# "В армиях ... слишком много людей и мало солдат" ...

Анатолий Иванович Каменев

Каменев Анатолий Иванович"В армиях ... слишком много людей и мало солдат" ...Создан: 03/06/2011, изменен: 03/06/2011, 58kФрагмент: Политика============================================================

"В армиях ... слишком много людей и мало солдат" ...

Геродот

УРОКИ РУССКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНЫ

Б. Штейфон

***

Немалую роль в нашей неподготовленности к Маньчжурской войне сыграл тот разрыв между политикой и стратегией, какой проявился в разбираемый период русской жизни.

Два этих серьезнейших государственных начала действовали вполне самостоятельно. Ряд воспоминаний наших дипломатов и руководителей армии, воспоминаний, вышедших уже в эмиграции, свидетельствуют, как наше министерство иностранных дел было мало знакомо с руководящими идеями военного ведомства и наоборот, как последнее не всегда считалось с направлением и заданиями нашей внешней политики.

*

В 1904 г. были повторены ошибки турецкой войны, ошибки, основанные на недооценке сил и средств противника.

*

Столь тяжелые условия подвоза и эвакуации естественно побуждали Главнокомандующих обращать особое внимание на охрану своей единственной связи со страною. А это обстоятельство вызывало, в свою очередь, чрезмерный расход силы на охрану магистрали и ослабило Действующую армию, в период Мукденского сражения, почти на 50 тысяч человек.

*

По сравнению с обучением мирного времени, первые же Маньчжурские столкновения показали, что поля современных сражений пустынны, что не ложиться в цепи -- преступление, а располагать артиллерию на открытых пригорках -- это обрекать ее на быструю и бесславную гибель. Короче говоря, первые же бои выявили несостоятельность тактических, а как следствие этого, и организационных основ мирного времени.

*

Старший командный состав, боевое мировоззрение которого было серьезно спутано новыми требованиями войны, тщетно старался усвоить чуждые ему дух и формы. Меньшинство приспосабливалось, большинство переживало трагедию непонимания, и только отдельные, более одаренные натуры постигали новую сущность новой войны.

*

Драма генерала Куропаткина, конечно, не только в отсутствии у него равновесия между умом и волею. Психологически Куропаткин был на ╬ в прошлом. В его военном творчестве доминировали воспоминания турецкой войны и среднеазиатских методов. И эти воспоминания делали его нечувствительным к восприятиям нового лика войны.

*

К началу XX века развивавшаяся мировая техника ввела в обиход военного дела такие факторы, как скорострельную артиллерию, пулеметы, усовершенствованные средства связи.

Другими словами, техника дала мощные средства преодолевать расстояния. Для усвоения, конечно не механического, а идейного, всех этих новшеств требовалась соответствующая психологическая подготовка, требовался соответствующий военный кругозор.

Чтобы побеждать, одной храбрости или лихости было недостаточно.

Война потребовала не только специальных знаний, но и повышенного общекультурного уровня всей армии. Офицерский состав артиллерии, по сравнению с другими войсками, являлся наиболее однородным.

Естественно, что столь благоприятная среда скорее других осмыслила и переварила новые требования войны. Пример того, какое значение в современном военном деле имеют повышенная военная подготовка и повышенный уровень общей интеллигентности.

"Варяг" бронепалубный крейсер 1-го ранга 1-й Тихоокеанской эскадры ВМФ России в 1901--1904 гг. Был построен в рамках военно-морской программы 1898 года. Строительство велось в Филадельфии (США). В 1900 году корабль был передан ВМФ России и в 1901 вступил в строй.

*

Маньчжурская армия была уже армией вооруженного народа.

Народ же, призванный под знамена, не приобрел этим фактом добродетелей воина, принес с собою и психологию "миролюбивых мещан".

*

Наше военное ведомство приняло печальное решение пополнить действующие части и формировать новые запасными старших возрастов.

При том богатстве пополнений, коими располагала Россия, трудно было придумать более неудачную меру. Участникам войны, конечно, памятны толпы пожилых бородатых мужиков, одетых в военную форму, уныло бредущих по маньчжурским дорогам.

В их руках оружие казалось таким лишним и ненужным.

Они воевали скверно не только потому, что не хотели, но и потому, что не умели, ибо надежно забыли ту нехитрую выучку, которой когда-то подвергались.

*

Признаки того духовного банкротства, какое проявила мировая военная система комплектования армий в течение Великой войны, впервые и в крупном масштабе определились уже в Маньчжурии.

Русскую армию времен Маньчжурской войны, как 10 лет спустя и все армии мировой борьбы, наиболее точно характеризуют слова Геродота: "В армиях персов было слишком много людей и мало солдат" ...

*

Первопричину военных неудач видели не в органических недочетах военной системы, а в длинном перечне второстепенных явлений, из коих многие были крайне существенными, но, во всяком случае не решающими.

Особенностью упадочной стратегии XX века является то обстоятельство, что эта стратегия стремится победить противную сторону не искусством, а измором.

И тенденция измора явно проявлялась уже в Русско-японскую войну, явившись вторым основным фактором, вызванным к жизни современными социальными исповеданиями.

*

Боевые действия 1904-1905 гг. прежде всего и больше всего подтвердили вечную истину, что на войне дух главенствует над материей.

Если в начале войны численность, выучка и снабжение русской армии уступали японской, то к середине лета перечисленные боевые элементы обеих сторон подравнялись, а в период Ляоянской операции численный перевес был уже на нашей стороне.

В этих боях против 109 батальонов, 33 эскадронов и 484 орудий японцев действовали 183 батальона, 90 сотен и 592 орудия русских.

*

Несмотря, однако, сперва на равенство, а с августа 1904 года и на хронически увеличивающееся превосходство наших материальных сил, победа все же не далась нам.

Не далась потому, что незримо для себя нация уже была больна, а тот духовный разрыв, какой оказался между "миролюбивыми мещанами" и армией, не мог не оказать воздействия на психику войска.

Являясь прообразом будущей большой войны и выявив доминирующее значение таких новых факторов, как экономическая подготовка страны и стратегическая роль железных дорог, огонь, техника, современность знаний и т.д., японская война произвела резкий сдвиг в русском военном мировоззрении.

Не обладая личным, только что воспринятым опытом, наша армия, несомненно, бережно донесла бы и до начала мировой войны свои недавние заблуждения.

*

...Духовная сторона войны забывалась, а на первое место выдвигались (как выдвигаются Западом и теперь!) факторы материального порядка.

Правда, о духе, о нравственной стороне военного дела упоминалось постоянно, но это упоминание являлось обычно не более как ритуалом.

Разум, и только он один, был провозглашен началом, вдохновляющим и направляющим военное искусство.

*

При том почтении, какое вызывал в русском обществе всякий заграничный товар, вне зависимости от его качества, надо было серьезно считаться с подобным рационалистическим направлением европейской военной науки; считаться и потому, что среди нашего генерального штаба находилось немало сторонников подобных течений, искренно считавших, что русское военное море может питаться только притоками Сены и Шпрее...

*

К чести русской армии и русской военной науки следует, однако, признать, что они сумели в значительной степени освободиться от гипноза нездоровых увлечений.

Только что пережив войну и, таким образом, лишний раз проверив на опыте силу и значение духа, наша военная мысль и военная практика стали искать вдохновения не в модных, сильных увлечениях Запада, а в заветах Петра Великого и Суворова.

Эти заветы были той живой водой, глотнув которую, русская армия обрела могучие импульсы для своего дальнейшего творчества.

*

В ходе русско-японской войны (1904 - 1905) Россия потеряла почти весь броненосный флот на Тихом океане и на Балтике. В составе Балтийского флота остались лишь устаревший броненосец Император Александр II, эскадренный броненосец Цесаревич, только что вступивший в строй броненосец Слава, не успевший войти в состав 2-й Тихоокеанской эскадры погибшей в Цусимском сражении, и старый броненосец Петр Великий, переоборудованный в учебный корабль.

Высокие устремления русской военной науки, а в частности нашей академии генерального штаба того периода (белые сборники академии -- "Известия" -- читались всей армией), выдвигавших, в противовес западным рационалистическим исканиям, духовные начала, дали поразительные результаты.

Столь отсталая в военном смысле армия, каковою были русские перед Японскою войною, армия, пережившая длинный ряд хронических неудач, переродилась в течение 9 лет и начала мировую войну не только равноценной армиям союзников, но во многом их превосходящей.

*

Это последнее утверждение показалось нашим отечественным самооплевывателям, конечно, преувеличенным.

Между тем, оно подсказано не моим армейским патриотизмом, не естественной и понятной любовью к Императорской армии, а беспристрастным анализом.

В то время как, по свидетельству Жоффра, для боеспособности французской армии уже через месяц после начала войны (период Марны) потребовались "драконовские меры", а в дальнейшем маршал Петэн расстреливал в полном составе роты (44 и 136 пех. дивизии) с офицерами и унтер-офицерами, наши войска и после 1,5 года войны смогли совершить без "мер" и почти без выстрела свой "великий" отход в 1915 году.

Мало того, что совершить этот отход, но после него -- явить миру Брусиловский прорыв, давший около полумиллиона пленных и соответствующее количество иных трофеев.

Разве это не свидетельствует о величии духа родной нам армии?

Б. Штейфон.

Русско-японская война //

Военный сборник. - 1930. - кн.11. - с.216 -- 227

Справка:

-- Борис Александрович Штейфон (6 декабря, 1881, Харьков -- 30 апреля 1945) -- русский генерал, видный деятель Белого движения на Юге России. В годы Второй мировой войны командовал коллаборационистским Русским охранным корпусом.

-- Родился в Харькове.

-- Учился в харьковском реальном училище.

-- Окончил Чугуевское пехотное юнкерское училище в 1902 году.

-- Из училища выпущен подпоручиком в 124-й пехотный Воронежский полк.

-- Участник русско-японской войны. Контужен. Награжден за храбрость орденом св. Владимира.

-- Поручик (01.09.1905). Штабс-Капитан (01.09.1909).

-- В 1911 году окончил Императорскую Николаевскую военную академию по 1-му разряду. Капитан (07.05.1911).

-- С ноября 1911 г. -- командир роты 6-го гренадерского Таврического полка. Старший адъютант штаба войск Семиреченской области (26.11.1913-04.01.1914). С 04.01.1914 обер-офицер для поручений при штабе 2-го Туркестанского армейского корпуса.

-- Воевал на Кавказском фронте. В 1914 г. -- капитан и и. д. помощника начальника разведывательного отделения Управления генерал-квартирмейстера штаба Кавказской армии.

-- В 1915 г. -- подполковник на прежней должности в полевом штабе генерала Юденича. Принимал активное участие в подготовке штурма Эрзерума и в январе 1916 года участвовал в нем, награжден Георгиевским оружием за разведоперации под Эрзерумом.

-- С июля 1916 г. -- штаб-офицер для поручений при штабе 1-го армейского корпуса.

-- В январе 1917 он был назначен начальником штаба 161 пехотной дивизии и затем в августе того года начальником 3-ей финской пехотной дивизии.

-- В 1917 г. был произведен в полковники. Во время войны был награжден орденами св. Анны и св. Георгия. Полный Георгиевский кавалер.

-- После Октябрьского переворота вернулся в Харьков, затем в декабре 1917 года вступил в Добровольческую армию. Участвовал в 1-м Кубанском ("Ледяном") походе, летом 1918 года приехал в Харьков, где организовал центр вербовки офицеров в Добровольческую армию.

-- В сентябре покинул Харьков и в конце 1918 года вернулся в Екатеринодар.

Б. А. Штейфон во главе Белозерского полка на параде Добровольческой армии в Харькове. 6 июля (22 июня ст. ст.) 1919 года.

-- Сотрудничал с харьковским разведчиком А. М. Двигубским в деле организации Харьковского добровольческого центра. В Добровольческой армии с апреля 1919 года начальник штаба 3-й пехотной дивизии; с июля командир 13-го пехотного Белозерского полка; с сентября начальник 4-й пехотной дивизии; с ноября начальник штаба Полтавского отряда (Правобережная группа войск Киевской области) генерала Николая Бредова.

-- Участник Бредовского похода и прорыва в Польшу в составе Русской Добровольческой армии генерала Бредова (начальник штаба отряда в январе-августе 1920 г.).

-- Интернирован в Польше. Помог генералу Бредову добиться переброски войск через Румынию в Крым. Вернулся из Польши в Крым в Русскую армию генерала Врангеля в сентябре 1920 года.

-- Произведён Врангелем в генерал-майоры (в январе 1920 г.; Штейфон узнал об этом в Константинополе в сентябре, будучи там проездом в Крым).

-- После эвакуации армии Врангеля из Крыма назначен генералом Кутеповым комендантом лагеря в Галлиполи. За заслуги и деятельность на посту коменданта в Галлиполи Штейфон был произведен в генерал-лейтенанты. Занимал также должность начальника штаба 1-го армейского корпуса с 25 апреля 1921 года.

-- Из Галлиполи прибыл в Болгарию. В 1922 году был выслан правительством Стамбулийского в Королевство сербов, хорватов и словенцев (С 1929 года -- Югославия).

-- Жил в Югославии.

Штейфон в годы службы в Русском корпусе

-- Активно участвовал в офицерском Союзе участников войны и был удален генералом Врангелем из РОВСа за попытку уйти из общего подчинения "легитимному Генеральному штабу".

-- В 1941 года после оккупации Югославии немцами был приглашен генералом Скородумовым занять пост начальника штаба Русского охранного корпуса. После конфликта Скородумова с германским командованием и его ареста принял командование корпусом.

-- Под его командованием корпус боролся с югославскими партизанами Тито, а затем и с регулярными частями Красной армии после ее вступления в конце 1944 г. на Балканы. Требовал от германского командования переброски на Восточный фронт, но ему было в этом отказано.

-- Будучи в Загребе, 29 апреля сделал смотр частям Русского Корпуса, затем был на всенощном бдении. Ночью с ним случился приступ болезни печени.

-- Скончался, будучи в гостинице "Эспланада" (там размещался штаб корпуса) в результате сердечного приступа 30 апреля 1945 года, в Вербное воскресенье.

-- Похоронен в Любляне на немецком военном кладбище (блок VIII, 6-й ряд, 16-я могила).

Интересные факты

-- С молодости Штейфон был знаком с семьей Дроздовских. Впоследствии он служил в Дроздовской дивизии, а после взятия Чернигова встретил сестру погибшего генерала Дроздовского Юлию Гордеевну.

-- В Москве у храма Всех Святых (м. "Сокол") в 1994 году был поставлен памятник, где Штейфон упоминался наряду с другими участниками Белого движения, в том числе воевавшими на стороне Германии. В ночь с 8 на 9 мая 2007 года он был разрушен.

Сочинения

-- Бредовский поход.(Белое Дело. Под ред. А. А. фон Лампе. Т. III. Берлин: Медный Всадник, 1927. С. 91--139).

-- Кризис добровольчества. Белград, 1928. -- 131с.

-- Национальная военная доктрина. Профессор генерал А. К. Баиов и его творчество. Таллин, 1937

Статьи:

-- Штурм Эрзерума // Военный сб. Кн. X. 1929. С. 49--66;

-- Русско-японская война (к 25-летию) // Там же. Кн. XI. 1930. С. 217--227;

-- Военный рационализм// Вестник военных знаний. Под ред. полковника Генштаба Шмиглевского. 1929. N 1. Сараево;

-- Вооруженный народ // Там же. 1930. N 7;

-- Оперативное искусство гражданской войны // Там же. 1931. N 4;

-- Скобелев // Там же. 1932. N 3

Библиография

-- Николай Рутыч. Биографический справочник высших чинов Добровольческой армии и Вооруженных Сил Юга России. Материалы к истории Белого движения М., 2002.

-- Русский Корпус на Балканах: 1941--1945 гг./Под ред. Н. Н. Протопопова и И. Б. Иванова. СПб.: Изд. Санкт-Петербургского университета, 1999.- 460 с + 20 с.вкл.

-- Русский Корпус на Балканах: 1941--1945 гг. М.: Вече, 2008.

*********

Крейсер 1 ранга "Аврора"

(1903 г.)

ДОКУМЕНТЫ

(Фрагменты)

ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЕ СООБЩЕНИЕ

О НАЧАЛЕ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ С ЯПОНИЕЙ

27 января 1904 г.

В минувшем году токийский кабинет, под предлогом установления равновесия и более прочного порядка вещей на берегах Тихого океана, обратился к императорскому правительству с предложением о пересмотре существующих договоров по делам корейским, на что Россия изъявила согласие.

По высочайшему государя императора повелению, ввиду учреждения к тому времени наместничества на Дальнем Востоке, составление проекта нового соглашения с Японией поручено было генерал-адъютанту Алексееву, при участии российского посланника в Токио, на коего возложено было ведение переговоров с японским правительством.

Несмотря на то, что возбужденный по сему предмету с августа минувшего года обмен взглядов с токийским кабинетом сохранял дружественный характер, как известно, японские общественные кружки, местная, а также иностранная печать всячески старались вызвать воинственное брожение среди японцев и побудить правительство к вооруженной борьбе с Россией. Под влиянием такого настроения токийский кабинет стал проявлять все большую и большую притязательность в переговорах, принимая одновременно самые широкие меры к приведению страны в боевую готовность.

Все обстоятельства эти не могли, конечно, нарушить спокойствия России, но побудили ее сделать и со своей стороны соответствующие военно-морские распоряжения.

Тем не менее, одушевленная искренним желанием сохранить мир на Дальнем Востоке, поскольку то позволяли ее неоспоримые права и интересы, Россия с должным вниманием отнеслась к заявлениям токийского правительства и выразила готовность признать, на основании условий соглашения, преимущественное торгово-экономическое положение Японии на Корейском полуострове, с предоставлением ей права охраны такового военною силой в случае беспорядков в стране.

Вместе с тем, однако, строго придерживаясь основного начала своей политики об отношении к Корее, независимость и территориальная неприкосновенность коей обеспечивались как предшествующими соглашениями с Японией, так и договорами, заключенными другими державами, Россия не могла не настаивать:

1) на взаимном и безусловном обеспечении этого основного начала;

2) на обязательстве не пользоваться никакой частью корейской территории для стратегических целей, ибо допущение подобного действия со стороны какой-либо иностранной державы прямо противоречило бы принципу самостоятельности Кореи и, наконец,

3) на охране полной свободы плавания через Корейский пролив.

Выработанный в этом смысле проект соглашения не удовлетворил, однако, японское правительство, которое в последних своих предложениях не только уклонилось от принятия условий, являвшихся гарантиею независимости Кореи, но вместе с тем стало настаивать на включении в упомянутый проект постановлений, касающихся маньчжурского вопроса.

Таковые притязания Японии, конечно, не могли быть допустимыми.

Вопрос о положении России в Маньчжурии касается, прежде всего, самого Китая, а затем и всех держав, имеющих торговые интересы в Поднебесной империи; посему императорское правительство не видело решительно оснований включать в отдельный договор с Японией по корейским делам какие-либо постановления, относящиеся к занятой русскими войсками области.

Императорское правительство к тому же не отказывается признавать, на время военной оккупации Маньчжурии, как верховную власть богдыхана в этой области, так и преимущества, приобретенные державами в силу заключенных ими договоров с Китаем, о чем уже было сделано соответствующее заявление иностранным кабинетом.

Ввиду сего императорское правительство, поручая представителю в Токио передать ответ на последние японские предложения, в праве было рассчитывать, что токийский кабинет примет во внимание значение вышеизложенных соображений и оценит проявленное Россией желание притти к мирному соглашению с Японией.

Между тем японское правительство, не выждав даже получения этого ответа, решило прекратить переговоры и прервать дипломатические сношения с Россией.

Возлагая на Японию всю ответственность за могущие произойти последствия от такого образа действия ее, императорское правительство будет выжидать развития событий и при первой же необходимости примет самые решительные меры к защите своих прав и интересов на Дальнем Востоке.

Справка:

-- Сражение за Порт- Артур занимает одно из главных мест во всей русско-японской войне.

-- Порт-Артур непосредственно перед войной имел в полной готовности лишь незначительную часть укреплений. Вместо положенных 542 орудий и 45 пулеметов в нем было 131 морское орудие на береговых батареях, 244 крепостных орудия и 38 пулеметов. Гарнизон крепости насчитывал всего 7200 человек. Только после начала войны развернулись необходимые инженерные работы. В то же время гарнизон пополнили двумя дивизиями, так что его численность достигла 50.000 человек. Число орудий довели до 646, а пулеметов до 62. Защитники были обеспечены продовольствием на полгода. Запас снарядов на каждое орудие составлял 350 штук.

-- Генерал Ноги начал военные действия с 17 (30) июня, располагая десантной армией в 45.000 человек.

-- В первых же боях за Порт-Артур выяснилось, что взять крепость невозможно. Пришлось непрерывно пополнять войска.

-- С августа по ноябрь месяц японцы произвели четыре штурма, успеха не добились, потеряв до 112.000 человек убитыми и ранеными. Благодаря стойкости и доблести защитников крепость держалась. Она сковала крупные силы японцев, срывая японский план быстрого разгрома основных русских сил в Манчжурии.

-- Оборона Порт-Артура изобилует примерами героизма и стойкости русских войск.

-- Однако, предательская сдача генералом Стесселем крепости японцам положила конец обороне Порт - Артура.

ТЕЛЕГРАММА

НАМЕСТНИКА НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

О ВЕРОЛОМНОМ НАПАДЕНИИ

ЯПОНСКОГО ФЛОТА

Всеподданнейше доношу в. и. в., что около полуночи с 26 на 27 января японские миноносцы произвели внезапную минную атаку на эскадру, стоявшую на внешнем рейде крепости Порт-Артур. Причем броненосцы "Ретвизан", "Цесаревич" и крейсер "Паллада" получили пробоины, степень их серьезности выясняется. Подробности представлю в. и. в. дополнительно.

Генерал-адъютант Алексеев

ВЫВОДЫ ГЕНЕРАЛ-АДЪЮТАНТА КУРОПАТКИНА

ОБ ИТОГАХ МУКДЕНСКОГО СРАЖЕНИЯ

1. Падение Порт-Артура освободило армию Ноги, которая полностью приняла участие в мукденских боях. В то же время в Японии заканчивалось формирование новых дивизий, из коих, судя по взятым нами пленным, две дивизии уже участвовали в боях под Мукденом.

Своевременное укомплектование японских войск, благодаря сравнительной близости Японии и легкости перевозки войск морем, не представляло особых затруднений, и, судя по найденным в большом числе у убитых и пленных японцев ротным спискам, наличное число штыков в ротах колебалось от 200 до 250 в каждой и убыль немедленно пополнялась. С другой стороны, освобождение всей армии Ноги и высадка японских сил в северной Корее заставили нас усилить войска, назначенные для обороны Приморской области и Владивостока, а сбор в Монголии отрядов японской конницы с артиллерией и многочисленных шаек хунхузов, в связи с участившимися нападениями на нашу железную дорогу, вызвали принятие мер к усилению охраны железной дороги на всем 2.000-верстном ее протяжении в пределах Маньчжурии.

Обе эти причины отняли от действующей армий 14 батальонов полного боевого состава и 24 сотни и, кроме того, значительное количество из следовавших к нам на укомплектование 80.000 запасных нижних чинов.

Совокупность указанных данных сделала возможным, что в мукденских боях японцы по числу штыков не только не уступали нам, но, вероятно, и превосходили наши силы.

2. Слишком позднее обнаружение нашею конницею обхода противником нашего правого фланга, когда "значительные колонны японской пехоты" появились уже у с. Калама, т. е. почти на одной высоте с правым флангом наших позиций.

3. Совершенно недостаточная энергия командующего 2-й армией в деле отражения обходившей нас армии Ноги, имевшая в результате потерю нами наиболее важных для нас дней (с 16 по 23 февраля).

4. Совершенно недостаточная осведомленность командующего о силах и расположении противника, обходившего правый фланг 2-й Маньчжурской армий. Недостаток сведений о противнике и неверность получаемых сведений делали некоторые из распоряжений главнокомандующего ошибочными, излишними. В особенности главнокомандующий слишком поздно убедился, что японцы не производили, как то доносилось, более глубокого обхода по обоим берегам р. Ляохэ по направлению к Телину.

5. Недостаточная 25 февраля энергия начальствующих лиц 3-й армии в деле преодоления затруднений, встреченных по путям следования колонн этой армии. Пассивное отношение их к выходу японцев к Мандаринской дороге, выразившееся в уклонении, при встрече с противником, всех колонн к западу на пути отступления 2-й армии вместо атаки встреченных частей противника с целью отбросить их от Мандаринской дороги.

Особенное бездействие замечалось в частях 55-й пехотной дивизий 6-го Сибирского корпуса; командир сего корпуса, в распоряжении которого оставалась одна эта дивизия, передав ее по собственному решению в непосредственное распоряжение 1-го армейского корпуса, уехал от дивизии в с. Тава и, прибыв утром 26 февраля на ст. Синтайцзы, не мог доложить главнокомандующему, где 55-я дивизия находится.

6. Неисполнение начальством 2-й и 3-й армий отданного главнокомандующим еще за несколько дней до начала отступления приказания об отводе в тыл обозов. Между тем беспорядок и паника именно в обозах, очутившихся при отступлении чуть не в боевой линии, и вызвали потерю нами значительного числа зарядных ящиков и повозок обоза, а также некоторого числа следовавших среди них орудий.

7. Недостаточная энергия начальника 2-й Сибирской дивизии и командира 2-го Сибирского корпуса в деле воспрепятствования как прорыву противника у Киузана, так и дальнейшему распространению прорвавшихся частей противника на север к Мандаринской дороге. Для этой цели, кроме оставшихся в правофланговой группе 1-й армия 24 батальонов 1-го армейского и 4-го Сибирского корпусов, могла быть использована и 55-я пехотная дивизия в составе 14 батальонов. Командир 2-го Сибирского корпуса отнесся к прорыву пассивно, загнув лишь свой правый фланг и предоставив японцам свободный выход к Мандаринской дороге.

8. Но все же главным виновником мукденской неудачи главнокомандующий признает самого себя по следующим причинам:

а) Он не проявил должной настойчивости в сборе перед началом операции возможно большего стратегического резерва.

б) Оказав доверие донесениям генерала Чичагова, он ослабил себя ко времени решительного боя на бригаду пехоты и казачью дивизию. Не посылая бригады 16-го корпуса для охраны тыла и добившись возвращения 1-го Сибирского корпуса из 1-й армии в полном составе, главнокомандующий мог располагать против обхода армии Ноги двумя корпусами в полном составе.

в) Он не в достаточной степени боролся против перемешивания частей войск и по ходу боя вынуждаем был сам способствовать этому перемешиванию.

г) Он должен был лучше взвесить относительное настроение наших и японских войск и качества начальствующего персонала и быть осторожнее в своих решениях, упорствуя в надежде победить японцев, несмотря на неудачные действия 17--22 февраля войск 2-й армии.

Главнокомандующий отдал приказ об отступлении позже, чем бы то следовало сделать; вера в победу войск 2-й армии под Мукденом должна была у него исчезнуть днем раньше, и тогда отступление армий могло совершиться в полном порядке.

д) Убедясь в пассивности и малой энергии командующего 2-й армией, главнокомандующему следовало лично принять начальствование войсками на правом берегу Хуньхэ, обратившись в командующего армией, а 24 февраля принять командование отрядом генерал-лейтенанта Мылова, обратив себя в корпусного командира.

Генерал-адъютант Куропаткин

ХРОНОЛОГИЯ

РУССКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНЫ

1904 г.

8 - 9.2 (26 - 27.1) | Вероломное нападение японского флота на русские суда в Порт-Артуре.
9.2 (27.1) | Геройская гибель в Чемульпо крейсера "Варяг" и канонерской лодки "Кореец".
9.2 - 4.4 (27.1 - 22.3) | Высадка 1-й японской армии в юго-западной части Кореи.
28.3 - 2.4 (15 - 20.3) | Рейд конницы Мищенко в Корею.
30.4 - 1.5 (17 - 18.4) | Бои под Тюренченом.
4 - 13.5 (21 - 30.4) | Высадка 2-1 японской армии в Бидзыво.
25 - 26.5 (12 - 13.5) | Бой у Цзиньчжоу.
14 - 19.6 (1 - 6.6) | Бои у Вафаньгоу.
30.6 (17.6) | Бой на Волчьих Горах.
13.7 (30.6) | Бой под Ташичао.
2.8 (20.7) | Бой под Юшилином-Ганлином.
24.8 - 3.9 (11 - 21.8) | Ляоянская операция.
19 - 24.8 (6 - 11.8) | 1-й неудачный штурм японцами Порт-Артура.
5 - 20.10 (22.9 - 7.10) | Операция на р. Шахэ.
19 - 23.9 (6 - 10.9) | 2-й неудачный штурм японцами Порт-Артура.
30.10 (17.10) | 3-й неудачный штурм японцами Порт-Артура.
26.11 - 5.12 (13 - 22.11) | 4-й неудачный штурм японцами Порт-Артура.
4.1 (22.12) | Предательская сдача крепости Порт-Артур генералом Стесселем.
1905 г. | 
9 - 12.1 (27 - 30.12) | Рейд конницы Мищенко на Инкоу.
26 - 28.1 (13 - 15.1) | Бой под Сандепу.
28.2 - 13.3 (5 - 28.2) | Мукденская операция.
14 - 15.5 (1 - 2.5) | Морской бой у Цусимы.
25.8 (12.8) | Портсмутский мир.

Хрестоматия по русской военной истории / Под ред. Л.Г. Бескровного.

- М., 1947.

Праздничное богослужебное облачение русских патриархов.

Кон. 16 в.

ПОУЧЕНИЯ СТАРЦЕВ

-- О пагубных последствиях греха старец Иоиль из города Каламы говорил следующее: "Грех помрачает ум. В этой тьме находится сластолюбивый, завистливый, корыстолюбивый, эгоистичный и уверенный в том, что может познать всю премудрость и изучить все языки мира, достичь глубокой старости, имея большой опыт, но из-за своего сластолюбия, сребролюбия и других страстей он не видит ни родства, ни дружбы, ни человека, ни Бога, ни тела, ни души. Грех повреждает прекраснейшее благо, которое мы имеем - нашу волю. Он так сильно повреждает волю, что если иногда грешник и имеет проблески трезвости и видит свою погибель, то и тогда не может он удержать себя".

-- Старец Гавриил говорил, что грех ведет к безверию. В частности, он сказал: "Любой человек склоняется ко злу и греху, но если замедлит в нем и подвигнется на большее зло, то тем заглушит свою совесть, дабы усомниться в заповедях Божиих и разувериться в их правильности, и, наконец, он приходит к неверию и отчуждается от Церкви и ее Таинств, прежде всего, от покаяния и исповеди".

-- Старец Иоиль говорил. "Нет большого и малого греха. Малый или большой грех - всегда грех. Маленькие грехи нам делают больше зла, чем один большой грех, потому что маленькие грехи проходят незамеченными, и мы не стараемся их исправить. Великий грех предо мною есть выну (Пс. 50; 4). Как, к примеру, плющ на дереве. Его нужно уничтожить, если мы не желаем, чтобы дерево засохло. Но маленькими паразитическими растениями на стволе мы пренебрегаем".

-- От пятен греха душа очищается покаянием. Старец Анфим с о. Хиос часто напоминал эту истину своим монахиням, используя следующий пример: "Что делают те, у кого грязь на лице и руках? Они открывают кран, чтобы в изобилии текла вода до тех пор, пока они не очистят свои члены. Будем подражать им и мы. Откроем не один, а два крана - наши глаза, чтобы из них потекли изобильные слезы покаяния, которые отмоют все яды суетного мира, загрязнившие и запачкавшие нашу душу. Только слезы покаяния могут очистить душу".

-- Старец Филофей говорил: "Признак истинного покаяния - глубокое переживание, сокрушение и скорбь сердца, воздыхания, молитвы, посты, бдения и слезы. Такое покаяние подлинно и истинно. Такое покаяние приносит пользу, ибо подает грешнику прощение и делает его другом Божиим".

-- Человек приводится к покаянию, когда принимает свет Христов. Это подчеркивал старец Порфирий: "Каждый человек сильно опутан тем грехом, которому подвержен. Нужно оставить открытой хотя бы одну щель в душе, чтобы внутрь вошли свет и любовь Христовы. Так начнется освобождение души. Инициатива всегда принадлежит Христу. Человек должен отозваться на нее, и потом при неусыпном старании, он сможет почувствовать великолепие, которое открывает ему Бог". И в другой раз он объяснял: "Нельзя покаяться истинно, если не будешь находиться всецело в преизобильной любви Божией. То есть, только Бог и ты, Христос и ты один. Любовь Христова всегда приходит к тебе через других людей".

-- Старец Иаков убеждал христиан приступать к Таинству покаяния без колебаний. Он говорил: "Не колеблитесь, не стесняйтесь. Что бы вы ни сделали, - даже самый большой грех, - духовник имеет власть от самого Владыки Христа и апостолов прощать вас, накрыв своей епитрахилью".

-- Исповедавшемуся грешнику старец Амфилохий сказал: "Брате, забудь свои грехи, наш Христос их вычеркнул из Книги Жизни".

-- Святой Анфим с о. Хиос советовал своим монахиням: "Будем прибегать к исповеди не с оправданиями, да бы убедить духовника в том, что мы не виновны или в том, что другой нас подтолкнул на грех. Но будем бежать с покаянием, с сокрушением, со смирением. Каждый раз, когда падаем, да прибегаем к исповеди".

-- Достойны упоминания и следующие слова старца Порфирия: "Исповедь для человека - это способ прийти к Богу. Это приношение любви Божией человеку. Никто и ничто не может отнять у человека этой любви". "Меланхолик возится и занимается только самим собою. Грешник, который кается и исповедуется, перестает пребывать в себе. Вот то великое, что имеет наша вера: исповедник, духовник. Не возвращайся к тому, что сказал старцу и в чем получил прощение". "Временами нужно устраивать генеральную исповедь, потому что различные психологические травмы и разнообразие случающегося создают в нас телесные немощи. На исповеди будем говорить не только свои грехи, но и различные помыслы: к примеру, помыслы страха, скорби, радости, огорчения, которые вызваны разными событиями: землетрясением, смертью, свадьбой, маловерием и т.п."

-- Старец Иаков советовал: "Верующий не должен рассказывать другим ни о своей исповеди, ни о своей жизни и своем духовном подвиге. Все да будет в тайне и с совета духовника".

Евангелие.

Фронтиспис. 1653 г.

ДУХОВНЫЕ МЫСЛИ О ГЛАВНОМ

ДЛЯ РУССКОГО ЧЕЛОВЕКА

(продолжение из моей книги - А.К.)

А. Кураев

Один из мифов, въевшихся в религиоведческие представления современных людей, касается слова "вера".

"Лучше знать, чем верить... Вера - удел слабых... Религия имеет дело с верой, а область знания - удел науки... Верят лишь в то, что нельзя доказать".

Таковы формулы соответствующего раздела светского катехизиса.

Так ли это на самом деле?

Человек сам должен заботиться о чистоте своего зрения, своего совестного взгляда. Тот, кто пытается быть простым наблюдателем, не узнает ничего.

*

Человеку предстоит выбор онтологии. Искуситель ... настаивает: "Признай лишь явное". Человеку же предстоит отразить внешний мир - как отражают натиск. Отражение не как восприятие, а как неприятие.

И поистине "необходимо быть поистине великим человеком, чтобы устоять против здравого смысла" (Достоевский).

*

В конце концов именно "не уму, а воле дано решать, что есть, чего нет; что истина, что ложь".

*

Вера должна быть еще и верностью.

Обращение человека к вере - это не один - единственный момент в его жизни.

Мало найти Бога - надо сохранить обретенное.

Этот выбор вновь и вновь необходимо подтверждать. Живая вера как внутренняя данность, как феноменологическая очевидность переживается нами не так уж часто. Вообще "как дело живого усилия, христианское сознание никогда не сможет быть просто данным".

Скорее можно сказать словами Владимира Зелинского, что всю жизнь "мы скитаемся в притяжении веры".

*

Для сохранения этой верности надлежит нам быть наблюдателями над самими собой - "чтобы не похищалось у ума памятование надежды его", - говорит преп. Исаак Сирин.

Вот что замечательно в этих его словах - следить надо не за тем, чтобы не похищалась надежда, но за тем, чтобы не было украдено хотя бы памятование надежды!

Не всегда ощутительно и эмоционально мы имеем в себе надежду, веру и любовь, но всегда должны помнить о них.

Как мать не всегда ощущает любовь к ребенку, но помнит о ней всегда.

"Сердце знает горе души своей".

Хотя бы рассудок, хотя бы память должны в эти часы удерживать человека от слишком поспешных выводов и действий. Если к этому моменту вера уже сроднилась с умом-то сможет произойти то, о чем пишет преп. Исаак: "Вера свидетельством ума подкрепляет сердце, чтобы не колебалось оно в несомненности надежды".

*

Два якоря есть у веры - знание оснований своей убежденности (или хотя бы знание неправоты противоположных гипотез) и опыт сердечной теплоты (или хотя бы памятование о ней в том же уме).

*

Итак, "человеку надлежит строить свою веру, а не предоставлять ей расти наподобие сорной травы" (И. Ильин).

Это - сфера творчества, а не органики.

Дуб не сделается вновь желудем, а праведник может вернуться ко греху. Потому и должно следить за собою, испытывая - все ли я еще в вере, или она уже переместилась из моего сердца поближе к моему языку и осталась уже только там, так что Небо живет только возле моего лба.

*

Состояние веры и теории не является самоподдерживающимся - оно всегда нуждается в постоянном притоке двух энергий: моего возобновляющегося усилия и действия Бога.

Поскольку же еще и вследствие грехопадения "центр тяжести" в нас оказался смещенным-то вновь и вновь надо прилагать усилия, чтобы не заскользить вниз.

*

Если вера есть "ипостась", то можно сказать, что в событии веры человек воипостазирует энергии Истины в себя, действительно онтологически становясь тем, к чему устремляет его вера.

К величайшему своему изумлению, человек обнаруживает, что он уже не равен самому себе и что в нем открылось Присутствие Другого: "Просветив сердечные очи, как в зеркале видит в себе Господа" (преп. Ефрем Сирин).

*

Так мы вновь видим, что вера и любовь срастворены друг другу.

"Как воспоминание об огне не согревает тела, так и вера без любви не производит в душе просвещенности ведения", - говорит преп. Максим Исповедник.

Любовь - это открытость и дар, это готовность принять невместимость другого в мои жизненные прожекты.

*

Вера обнаруживает, что в мире нет нейтральных вещей, что в Божием Замысле и Промысле все может вести нас к духовному возрастанию, но если наш духовный взор ослабел, то все может послужить нашему обличению на Страшном Суде.

Вера совершает откровение Смысла.

Ею свершается феноменологическая революция: во внешнем мире вроде ничего не произошло, никаких новых событий, но все сместилось в моем восприятии мира, все обрело смысл. Так в итоге феномен веры собирает все смыслы и ступени в приятии Божественного Промысла.

*

Совершенство веры даруется благодатью.

Чтобы принять этот дар - вера должна провести человека путем подвига. Чтобы вести его этим путем, вере нужно согласие ума и совести.

*

Вера есть событие, в котором преодолевается пропасть между человеком и Творцом, и они входят друг во друга.

Согласие на веру никак не есть простая восприимчивость.

Это не пассивность, а действие.

*

Мир человека наполняется смыслом.

Не случайно чудеса на церковном языке называются "знамениями" - обнаружениями смысла.

Смысл есть нечто высшее, метафизическое по отношению к миру физики. А, по определению проф. Н.Н.Фиолетова, "чудо - это действие высшего порядка бытия на низшие ступени его".

Вера и есть чудо.

*

А для ощущения живой жизни Церкви, наверно, нелишне заметить, что Символ веры начинается исповеданием догматической веры и кончается надеждой на веру созерцательную: "Чаю жизни будущего века".

*

О месте разума в познании очень точно сказал св. Феофан Затворник:

"Мы сами в себе носим готового ересеначальника и кователя всякой лжи - наш разум. Поддайся только ему - и он заведет не знать куда. Только и слышишь: того требует разум, дайте разумное воззрение, разумное убеждение, разумную веру. Если верна пословица: что у кого болит, тот о том и говорит, то разум есть болезнь нынешнего времени. Хорошо, что ищут разумности. Но то не хорошо, что ищут ее в одном разуме человеческом. Сей разум хотят сделать всемирным наставником - царем истины. Непонятно, откуда ему такая честь? Когда родится человек на свет, ничего не знает; ни одной вещи назвать даже не умеет сам, всему учится; а как только стал на ноги, еще не вступив в совершеннолетие, начинает надыматься и твердить: я, да разум у меня, все рассудим и порешим сами собою. Разум точно есть великий дар Божий, но, даруя его нам, Бог не поставил его источником истины, а только приемником ее. Не сказал Он нам: вот вам разум, его слушайтесь, и как научит вас, так и поступайте; а что сделал? создав человека с разумом, тотчас явился ему и стал учить его истине. Разум есть способность познавать истину; но сама истина не в нем, а должна быть преподана ему со вне. Кем же как не Богом - источником бытия и истинного ведения! Так вот, братия, когда в вас как червь некий зашевелится позыв на излишнюю разумничность и разум, надымаясь, полезет на учительскую кафедру, сведите его с сей высоты как самозванца и, посадив на ученическую скамью, скажите: твое дело слушать, а не учительствовать".

*

Вера апеллирует к опыту, а не к безмыслию.

*

Вера выступает здесь как особый способ гносеологического предвосхищения, задающий направление процессу познания - и в определенной перспективе вера (по крайней мере в некоторых ее функциях) становится неотличимой от разума (в той мере, в какой он сливается с мудростью).

ВЕЛИКИЕ МЫСЛИ

(Афоризмы древней Рима)

-- Отрадно и почетно умереть за отечество.

-- Что нам искать земель, согреваемых иным солнцем? Кто, покинув Отчизну, сможет убежать от себя?

-- Если сосед твой горит, беда и тебе угрожает.

-- Узнай характер друга, чтобы ты не возненавидел его.

-- Добродетель родителей -- большое приданое.

-- Подчиняй свой дух. Управляй своим настроением

-- В трудных обстоятельствах сохраняй рассудок.

-- Старайся и в горькие минуты сохранять присутствие духа.

-- Пытаюсь подчинить себе обстоятельства, а не подчиняться им.

-- Не носи в лес дрова, безумец.

-- Гнев -- кратковременное безумие.

-- Кто спасает человека против его воли, тот поступает не лучше убийцы.

-- Легче переносить терпеливо то, что нам не дано исправить.

-- Стремясь избежать одних пороков, глупцы впадают в другие.

-- От вина гибнет красота, вином сокращается молодость.

-- Бережливый не похож на скупого.

Квинт Гораций Флакк (65 -- 8 гг. до н.э.)