орден и свои дипломатические дела. Воспользовавшись тем, что его Сюзерен, епископ Христиан, попал в плен, орден получил от папы в 1234 году права на всю Прусскую и Кульмскую земли, за обязательство платить дань лично папе, который, таким образом, делался сюзереном ордена. В 1237 году Тевтонский орден соединился с Ливонским орденом и был включен им в борьбы с Русью, кончившуюся разгромом сил рыцарей в 1242 году (Ледовое побоище). Для ордена наступило трудное время. Пруссы, выведенные из терпения притеснениями рыцарей, восстали и напали на рыцарские замки. Епископ Христиан, выкупившись из плена, требовал обратно свои земли. Орден был спасен союзом, заключенным им с чешским королем Оттокаром, помогавшим усмирить пруссов. Христиан скоро умер, а спор ордена с его наследников был разрешен папою в пользу ордена тем, что архиепископский престол был перенесен в Ригу, а владетельные епископы Прусский и Кульмский стали назначаться исключительно из членов ордена. К началу ХIV века орден обратился в немецкое государство. Цель, поставленная еще гохмейстером Зальца, была достигнута, и в 1309 году гохмейстер Зигфрид Фейтхванген перенес свою резиденцию и главное управление орденом из Венеции в Мариенбург. ХIV век - время наибольшего расцвета ордена, особенно период управления гохмейстера фон-Книпроде (1351-1382), человека жестокого, но дальновидного и всецело преданного интересам ордена. К этому времени управление ордена имело следующую организацию: верховный сюзерен ордена - папа, но его отношение к ордену состояло только в получении ежегодной дани. Следующим органом был дейтчмейстер, управляющий землями ордена в Германии и имевший один право собирать великий капитул ордена, которому предоставлялось право судить гохмейстера, в действительности главного распорядителя судьбами ордена. Гохмейстер, или великий магистр, был председателем капитула, состоявшего из пяти выбранных рыцарей, исполнявших обязанности министров. Все земли ордена делились на области, каждая область была вверена рыцарю-комтуру, который был и комендантом укрепленного города или замка этой области. Остальные члены ордена состояли из рыцарей, носивших белый плащ с черным крестом; милосердных братьев, ухаживающих за ранеными и больными, и священников. Были еще и полубратья (Halbbruder), которые имели право драться под знаменами ордена, но как не дворяне не имели права на добычу. Во время падения ордена появились еще и орденские сестры. В захваченной и онемеченной стране орден установил строгий порядок и построил целую сеть крепостей - рыцарских замков. Но одновременно с развитием ордена росли и его враги. Еще в 1315 году был заключен против ордена союз Владислава Локетка (Польша) с Гедимином (Литва). Война шла с переменным счастьем. Другим врагом ордена было недовольство на бесправие горожан и духовенства. Крупные торговые центры, как Данциг, Кенигсберг и т.д. присоединились к Ганзенскому союзу и требовали себе права внутреннего самоуправления, в чем орден им отказывал. С объединением Польши и Литвы при Ягелло внешнее положение ордена стало ухудшаться, и в 1410 году на полях Грюнвальда (Танненберг) рыцари понесли тяжелое поражение от русских, поляков и литовцев, после которого орден уже никогда не мог оправиться. Реформация лишила орден многих владений в Германии и тем окончательно подорвала его силы. Ливонский орден основан позднее других, а именно в 1202 году, и был единственным, возникшем не в Палистине. Основатель Риги, епископ Альберт фон-Буксгевден, желая упрочить свое положение, как государя вновь завоеванных земель, вызвал из Германии рыцарей, организовал, с разрешения папы, орден и принял от него ленную присягу. Во главе ордена стоял магистр, или мейстер, которому подчинялись комтуры, ведавшие областями и имевшими в своем подчинении рыцарей. Орден скоро принял название ордена Меченосцев. Первое время отношения между орденом и его сюзереном, епископом, были хорошие, но вскоре орден почувствовал силу и стал домогаться независимости; отношения испортились, и первый магистр Виунольд фон-Рорбах перенес свою резиденцию из Риги в укрепленный Венден. Завоевание земель шло быстро, и в 1207 году епископ Альберт получил всю Ливонию в лен от императора. ХIII и ХIV вв. - время наибольшего развития ордена Меченосцев; тогда было построено много замков, и край сильно онемечен, хотя далеко не в той степени как Пруссия. В этот же период началась внутренняя борьба с разбогатевшими городами. К врагам ордена прибавился еще один, наиболее серьезный. Добрые отношения с соседними русскими княжествами длились недолго, и орден начал постепенный захват Новгородской и Псковской областей. В 1240 году, т.е. в год Невской битвы, меченосцы захватили значительную часть Псковской земли, а в 1241 году взяли и город Псков, после чего, двинулись к Новгороду. Для закрепления за собой завоеванного пространства, они построили крепость Копорье. Призванный новгородцами Александр Невский 5 апреля 1242 года нанес рыцарям сильное поражение на льду Чудского озера (Ледовое побоище). В этом сражении, где меченосцам помогали и Тевтонские рыцари, немцы понести такие потери, что были вынуждены вернуть все захваченные земли и отказаться от мысли распространить свои владения на восток. В ХV веке началось падение ордена, Грюнвальдское сражение, сломившее Тевтонский орден, сильно потрясло и Меченосцев. (..) К середине ХVI века Ливонский орден был вовлечен в водоворот крупных событий, в которых играли роль сильные государства, как Россия и Швеция; поэтому его значение все уменьшается, и он постепенно теряет свои владения. К концу ХVI века вся Эстляндия была под протекторатом Швеции. Эзель перешел во владение Дании, Лифляндия досталась Польше. При последнем магистре меченосцев ордену принадлежала только Курляндия. Орден меченосцев прекратил свое существование в 1561 году. (ВЭ).

Кавказ. "Пленный Шамиль перед главнокомандующим князем А. И. Барятинским

25 августа 1859 года"

Художник Теодор Горшельт, 1863 год

59

Военнопленные.

Военный плен есть ограничение свободы лица, принимавшего участие в военных действиях, с целью недопущения его к дальнейшему в них участию. Военный плен сам собою прекращается с заключением мира, но и во время войны может последовать размен военнопленными. Военному плену подлежат все лица, входящие в состав вооруженных сил неприятеля, как солдаты, так равно ополченцы, добровольцы и состоящие при армии корреспонденты, маркитанты, подрядчики, гражданские чиновники и т.п. Военнопленные находятся во власти государства, но не отрядов, взявших их в плен, и не частных лиц, как это было раньше; например, у нас, в России, по указу 22 мая 1735 года, военнопленные, вывезенные в Россию, оставались "за теми людьми, за кем они в подушном окладе написаны". Не могут быть взяты в плен следующие лица: 1) мирные неприятельские подданные, за исключением лиц, косвенно могущих содействовать успеху военных действий, каковыми являются: дипломатические агенты, лица, занимающие высокое положение в государстве, также глава его и входящие в состав экипажей торговых судов, и 2) личный состав госпиталей и походных лазаретов с их частями: интендантской, врачебной, административной и перевязочной для раненых, а также священнослужители. Военнопленные могут быть освобождены на честное слово, если только это им дозволяется законами их страны, и в таком случае они обязаны добросовестно выполнять принятое на себя обязательство не принимать участия в военных действиях до окончания войны. Собственное правительство не может ни требовать, ни принимать от них услуг, противных данному ими честному слову. Военнопленные, не исполнившие обязательства и вторично взятые в плен, подвергаются лишению прав, предоставляемых военнопленным, и предаются военному суду. Государство, взявшее в плен, может размещать военнопленных там, где найдет это удобным, с указанием пределов, за которые им воспрещается отлучаться под страхом наказания за побег. Военнопленные не считаются преступниками, поэтому они не могут содержаться в местах заключения, кроме тех случаев, когда это требуется в видах их безопасности. Военнопленные могут быть употребляемы на некоторые общественные работы, не имеющие прямого отношения к военным действиям, но с тем, чтобы работы эти не были изнурительны и унизительны для их воинского звания и их общественного положения. Они могут заниматься разными промыслами и другими частными работами. Заработанные деньги должны служить средством к улучшению их содержания, а часть выдаваться при освобождении. Нельзя принуждать военнопленных принимать участие в продолжающихся военных действиях против их отечества, даже не следует употреблять их на крепостные работы в местностях, граничащих с театром войны. Правительство, во власти которого находятся военнопленные, принимает на себя их содержание и, по общему правилу, довольствует их пищею и одеждою наравне со своими войсками по окладам мирного времени. Обращение с военнопленными должно быть гуманное. Всякое неповиновение со стороны военнопленных наказывается по военным законам. При попытке военнопленных к побегу может быть употреблено оружие, если только они добровольно не подчинятся требованию о возвращении. В случае поимки они подлежат дисциплинарному взысканию, но при удачном побеге и вторичном взятии в плен, за прежний побег не подлежат никакому наказанию. Военнопленные, добровольно сдавшиеся в плен, чтобы избежать опасности, не заслуживают никакого снисхождения. Собственность военнопленного, за исключением оружия, не подлежит отобранию от них. Основные положения о военнопленных, действующие в настоящее время, были установлены на Брюссельской международной конференции 1874 года. Конференция рассмотрела проект международного положения, предложенный Парижским обществом улучшения участи военнопленных; хотя декларация Брюссельской конференции не получила утверждения правительств, тем не менее все цивилизованные народы считают теперь ее обязательной для себя. Статьи 23-34 этой декларации излагают основные положения о военнопленных. Гаагская конвенция 1899 года также отчасти затрагивает вопрос о военнопленных (ст.15 и16). История вопроса о военнопленных. В древние, а также в средние века, военнопленных обыкновенно просто убивали или калечили. В 70 г. после Р.Х. римляне, осаждая Иерусалим, ежедневно распинали на крестах по несколько тысяч пленных. Даже Наполеон I, после взятия в 1799 году Яффы, приказал штыками заколоть 6 тысяч военнопленных. В 1845 году в Дарго, по приказанию Шамиля, были расстреляны картечью 29 русских военнопленных. В земледельческий период истории древних веков отношение к военнопленным было иное: потребность в рабочих руках побуждала отказываться от мысли истреблять военнопленных и обращать их в рабов или продавать в рабство. Только со временем распространения христианства и просвещения положение военнопленных стало мало-помалу улучшаться. Нормативные акты. Кроме указанных, актами, регулирующими положение военнопленных, ныне являются:1) "Временное положение о военнопленных", изданное в России 2 июля 1877 г.; 2) "Регламент 21 марта 1893 г. о военнопленных" во Франции; 3) "Конвенция об освобождении военнопленных в войну с Абиссинии с Италией" 14 октября 1896 г. и 4) "Временное положение о военнопленных русско-японской войны 1904 г". (приказ по военному ведомству 1904 г. N276). Последними положениями вводятся следующие дополнительные к Брюссельской декларации постановления: газетные корреспонденты и репортеры, маркитанты и поставщики могут быть, по усмотрению командующего армией, или задержаны в качестве военнопленных, или отпущены на свободу. Заключение под стражу военнопленные могут быть подвергнуты лишь при наличности особой к тому необходимости. Бежавшие военнопленные, в случае поимки, не подлежат за побег наказания по суду, а лишь дисциплинарному взысканию. Образуются общества вспомоществования военнопленным. Пожертвования и вспомоществование вещами освобождается от таможних и других сборов и от провозной платы по казенным железным дорогам, корреспонденция их пересылается бесплатно. Умершие хоронятся с воинскими почестями, сообразно с их чином или званием. Пища для военнопленных должна состоять из продуктов, употребляемых ими на родине. У нас японские пленные офицеры получали содержание, в следующем размере: генералы - 1.500 руб., штаб-офицеры - 900 руб.; обер-офицеры - 600 руб. (приказ по военному ведомству 1899 г. N141; 1904 г. N658; 1905 г. N145, 231, 499, 649; ст. 25-36" Наказа русской армии о законах и обычаях сухопутной войны". Приложение к уставу о полевой службе 1904 г). Наши военнопленные в Японии содержались применительно к Брюссельской конвенции, лишь с некоторыми отступлениями, которые были, между прочим, изложены в капитуляции Порт-Артура 2 января 1905 года (нов. стиля). Согласно этой капитуляции, нашим военнопленным офицерам и чиновникам, "дабы оказать честь храбрым", было сохранено право носить оружие и разрешено взять необходимое собственное имущество; вместе с этим было обусловлено, что офицеры, добровольцы и чиновники, которые дадут письменное обещание "не поднимать оружия и не действовать против интересов Японии в течение этой войны", могут быть отправлены домой. Каждому освобожденному офицеру было разрешено оставить при себе одного нижнего чина, который "после дачи клятвы" был тоже освобожден. По всем действующим военно-уголовным кодексам, положить оружие перед неприятелем и сдаться в плен признается воинским преступлением, строго караемым. По нашему воинскому уставу о наказаниях в разделе III (высочайше утвержденном в 1911 г), военнослужащий, сдавшийся в плен или положивший оружие перед неприятелем, не исполнив своей обязанности сражаться по долгу службы и присяги, подвергается: лишению всех прав состояния и смертной казни (ст. 248); начальник, виновный в сдаче неприятелю вверенных ему армии, отряда, крепости, или иного укрепленного пункта, части или команды, подвергается: лишению всех прав состояния и смертной казни или смертной казни без лишения прав. Тому же наказанию подвергаются те из подчиненных ему начальствующих лиц, которые умышленно способствовали чем-либо сдаче, а равно и те, которые, имея возможность избежать этой сдачи или по своему служебному положению воспрепятствовать ей, умышленно не приняли мер для предотвращения таковой (ст. 251); виновный в возбуждении во время боя словами, примером или иными действиями к сдаче, хотя бы такое возбуждение и не имело последствий, подвергается лишению всех прав состояния и смертной казни (ст. 246); взятые в плен офицеры, освобожденные из плена под условием не участвовать в дальнейших боевых действиях, подвергаются: исключению из службы с лишением чинов (ст. 251). Литература: Мартенс Ф. Современное международное право цивилизованных народов; Мартенс Ф. Восточная война и Брюссельская конференция; Проект международной декларации о законах и обычаях войны, составленный конференцией в Брюсселе в 1874 году // Военный сборник, 1875, N2; Наказ русской армии о законах и обычаях сухопутной войны 1904 года. (ВЭ).

Россия.

Весы. 1904.

Художник Феофилактов Николай Петрович (1878-1941)

60

ВОЕННО-ПОЛИЦЕЙСКИЙ УСТАВ.

В 1837 г., по воле императора Николая I, военный министр граф Чернышев поручил генерал-аудитору составить проект Военно-полицейского устава для определения меры удержания молодых офицеров от беспорядков и охранения их нравственности. В 1840 г. выработанный проект был представлен министру, а в 1842 г. внесен для окончательного рассмотрения в генерал-аудиторат, но дальнейшего движения не получил по причинам совершенно неизвестным. По содержанию своему Военно-полицейский устав представляет не только военно-исторический интерес, т.к. является предшественником дисциплинарного устава. Составители проекта пошли несколько дальше поставленной им задачи и полагали распространить его не только на офицеров, но и на нижних чинов. Цель устава определена так: "предупреждение преступлений и проступков военнослужащих", "он имеет главным предметом охранение нравственности - средствами, не имеющими свойства наказании". Устав распадается на следующие отделы: 1) о предупреждении преступлений и проступков; 2) о пресечении бунта и возмущения; 3) о преступлениях, подвергающих суду; 4) о военно-полицейских наказаниях; 6) о мерах исправления лиц развратного поведения. В уставе излагаются обязанности в отношении религии, государя и государства, обязанности повиновения и чинопочитания, отношения к обывателям и к общественному порядку, о соблюдении нравственности, трезвости и т.д. Начальникам предписывается отеческая заботливость о подчиненных и короткое с ними обращение. Вообще устав проникнут духом разумной гуманности и заботы о нравственном воспитании военнослужащих, причем наказание относится лишь к крайним средствам. (ВЭ).

Сухарева башня.

В этом здании находилась Школа математических и навигацких наук

61

Военно-учебные заведения.

Начало особых военно-учебных заведений в Западной Европе относится к ХVII столетию, когда с развитием военного дела, в частности артиллерии и инженерного дела у немцев и французов возникли специальные школы для подготовки специалистов по этим важнейшим отраслям военного искусства. Когда же Фридрих Великий и Наполеон совершенно преобразовали боевую практику, явилась необходимость в основательном знании тактики 3-х родов оружия, для чего и были основаны в ХVIII веке первые военные академии и подготовительные к ним заведения. В 1653 г. великим курфюрстом учреждена в Пруссии первая кадетская школа для несения дворянскими детьми воинской службы; Фридрих I в 1716 г. сформировал в Берлине роту кадет. Таким образом, возникли кадетские корпуса, сохранившиеся ныне только в Германии, Австрии и России, тогда как в прочих государствах учреждаются теперь военно-учебные заведения только для взрослых молодых людей, уже получивших среднее образование, желающих получить специальные познания. Русская военная школа возникла с времен Петра Великого. В январе 1701 г. была открыта в Москве "школа математических и навигацких наук", которая, по словам ее основателя, была "нужна не только к морскому ходу, но и артиллерии и инженерству". Вскоре потом, вследствие потребности Великой Северной войны, Петру понадобилось основание нескольких специальных заведений в Санкт-Петербурге: Морской академии (1705 г), Инженерной и Артиллерийской школы (1712 г., ныне, по преемству, 2 кадетский корпус в Санкт-Петербурге), а также гарнизонных школ для солдатских детей. Руководителями этих первых русских военных школ были вызванные Петром "на семена" различные иностранцы, например, англичане Фарварсон, Гвин и Грейс и Магницкий для Московской навигацкой школы. Школы имели нищенское содержание: не имя казенных помещений и получая, да и то неаккуратно, самое ничтожное жалованье, ученики наших военных школ в Петровское время зачастую не могли посещать классов за неимение обуви и одежды, мерзли зимою и голодали до полного изнеможения. Суровое начальство имело неограниченное право бить их "нещадно батогами" и за дурное поведение и за недостаточные успехи. Не удивительно, что многие из этих злополучных специалистов военного дела или совершенно спивались, или даже лишали себя жизни "от уныния и подлости". И в то же время, несмотря на поразительное убожество военной школы, благодаря возвышенному духу победоносного века, ряды наших войск и флота постоянно обогащались талантливыми, энергичными и знающими специалистами именно из этих примитивных военно-учебных заведений. Особенно много пользы для военно-учебных заведений в России принес Миних: в 1732 г. он представил на утверждение императрице Анны план устройства первого вполне благоустроенного военно-учебного заведения в России, Корпуса кадетов в Санкт-Петербурге на 300 человек, для шляхетский детей от I3 до 18 лет. При императрице Елизавете в 1743 г., после открытия Морского корпуса, Миниховский корпус переименован в Сухопутный шляхетский кадетский корпус; он должен был готовить не только офицеров, но также и гражданских чиновников, дипломатов, судей и даже актеров. Корпус не был в то время совершенно закрытым заведением: в него могли поступать для слушанья лекция и посторонние; так, например, известно, что Суворов, уже определенный 15 лет от роду в Семеновский полк и, обучаясь дома военным наукам, все-таки находил время, чтобы слушать лекции по некоторым предметам в Сухопутном корпусе и даже брал себе из корпусной библиотеки для чтения книги. При Екатерине II был основан Артиллерийский и инженерный корпус (ныне 2-й Петербургский кадетский) и несколько других военно-учебных заведений. Кратковременное царствование Павла I также дало несколько военно-учебных заведений (Военно-сиротский дом, 1798). В ХVIII в. все военные школы управлялись самостоятельно, по усмотрению своих начальников, т.к. центрального учреждения для управления еще не существовало. Только с назначением в 1826 г. цесаревича Константина Павловича был учрежден впервые совет для управления всеми военно-учебными заведениями в России. В царствование Александра I дело учреждения новых военных школ, вследствие отвлечения борьбой с Наполеоном I, мало двинулось вперед; вновь основаны были лишь 3 подготовительных училища для кадетских корпусов (в Туле, Тамбове и Оренбурге-Неплюевское). Император Николай I вскоре после вступления на престол, изъявил непременную и твердую волю дать военно-учебным заведениям новое устройство, связав их вместе в одну общую отрасль государственного управления, для направления одною и той же мыслью к одной и той же цели. Эту задачу император Николай осуществил при содействии своих двух братьев: Константина и Михаила Павловичей (1831-1849). Особенно много сделал для военно-учебного дела Великий Князь Михаил, вместе с начальником своего штаба Я.И. Ростовцевым (1835-1860). "Наставление для образования воспитанников военно-учебных заведений"(1848 г) следующими словами указали идеал, который имели в виду тогдашние руководители нашего военного воспитания: "Христианин, верноподданный, русский, добрый сын, надежный товарищ, скромный и образованный юноша, исполнительный, терпеливый и расторопный офицер". Николаевские кадетские корпуса считались образцовыми учебно-воспитательными заведениями, и сам император Николай в 1849 г. писал, что заведения эти, "совершенствуясь с каждым годом, успели достигнуть во всех отношениях цели своего учреждения". Между тем, Крымская война показала, что для воспитания нашего офицерства необходимы коренные реформы. К концу царствования Николая I в России числилось 12 полных кадетских корпусов, т.е. дававших кадетам полное образование от самых юных лет до офицерского звания, и 5 подготовительных кадетских корпусов для малолетних. Кадеты, находясь в корпусе иногда более 10 лет, проходили последовательно не ранжированную, мушкетерскую и гренадерскую роты, делаясь сами, в конце концов, унтер-офицерами для младших кадет; командуя над младшими и вознаграждая себя, таким образом, за свои собственные былые неприятности, должностные кадеты не могли быть особенно мягкими, т.к. над ними самими стояло грозное строевое начальство. Корпусные офицеры того времени, по большей части, очень мало образованные и вовсе не педагоги, часто возбуждали против себя ропот в толпе кадет, а потому отношения начальствующих лиц к подчиненным были совсем ненормальными: кадеты делали порой совсем бессмысленные проступки, только чтобы насолить офицерам, а те, в свою очередь, при всяком удобном случае, старались отомстить, не останавливаясь перед усиленными порциями телесных наказаний. Естественно, что в такой взаимно враждебной и мало просвещенной среде ни благонравие, ни познания кадет процветать не могли. В эпоху великих реформ императора Александра II бывшим военным министром Д.А. Милютиным, при содействии главного начальника военно-учебных заведений Н.В. Исакова, была произведена полная реформа военно-учебных заведений; существование прежних кадетских корпусов, воспитывающих в своих стенах одновременно и малолетних и взрослых, было признано не педагогичным, и кадетские корпуса были расколоты. Для общего образования с августа 1863 г. начали постепенно вводиться так называемые военные гимназии, т.е. заведения общеобразовательные, без военной дисциплины, причем классные отделения были поручаемы безразлично военным и гражданским чинам, вполне подходящим для воспитательного дела: для специального же военного образования окончившие курс военных гимназий переводились в тогда же учрежденные военные училища. В военном ведомстве учреждены были педагогические курсы с целью подготовлять в военно-учебных заведениях специально образованных учителей научных предметов, а для подготовления преподавателей и воспитателей в военно-начальных школах в 1866 г. в Москве учреждена была особая Учительская семинария военного ведомства. В это же время (1864) положено основание педагогическому музею военно-учебных заведений. Милютинская реформа военно-учебных заведений была быстро осуществлена и хорошо привилась, т.к. задумана была широко, причем не было упущено из виду ни одной меры, полезной для ее полного осуществления. Так как в то время уже назревала и другая крупная реформа - всеобщая воинская повинность (1874 г), - то для заблаговременной подготовки достаточного количества офицеров из войсковых вольноопределяющихся с 1864 г. у нас было устроено 21 юнкерское училище (пехотных-16, кавалерийских - 2 и казацких - 3). К концу царствования Николая в кадетских корпусах числилось до 6.700 кадет, дававших средний выпуск в год 520 офицеров; при учреждении же военных гимназий из всех этих 28 заведений при 4 военных училищах был рассчитан ежегодный выпуск в 400-500 офицеров. При императоре Александре III последовала контрреформа военно-учебных заведений. В июле 1882 г. все военные гимназии были переименованы в кадетские корпуса, причем установлено, чтобы воспитателями назначались исключительно только офицеры, во главе которых были поставлены ротные командиры, так что бывшим среднеобразовательным школам придан был характер подготовительных военно-воспитательных заведений. Хотя преемник Д.А. Милютина, военный министр П.С. Ванновский, сам принимавший прежде деятельное участие в преобразовании Николаевских кадетских корпусов, не особенно круто поставил новые корпуса на военную ногу, но все-таки он вернул звание должностных кадет и с 1885 г. приказал выводить старшую роту для строевых занятий в лагери. Учительская семинария военного ведомства и педагогические курсы при 2-ой военной гимназии были упразднены, военные гимназии для приходящих преобразованы в интернаты, а вместо военных прогимназий, тоже, по большей части, преобразованных в кадетские корпуса, остались только две военные школы для обучения малоуспевающих (Вольская и Ярославская). Количество военно-учебных заведений при Александре III увеличилось. В 1883 г. был основан Донской кадетский корпус, а с 1886 г. при юнкерских училищах (прежде всего, Московском и Киевском) были открыты военно-училищные курсы. В 1900 г., вместо генерала Махотина, главным начальником военно-учебных заведений был назначен Великий Князь Константин Константинович, который в 1901 г., объехав все вверенные ему заведения, в приказе своем высказал следующие многозначительные слова о задачах военного воспитания: "Закрытое заведение обязано, по мере нравственного роста своих воспитанников, постепенно поднимать в них сознание их человеческого достоинства и бережно устранять все то, что может унизить или оскорбить это достоинство. Только при этом условии воспитанники старших классов могут стать тем, чем они должны быть, - цветом и гордостью своих заведений, друзьями своих воспитателей и разумными направителями общественного мнения всей массы воспитанников в добрую сторону". Этим приказом как бы выдвигались забытые в "махотинское время" педагогические идеалы. В 1900 году были учреждены одногодичные педагогические курсы при педагогическом музее военно-учебных заведений, руководимые А.Н. Макаровым, а затем З.А. Макшеевым. В 1903 г. там же открыты и двухгодичные курсы для преподавателей военно-учебных заведений, успевшие дать кадетским корпусам несколько хороших учителей высшего образования, с прекрасной педагогической подготовкой. Для еще большего подъема воспитательного и преподавательского дела были устроены съезд учителей русского языка (1903) и съезд воспитателей кадетских корпусов (1908). (ВЭ).

"Кантонист"

Художник Башилов Яков Степанович

62

Военно-учительский институт.

По мере увеличения числа Военно-Учебных заведений увеличивалась и потребность в преподавателях, число коих, в то время, было еще весьма ограничено. Для устранения этого неудобства и для снабжения Заведений учителями, предположено было учредить при С.-Петербургском батальоне военных кантонистов Военно-Учительского Института, в составе одной роты. С этою целью выбраны были из всех батальонов и полубатальонов, отличнейшие кантонисты по умственным способностям и примерно-доброй нравственности, не моложе 14-ти и не cтapеe 16-ти лет, с тем, чтобы, впоследствии, Институт комплектовался из первой полуроты 1-й роты С.-Петербургского батальона военных кантонистов. Число учеников в Институте предполагалось иметь 60 (в том числе 12 унтер-офицеров) и при них назначались: 3 обер-офицера и фельдфебель. Воспитанники Военно-Учительского Института должны были приготовляться в учители следующих предметов: Российской и Немецкой словесности во всех основаниях, кроме поэзии; Географии; Истории Всеобщей и Естественной; Арифметики; Алгебры; Геометрии; Математики в высших степенях; Физики; Химии; Механики; Рисования; Ситуации; Архитектуры и Военно-уголовного Права. Для изучения сих наук Институт предполагали разделить на четыре класса, в коих преподавать: в первом классе - Закон Божий, Российскую и Немецкую словесность во всех видах, кроме поэзии, Географию, Историю Всеобщую и Естественную и Военно-уголовное Право. Во втором классе: Закон Божий, Арифметику, Алгебру, Рисование и Военно-уголовное Право. В третьем классе: Закон Божий, Механику, Физику, Химию и Ситуацию. В четвертом классе: Закон Божий, Геометрию, Математику в высших степенях и Архитектуру. В классах полагали распределять учеников сообразно способностям каждого к предназначенным наукам: так, как не было надобности, чтоб ученик, приготовляемый в учители Словесности, знал Алгебру или Высшую Математику и т.п., а, потому оказывавший способность к которому либо предмету своего класса, должен был оставаться в том классе до окончательного образования в предмете, в котором предназначался быть учителем. Прочих за тем учеников полагалось переводить из класса в класс по экзамену, по мере изучения и способностей, с дозволением приготовляться в учители и двух предметов. Ученики менее способные быть учителями, должны были готовиться в аудиторы, но в таком случае требовалось, чтобы они основательно знали отечественный язык, часть Арифметики и Военно-уголовное Право. Выпуск из Военно-Учительского Института в учители и аудиторы должен был производится по экзамену в присутствии директоров и инспекторов классов всех Кадетских Корпусов и Училищ Артиллерийского и Инженерного. Удостоенных выпуска в учители полагали производить в прапорщики, с выдачею пособия на обмундирование по 500 руб. ас. из Кабинета Его Императорского Величества. По производстве же должны они были оставаться, в продолжении двух лет, при Институте, преподавателями своего предмета, под надзором и руководством учителей и в особенности инспектора классов. С получением, таким образом, навыка в преподавании, назначено было определять их учителями в Военно-Учебные Заведения, по мере надобности, и производить жалование сообразно преподаваемым предметами. В признательность Правительству за свое образование, для них было бы обязательно прослужить 15-т лет в звании учителей, в назначенных им местах; по окончании же сего срока они бы могли: или продолжать свои занятия, или избрать другой род службы. В продолжении упомянутых 15-ти-лет предполагалось производить их в чины, за усердную и ревностную службу, чрез каждые пять лет, исключая нерадивых, которых чинами не повышать. При увольнении, по истечении пятнадцатилетнего срока, полагалось выдавать им аттестаты, сообразно их службе. По производстве в офицеры учителям предоставлялся бы мундир, присвоенный состоящим по армии. Учеников, выпускаемых в полки аудиторами, полагали награждать 13-м классом; оказавшихся же дурной нравственности, определять рядовыми в поселенные полки Гренадерского Корпуса. По части строевой ученики Военно-Учительского Института должны были иметь надлежащую стойку, выправку и уметь маршировать. На ежегодное содержание инспектора классов, необходимого числа учителей и классные потребности, Институту назначалось из Комиссариата ежегодно по 20 тыс. рублей ассигнациями. Институт должен был состоять под непосредственным начальством командира С. Петербургского батальона военных кантонистов. Ученикам Военно-Учительского института предполагалась форма одежды одинаковая с кантонистами, но куртки, вместо серых, зеленые, гвардейской доброты. Воротники, обшлага, клапаны и фуражные шапки того же сукна, с красною выпушкою; погоны красного сукна, пуговицы медные. Содержание и продовольствие Институт получал бы вообще то, какое присвоено кантонистам. Проект положения о Военно-Учительском Институте, хотя и удостоился Высочайшего утверждения, но приведение его в исполнение было приостановлено по многим причинам, которые излагать здесь было бы неуместно. Впоследствии же, с утверждением (в 1836 году) "Положения о службе" по учебной части в Военно-Учебных Заведениях, - учреждение Военно-Учительского Института было окончательно отменено. (Мельницкой Н. Сборник сведений о военно-учебных заведениях в России. (Сухопутного ведомства). т. 1, ч. II1. - СП б., 1857).

ВЕЛИКИЕ МЫСЛИ

Максимильен РОБЕСПЬЕР (1758 -- 1794) -- деятель

Великой французской революции, один из руководителей

Якобинцев

-- Для отечества сделано недостаточно, если не сделано все.

-- Не будем следовать ропоту тех, кто предпочитает спокойное рабство свободе, обретенной ценою некоторых жертв.

-- Следует помнить, что правительства, какие бы они ни были, установлены народом и для народа.

-- Где же еще найти любовь к родине и верность общей воле, если не у самого народа?

-- Первым правилом политики должно быть управление народом -- при помощи разума и врагами народа -- при помощи террора.

-- Порадуемся же и поблагодарим небо, мы достаточно хорошо послужили отечеству, чтобы нас сочли достойными кинжалов тирании.

-- Ваше дело -- не произносить судебный приговор, а принять меры в видах общественного блага, выполнить роль национального провидения.

-- Так как просвещению народа мешает "продажность писателей", "которые каждый день обманывают его бесстыдной ложью", то "надо объявить в опале (буржуазных) писателей, как опаснейших врагов отечества", и издать хорошие патриотические и свободолюбивые сочинения.

-- "Одна из них толкает нас к слабости, другая -- к крайностям", необходим террор, который, по определению Робеспьера, есть "быстрое, суровое и непреклонное правосудие".

Могилой Робеспьера - братская могила на кладбище Пик-Пюс ("Ловец блох"), где захоронены ещё 1366 казнённых "врагов нации и революции".