# Военная школа России (уроки истории и стратегия развития).

Анатолий Иванович Каменев

"У России только два союзника: ее Армия и Флот". "Смотрите в корень: помните, что сила армии не в солдатах, а в офицере".

Каменев Анатолий ИвановичВоенная школа России (уроки истории и стратегия развития).Создан: 21/05/2014, изменен: 21/05/2014, 106kФрагмент: Политика"У России только два союзника: ее Армия и Флот". "Смотрите в корень: помните, что сила армии не в солдатах, а в офицере".============================================================

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

Пейзаж с луной.

Художник Петр Александрович Суходольский (1835-1903)

Факты "Из моей жизни"

("Записки вечного узника")

Анатолий Каменев

Военная школа России

(уроки истории и стратегия развития).

Лишь незрячий не увидит того, что сегодня не все благополучно в подготовке офицерских кадров России.

Ломается старая, пусть несовершенная, но все же работающая система подготовки офицеров, закрываются старейшие военно-учебные заведения, имеющие богатый опыт подготовки офицеров, под одно некомпетентное руководство сводятся разнородные учебные структуры, прекращают свое существование целые научные школы, бездарно разбазариваются педагогические кадры...

Рушится в одночасье то, что создавалось столетиями.

Свое 300-летие русская военная школа встречает обескровленная, сбитая с толку, растерянная.

Заботы о выживании, сохранении начальственных мест, составляют все содержание деятельности многих старших начальников.

В работу военной школы вмешиваются все, кому не лень.

Гражданский дух ведет наступление на дух воинский уже в стенах военно-учебных заведений. Молодые люди не спешат связать свою судьбу с судьбой армии, а те, кто предпринимает такую попытку, быстро разочаровывается и расстается с армией.

Родник, дававший жизнь армии, пересыхает...

Можно ли мириться с такой ситуацией?

Нет, конечно, нельзя, ибо каждый здравомыслящий человек отдает себе отчет в том, какова роль Вооруженных Сил в современном мире: нет надежной вооруженной силы, нет и сильного государства, нет перспективы достойного развития.

Нет хорошего офицера - нет и войска.

Представленная на суд читателя работы явлись логическим продолжением ранее опубликованных мною -

-- "История подготовки офицерских кадров в России" (М., 1990),

-- "История подготовки офицерских кадров в СССР" (Новосибирск, 1991),

-- "Современная высшая школа: состояние, проблемы и перспективы развития" (М., 1991) и

-- "Трагедия русского офицерства (уроки истории и современность) (М., 1999).

Если две первые работы, главным образом были нацелены на хронологическое раскрытие темы с попутными обобщениями, то две последние преимущественно носили системный, аналитический характер.

Данная же новая работа - "Военная школа России (уроки истории и стратегия развития). - М.: СигналЪ, 1999" - фактически является работой аналитической, обобщающей и выводящей определенные закономерные тенденции в подготовке офицерских кадров.

Здесь не только констатируются факты, делаются обобщения, но и вырабатывается стратегия развития военной школы России.

Наряду с внимательным отношением ко всему позитивному, имевшему место в 300-летней истории военной школы России, вносятся и обосновываются новые идеи, которые, по нашему мнению, логически вытекают из исторического опыта и сообразуются с потребностями сегодняшнего дня.

И в этом отношении ее можно назвать одной из первых в аналитическом освещении темы.

Путеводной звездой в разработке темы служили бессмертные идеи Петра Великого, мысли и суждения большого числа мыслителей, как отечественных, так и зарубежных.

Перечислим их в алфавитном порядке, не умаляя значения тех, кто безусловно возвышается над всеми.

Это:

-- Аксаков И., Аристотель, Баланин Д., Бецкой И., Болотников И., Булгаков С., Воронецкий В., Головин Н., Грулев М., Достоевский Ф., Драгомиров М., Дрозд-Бонячевский, Дрэпер Дж., Ермолов А., Зеньковский С., Изместьев П., Ильин И., Исаков Н., Калнин Э., Карцов П., Кедрин С., Клаузевиц К., Ковалевский П., Коменский Я., Короткевич А., Корф Н., Краснов П., Куропаткин А., Макаров С., Махров П., Месснер Э., Милютин Д., Морозов Н., Ницше Ф., Парский Д., Платон, Плутарх, Потемкин Г., Ростовцов Я., Румянцев П., Рыскин Н., Скобелев М., Смирнов В., Сосунцов Е., Спенсер Г., Суворов А., Сурин А., Ушинский К., Фадеев Р., Федотов Г., Флуг Ф., Франк С., Червинка Я., Шопенгауэр А., Шувалов П., Энгельман И., Яковлев П. и др.

Следует отметить, что использование идей указанных мыслителей вовсе не означает их механическое заимствование или же попытку соединить несовместимое, как это может показаться при взгляде на представителей столь разных школ и направлений.

Нам удалось, как кажется, взять наиболее рациональное в том или ином взгляде, позиции и суждении, органически соединить это в стройное учение, базирующееся на нашей национальной почве, подчиненное национальным интересам России и соответствующее ее культурным и военным задачам.

Неоценимую роль в подготовке данного труда имели исторические работы, авторами которых являются:

-- Антонов Н., Апухтин А., Баивов А., Бернацкий В., Берх В., Бескровный Л., Бецкой И., Бильдеринг А., Бирюков Н., Блонский П., Бобровский П., Богданович М., Боголепов С., Богословский М., Болотов А., Бутовский Н., Веселаго Ф., Волгин А., Волков С., Газенкампф М., Галенковский П., Галкин М., Гейсманс П., Геруа А., Гершельман Ф., Герштенвейг В., Глиноецкий Н., Голицын Н., Головин Н., Греков Ф., Де-Ливон В., Дельбрюк Г., Демков М., Деникин А., Динзе В., Дитмар С., Дмитриевский А., Дружинин К., Евдокимов Л., Жервэ Н., Кавтарадзе А., Коменский Я., Каптерев П., Карцов П., Кедрин В., Кедрин С., Керенский С., Керсновский А., Кладо Н., Клаузевиц К., Клюжев И., Ключевский В., Ковалевский М., Ковалевский П., Кованько П., Коновницын П., Корф С., Краснов П., Крит М., Куминский П., Лалаев М., Левшин Д., Лесгафт П., Макаров А., Макаров С., Маккавейский Н., Максутов М., Мариюшкин А., Маслов И., Машкин Н., Мельницкой Н., Меньшиков М., Михневич Н., Мусин-Пушкин А., Мышлаевский А., Недзвецкий В., Павлов-Сильванский Н., Панов А., Петров П., Пушкарев И., Режепо П., Рубинштейн М., Рычков В., Свечин А., Смирнов В., Соколов Н., Соколовский М., Спенсер Г., Строев В., Трескин Д., Ушинский К., Шильдер Н., Шмидт К., Юрьев Л., Яковлев А., Януш Л. и др.

Без произведений названных авторов, вне всякого сомнения, не могло бы быть и данной работы.

Конечно, труды указанных авторов, неравнозначны по своему значению и содержанию, но мы не задаемся целью давать им какую-либо оценку, ибо данная задача не только не входит в наши планы, но и противоречит основной нашей идее подхода к трудам предшественников.

Она такова: все сделанное ранее надо с благодарностью принять и учесть; не критиковать предшественников, а самому не допускать их ошибок.

Фактический материал по современному состоянию военной школы найден в многочисленных публикациях в прессе на страницах военных и гражданских журналов и газет.

-- Кроме того, основанием для оценки состояния дел в современной военной школе стал и личный (более чем 20-летний) опыт работы автора в системе военно-учебных заведений, исследовательская и научная работа в течение 27-лет и более чем 30-летний опыт воинской службы в четырех военных округах (Московском, Сибирском, Среднеазиатском и Прибалтийском).

Идеи, лежащие в основе данной работы, в разное время были предметом изучения в Генеральном штабе, Главном управлении военно-учебных заведений, Академии Генерального штаба, ряде других военных академий, военных училищ и центральных учреждений.

Публикации, число которых более 200, думается, достаточно известны в военно-учебных заведениях.

Эти сведения приводятся здесь лишь для того, чтобы подчеркнуть мысль о том, что мысль о данной работе вынашивалась давно, зрела в течение почти тридцати лет, пробивала себе дорогу в сложной борьбе с обстоятельствами и людьми.

Борьба эта, естественно, не оканчивается и изданием данного труда.

Можно без всякого сомнения предположить, что найдутся и приверженцы авторских оценок и идей, но будут и те, которые не хотели бы ничего менять, а также и те, кому выгодно рутинное развитие военной школы России.

Итальянский пейзаж с двумя отшельниками" 1859.

Художник Николай Петрович Ломтев (1816-1859)

С чего начать?

Прежде всего, нужно прислушаться к голосу тех, кто на своем горьком опыте узнал, к чему ведет пренебрежение к офицерскому вопросу.

Со страниц незабвенных трудов русских патриотов звучит призыв к ныне живущим...

-- Прежде всего, из армии следует изгнать тот нейтралитет к России, который имеет место. Равнодушная армия умирает как армия.(М.Меньшиков). Мало одного духа солдат и офицеров, мало их горячего святого желания победы, нужны еще твердые умелые руки вождей, чтобы привести армию к победам. (Н.Морозов).

-- Высшему начальнику уже недостаточно только носить генеральский мундир: ему нужно иметь за собой авторитет боевого опыта, командный ценз на всех предыдущих ступенях иерархической лестницы и широкое военное образование. (П.Махров).

-- Следует помнить, что настоящая, истинная сила армии заключается в воспитании такой общей самоотверженной рядовой массы командного состава, которая бы не гонялась за блестящими эффектами, не искала красивых лавров, а смело и твердо шла в бой, гордая своим высоким призванием и крепкая своим понятием о долге и истинном благородстве (Н.Морозов).

-- При подготовке офицерского состава на первом месте следует поставить подготовку высшего командного состава. (Н.Головин).

-- "Пусть выступят вперед честные люди" (М.Меньшиков), ибо горе той армии, где карьеризм и эгоизм безнаказанно царят среди вождей, где большинство генералов думает лишь о своем благополучии, служит из-за наград и отличий, ведут лишь свою линию(Н.Морозов).

-- Следует помнить, что военное искусство не может и не должно у всех народов выливаться в одни и те же формы, быть всегда и везде одинаковым, вне зависимости от духа и особенностей народа. Спасение наше и возрождение может заключаться только в отрешении от иноземных устоев и возвращении к заветам славных вождей Российской армии (Н.Морозов).

-- "Прежде всего обратите внимание на офицера". Вот эта мысль, которая неотступно должна преследовать нас при чтении проектов обновления армии. "Смотрите в корень", хочется сказать авторам: "помните, что сила армии не в солдатах, а в офицере".(Н.Морозов)

-- Пора отказаться от опасного заблуждения, будто хорошим офицером может быть всякий образованный человек (В.Рычков). Пусть лучше некомплект офицеров, чем комплект с такими личностями, как офицеры "Поединка"!(Дрозд-Боняческий).

-- Будущее за такой армией, где офицеры верят в высоту своей миссии, а не удерживаются только формами, чинами и орденами (А.Дмитриевский).

Мы долго не хотели слышать этих слов.

Неужели и на это раз мы останемся глухи к этим пламенным воззваниям?..

Во связи с изложенным, передо мною встала задача разработки основ русской педагогики (общей и военной).

Это была очень серьезная работа, рассчитанная не на один год.

Но начало ей было положено уже в 1992 году, опубликована работа в 1999 году за свой счет (за свою пенсию) в количестве 50 экз.

Горный ручей.

Художник Илья Николаевич Занковский (1832-1919)

"У России только два союзника: ее Армия и Флот" -

эти слова царя-миротворца имеют сегодня особый смысл.

Примитивный человек войны не знал.

Бывали набеги, стычки между родами - кланами в племенах и между племенами, но в этих сражениях человек не умел еще применять "искусства и хитрости ратного строя".

Спустя некоторое время цивилизация подарила человеку войну с ее тактикой и стратегией, с войсковой организацией и с систематизацией военных замыслов и действий.

Появление войны как социально-политического явлений - не случайность и не произвол отдельных личностей, а закономерность развития цивилизации, следствие изменений в нравственном и политическом быту народов.

Оглядываясь на исторический опыт человечества, несмотря на всю пестроту исторических событий, на разнообразие национальностей, географических особенностей, культур, политических и духовных средств, беспрерывно сменявшихся на протяжении столетий, - мы можем уловить в этом кажущемся хаосе нечто общее для всех времен и народов, проследить некоторые длинные, могущественные процессы, одинаково проявляющиеся в различное время и в различной обстановке.

Раньше всего мы видим, что во все времена, не взирая на успехи техники и на усовершенствование материальных средств, которыми располагали воюющие стороны, главным, решающим фактором вооруженной борьбы был сам человек с его волей и умом, с его способностью подчинять себе волю противника.

Отсюда эта вечная, как мир, борьба двух начал, духовного и материального, проходящая красной нитью через всю многовековую военную деятельность человечества.

Еще Мориц Саксонский считал, что "человеческое сердце есть отправная точка во всех военных делах. Чтобы их знать, надо изучить его".

Политика - прежде всего наука и искусство управлять государством.

Объектом и предметом политики является военное дело.

В основе политики лежит система государственных идей или же воззрений на то, как строить взаимоотношения с другими государствами, отношения между классами внутри страны, что нужно делать для того, чтобы достичь конечной цели.

Для Армии чрезвычайно важно, какие отправные идеи лежат в основе военной политики.

Армия - это единственный инструмент государства, который служить государству кровью, оплачивает просчеты политики своими жизнями.

Вот почему Армия в системе политики занимает особое место и не может рассматриваться лишь в качестве служанки политики, а война - лишь следствием (продолжением) политики.

Война - не только продолжение политики, война - сама есть политика, но ведущаяся силой оружия.

На пушках Фридриха Великого не случайно стояли слова: "Ultimo racio regiorum" - последний довод королей в международных спорах.

Первейшей и последней опорой государственной безопасности и аргументом политики была и будет Армия, а внутри нее - офицеры.

Но не преторианцы, по своему буйному хотению низвергающие и возносящие правителей, не авантюристы, пытающиеся во главе одного полка, или только одного батальона совершить переворот в свою пользу, не офицеры-политиканы, ставящие себя в распоряжение партии, рвущейся к власти.

Нужны офицеры высокой политической и государственной мудрости, ставящие во главу угла не захват власти для себя или какой-то партии, а государственное благо и пользу Отечеству.

В давние времена сращивание государственного, военного и личного интереса осуществлялось рядом мер.

В частности, у такого воинственного народа-завоевателя, как

-- персы, военное звание считалось выше и почетнее гражданского и было соединено с большими преимуществами.

-- Тысячники и десятитысячники пользовались большим уважением, а высшие начальники и сановники военные занимали первые в государстве степени.

-- По свидетельству Геродота, почти всегда принадлежали к знаменитому роду ахеменидов или, по крайней мере, к поколению пассаргадов, соединялись браками с царским домом и большей частью были близкими родственниками персидских царей.

"Верцингеторикс сдаётся Цезарю" (1899)

Lionel Noel Royer.

Война и политика, армия и политика всегда шли рука об руку: армию нередко использовали в борьбе за власть; к политике прибегали в том случае, когда не хватало военных сил.

Так, Юлий Цезарь недостаток сил нередко заменял искусной политикой, ссоря между собою будущих противников.

Во Франции времен Наполеона, изменение политических условий повело к перемене в самом главном: теперь война сделалась делом народным, а потому явилось множество солдат, одушевленных высоким нравственным идеалом - быть полезными отечеству.

Значительный интерес представляет относящийся к началу двадцатых годов ХV века устав Яна Жижки. Он имеет политическую часть, ясно подчеркивающую массам основные лозунги и цели борьбы.

Фридрих Великий не презирал фабрикацию фальшивых документов, которые позволили бы ему воспользоваться какими-нибудь национальными или религиозными козырями....

Со своей циничной откровенностью, Фридрих Великий так инструктировал своих генералов: "Надо обрисовывать неприятеля в самом неприглядном виде и возводить на него обвинения во всевозможных замыслах против страны. В протестантских странах, как Саксония, надо играть роль защитников лютеранской церкви, в католической стране мы должны твердить о веротерпимости".

В русской истории война и армия всегда играли особую роль в развитии нашей цивилизации.

Русский не должен забывать, что для нас армия имеет большее значение, чем для кого бы то ни было.

Токвиль сказал совершенно верно: "история так поставила Россию, что ей постоянно приходилось создавать себя штыком, как Америка создавала себя лопатой. Теснимая Азиею и не признаваемая Европою, Россия должна была завоевать себе право жить".

Сократ и молодой Ксенофонт

(деталь фрески Рафаэля "Афинская школа")

Война - не только продолжение политики

Первый, кто взял на себя труд систематически проанализировать сущность военного дела и подробно развить связанные с ним вопросы, был Ксенофонт.

Он признал - и постоянно, вновь и вновь подчеркивал это, - что военное дело - не наука, но искусство, которое требует всего человека, со всеми его способностями.

"Тактика - только очень небольшая часть военного искусства", говорит у него Сократ...

Полководец должен разбираться во всем, что относится к вооружению солдат и к обеспечению их продовольствием.

-- "Он должен быть изобретателен, энергичен, заботлив, вынослив, обладать присутствием духа;

-- должен быть обходителен и суров, справедлив и хитер;

-- он должен быть бдителен сам и уметь обмануть чужую бдительность;

-- он должен ставить на карту все и стремиться выиграть все;

-- он должен быть щедрым и алчным;

-- уметь идти на риск и быть всегда настороже".

Хороший полководец соединяет в себе прирожденные качества с высоким образованием. Полководцу идет впрок, если он честолюбив...

"Киропедия" представляет собою учебник политики и военного искусства, облеченный в форму исторического романа.

Войну как путь обмана, хитрости, уловок рассматривали в древности многие военные школы, особенно восточные.

В частности, об этом пишет Сунь-цзы:

"Война- это путь обмана.

Поэтому,

-- если ты можешь что-нибудь, показывай, что не можешь;

-- если пользуешься чем-нибудь, показывай, что не пользуешься;

-- если ты близко, показывай, что далеко;

-- если находишься далеко, показывай, что ты близко;

-- завлекай противника выгодой;

-- внеси расстройство у противника и бери его;

-- если у противника все в достатке, будь подготовленным;

-- если противник сильнее тебя, уклоняйся от него;

-- если он подвержен гневу, приведи его в расстройство;

-- приняв смиренный вид, вызови в нем самоуверенность;

-- свежие силы противника утоми;

-- если у противника существует согласие, расстрой его;

-- нападай на противника, когда он не подготовлен;

-- появляйся там, где он тебя не ожидает.

Все это обеспечивает для военных победу. Однако нельзя заранее указать какой-либо прием".

Отсюда азиатская стратегия требовала дальновидной и коварной политики; все средства были хороши для обеспечения военного успеха.

-- Войне предшествовала обширная политическая разведка;

-- не скупились ни на подкуп, ни на обещания;

-- все возможности противопоставления одних династических интересов другим, одних групп против других использовались.

-- Крупный поход предпринимался только тогда, когда появлялось убеждение в наличии глубоких трещин в государственном механизме соседа. Так действовал в частности, Чингиз-хан.

-- База впереди его войск создавалась путем политического разложения неприятеля, нахождения в его стане союзников.

Есть два стойких представления о сущности войны.

-- Согласно одному из них война приравнивается к прикладной науке, почему погрешности в ее ведении приписываются несовершенному усвоению ее положений и приемов.

-- С другой точки зрения, ведение войны рассматривается как приложение, не теоретических знаний, а практического умения, более или менее совершенное владение которым приписывается - частью прирожденными способностями, частью опыту, приобретенному на войне и в упражнениях мирного времени.

Вообще среди военных писателей разных времен следует указать на тех, которые пытались рассмотреть указанные представления.

Среди них

-- Рабан Мавр, аббат из Фульды и архиепископ Майнцский (умер в 856 г.), который посвятил королю Лотару II, внуку Людовика Благочестивого, трактат о душе с приложением, в котором указано было все заслуживающее подражания в римском военного деле, сделав извлечения из труда Вегеция.

-- Следующий средневековый теоретик, которого мы встречаем только спустя 450 лет, также является духовным отцом. Это - Эгидий Роман или Колумн, родился в 1247 г., умер в 1316 г., итальянец по происхождению, августинский генерал, парижский профессор, архиепископ Буржа и кардинал. Он написал для короля Филиппа Красивого, тогда еще наследника престола, книгу "De regimine principum", в которой трактуются также военные вопросы.

-- Следующий военный писатель средневековья - женщина -Христиана де-Пизан(родилась в 1364 г.) - дочь итальянского врача и астролога при дворе французского короля. Среди ее многочисленных произведений находится также военно-исторический труд, написанный между 1404 и 1407 гг., в котором она высказывает ряд мыслей по военному воспитанию юношества. Об этом же пишет Жан де-Бюейль (умер в 1477 г.), капитан при Карле VII.

-- Самым широким и блестящим военным мыслителем ХVIII в. был Генрих Дитрих Бюлов (I760-I806), знаменитое сочинение коего "Дух новейшей военной системы" появилось в I799 г. В основу теории Бюлова легло утверждение Руссо, что причины поражения в поле надо искать у себя дома, что война является только надстройкой над мирной жизнью государства и что политика является понятием охватывающим по отношению к стратегии. Самым словом стратегия, в современном понимании, мы обязаны Бюлову.

Следующий шаг в понимании природы войны внес К.Клаузевиц.

Важнейшим завоеванием мышления Клаузевица явился диалектический подход к стратегии.

-- Война - это только продолжение политики;

-- стратегия - это только инструмент в руках политика;

-- а последнему инструменты могут понадобиться разные: и тяжелый меч, который можно поднять лишь двумя руками и которым возможно нанести лишь один сокрушающий удар, и тонкая шпага, которой можно чудеснейшим образом фехтовать.

Политика указывает цель, для которой ведется война, и тем определяет ее характер.

Война, являясь актом насилия, который должен заставить неприятеля подчиниться нашей воле, достигла бы своей цели кратчайшим путем, если бы насилие проявлялось в своей крайней ничем не сдерживаемой форме.

Но война представляет не изолированное явление, а вырастает из определенной, вполне конкретной обстановки, она является продолжением предшествовавших ей политических сношений и протекает в атмосфере таких же сношений с нейтральными странами.

История показывает, что правильная политика, умелая стратегия, вытекающая из этой политики и активная работа в народных массах могут дать или же блестящие результаты, или же послужить причиной военных и политических неудач.

Приведем два примера на сей счет.

Пруссию второй половины ХIХ века буквально захлестнула волна патриотизма необыкновенного подъема, вызванного идеей объединения Германии.

В 1870 г. во всей Германии идея объединения буквально вытеснила все остальное: "кто ей не служил, тот не жил с германским народом", - таким высоким слогом очерчивает идеалист Трейчке общенациональное воодушевление, которое настолько проникло в массы, что заставляло даже реакционеров толковать о том, что "тайна победы - в развитии моральных сил солдата, самостоятельности и инициативе командования, применения духа, а не буквы уставов".

Иное положение наблюдалось в России с началом первой Великой войны.

Вспышка патриотизма, охватившая в июле 1914 г. Россию, при всей своей мощности, была непродолжительной.

Подобно вороху соломы, энтузиазм вспыхнул ярким пламенем - и быстро погас.

Во всем виновато было правительство, не сумевшее использовать исключительно благоприятную возможность народного подъема, не догадавшееся создать аккумулятор для длительного использования проявившейся энергии, огромный заряд которой пропал поэтому даром.

Виновато и общество, оказавшееся неспособным на длительное волевое усилие и скоро вернувшееся в свое обычное состояние едкого скептицизма и страстной, но бесполезной (потому что злорадной) критики.

Инерция трех поколений никчемных людей взяла верх.

Отрицая самостоятельное бытие войны, усматривая в ней лишь часть общей политической борьбы, Клаузевиц логически пришел к отрицанию относительно самостоятельной роли войны и армии.

История показала, что война - не только продолжение политики, но и зачастую сама является политикой, а Армия из послушного орудия политики превращается в субъект политики со всеми вытекающими из этого следствиями.

Беда России во многом исходит от того, что правительство и общество не всегда правильно оценивали роль Армии.

"Император Петр I за работой"

Художник Василий Павлович Худояров (1829--1892)

Главная заслуга Петра Великого перед Россией вовсе не в том, что он построил Петербург, "прорубил окно в Европу", создал флот и преобразовал внутренний строй управления, а в том, что он выучил Россию воевать.

Благодаря войне, русский народ добился моря и мог вступить в сношения со всем светом; при помощи военного искусства "мы от тьмы к свету вышли, и которых не знали- в свете ныне почитают".

Зная о благодушии и самоуспокоенности нашей, Петр Великий предупреждал Сенат и русский народ после Северной войны:

"Хотя и мирное время, не надлежит (однако) ослабевать в воинском деле, чтобы с нами не так сталось, как с монархией греческой" .

Беда и в том, что в России не смогли в должной степени оценить роль Армии, как объекта и субъекта политики.

Армия - объект и субъект политики

Армия есть собрание вооруженных людей, оторванных от общества, имеющих призвание обращать свое оружие, без рассуждения, куда прикажут и воспитываемых в таком духе, стоящих особняком посреди вооруженных граждан.

Для того, чтоб эта вооруженная сила была страшна врагам и безопасна для своих, нужно, чтобы она была глубоко дисциплинирована, то есть, чтоб воля старшего была высшим и непреложным законом для младшего.

В четком и емком определении Р.Фадеева определена сущностная характеристика Армии, которая, являясь частью государственного механизма,

-- подчиняется неумолимым законам единоначалия,

-- дистанцируется от всего общества,

-- живет и развивается по своим собственным законам

-- и в плане развития демократических начал Армия не может следовать тем тенденциям, которые имеют место в гражданской сфере.

Если логика развития демократии сводится к расширению прав и свобод граждан, то перенос данной логики в военную сферу чреват многими негативными последствиями.

"Внутренний порядок армии и отношения между людьми, ее составляющими, не сдвинулись ни на волос, и не могли сдвинуться, с того основания, на котором была поставлена первая фаланга... В самом рабском обществе и в самом свободном не может быть значительной разницы во внутренних учреждениях армии. Мы видим в истории примеры развращения армии, но не видим примера добровольного приложения к армии "прав человека"...

Дисциплинированные янычары были страшною и безопасною для Турции силой; янычары, утратившие дисциплину, стали бегать, и в то же время жечь Константинополь....

Последствия же растления постоянной армии достаточно известны:

-- первое - негодность в бою;

-- второе - военные восстания под либеральною вывескою...;

-- третье - продажа власти...".

Говоря об Армии, как самостоятельном организме, не следует забывать что победоносная, непобедимая армия - могучее дерево, выросшее на почве своей родной страны, с корнями, глубоко проникшими в ее духовную и физическую толщу.

Степень мощности дерева зависит от тех живительных соков, которые оно пьет из страны, из общества, и которые, перерабатываясь в школе армии, не теряют все же своей первоначальной сущности.

Отсюда - громадная роль писателей, затрагивающих вопросы в области духа, из области повседневной жизни общества и армии в философских и беллетристических произведениях, так как на их поучениях и образцах воспитываются мысли и чувства современников.

Механическое образование войска - дело простое и не долгое; вся мудрость в том, чтобы вложить в него душу.

-- "Армия это живой организм, имеющий свою душу.

-- Армию нельзя оценивать по количеству находящихся на ее оснащении лошадиных сил и военных машин.

-- Армия, не объединенная единым началом, не есть армия, а вооруженная толпа.

Дисциплина заключается не только во внешней субординации, но и в той внутренней силе, которая спаивает всю иерархию армии.

Сила армии во внутренней дисциплине.

Внутренняя же дисциплина - это уже сторона идеологическая, вне общей для всех чинов армии идеи она немыслима".

М.Драгомиров отмечал:

"В критические минуты войны, когда именно и решается "победа" или "поражение", значение нравственной энергии рельефно выдвигается на первое место.

Таким образом, важнейшим военным элементом является человек; важнейшим свойством человека - его нравственная энергия".

По мнению В.Флуга, военная энергия представляет совокупность следующих душевных сил, которые могут входить в ее состав в различной степени и пропорции:

-- мужество,

-- непреклонная воля к победе,

-- самоуверенность,

-- решительность,

-- смелость,

-- находчивость,

-- предприимчивость,

-- дух почина,

-- настойчивость,

-- упорство,

-- самообладание (спокойствие ),

-- способность увлекать других и пр.

Пейзаж с двумя дубами.

Художник Ян ван Гойен

Военная энергия - это свойство лучших людей.

Но когда правительство и общество превращает армию в какое-то место ссылки, тюрьму, то это вредит престижу военной службы в глазах страны, обращая почетный долг в отбывание наказания.

К мундиру начинают относится с презрением.

"Поединок" Куприна служит памятником позорного отношения русского общества к своей армии.

Военная служба считалась уделом недостойных: по господствующим в то время в интеллигенции понятиям в "офицеришки" могли идти лишь фаты, тупицы, либо неудачники - культурный же человек не мог приобщаться к "дикой военщине" - пережитку отсталых времен.

Офицеры, лицо армии, - лучшие из лучших, ее стержень, основа ее существования.

Именно офицерский корпус концентрирует и воплощает в себе национальные военные традиции, в его среде вырабатывается преемственность поколений. Каков офицер - такова и армия.

Главная опора власти - офицерский корпус.

Автор "Настольной книги гг. офицеров" И.Болотников, справедливо писал в 1910 г.:

"Армия - это братство, это, если хотите, политическая партия, давшая обет внепартийности, верности закону, порядку и дисциплине.

Так во всех государствах, так должно быть и у нас, и эти взгляды должны прививаться армии: офицерам на школьной скамье, а нижним чинам в тиши казарменных бесед".

На всем протяжении истории Русской Армии ее офицерский состав всячески пытались дезориентировать в отношении политики.

"В лучшем случае нам посоветуют, чтобы армия не мешалась в политику.

Этот совет так часто нам повторяют, что истинная суть его давно стерлась, и советчики рекомендуют безжизненность армии как во внешней, так и во внутренней политике. Но армия слишком крупная сила, чтобы быть безжизненной", - пишет в "Офицерской жизни" В.Кроткевич.

Верно то, что офицер не имеет права примыкать ни к какой партии политической, социальной или религиозной.

Власть офицера должна быть внепартийна, тогда только граждане будут относиться к нему с доверием.

Но свободная ли Армия от политических задач?

Нет, и погоня за оставлением армии вне политики и общественных взглядов представляется ныне ни чем иным, как плодом канцелярских мудрствований, пишет В.Воронецкий и о чем свидетельствуют события современности.

Ясное понимание политических задач дано И.Болотниковым:

-- "Армия вне партий, армия вне политики, она за закон.

-- Вовлекать армию в политику - преступление.

-- Она не должна принимать участия во внутренней политической борьбе своей страны: она громадная сила и мощь народа, она слишком грозна, чтобы примкнуть к той или другой партии.

-- Ее не должны трогать бури: она остается политически бесстрастной и блеском штыков, сабель и пушек охраняет законный порядок и охлаждает пыл враждующих сторон".

В чем нуждается Армия?

Она нуждается во внимании правительства, заботе общества, понимании интеллигенции.

Нужды Армии ставятся в повестку дня тогда, когда о них знают.

Понимание нужд Армии опирается на знание: "без знания своей армии не может быть никакого движения вперед, ибо только солидарная осведомленность о своих институтах может открыть своевременно их достоинства и недостатки.

Не зная своей армии, мы можем лишь слепо верить в ее мощь, а потому и жестоко поплатиться за свою неосведомленность".

Пейзаж с отшельником, 1742.

Художник Франсуа Буше

Политика и стратегия

Главный инструмент военной политики - стратегия, выраженная в форме военно-политической доктрины и сопутствующих ей военных планах, уставах, разработках, штатах и т.п.

Живущие ныне поколения русских людей в неоплатном долгу перед предками.

-- Более сорока князей, царей и императоров в тысячу с лишним лет создавали Россию.

-- В их череде были правители слабые и неудачные, были искусные и гениальные.

-- Недостатки одних на протяжении веков выравнивались деяниями других.

Все вместе создали нашу Родину, ее мощь и красоту, ее культуру и величие - и мы, Русские, навсегда останемся их неоплатными должниками, пишет в своем труде А.Керсновский

Стратегия - это инструмент государственной власти, основа национальной безопасности, щит от покушений на суверенитет, независимость и само существование государства и нации.

Стратегия, как искусство, существовала в глубочайшей древности.

Действия Александра Великого, Ганнибала, Юлия Цезаря были основаны на глубоком соображении средств, находящихся в распоряжении этих полководцев, с обстоятельствами, в которых они находились.

Плутарх в своем труде "Наставлении о государственных делах" писал, что "политик должен подумать, как ему вести себя со своими врагами".

В истории известны примеры разного решения этого важного политического вопроса.

Так, Спарта, превратилась в вооруженных республику в соответствии с замыслом Ликурга:

-- образование вполне воинственной республики, составленной из свободных и равных между собою граждан-воинов,

-- крепким телом, воздержанных, терпеливых, неспособных к изнеженности, мужественных, храбрых,

-- исполненных презрения к богатству и жизненным наслаждениям,

-- пламенной любви к отечеству,

-- безусловной покорности и повиновения властям,

-- и чистейшего воинского честолюбия, устремленного не к внешним завоеваниям, но к защите отечества.

Главной целью Солоновых законов в Афинах было создание войска из свободных гражданин, не обремененных столь тяжкими обязанностями, какие были в Спарте.

Римский пир, 1875.

Художник Роберто Бомпиани

Римляне в своей стратегии поставили себе за правило:

-- "Никогда не заключать мира искренне, а только для видимости.

-- Уничтожив войска противника, разорять его чрезмерными налогами.

-- Обрушиваться на победителя, истощенного войной, и вырывать у него плоды победы.

-- Если два народа воюют между собой, поддерживать слабейшего, дабы занять выгоднейшее положение в споре.

-- Разделять, чтобы властвовать.

-- Предлагать мир на сходных условиях; а когда их примут, присоединять к ним другие, более тягостные.

-- В договоры вводить выражения неясные, дающие место различным толкованиям.

-- Давать полную свободу своей алчности и мерить добытую славу количеством золота и серебра, фигурирующими на триумфе.

-- Присваивать себе сокровища покоренного мира".

Первые римляне считали непреложным правилом, что солдат, оставивший свой пост или бросивший свое оружие в сражении, подвергается смертной казни.

Дисциплина первых римлян была такая строгая, что генералы осуждали на смерть своих детей, одерживавших победу вопреки их приказу.

Но когда римляне смешались с варварами, то они заразились от них духом независимости, свойственным этим народам.

Когда мы читаем о войнах Велизария против готов, то мы видим, что офицеры почти никогда не слушались своих генералов.

Римляне потеряли, наконец, свою военную дисциплину; они также отказались от своего собственного оружия.

Вегеций говорит, что солдаты, считая свое оружие слишком тяжелым, получили от императора Грациана разрешение оставить латы, а затем и шлем. Таким образом, не имея защиты от ударов, они находили себе спасение только в бегстве.

*

Поздние правители Рима забыли о древнеримском правиле:

"Всякий раз, когда римляне считали, что им угрожает опасность или хотели исправить какой-либо ущерб, они начинали укреплять военную дисциплину.

Когда нужно было объявить войну латинам - народу, столь же воинственному, как они сами, - Манлий позаботился о повышении авторитета командования и подверг казни своего сына за то, что тот победил врага вопреки его приказу.

После поражения римлян при Нуманции Сципион Эмилиан немедленно лишил солдат всего, что приводило их к изнеженности. Когда римские легионы прошли под игом в Нумидии, Метелл исправил этот позор тем, что восстановил старую дисциплину. Чтобы победить кимвров и тевтонов, Марий начал с того, что отвел течение рек; точно так же Сулла заставил солдат своей армии, устрашившихся войны против Митридата, работать так много, что солдаты потребовали повести их в бой, суливший конец их мучениям".

*

Самый неутешительный вывод о падении древнего Рима заключался в том, что, устремившись к завоеваниям, римляне ослабили внимание к человеку, гражданину римскому.

Многие полезные с древних времен занятия и упражнения были оставлены как не заслуживающие внимания. То, что раньше служило военному делу, или же было заброшено вовсе, или же превратилось в развлечение.

*

Блестящий и печальный опыт древнего Рима поучает нас следующему: побольше внимания опыту предков; поменьше самомнения; повнимательнее к тому, что возвышало государство и к тому, что приводило к их падению.

*

И, последнее: больше внимания к истории; больше уроков и выводов из нее; меньше будет ошибок в принимаемых решениях, которые имеют для государства судьбоносное значение...

В парке Гатчинского дворца

Художник Юлий Юльевич Клевер (1850-1924)

Мы, россияне, начали учиться

у наших западных соседей с пушки

По меткому выражению проф. В.Ключевского, мы начали учиться у наших западных соседей с пушки, а затем уже перешли к другим отраслям знания.

Учеником и учителем был тот великий государь, Петр Великий, про которого умный современник сказал: "одним словом, на что в России ни взгляни, - все его началом имеет, и что бы впредь не делалось, - от сего источника черпать будут".

Сила Петра Великого и результативность его деятельности имеет множество оснований, но главнейшее из них - стремление строить всю политику государства Русского во благо нации.

"Государственная польза", "всенародная польза", "всеобщее благо", - вот цели, достойные по взглядам Петра лучших, благородных человеческих стремлений.

Что же именно должно было по его понятиям составлять благо народа?

Прежде всего, доставление ему политического значения в среде других наций, силы и уменья постоять за себя в минуты столкновений, а для предупреждения последних - сближение с другими национальностями чрез возможно большее расширение мирных сношений с ними.

Хотя Петр и полагал, что военное дело - первое из мирских дел, хотя он хотел сам быть и других видеть солдатами, но он все-таки не способен был отдаться политическим соображениям, а тем более завоевательным планам.

Преобразования Петра Великого особенно плодотворны для русской армии потому, что принимая что-то извне, он заботился о строгом согласовании вновь вводимого с русскою жизнью, старался придать нововведению форму, понятную для русских людей, подготовленных царем для деятельности на всех ступенях военной иерархии.

Петр умел извлекать уроки даже из собственных поражений, не боялся признаться в ошибках, но и не упускал случая исправить положение дел, как это было после поражения под Нарвой.

Он умел определять время и место направления главного военного удара, как это имело место под Полтавой.

Генерал Г.Леер пишет:

"Особенно важное значение Полтавы, как в материальном отношении, по тем средствам, которые с овладением могли быть приобретены Карлом, так особенно в нравственном, по тому влиянию, которое подобное событие могло произвести на умы населения Малороссии...

Подготовка полтавского сражения в нравственном отношении началась задолго до дня достопамятной битвы: она началась, как мы видели, еще с нарвского поражения. В этом же отношении замечательно еще и то, что царь лично принял на себя распоряжение ходом боя, и достопамятны не немногие слова, с которыми он обратился к войскам и которые должны были потрясти душу каждого русского".

Если достопамятный пример Петра Великого внушает гордость, то события последующего времени вызывают недоумение и горечь.

Конечно, фигуры, подобные Петровской, в истории не так часты, как хотелось бы.

Но если природа не одарила верховного главнокомандующего такими талантами, как Петра Великого, то уж человек меньших талантов и способностей мог бы избежать крупных просчетов в стратегии, если бы был более внимательным к вопросам стратегии, согласовании политики и стратегии.

Буквально, сразу же после смерти Петра государственная политика оказывается в руках иностранцев.

Если исключить из списка императоров послепетровского времени Екатерину Великую, то мы с горечью обнаружим действие политики не русской, реализующей не русские, а чужие интересы.

Так, А.Керсновский, говоря о времени Александра I, пишет:

"Российской, русской политики в царствование Императора Александра I, можно сказать, не существует.

Есть политика европейская (сто лет спустя сказали бы "пан-европейская"), есть политика вселенной - политика Священного Союза.

И есть "русская политика" иностранных кабинетов, пользующих для своих корыстных целей Россию и ее Царя искусною работой доверенных лиц, имеющих на Государя неограниченное влияние (таковы, например, Поццо ди Борго и Мишо де Боретур - два удивительных генерал-адъютанта, заправлявших русской политиков, но за долгое свое генерал-адъютантство не выучившихся ни одному русскому слову)".

Русская Армия неоднократно в течение ХIХ - начале ХХ века расплачивалась своей благородной кровью за неудачную политику своей страны.

Главным пороком русской политики и стратегической мысли было

-- самоуспокоение и благодушие в отношении военной опасности и планов вероятного противника,

-- увлечение мелочами в ущерб обучения войск тому, что необходимо на войне,

-- бездумное копирование чужих образцов и

-- забвение идей русского национального военного искусства.

Это слабое место не укрывалось от зоркого, холодного и беспощадного взора врага.

Характеризуя армии будущих своих противников, германский генеральный штаб подметил невысокое качество наших крупных единиц.

"В борьбе с русскими войсками, - заключал в 1913 г. его ежегодный рапорт, - мы сможем себе позволить действия, на которые не дерзнули бы с равноценным противником".

-- "Политические и экономические условия учитывались поверхностно.

-- Среди командного состава не было лиц, компетентных в разрешении этих вопросов.

-- Уже после первых успехов и достижений выяснилось, что дальнейшего плана собственно не было".

Почему так произошло?

Одна из главнейших причин, по нашему мнению, состоит в том, что вопросы стратегии были полностью подчинены вопросам политики, политики бездарной, недальновидной, порочной.

В то же время, интересы безопасности государства требуют, чтобы стратегия была относительно самостоятельной частью политики, а стратег (верховный главнокомандующий) мог пользовался достаточно большими правами и полномочиями.

Еще Сунь-цзы определит пять условий, определяющих победу:

-- побеждает тот, кто знает, когда можно сразиться и когда нельзя;

-- побеждает тот, кто умеет руководить и большими и малыми силами;

-- побеждает тот, у кого сверху донизу существуют единые желания;

-- побеждает тот, у кого полководец талантлив

-- и государь не руководит им.

Стратегия не должна идти на поводу бездарной политики: некомпетентность политика может разразиться национальной катастрофой, бесчисленными жертвами.

Стратегический руководитель несет полную ответственность перед нацией по следующим позициям:

-- Прежде и больше всего высшая стратегия отвечает за непринятие своевременных мер, до войны, включительно, к устранению опасностей, угрожающих извне государству или препятствующих полному удовлетворению его жизненных интересов.

--

-- Затем уже следует ответственность ее за принятие войн, если она является не в достаточной степени целесообразными, или даже совсем бесполезными, для выполнения ее задачи, при условии, что она имела возможность их избежать.

--

-- Весьма значительная ответственность ложится на высшую стратегию также за необоснованное уклонение от войн, за стремление, в случае возникновения соперничества в вооружениях, возможно его затянуть, по возможности отдалить кризис. Глубоко ошибочным и нерациональным следует признать такого рода стремление превращать острое соперничество народов, в предвидении вооруженного столкновения и кризиса, в хроническое "соперничество ради соперничества", в котором достигнутое превосходство в силах перестает быть средством, чтобы подчинить соперника своей воле, а становится самостоятельной, самодовлеющей целью.

--

-- В отношении подготовки к войне, высшая стратегия отвечает за создание для стратегии необходимой военной мощи, наиболее благоприятного исходного положения и, вообще, возможно более благоприятных условий для разрешения силой оружия поставленной на очередь задачи. Она должна принять все зависящие от нее меры к подготовке военных успехов.

--

-- Столь же значительна ответственность высшей стратегии за полноту и целесообразность использования результатов войн для выполнения возложенной на нее задачи.

--

-- При исключительной важности этой задачи, значительности средства, данного высшей стратегии для решения ее и тяжести ложащейся на нее ответственности, к лицу, на которое ляжет почетное, но в то же время и исключительно тяжелое и ответственное бремя ведения высшей стратегии государства, должны предъявляться исключительно высокие требования. Поэтому лицо, призванное к сему, должно пользоваться соответственной, сообразно предъявленным к нему требованием, полнотой власти в выполнении возложенной на него задачи. Сотрудничество всех государственных установлений и сознательное содействие всего народа должно облегчить ему выполнение возложенной на него задачи.

В связи со сложностью задач стратегии и высокой мерой ответственности за реализацию ее задач, возникает вопрос о том, кому следует доверить руководство вооруженной силой.

Военный совет в Филях, 1(13) сентября 1812 г.

Художник Алексей Данилович Кившенко

Кому доверить Вооруженные Силы

В предисловии к книге П.Краснова Н.Головин справедливо отмечает, что ведение современной большой войны требует "вождей", способных создавать и руководить "общественным мнением", а не только "вожаков", пригодных лишь для командования "толпой".

Вождь, указывающий путь в землю неприятельскую, может приобрести их доверенность и повиновение только личною храбростью, особым искусством, выдающимися дарованиями.

Исторической иллюстрацией сказанному может служить пример назначения Главнокомандующим русскими войсками М.Кутузова в 1812 г.

Александр писал, что он "противился" назначению Кутузова, но вынужден был уступить напору общественного мнения и "остановить свой выбор на том, на кого указывал общий глас" ...

О том, что творилось в народе, в армии при одном только слухе о назначении Кутузова, а потом при его прибытии в армию, у нас есть много известий.

Неточно и неуместно было бы употреблять в данном случае слово "популярность".

Несокрушимая вера людей, глубоко потрясенных грозной опасностью, в то, что внезапно явился спаситель, -- вот как можно назвать это чувство, непреодолимо овладевшее народной массой.

На авансцене истории в этот грозный момент стояли друг против друга два противника (Кутузов и Наполеон), оба отдававшие себе отчет в неимоверном значении того, что поставлено на карту.

Оба делали все усилия, чтобы в решающий момент получить численное превосходство.

Но один из них -- Наполеон, которому достаточно приказать, чтобы все, что зависит от людской воли, было немедленно и беспрекословно исполнено.

А другой -- Кутузов, которого, правда, царь "всемилостивейше" назначил якобы неограниченным повелителем и распорядителем всех действующих против Наполеона русских вооруженных сил, оказывался на каждом шагу скованным, затрудненным и стесненным именно в этом гнетуще важном вопросе о численности армии.

Он требует, чтобы ему как можно скорее дали новоформируемые полки, и получает от Александра следующее: "Касательно упоминаемого вами распоряжения о присоединении от князя Лобанова-Ростовского новоформируемых полков, я нахожу оное к исполнению невозможным".

Путы, препятствия, западни и интриги всякого рода, бесцеремонное, дерзкое вмешательство царя в военные распоряжения, поощрявшееся сверху непослушание генералов -- все это превозмогли две могучие силы: беспредельная вера народа и армии в Кутузова и несравненные дарования этого истинного корифея русской стратегии и тактики...

Кутузов победил Наполеона, как стратег и командующий и выиграл войну с французами ...

И не первый раз вставал вопрос о том, кому дать командование войсками

М.Меньшиков, видя в 1908 г. развитие негативных процессов в Русской армии, советовал:

-- "Нужно поставить во главе армии, на посту министра-героя, военного генерала, а не штатского.

-- Тут решительно необходимо знаменитое имя, уважаемое если не обожаемое всей армией.

-- Явись сейчас Скобелев (допустим чудо), с ним вернулась бы потерянная надежда, с ним взошло бы закатившееся солнце веры в себя".

Мы не задаемся целью дать анализ довольно большому ряду русских военачальников, а лишь отметим, что среди них было немало безвольных, несамостоятельных, но покладистых, готовых на любую уступку власти и мнению, представляемому аристократией, затем - политиканствующей интеллигенцией.

Армия, не защищенная со стороны своего главного начальника, теряла не только в бюджете, но и в политическом весе и значении, потребном для того, чтобы к ней (Армии) в обществе относились с должным уважением и ценили ее за тот нелегкий труд, который она исполняет.

Совсем другое дело, когда интересы армии представляют перед государственной властью ее прямые и самостоятельные начальники.

-- "Они знают неверное, в каком положении дело и что нужно.

-- Тогда голос армии восходит без перерыва с самых оснований, от фельдфебеля до главнокомандующего и повергается перед верховным вождем государственных сил.

-- Если боевые начальники могут ошибаться в современных военных вопросах, то они ошибутся на оттенок, а не на целый цвет.

-- И, главное, при этом средства, отделяемые государством военному ведомству. будут распределяемы сообразно потребности: прежде не необходимое, потом на полезное, а не обратно".

На основании сказанного Р.Фадеев делает следующий вывод:

"Вот почему, можно полагать, русской армии нужны вполне самостоятельные высшие начальники".

Благодаря гению Петра Великого, совершается коренное изменение воинского устройства и положения военного человека:

-- Он был признан слугою отечества - его защитником и охранителем, а ограждение личной чести солдата, как сына отечества, становилось предметом заботы верховной государственной власти .

-- Любопытно, что даже в суровое военное время Петр Великий не изменил своему курсу и наказывал армии: "всех офицеров без воинского суда не арестовать, кроме изменнных дел; а за малые вины наказывать штрафом".

-- Как жаль, что в последующем офицера стали рассматривать в качестве личного слуги, а не слуги отечеству.

-- Если раньше чувство собственного достоинства четко проводило грань между государевой службой и лакейским прислуживанием, то впоследствии это благородное чувство власти старались искоренить всеми возможными способами.

В то же время "офицерство носит титулы и заветы рыцарства, оно дает государству особые клятвы", - справедливо замечает М.Меньшиков.

Его положение в государстве особое и, если в офицере не развито своеобразное сочетание чувства избранности и ответственности, то оно будет относиться к своему делу и долгу, как к обременительной обязанности, несущей только огорчения, невзгоды, лишения и т.п.

Уже Макиавелли советует правителю постоянно помнить, что между тем как низшие классы народа могут только бросить его, высшие могут не только бросить его, но и вступить в заговор против него.

Следовательно, если нельзя рассчитывать с полной уверенностью на их дружбу, то необходимо лишить их возможности выступать в качестве врагов.

Надо отметить, что основания к такому опасению есть: история и современность тому свидетельство.

Всеобщая нравственная испорченность и уродливое политическое значение войска в государстве при римских императорах, когда императоры содержали постоянное войско преимущественно для поддержания личной славы своей, они уже этим самым были принуждены даровать ему разные и большие льготы и преимущества, дабы приобретать и укреплять тем преданность его своей особе.

Это естественным образом развивало в войске еще при триумвирах семена необыкновенных высокомерия, требовательности и поползновений его.

Следствиями того были насилия его, сначала - против своих же сограждан, а потом - и против самих императоров.

И таким образом, оно - орудие угнетения собственных сограждан и государства - вскоре соделалось повелителем самих императоров и стало, по прихотям и воле своим и из своекорыстных целей, возводить их на престол и низводить с него насильственною смертью их.

Первый пример тому дали преторианцы - эта главная язва римской империи, а их примеру последовали и легионы в провинциях.

Главные начальники их присвоили себе высшие и почетные должности в государстве, и таким образом последнее подпало под чудовищное иго безграничного военного деспотизма войска - пример столь же исключительный и поразительный, сколько и многозначительный и поучительный в военной истории древних времен.

Когда концентрация власти и усиление безнравственности идут рука об руку, законы утрачивают всякую цену и происходит то, о чем образно писал Дж.Дрэпер:

"Истец должен был давать взятку, прежде чем затевать процесс. Общественное здание подвергалось тлению, разлагалось на части. Народ превратился в чернь, аристократия получила чисто демонический характер, столица обратилась в ад".

Ситуация становится трудно управляемой и правитель в отчаянии прибегает к самым негодным средствам: вступает в сделку с группой лиц или толпой.

Раз политический деятель вступает в связь с толпой для приобретения власти и находится в зависимости от нее, нуждается в ее поддержке, то ему не легко отказать в удовольствии ее желаний или не повиноваться ее требованиям.

Римский император Константин отлично знал, что составляло главную опору римской власти: его собственная история, после смерти его отца и провозглашения его императором иорскими легионами, заставила его понять, что для упрочения его династии и его системы необходимо ослабить эти ужасные полчища.

По этой-то причине, желая отнять у будущего военачальника возможность сделать то, что было сделано им и столькими его предшественниками, он сократил число людей в легионе с 6.000 до 1.500 и даже 1.000.

По этой-то причине он открыл для честолюбцев менее опасное поле действий".

Власть, создающая и снабжающая вооруженную силу, стремится обезопасить себя при помощи длительного послушания, подчинения и повиновения, и этим самым сама должна превратиться из грубого насилия в идеологически организованные отношения господина и его подчиненного.

"А для этого нужна особая идеологическая надбавка..., снабжение его такой мотивирующей и определяющей силой, которая более или менее надолго обеспечила бы нужный эффект".

Суть этой деятельности, по меньшей мере, в двух ее составляющих.

Одну из них М.Меньшиков выразил так: " Офицеры в страшные дни, когда изменяет мужество народное, являются носителями духа нации".

Второй компонент "идеологической добавки" в том, чтобы средствами духовного воздействия обеспечить правильную роль армии в обществе, исключающую бонапартизм, преторианство, попытки дворцовых переворотов, путчей и т.п.

"Внутри государства армия, прежде всего, опора существующего режима, она же, в значительной мере, воспитательница нации.

В силу этого вопрос о политическом обладании армией, об ее внутренней верности режиму и о том, чтобы армия знала, понимала и сочувствовала творчеству своего правительства, составит первейшую заботу власти".

Если же военачальники чувствуют неуверенность своего положения, подозрительность своего правительства, то они "видят себя вынужденными прибегать к политическим покровителям, чтобы продвигаться по службе или афишировать свою преданность к какой-либо партии".

В русской военной истории есть немало поучительных и печальных примеров взаимодействия власти и армии, стремления власти завоевать и обеспечить лояльность военного сословия.

"Иван Грозный и Малюта Скуратов" 1870.

Художник Седов Григорий Семенович (1836-1886)

Так, Иван IV Грозный заложил основание поместной системы и образовал многочисленный военно-служилый класс.

Убивая сотни и тысячи людей, отбирая у них земли и вотчины и отдавая их опричникам, государственная власть создает вооруженную силу, военный класс, орудие террора, от нее исключительно зависящий.

Во времена Петра Великого использование гвардейский офицеров на административном поприще в годы преобразований приобрело широкий размах.

Привлечение офицеров к выполнению сугубо гражданских поручений объяснялось, прежде всего, отсутствием необходимых кадров:

-- все наиболее деятельное и инициативное, чем располагало правящее в стране сословие, весь его цвет был привлечен на службу в армии.

-- Эта часть дворянства прошла соответствующую выучку в армии, научилась повелевать и подчиняться.

-- Офицерский корпус, выпестованный Петром, являлся, кроме того, едва ли не самым ревностным сторонником всех его начинаний.

-- Административной практике первой четверати ХVIII в. известны многочисленные розыскные канцелярии во главе с гвардии майорами, которым Петр поручал расследование дел по казнокрадству, взяточничеству, злоупотреблениями властью и прочими преступлениями, совершаемыми высокопоставленными вельможами...

Сторонникам жестких мер по отношению к армии, необходимо осмыслить явления в Русской армии эпохи Екатерины II.

-- Екатерининская армия совершила в ее время славные походы, и едва ли не было именно ее царствование расцветом русского могущества с даровитыми полководцами и терпеливыми солдатами, чудо-богатырями.

-- Прежде всего, следует отметить, что Императрица вообще сравнительно редко ошибалась в выборе своих помощников, а при этом условии, ее система, - полного доверия и мощи исполнителю, была как раз на руку талантливым людям, получавшим широкое поле для развития своих сил и способностей.

-- Далее, самая Императрица всегда бодрая, живая, энергичная, не унывающая при самых тяжелых обстоятельствах, сумела и в армии влить тот же дух бодрости, энергии и веселья. "Римляне никогда не считали врагов, а только спрашивали, - где они?" писала она Румянцеву на его донесение о превосходстве сил турок и результатом этих слов явилась блестящая Кагульская победа, одержанная I7-ю тысячами против полутораста.

Николаевская армия, тоже по ходячему мнению, была совершенством в смысле псевдо-дисциплины.

А между тем русская армия потерпела после тридцатилетнего экзерциргаузного режима обидную для всякого русского и в особенности для военного русского неудачу в Крымской кампании.

В этот же период власть, напуганная восстанием декабристов предприняла ряд мер, правда, больше формального характера: запретило офицеру обращаться к политике.

При производстве в офицеры давалась подписка следующего содержания (текст ее так и оставался неизменен до 1917 г.):

-- "18.. года.. дня. Я, нижеподписавшийся, даю сию подписку в том, что ни к каким масонским ложам и тайным обществам, Думам, Управам и прочим, под какими бы они названиями не существовали, я не принадлежал и впредь принадлежать не буду, и что не только членом оных обществ по обязательству, чрез клятву или честное слово не был, да и не посещал и даже не знал об них, и чрез подговоры вне лож, Дум, Управ, как об обществах, так и о членах, тоже ничего не знал и обязательств без форм и клятв никаких не давал".

Даже после манифеста 17 октября 1905 г. всем офицерам и военным чиновникам запрещалось быть членами политических партий и организаций, образованных с политической целью, и присутствовать на собраниях, обсуждающих политические вопросы, а также вообще "принимать участие в скопищах, сходках и манифестациях, какого бы рода они ни были".

Эти правила распространялись и на отставных офицеров, имеющих право ношения мундира.

Офицерам запрещались также публичное произнесение речей и высказываний политического содержания. В обществах неполитического характера офицеры могли состоять с разрешения начальства. Поэтому в политике офицеры, как правило, стремились не участвовать и не могли быть ее самостоятельными субъектами.

Такие установки правительства пагубно сказались на политическом образовании офицеров и были одной из причин растерянности офицерского корпуса в ходе событий февраля-октября 1917 г.

Политическое размежевание офицеров стало возможным лишь как следствие их политического невежества, а их практические действия нередко определялись сложившейся политической конъюнктурой, а не идейными позициями: в частности, стремление в смутное время "всплыть" наверх.

Интересное явление послепутчевого периода 1991 г.:

-- вчерашние незаметные офицерские личности, набравшие очки на (или около) "августовской победы", попытались стать "заметными" фигурами:

-- обрели "голос" и осанку, чуть ли не цыкали на ничем не запятнавших себя военачальников, а те едва ли не щелкали перед ними каблуками.

Конечно, взаимоотношения власти и армии не ограничиваются "протокольными" и парадными церемониями, но и они имеют немаловажное значение.

Многие наши цари и императоры публично демонстрировали свое единение с армией.

Портрет императора Николая II.

Художник Липгарт Эрнест Карлович (1847-1932)

Даже последний император Николай II в дни рождений и тезоименитств (именин) членов царской семьи, а также в годовщины восшествия на престол освобождал все воинские части от занятий и учений. Члены царской фамилии были шефами многих полков, присылали поздравления или лично участвовали в полковых праздниках, одаривали подарками офицеров и солдат.

В Великобритании в день рождения королевы перед ее дворцом проводится военный парад, на котором обязательно присутствует королева.

Члены королевской семьи посещают воинские части, в том числе и корабли ВМС, где также проводятся торжественные парады и построения.

В британских военно-морских силах это одна из наиболее почитаемых традиций.

Если этой традиции придают весьма важное значение, то она того стоит.

Чаще всего, однако, власть русская, не церемонилась с офицерством: изматывала муштровкой, сажала на "голодный" паек, притесняла светлые умы, изгоняла из рядов армии талантливых военачальников и т.п.

Все это делалось, как казалось представителями власти, чтобы обезопасить трон.

На самом деле, из основания трона изымался главный крепящий ее блок - офицерство.

Трагедию русской государственности в 1917 году можно было бы предвидеть и упредить, если бы правительство позаботилось бы о русском офицерстве.

Фактически произошло то, что имело место в Египте при правлении Рамсеса II:

-- загнанный, заплеванный и нравственно початый офицер отказывался от службы, бывшей его злой мачехой,

-- он уже не хотел мешаться в то дело, в котором его на каждом шагу ожидали оскорбления, насмешки и побои

-- и охотно предоставлял правительству ведаться с врагом как он знает.

-- Угасло офицерство, угас и Египет.

Страна фараонов нагляднее, чем все остальные монархии древнего Востока доказала, что при чудовищном господстве тунеядного чиновничества, духовная энергия офицерства почти сводилась на нет, а отлетевшая душа последнего увлекла в глубокую пропасть и все национальное здание, заботливо сооружаемое фараонами древнего царства.

Интересы Отечества требуют оградить офицерства от произвола невежественной власти...

1701 года, января 14, последовал Высочайший указ об учреждении школы "Математических и навигацких, то есть, мореходных хитростно искусств учения". -См.: Веселаго Ф. Очерк истории Морского кадетского корпуса с приложением списка воспитанников за 100 лет. - СП б., 1852. - с.5. - Это время и есть день рождения русской военной школы.

См.: Меньшиков М. Остановите бегство. - В кн.: Меньшиков М.О. Письма к ближним. - СП б., 1908.- с.102.

См.: Морозов Н.А. Прусская армия эпохи Йенского погрома. Ее возрождение. Значение для нас этого поучения. - СП б., I9I2.-с.16.

См.: Махров П. Современная война и высшее командование. // Разведчик. - I9I2.- NII56.- с.868.

См.: Морозов Н. Воспитание генерала и офицера, как основа побед и поражений. (Исторический очерк из жизни русской армии эпохи наполеоновских войн и времен плацпарада).- Вильна, I909.-с. 56.

См.: Головин Н.Н Высшая военная школа. - СП б., I9II.-с.107.

См.: Меньшиков М. Нравственный ценз. - В кн.: М.О. Меньшиков. Выше свободы. Статьи о России. - М., 1998.- с.197.

См.: Морозов Н.А. Воспитание генерала и офицера ... - с.47.

См.: Там же.

См.: Морозов Н. К вопросу обновления армии.// Русский Инвалид.-I907.- NI05 (I2 мая).

См.: Рычков В. Чего не хватает нашим кадетским корпусам?// Военный сборник .- I9II.- N4.- с.52.

См.: Дрозд - Бонячевский. "Поединок " Куприна с точки зрения строевого офицера. (Опыт критического обзора) // Военный сборник. - I9I0.-N2.- с.178-179.

См.: Дмитриевский А. Идеал офицера.// Военный сборник. -I9I2.-N7.- с.8.

См.: История военного искусства//Военная энциклопедия. Под ред. В.Ф. Новицкого. - т.II.-. СП б., I9II -с.108-109.

Мориц Саксонский (Maurice de Saxe) (1696-1750), маршал Франции (1744), граф (1711). Участвовал в войнах за Польское (1733-35) и Австрийское (1740-48) наследства, с 1745 главнокомандующий французской армией против англо-голландских войск. Одержал ряд побед, в т. ч. при Фонтенуа.

См.: Месснер Е. Современные офицеры.-Буэнос-Айрес,I96I.-с.31.

См.: Голицын Н.С. Всеобщая военная история древнейших времен. - ч.I. От древнейших времен до смерти Александра Великого (323 г. до Р.Х. ).- СП б., I872.-с.96-97.

См.: Михневич Н.П. История военного искусства с древнейших времен до начала девятнадцатого столетия. 2-е доп. изд. - СП б., I896. - с.94.

Жижка Ян (ок. 1360-1424), национальный герой чешского. народа, полководец. Участник Грюнвальдской битвы 1410. С 1420 - первый гетман таборитов. Ввел в армии систему вагенбург.

См.: Свечин А. Эволюция военного искусства с древнейших времен до наших дней. Т.I-2.- Т.1 - М.-Л., I927. - с.130.

См.: Свечин А. Указ. соч. - с.261.

Токвиль (Tocqueville) Алексис (Алекси) (1805-59), французский историк, социолог и полит. деятель, лидер консервативной Партии порядка, министр иностранных дел (1849). Сочинения: "О демократии в Америке" (1835), "Старый порядок и революция" и др.

Цит. по: Фадеев Р.А. Вооруженные силы России. Наш военный вопрос. Восточный вопрос. - СП б., 1889. -с.307.

См.: Дельбрюк Г. История военного искусства в рамках политической истории. В 4-х тт. - Т.1. Античный мир. - М., I936. -с.143.

См.: Тридцать шесть стратагем. Китайские секреты успеха / Пер. с кит. В.В. Малявина.- М., 1998.- 192 с.

Генерал Сунь-цзы, знаменитый полководец дома Ву, жил в начале III столетия по Рождестве Христовом, когда Китайская империя, после династии Хань, распалась на части. Он оставил сочинение о высшем военном искусстве, которое до сих пор считается лучшим в Китайской империи, а потому оно, по вековому обычаю государства, включено в общую книгу законов человеческих познаний.

Сунь-цзы. Трактат о военном искусстве. - М., 1955. - с.38.

См.: Свечин А. Указ. соч. - с.147.

См.: Флуг В. Высший командный состав // Вестник общества Русских Ветеранов Великой войны.- I937.- N I28-I29.- с.7,8.

Вегеций (Vegetius) Флавий Ренат (кон. 4 - нач. 5 вв.), римский военный теоретик и историк. Автор трактата о военном деле (боевая подготовка, организация войск, вооружение, боевые порядки, тактика и др.).

См. Дельбрюк Г. Указ. соч. - с. 471-475.

Генрих Бюлов родился в Фалькенберге в 1760 г. Получил образование в Берлинской Военной академии, служил несколько лет в прусских войсках, вышел в отставку и затем отправился в Бельгию. Затем он занялся литературной деятельностью. В 1799 г. вышло первое его сочинение под названием: "Дух новой военной системы", а в 1805 г. - "Начала новой военной системы". Остальные сочинения Бюлова относятся к тактике и военной истории. (430-Богданович, 18)

См.: Свечин А. Указ. соч. - с.327.

Клаузевиц (Clausewitz) Карл фон (1780-1831), нем. военный теоретик и историк, генерал-майор прусской армии (1818). Участвовал в войнах с Францией 1806-07, 1812-15 (в 1812-1814 на русской службе). В 1818-30 директор военного училища в Берлине. В основной работе "О войне" (рус. пер., т. 1-3, 1932-33) разработал многочисленные принципы стратегии и тактики, сформулировал положение о войне как продолжении политики.

См.: Свечин А. Указ. соч. - т.2. - М.-Л., 1928. - с.221.

Трейчке (Treitschke) Генрих (1834-96), немецкий историк. Представитель так называемых малогерманцев. Сторонник объединения Германии под гегемонией Пруссии.

Свечин А. Указ. соч. -т.2. - с.216-217.

См.: Керсновский А.А. История Русской Армии. - ч.I-IУ. -Белград, I933 - I938. - с.931.

См.: Меньшиков М.О. Завет Петра. - В кн.: М.О. Меньшиков. Выше свободы. Статьи о России. - М., 1998.- с.101.

Цит. по: Соколовский И.В. Петр Великий как воспитатель и учитель народа. - Казань, 1873.- с.23.

Курсив наш. - А.К.

См.: Фадеев Р.А. Указ. соч. - с.12.

Фадеев Р.А. Указ. соч. - с.12,13.

См.: Куропаткин А.Н. Влияние произведений графа Льва Николаевича Толстого на умственное развитие наших офицеров и нижних чинов // Военный сборник. - I9II.-N4. - с.161.

Шелль Е. Государственно-политическое воспитание армии. - В кн.: Душа армии: Русская военная эмиграция о морально-психологических основах российской вооруженной силы. - М., 1997.- с.419.

Драгомиров М.И Подготовка войск в мирное время. (Воспитание и образование) Киев, I906.- с.2.

Спокойствие, хладнокровие, относится, строго говоря, к свойствам не характера в тесном смысле слова, а прирожденного темперамента, но может и при беспокойном нраве быть приобретено в результате настойчивых усилий воли.

Флуг В. Высший командный состав // Вестник общества Русских Ветеранов Великой войны. - I937.- N I28-I29.- с.11.

См.: Керсновский А. Указ. соч. - с.614-615.

Болотников И.Н Опыт настольной книги для гг. офицеров. - СП б., I9I0.- с.55.

Короткевич В. Армия и миролюбие // Офицерская жизнь. - I9I0.- N249.- с.2238.

См.: Изместьев П. Искусство командования. Извлечение из труда А. Гавэ.- Варшава, I908.- с.63.

Воронецкий В. К реформам в армии. - Варшава, I906.- с.2.

"Несомненно, армия становится объектом и инструментом (а отчасти и субъектом) политической борьбы. И в этом нет ничего удивительного. Сама логика политического соперничества в обществе, не знающем демократических традиций, подводит различные общественные силы, стремящиеся к власти (и слева, и справа), к мысли о необходимости бороться за армию. Естественно, это порождает ответные действия властей предержащих с целью сохранить контроль над Вооруженными Силами".- См.: Ефимов Н. Армия и власть // Московская правда. - 1990.- 18 ноября.- с.2.

Болотников И.Н. Указ. соч. - с.51.

Кедрин С. Военная история, как один из главных источников прогресса военного дела. // Братская помощь. - I908.- N4. - с.41.

Керсновский А. Указ. соч. - с.5.

См.: Богданович М. Записки стратегии. Правила ведения войны, извлеченные из сочинений Наполеона, эрцгерцога Карла и других военных писателей. - ч.1. - СП б., 1847. - с.1.

Плутарх. Наставление о государственных делах. - В кн. : Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Трактаты и диалоги. - М., 1997.- с.577.

Ликург, легендарный спартанский законодатель (9-8 вв. до н. э.)

См.: Голицын Н.С. Всеобщая военная история древнейших времен. - ч.I. От древнейших времен до смерти Александра Великого (323 г. до Р.Х. ).- СП б., I872.-с.75.

Летурно Ш. Эволюция рабства.- М., I897.- с.306.

Там же. - С. - С.130.

Там же. - С. - С.129.

Там же. - С. - С.55-56.

См.: Монтескье Ш. Указ. соч. - С. - С.55.

Шлиффен, канонизируя бой при Каннах, справедливо писал: "За 2000 лет оружие и способы ведения боя совершенно изменились... Но в общих чертах боевые условия остались без изменения. Бой на уничтожение может быть дан и ныне по плану Ганнибала, составленному в незапамятные времена". - См.: Шлиффен. Канны. - М.. 1938. - С.14.

"Записки Ивана Ивановича Неплюева"(1693-1773). СП б., 1893. - с.122.

См.: Соколовский И.В. Петр Великий как воспитатель и учитель народа. - Казань, 1873.- с.1.

См.: Михневич Н.П. Основы русского военного искусства. Сравнительный очерк состояния военного искусства в России и Западной Европе в важнейшие исторические эпохи.- СП б., 1898. - с. 25-26.

Леер Г.А. Поход 1709 г. Подготовка Полтавской победы //Общество ревнителей военных знаний.- 1909.- кн. 3. - с.175, 183.

Керсновский А. Указ. соч. - с.170.

Керсновский А. Указ. соч. - с.614.

Драгомиров В. Подготовка Русской Армии к Великой войне. I. Подготовка командного состава.//Военный Сборник.- кн. IУ.- I923.- с.105.

См.: Сунь-цзы. Трактат о военном искусстве. - М., 1955.- с.43.

См.: Новицкий В. Высшая стратегия. - СП б., 1913. - с.3-5.

См.: Головин Н.Н. Предисловие к книге Краснова "Душа армии". - В кн.: Душа армии: Русская военная эмиграция о морально-псиологических основах Российской вооружунной силы. - М., 1997.- с.36.

Кутузов Михаил Илларионович (1745-1813), светлейший князь Смоленский (1812), генерал-фельдмаршал (1812). Ученик А.В.Суворова. Участник русско-турецких войн 18 в., отличился при штурме Измаила. В русско-австро-французскую войну 1805 командовал рус. войсками в Австрии и искусным маневром вывел их из-под угрозы окружения. В русско-турецкую войну 1806-1812 главнокомандующий Молдавской армией (1811-12), одержал победы под Рушуком и Слободзеей, заключил Бухарестский мирный договор. В Отечественную войну 1812 главнокомандющий русской армией (с августа), разгромившей армию Наполеона. В январе 1813 армия под команд. Кутузова вступила в пределы Западной Европы.

Меньшиков М. Остановите бегство. - В кн.: Меньшиков М.О. Письма к ближним. - СП б., 1908.- с.102.

Фадеев Р.А. Указ. соч. - с.18.

Фадеев Р.А. Указ. соч. - с.19.

См.: Бобровский П.О. Преступления против чести по русским законам до начала ХVIII века: Историко-юридическое исследование. - СП б., I889.- с.4,5,74.

См.: Деникин А. Начальники и подчиненные. - В кн.: Деникин А.И. Путь русского офицера. -М., 1990.-с.36.

Меньшиков. М. Пора трезветь. -В кн.: Меньшиков М.О. Письма к ближним. - СП б., 1908.- с.681.

Дрэпер Дж. Указ. соч. - с.442.

Триумвират (от лат. tres - три и vir - муж), в Древнем Риме в период гражданских войн 1 в. до н. э. союз влиятельных политических деятелей и полководцев с целью захвата государственной власти. 1-й Триумвират в 60 (или 59) - 53 до н. э. между Ю.Цезарем, Г.Помпеем и М.Крассом; 2-й - в 43-46 (формально до 31) до н. э. между Октавианом (Августом), М.Антонием и М.Лепидом.

См.: Голицын Н.С. Начальствование, дисциплина, награды, наказания, дух войск. - В кн.: Голицын Н.С. Всеобщая военная история древнейших времен. ч.V. От Августа до падения Западной Римской империи (30 г. до Р.Х. по Р.Х. ).- СП б., 1876. - с.462.

Дрэпер Дж. Указ. соч. - с.205.

Константин I Великий (Constantinus) (ок. 285-337), римский император с 306. Последовательно проводил централизацию государственного аппарата, поддерживал христианскую церковь, сохраняя также языческие культы. В 324-330 основал новую столицу Константинополь на месте г.Византий.

См.: Дрэпер Дж. Указ. соч. - с.227.

Рейснер. М. Идеология Востока. Очерки восточной теократии. - М.-Л., I927.- с.55-56.

Меньшиков. М. Пора трезветь. - В кн.: Меньшиков М.О. Письма к ближним. - СП б., 1908.- с.681.

Шелль Е. Государственно-политическое воспитание армии. - В кн.: Душа армии: Русская военная эмиграция о морально-психологических основах Российской вооруженной силы. - М., 1997.- с.422.

См.: Изместьев П. Искусство командования. Извлечение из труда А. Гавэ.- Варшава, I908.- с.56.

См.: Павленко Н.И. Петр Великий.- М.: Мысль, 1994.- с.465.

См.: Морозов Н. Воспитание генерала и офицера, как основа побед и поражений. (Исторический очерк из жизни русской армии эпохи наполеоновских войн и времен плацпарада ).- Вильна, I909.- с.14,15.

См.: Соколовский М. Наша военная старина. - СП б., 1908.- с.9.

См.: Волков С.В. Русский офицерский корпус. - М.: Воениздат, 1993.- с.287-288.

См.: Похоленчук Б. "Блестящие тускнеют офицеры..." // Красная звезда.- 1991.- 8 октября.- с.2.

См.: Касвинов М.К. Двадцать три ступрени вниз. - М., Мысль, 1987. - с.9.

См.: Дмитриев Д. Когда за королеву пьют сидя, или Традиции британских ВМС // Армия.- 1994.- N10.- с.48.

Рамсес II, египетский фараон в 1290-24 до н.э.

Максутов В.П. История древнего Востока. Культурно-политическая и военная. С отделенных времен до эпохи македонского завоевания. Египет и Финикия. - т. I, кн. I-IV. - с.366,367.

Максутов В.П. Указ. соч. - с.368.

Пейзаж.

Художник Каспар Давид Фридрих.