# Возрожденный фронт

Анатолий Иванович Каменев

Геббельс и его подручные трубили на весь мир, что Юго-Западный фронт русских - "армии Буденного" - уничтожен, дорога для победоносных войск фюрера свободна вплоть до Урала. А вот он, Юго-Западный фронт, существует и держит врага.

Каменев Анатолий ИвановичВозрожденный фронтСоздан: 10/01/2015, изменен: 10/01/2015, 137kФрагмент: ПолитикаГеббельс и его подручные трубили на весь мир, что Юго-Западный фронт русских - "армии Буденного" - уничтожен, дорога для победоносных войск фюрера свободна вплоть до Урала. А вот он, Юго-Западный фронт, существует и держит врага.============================================================

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

"Бездна неизреченного"...

Мое кредо:

http://militera.lib.ru/science/kamenev3/index.html

И. Баграмян

Возрожденный фронт

(фрагменты из кн. "Так начиналась война")

В Гадяче я получил распоряжение вместе с группой командиров оперативного отдела выехать в Ахтырку, чтобы проследить за формированием 21-й армии.

25 сентября мы уже были в пути.

Переехали мост через Ворсклу, углубились в прибрежные заросли. Через несколько минут выскочили на опушку и почти сразу же оказались на окраине города. Лучи солнца не по-осеннему ярко освещали утопающие в зелени дома.

Ахтырке исполнилось триста лет.

В свое время это был важный опорный пункт в южной сторожевой линии, защищавшей Русь от набегов крымских татар. За годы Советской власти Ахтырка преобразилась -- появилась своя промышленность, возникли учебные заведения. Город вырос, похорошел. Дымили заводские трубы. Несмотря на близость фронта, все предприятия работали.

**

Штаб армии разместился в нескольких одноэтажных домиках.

В одном из них за тонкой перегородкой были сдвинуты два стола.

Над расстеленной на них картой склонился генерал. Представляюсь ему. Оторвавшись от карты, генерал довольно сухо отозвался:

-- Здравствуйте,-- и протянул мне руку: -- Гордов.

Я сообщил о цели приезда. Сказал, что только что вышел из окружения и почти ничего не знаю об обстановке.

Генерал показал на карту. Красная прерывистая черта обозначала линию фронта. Она тянулась от Ворожбы до Краснограда. Почти 300 километров.

Вспомнились немецкие листовки и газеты, попадавшиеся нам, когда мы пробивались по вражеским тылам.

Геббельс и его подручные трубили на весь мир, что Юго-Западный фронт русских -- "армии Буденного" -- уничтожен, дорога для победоносных войск фюрера свободна вплоть до Урала. А вот он, Юго-Западный фронт, существует и держит врага.

-- Пока сил маловато,-- говорит В. Н. Гордов.

Он водит карандашом по карте.

На северном крыле -- 40-я армия генерала Подласа. Сейчас ей нелегко.

90-километровый рубеж занимают малочисленный отряд генерала Чеснова, 293-я стрелковая дивизия полковника Лагутина, 227-я стрелковая дивизия полковника Тер-Гаспаряна и остатки 10-й танковой дивизии генерала Семенченко.

Эти небольшие силы с трудом сдерживают натиск частей 2-й танковой армии немцев. Но в Сумах уже начала выгружаться прибывшая из резерва Ставки 1-я гвардейская мотострелковая дивизия, которая поступает в распоряжение Подласа, Южнее -- 80-километровый рубеж 21-й армии. Пока здесь действует лишь конно-механизированная группа генерала Белова, в которую входят 5-я и 9-я кавалерийские дивизии, 1-я гвардейская стрелковая дивизия и две танковые бригады.

**

Сейчас в Ахтырке спешно заканчивает формирование 295-я стрелковая дивизия.

Она будет выдвинута в район Гадяча, чтобы связать воедино фронт группы Белова с обороняющимися южнее частями 297-й стрелковой дивизии. Далее оборону держит 5-й кавалерийский корпус генерала Ф. В. Камкова -- 3-я и 14-я кавалерийские дивизии, две танковые и одна мотострелковая бригады, части 297-й и 212-й стрелковых дивизий. Левее этого корпуса от Гавронцев до Карловки сражаются пять стрелковых и одна кавалерийская дивизии 38-й армии.

Положив карандаш, Гордов устало заключил:

-- Таково положение фронта на сегодняшний день. Мне известно, что в резерве у маршала Тимошенко сейчас пока крупных сил нет. Приходится рассчитывать лишь на стойкость наших людей и на маневр силами с одного участка на другой.

Да, положение не из легких.

Но как бы там ни было, а фронт живет и борется.

Справка:

Гордов Василий Николаевич (12 декабря 1896 года -- 24 августа 1950 года) --Герой Советского Союза, генерал-полковник.

-- Родился в селе Матвеевка Уфимской губернии, ныне Мензелинский район Республики Татарстан. Татарин-кряшен.

-- В русской армии с 1915 года, окончил учебную команду.

-- Участник Первой мировой войны, старший унтер-офицер.

-- В Красной Армии с 1918 года.

-- За годы Гражданской войны прошёл путь от командира взвода до командира полка.

-- Принимал участие в ликвидации вооружённых формирований Н. И. Махно.

-- В 1925 году окончил курсы старшего командного состава Высшей тактической школы и направлен инструктором в Монгольскую народную армию.

-- С 1933 года начальник штаба Московской Краснознамённой военной пехотной школы, затем начальник штаба стрелковой дивизии.

-- С 1937 года -- командир стрелковой дивизии.

-- В 1939--1940 годах начальник штаба Калининского военного округа, затем Приволжского военного округа.

-- Принимал участие в Зимней войне, до 6 декабря 1939 был начальником штаба 7-й армии.

-- В начале Великой Отечественной войны генерал-майор Гордов -- командующий 21-й армией.

-- В июле--августе 1942 года -- командующий войсками Сталинградского фронта, оборонявшегося на дальних подступах к Сталинграду. На этой должности допустил ряд ошибок при организации обороны и был отстранён от должности.

-- С 18 октября 1942 года -- командующий 33-й армией. В марте 1943 года армия участвовала в Ржевско-Вяземской наступательной операции, а затем в Смоленской, Оршанской и Витебской наступательных операциях.

-- В апреле 1944 года генерал-полковник Гордов назначен командующим 3-й гвардейской армией 1-го Украинского фронта. В ходе Верхнесилезской наступательной операции армия Гордова, находясь на острие главного удара, прорвала оборону немецких войск и разгромила противника в районе города Кельце.

-- В апреле--мае 1945 года 3-я гвардейская армия под командованием В. Н. Гордова принимала участие в Берлинской и Пражской наступательных операциях.

-- Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 апреля 1945 года за умелое руководство войсками и проявленные при этом мужество и героизм Василию Николаевичу Гордову присвоено звание Героя Советского Союза.

-- После войны В. Н. Гордов -- командующий войсками Приволжского военного округа.

-- С ноября 1946 года в отставке.

-- 12 января 1947 года Василий Николаевич Гордов был арестован. Арест по запросу Абакумова был санкционирован лично Сталиным. Затем осуждён по обвинению в вынашивании террористических планов в отношении членов советского правительства, а 24 августа 1950 года военной коллегией Верховного Суда СССР приговорён к высшей мере наказания.

-- Приговор приведён в исполнение в тот же день в Лефортовской тюрьме в Москве.

-- Реабилитирован 11 апреля 1956 года.

**

На пути фашистских армий вновь неколебимо стоят наши войска.

И самое главное, основной костяк Юго-Западного фронта на новом рубеже составили дивизии его прежнего состава, об окружении и уничтожении которых на весь мир кричали фашисты. Из новых соединений здесь были лишь две стрелковые дивизии и 2-й кавкорпус, прибывшие с других фронтов.

Порадовал меня и тот факт, что штаб 21-й армии, который принял руководство всеми войсками, действовавшими на участке фронта между 40-й армией и 5-м кавалерийским корпусом, сохранил при прорыве из окружения основной костяк своих командиров.

Когда я спросил, могу ли повидать командующего армией, Гордов ответил, что командарма генерал-лейтенанта В. И. Кузнецова отправили в госпиталь, а вместо него должен прибыть генерал-полковник Я. Т. Черевиченко.

Справка:

Черевиченко Яков Тимофеевич (30 сентября 1894 -- 4 июля 1976) --генерал-полковник (1941 год).

-- Родился в селе Новоселовка ныне Пролетарского района Ростовской области. Из крестьян.

-- Окончил сельскую двухлетнюю школу в 1910 году.

-- С 1905 года работал по найму, с 1910 года -- ученик столяра, с 1912 года -- столяр на предприятиях в своем уезде.

-- В 1914 году призван в Русскую императорскую армию, участник Первой мировой войны на Румынском фронте, старший унтер-офицер.

-- В ноябре 1917 года покинул армию, вернулся на родину и вступил в красный партизанский отряд, действовавший в на территории Области Войска Донского, с января 1918 года -- командовал в нём взводом.

-- Активный участник Гражданской войны.

-- В Красной Армии с октября 1918 года, когда его отряд влился в регулярную армию, назначен заместителем командира эскадрона 1-го Советского Социалистического кавалерийского полка, в 13-и и 19-м кавалерийских полках 4-й кавалерийской дивизии.

-- С июня 1919 года командовал эскадроном.

-- Член КПСС с 1919 года.

-- С сентября 1919 года воевал в составе 1-й Конной армии, заместитель командира 1-й кавалерийской бригады, с октября этого года -- командир эскадрона в этой бригаде 4-й кавалерийской дивизии.

-- С ноября 1920 года командовал 19-м кавалерийским полком в той же дивизии.

-- До 1924 года продолжал службу в 1-й Конной армии на Северном Кавказе -- с 1921 года командовал кавалерийским дивизионом, с 1923 года -- заместитель командира полка.

-- Участвовал в боевых действиях против войск генералов П. Н. Краснова, А. И. Деникина, П. Врангеля, армий Германии, Австро-Венгрии и Польши, формирований Н. Махно и многочисленных бандформирований и крестьянских восстаний.

-- В Гражданской войне был 5 раз ранен и 2 раза контужен.

-- Окончил кавказские курсы (1921), Высшую кавалерийскую школу в Ленинграде (1924), Военную академию имени М. В. Фрунзе (1935).

-- С октября 1924 года -- заместитель командира, с июня 1926 года командир и комиссар кавалерийского полка, затем отдельного кавалерийского эскадрона в 4-й кавалерийской дивизии.

-- С августа 1927 года -- командир и комиссар 91-го кавалерийского полка 12-й кавалерийской дивизии, с ноября 1931 года -- командир и комиссар 76-го Краснознамённого кавалерийского полка 12-й кавалерийской дивизии.

-- С октября 1933 по декабрь 1935 г. -- слушатель особого факультета при Военной Академии им. Фрунзе.

-- С декабря 1935 года командовал 63-м кавалерийским полком в Московском военном округе.

-- С апреля 1936 года -- заместитель командира 31-й кавалерийской дивизии, с июня 1937 года -- её командир.

-- С марта 1938 года -- командир 3-го кавалерийского корпуса Западного Особого военного округа и армейской кавалерийской группой.

-- Во время похода РККА в Бессарабию и Северную Буковину в июне-июле 1940 года был командующим армейской кавалерийской группой 12-й армии Южного фронта.

-- С июля 1940 года -- командующий войсками Одесского военного округа.

-- Участник Великой Отечественной войны. Во время войны командовал 9-й армией (июнь -- 29 сентября 1941 года) на Южном фронте. Участвовал во главе армии в оборонительной операции в Молдавии и оборонительных сражениях на юге Украины (Тираспольско-Мелитопольская оборонительная операция), в ходе которых советские войска с тяжёлыми боями вынуждены были отступать.

-- В сентябре 1941 года был отозван в распоряжение Главнокомандующего Юго-Западным стратегическим направлением Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко и по его приказу организовывал оборону на харьковском направлении, вступив в командование 21-й армией.

-- С 5 октября по 24 декабря 1941 года -- командующий Южным фронтом, войска которого вынуждены были оставить Донбасс в ходе в Донбасской оборонительной операции, затем провели Ростовскую оборонительную операция, а 28 ноября 1941 года освободили Ростов-на-Дону в ходе Ростовской наступательной операции, что стало одной из первых крупных побед Красной Армии в 1941 году.

-- С 24 декабря 1941 по 2 апреля 1942 года командовал Брянским фронтом, войска которого участвовали в контрнаступлении под Москвой, освободив Ливны, Верховье, Новосиль, Чернь, Скуратово, Орловку, Горбачёво и ряд других населённых пунктов и выйдя на дальние подступы к Орлу и Брянску.

-- С апреля 1942 года -- заместитель командующего войсками Северо-Кавказского направления, затем Северо-Кавказского фронта, с сентября 1942 года -- командующий Приморской группой войск Северо-Кавказского фронта и Черноморской группой войск Закавказского фронта, войска которой участвовали в Битве за Кавказ.

-- С октября 1942 по февраль 1943 года командовал 5-й армией Западного фронта, с февраля по апрель был в распоряжении Ставки Верховного Главнокомандования, в апреле-сентябре 1943 года -- заместитель командующего Северо-Западным фронтом, с сентября 1943 по январь 1944 года -- командующий войсками Харьковского военного округа.

-- С января 1944 -- в распоряжении Ставки ВГК, был в распоряжении Военных советов 2-го Белорусского (июнь -- декабрь 1944) и 1-го Белорусского (февраль-апрель 1945) фронтов.

-- С 27 апреля 1945 года -- командир 7-го стрелкового корпуса, принимавшего непосредственное участие в штурме Берлина.

-- После окончания Великой Отечественной войны командовал 79-м Берлинским стрелковым корпусом.

-- С июня 1946 года командовал 29-м стрелковым корпусом,

-- С 1948 года -- помощник командующего войсками Таврического военного округа.

-- С апреля 1950 -- в отставке.

-- Вёл большую военно-патриотическую работу, был председателем совета ветеранов 1-й Конной армии.

**

Мы договорились, что на следующий день я выеду в конно-механизированную группу генерал-майора П. А. Белова, а оттуда заеду в район Гадяча, куда выходит вновь сформированная 295-я стрелковая дивизия.

За оставшееся до отъезда время я познакомился с командным составом штаба, и в первую очередь с офицерами оперативного отдела, который возглавлял полковник Михаил Степанович Посякин. В этой должности он прошел вместе с армией весь ее трудный путь от границы. Это был хорошо подготовленный штабной офицер, окончивший Академию имени М. В. Фрунзе.

Среди ближайших его помощников особо запомнился майор Петр Григорьевич Тюхов, который с начала войны был начальником штаба одной из стрелковых дивизий нашего фронта.

**

На следующий день, когда уже направлялся к машине, чтобы поехать в войска, я столкнулся со старым своим сослуживцем генерал-майором Александром Ильичом Даниловым, помощником Кирпоноса по противовоздушной обороне.

Встреча оказалась неожиданной для нас обоих. Мы ведь расстались по ту сторону фронта, когда наши пути разминулись. И было приятно увидеться с одним из тех, с кем делил самые трудные дни в кольце вражеских войск. Мы тискали друг друга в объятиях, радостно восклицая:

-- Жив, значит! Вот здорово!

От Данилова я узнал, что одновременно с ним вышло много командиров и политработников штаба фронта и 5-й армии, что живым и здоровым пробился с группой офицеров и начальник штаба противовоздушной обороны фронта Валентин Антонович Пеньковский.

Многие из этих товарищей находятся здесь же, в Ахтырке.

Я не утерпел и помчался к ним. Нашел их во дворе школы. Все подтянутые, одеты по форме, со свойственной старым кадровым командирам тщательностью. Лишь порванное осколками обмундирование и марлевые повязки на ранах напоминали, что люди прошли через настоящее пекло.

**

27 сентября я приехал в лес западнее Лебедина.

Здесь находился штаб 1-й гвардейской стрелковой дивизии, недавно переброшенной к нам с Западного фронта. Это славное соединение с непрерывными боями прошло от самой границы до Смоленска. Несколько раз фашисты окружали 100-ю дивизию, как ее называли раньше, но всякий раз она вырывалась из кольца и продолжала громить врага с прежним успехом.

Командовал ею генерал-майор И. Н. Руссиянов, показавший себя искусным тактиком, великолепным мастером маневра. Не удивительно, что дивизия возглавила список первых гвардейских соединений.

Мне было известно, что дивизия Руссиянова с 21 сентября участвовала вместе с частями 2-го кавалерийского корпуса в контрударе против ромненской группировки Гудериана. Атаки этих войск сковали значительные силы противника и этим облегчили положение наших окруженных армий.

Дивизия Руссиянова, только что получившая необстрелянное пополнение, понесла серьезные потери. Мне предстояло выяснить их причины и определить, способна ли дивизия дальше вести активные боевые действия.

**

Руссиянова я нашел уже ночью в хате, освещенной керосиновой лампой.

С любопытством смотрел я на человека, о котором уже ходили легенды.

Крепко сложенный, коренастый, с крупными чертами лица. Светлые, гладко зачесанные волосы открывали высокий лоб. На наглухо застегнутом, повидавшем виды кителе поблескивали ордена Ленина и Красного Знамени.

Ивану Никитичу Руссиянову шел сорок второй год. Это был опытный, закаленный воин. Я знал, что ему присущи лучшие командирские качества: широта и доброта души, непоколебимая воля, непритязательность к удобствам, неистощимое трудолюбие, настойчивость, глубокое сознание долга, неиссякаемая энергия. Были, конечно, у него и недостатки. Говорили, что он беспредельно властен и излишне резок. Но подчиненные и за это любили его: "Наш командир поблажек не дает, у него каждый службу знает!"

Мы познакомились, разговорились.

Я объяснил, что командование интересуется, почему 1-я гвардейская понесла такие потери под Ромнами.

Теребя пальцами густые брови, генерал грустно улыбнулся:

-- А вы знаете, как мы вступали в бой? Ведь перед тем, как нас перебросили сюда, мы только что получили пополнение. Новые бойцы и командиры -- люди необстрелянные да и подучиться как следует не успели. И вот их сразу послали в дело. Выгрузились из вагонов, совершили стокилометровый переход и с ходу, не получив ни часу передышки, в бой против вражеских танков и мотопехоты. Даже артиллерию подтянуть не было времени. И все-таки мы крепко потрепали врага, потеснили его. Конечно, недешево нам это стоило.-- Генерал помолчал.-- Сейчас другое дело. Вчерашние новобранцы многому научились, стали настоящими солдатами. Получили мы немного автоматов и пулеметов, а то ведь одними винтовками воевали. Дивизия готова выполнить любую задачу.

**

Утром мы побывали на позициях одного из стрелковых полков.

Полк произвел на меня отличное впечатление.

Не успели мы покинуть окопы, как противник открыл ураганный артиллерийский огонь. В воздухе появились самолеты. Завыли сирены пикирующих бомбардировщиков. На артиллерийские позиции посыпались бомбы. Столбы дыма и пламени, грохот. Это было уже знакомо, и все же сжималось сердце от тревоги: уцелеет ли кто-нибудь в этом пекле? Но что это? В глухие взрывы вплетаются частые хлопки. Артиллеристы-зенитчики не прекращают стрельбы. Вот уже три самолета факелами падают на землю. Остальные взмыли вверх, разметались в разные стороны.

-- Молодцы зенитчики! -- не удержался я.

-- Действуют, как положено,-- спокойно отозвался Руссиянов.-- Но сейчас фашисты пойдут в атаку.

И действительно, со стороны села Синевка усилился гром орудий и минометов. Из-за стены разрывов послышались треск пулеметных очередей и рокот танковых моторов. Земля под ногами вздрагивала.

-- Началось,-- мрачно констатировал Руссиянов.

Появился командир полка. Доложил:

-- Свыше тридцати танков и до полка мотопехоты атакуют наши позиции.

Говорил спокойно, на лице не дрогнул ни один мускул. Да, люди здесь ко всему привычны.

-- Как у соседей? -- спросил командир дивизии.

-- Такая же картина.

Руссиянов по телефону связался с начальником штаба полковником Б. И. Кащеевым, долго расспрашивал его об обстановке на других участках дивизии. Повернувшись в мою сторону, пояснил:

-- Ни на одном участке фашистам не удалось пока ворваться на наши позиции. -- И крикнул в трубку: -- Следите за ходом боя. Сейчас выезжаю к вам.

**

Командир полка доложил, что атака отбита с большими потерями для противника.

Мы с Руссияновым поехали на командный пункт дивизии.

Здесь уже были получены сведения от правого соседа -- кавалерийского корпуса, в полосе которого противник, как впоследствии выяснилось, нанес главный удар. 9-я танковая и 25-я моторизованная дивизии Гудериана устремились вдоль дороги, ведущей от Синевки на Штеповку.

Перевес в силах был на стороне противника.

Фронт 5-й кавдивизии был прорван, и фашистские колонны устремились по шоссе на Васильевку, где стоял штаб 2-го кавалерийского корпуса. В полдень передовые фашистские танки начали в упор расстреливать штабные машины.

Бойцы и командиры штаба во главе с командиром корпуса генералом П. А. Беловым и начальником штаба полковником М. Д. Грецовым заняли круговую оборону.

Положение было отчаянным: стоило танкам дружно двинуться в атаку, от штаба остались бы щепки. Но фашисты проявили нерешительность. Потеряв три головных танка, они отошли и начали издали обстреливать штаб.

В это время подошла следовавшая по шоссе к линии фронта 1-я танковая бригада.

Ее командир полковник А. М. Хасин, услышав шум, примчался на танке к штабу. Белов приказал ему развернуть бригаду и с ходу ударить по фашистам. У противника полсотни танков, у Хасина -- почти вдвое меньше. Но бригада развернулась и пошла в атаку.

Вражеские танки двинулись навстречу. Завязался ожесточенный бой. Очевидцы рассказывали, как две наши горящие тридцатьчетверки носились по полю боя, давя противотанковые расчеты и стреляя по вражеским танкам. Это были машины сержантов Криворотова и Шашло. 5 коммунистов и 3 комсомольца не покинули пылающие танки, пока оставались снаряды. За подвиги, проявленные в этом бою, Михаил Павлович Криворотов и Тимофей Павлович Шашло были удостоены звания Героя Советского Союза.

**

Первая стычка окончилась в пользу 1-й танковой бригады: противник был отброшен.

Штаб корпуса отошел в безопасное место.

Но через два часа враг подтянул новые силы и опять начал теснить наши части. Продвижение противника грозило серьезными последствиями: гитлеровцы угрожали выходом в тыл нашей 9-й кавалерийской дивизии, которая оборонялась к западу от Штеповки. Белов приказал Хасину задержать врага. К этому времени противник занял Штеповку, и Хасин решил атаковать его моторизованную колонну, которая [376] проходила через поселок. Командир бригады рассчитывал отбить Штеповку и тем открыть пути отхода кавалеристам. Эту задачу он поставил отряду танков, который возглавил начальник штаба бригады полковник К. Е. Даев.

День был теплый и солнечный. Когда танки поднялись на пригорок, колонны противника стали видны как на ладони. Даев приказал открыть по ним огонь. На дороге началась паника. Машины съезжали с дороги и растекались, словно муравьи, по полю. Даев повел свой отряд в атаку. Увидев мчащиеся советские танки, фашисты на ходу соскакивали с машин и разбегались куда глаза глядят. Но у села Мироновщина, южнее Штеповки, враг успел закрепиться и оказал отчаянное сопротивление. Тогда Даев бросил часть сил в обход. Вражеский гарнизон не выдержал и поспешно отошел в Штеповку, где заняли оборону главные силы 25-й моторизованной дивизии немцев.

Завязался бой за поселок.

Справка:

Хасин Абрам Матвеевич (17 января 1899 -- 12 апреля 1967) -- генерал-майор танковых войск (21 июля 1942 года).

-- Родился 17 января 1899 года в посёлке Ново-Славянск, ныне город Славянск Донецкой области.

-- С декабря 1917 года служил в рядах Красной Гвардии, а с января 1919 года -- в рядах РККА.

-- В ходе гражданской войны воевал в отряде Красной Гвардии группы Антонова-Овсеенко, затем служил на должности начальника партизанского отряда, а с января 1918 года командовал взводом в составе 2-й батареи 3-й армии.

-- С января по март 1919 года учился на курсах комсостава артиллерии в Харькове, после чего командовал 1-й батареей сводного дивизиона курсантов этих курсов.

-- С августа 1919 года по март 1920 года был курсантом Московских артиллерийских курсов, после чего был инструктором артиллерии Управления формирования 13-й армии.

-- В августе 1920 года был назначен на должность заведующего командой наводчиков отдельной запасной батареи этой же армии.

-- С марта 1921 года командовал взвода 2-го лёгкого артиллерийского дивизиона, а также временно исполнял должность помощника командира батареи в 30-й стрелковой дивизии.

-- С апреля 1922 года командовал батареей Приморской крепости Севастополя.

-- В сентябре 1923 года был назначен на должность помощника командира 2-й батареи береговой артиллерии, а с марта 1925 года служил на должностях начальника службы связи, разведки, наблюдения 3-й отдельной зенитной батареи Артиллерии ОН.

-- В 1926 году закончил Курсы усовершенствования командного состава зенитной артиллерии и с сентября того же года служил на должности помощника командира батареи 2-го зенитного полка в Севастополе.

-- С июня 1927 года служил в 121-м артиллерийском полку УВО на должностях командира батареи, артиллерийского дивизиона, помощника командира артиллерийского дивизиона.

-- С марта по июнь 1930 года учился на Ленинградских артиллерийских Курсах усовершенствования командного состава.

-- С января 1931 года учился в Военно-технической академии, а с мая 1932 года Военной академии механизации и моторизации, которую закончил в 1936 году.

-- С января 1937 года командовал отдельным танковым батальоном 90-й стрелковой дивизии.

-- В мае 1938 года был назначен на должность помощника командира по строевой части и врид командира 9-й механизированной бригады, с января 1940 года командовал 11-м запасным танковым полком, а с 8 июля 1940 года -- 25-м танковым полком 163-й моторизованной дивизии.

-- С 1 сентября 1941 года по 16 февраля 1942 года командовал 1-й танковой бригадой, преобразованной в 6-ю гвардейскую, с 5 июня по 25 августа -- 23-м танковым корпусом, а с 14 сентября по 15 октября 1942 года -- 2-м танковым корпусом.

-- В январе 1943 года был назначен на должность начальника Тамбовского военного танкового лагеря.

-- Приказом начальника бронетанковых и механизированных войск N 08 от 18 января 1943 года Абрам Матвеевич Хасин был назначен на должность начальника управления формирования и боевой подготовки бронетанковых и механизированных войск Красной Армии.

-- С 9 августа 1943 года по 10 января 1944 года командовал 8-м механизированным корпусом, а в марте 1944 года был назначен на должность заместителя командующего бронетанковых и механизированных войск Ленинградского, а затем 2-го Прибалтийского фронтов.

-- С октября 1945 года Хасин находился в распоряжении командующего бронетанковых и механизированных войск, а с июня 1946 года командовал 19-й механизированной дивизией.

-- В ноябре 1946 года вышел в отставку.

-- Абрам Матвеевич Хасин умер 12 апреля 1967 года в Ленинграде.

**

За дальнейшими событиями я следил уже из штаба 21-й армии, куда был вызван 29 сентября.

Здесь стало известно, что на кавалерийский корпус Белова наступали 9-я и 16-я танковые, 10-я и 25-я моторизованные дивизии группы Гудериана.

Однако, несмотря на столь большие силы, противнику не удалось нанести поражение кавалеристам. 5-я кавалерийская дивизия генерала В. К. Баранова, умело маневрируя, отскочила на десяток километров и в упорных боях задержала противника. А 9-я кавдивизия генерала А. Ф. Бычковского внезапной ночной атакой пробилась к своим и включилась в бои за Штеповку, которая неоднократно переходила из рук в руки.

Справка:

Баранов Виктор Кириллович (11 июня 1901 -- 26 июля 1970) -- генерал-лейтенант, Герой Советского Союза.

-- Родился в русской крестьянское семье.

-- Окончил 3 класса.

-- Работал в Узбекистане на хлопкоочистительном заводе.

-- С 1918 года в рядах Красной Армии. Принимал участие в Гражданской войне, борьбе с басмачеством.

-- В 1922 году окончил школу наездников Туркестанского фронта.

-- В 1926 году вступил ВКП(б).

-- В 1930 году окончил кавалерийские курсы, а в 1937 году -- Военную академию имени М. В. Фрунзе.

-- После начала Великой Отечественной войны на фронте с июня 1941 года. В звании полковника командовал 5-й Ставропольской им. Блинова кавалерийской дивизией 2-го кавалерийского корпуса.

-- 24 июля 1941 года ему было присвоено звание генерал-майора.

-- 10 июля 1942 года генерал-майор Баранов стал командиром 1-го гвардейского кавалерийского корпуса, которым командовал по 11 мая 1945 года.

-- 15 сентября 1943 года Баранову было присвоено звание генерал-лейтенанта.

-- 29 мая 1945 года "за успешное выполнение боевых заданий командования и высокую боеспособность корпуса" Баранову было присвоено звание Героя Советского Союза.

-- В 1952 году окончил Высшие академические курсы при Военной академии Генштаба.

-- В 1953 году вышел в запас.

-- Проживал в Днепропетровске.

-- Похоронен в Днепропетровске на Запорожском кладбище на Аллее Героев.

**

Бычковский Александр Фёдорович (30 августа 1899 -- 9 октября 1984) --генерал-майор (1941 год).

-- Родился 30 августа 1899 года в селе Яновка ныне Острожского района Ровенской области.

-- В январе 1916 года был призван в ряды Русской императорской армии и рядовым направлен в 36-й запасной пехотный полк, дислоцированный в Полтаве.

-- С мая служил в 405-м пехотном Льговском и 614-м пехотном полках, в составе которых принимал участие в боевых действиях на Юго-Западном фронте в чинах рядового и младшего унтер-офицера.

-- В июне 1917 года по окончании 1-й школы прапорщиков в Екатеринодаре был назначен на должность младшего унтер-офицера подготовительной команды школы прапорщиков, в октябре -- на должность юнкера 1-й школы прапорщиков в Киеве и Екатеринодаре, а в ноябре -- на должность вахмистр пулемётной команды Черкесского конного полка.

-- В июле 1920 года Бычковский вступил в ряды РККА и направлен в 4-ю кавалерийскую дивизию (1-я Конная армия), в составе которой принимал участие в боях на Юго-Западном и Западном фронтах советско-польской войны, а также в наступлении на Львовском направлении и в районе Замостья.

-- В октябре 1920 года красноармейцем эскадрона летучей почты и командиром взвода резервного эскадрона дивизии воевал на Южном фронте против войск под командованием генерала П. Н. Врангеля в Северной Таврии и Крыму, а в ноябре-декабре -- против войск под командованием Н. И. Махно на Украине.

-- С окончанием войны Бычковский продолжил служить в 4-й кавалерийской дивизии на должностях помощника командира и командира эскадрона 24-го Донского кавалерийского полка.

-- В июле 1923 года был назначен на должность начальника дивизионной кавалерийской школы младшего комсостава, а в декабре -- на должность командира эскадрона 19-го кавалерийского полка.

-- В мае 1924 года Бычковский был уволен в запас, однако в мае 1925 года был вторично призван в ряды РККА.

-- По окончании в 1925 году партшколы 2-й ступени в Петергофе служил в 23-м кавалерийском полку 4-й кавалерийской дивизии на должностях командира взвода, помощника командира эскадрона, квартирмейстера полка и командира эскадрона.

-- С 1929 года Бычковский в этой же дивизии исполнял должность командира и политрука эскадрона 20-го кавалерийского полка.

-- В 1930 году за отличия в боях в Гражданской войне был награждён орденом Красного Знамени.

-- В ноябре 1930 года был назначен на должность командира и военкома 24-го Донского запасного отдельного эскадрона.

-- В июне 1931 года по окончании кавалерийских курсов усовершенствования командного состава РККА в Новочеркасске был назначен на должность начальника штаба и временно исполняющего должность командира 20-го кавалерийского полка, с декабря 1933 года временно исполнял должность командира 19-го кавалерийского полка, а в июне 1934 года был назначен на должность командира 37-го кавалерийского полка (7-я кавалерийская дивизия).

-- В июле 1938 года Александр Фёдорович Бычковский был арестован, однако в ноябре 1939 года был освобожден и реабилитирован.

-- В декабре того же года назначен на должность начальника военно-хозяйственной службы штаба 4-й кавалерийской дивизии (Белорусский военный округ), затем -- на должность помощника командира, а в январе 1941 года -- на должность командира 9-й кавалерийской дивизии (Одесский военный округ).

-- В начале Великой Отечественной войны дивизия под командованием Бычковского в составе 2-го кавалерийского корпуса (Одесский военный округ), а с 25 июня 1941 года -- 9-й армии (Южный фронт) принимала участие в приграничных сражениях, в ходе которых вела оборону на восточном берегу реки Прут, а также отражала наступление противника северо-западнее Кишинёва. За отличие в этих боях Бычковскому было присвоено воинское звание "генерал-майор", а также он был награждён орденом Ленина.

-- В октябре 1941 года Бычковский был назначен на должность командира 6-го кавалерийского корпуса.

-- В январе 1942 года корпус должен был развить успех, достигнутый войсками 6-й армии (Юго-Западный фронт) при прорыве обороны противника на красноградском направлении, а затем войти в тыл балаклеевской группировки противника, однако Бычковский вовремя не ввёл корпус в прорыв, ведя бой с противником в районе населенного пункта Алексеевка. За невыполнение боевой задачи Бычковский был отстранён от занимаемой должности и назначен исполняющим должность инспектора кавалерии Северо-Западного фронта.

-- В июле 1942 года был назначен на должность заместителя командующего 31-й армии, которая принимала участие в ходе Ржевско-Сычёвской наступательной операции, а затем в обороне на ржевском направлении.

-- В январе 1943 года генерал-майор Бычковский был направлен на ускоренный курс при Высшей военной академии имени К. Е. Ворошилова, где 27 мая 1943 года был арестован органами СМЕРШ и вскоре осуждён на 10 лет ИТЛ. Приказом ГУК НКО от 31 декабря 1943 года уволен из рядов РККА по ст. 44, п. "в".

-- Постановлением Совета министров СССР от 12 апреля 1952 года Александр Фёдорович Бычковский был лишён воинского звания "генерал-майор", однако постановлением Совета министров СССР от 15 августа 1953 года был полностью реабилитирован, освобождён из мест заключения и восстановлен в воинском звании.

-- В ноябре 1953 года был направлен на высшие академические курсы при Высшей военной академии имени К. Е. Ворошилова, по окончании которых в феврале 1954 года был назначен на должность помощника командующего войсками по военно-учебным заведениям и члена Военного совета Сибирского военного округа.

-- Генерал-майор Александр Фёдорович Бычковский в августе 1960 года вышел в запас.

-- Умер 9 октября 1984 года в Киеве. Похоронен на Байковом кладбище.

**

Выполняя приказ маршала Тимошенко, командующие 21-й и 40-й армиями настойчиво добивались ликвидации прорыва.

В боях здесь участвовали кавкорпус Белова и только что прибывшая из резерва Ставки 1-я гвардейская мотострелковая дивизия полковника А. И. Лизюкова.

1 октября с востока и с севера Штеповку атаковали части 9-й кавалерийской и 1-й гвардейской мотострелковой дивизий, а танковая бригада полковника Хасина направилась в обход с юго-запада. К середине дня гвардейцы Лизюкова были остановлены на ближних подступах к поселку.

Тогда Белов двинул свой резерв -- 5-ю кавалерийскую дивизию. Спешенные конники поддержали гвардейцев. Когда бой переместился на северо-восточную и северную окраины поселка, танки полковника Хасина ворвались с юго-запада, а с юго-востока -- в конном строю кавалерийский полк майора А. Н. Высоцкого.

Конники лихо работали клинками. Зажатые со всех сторон фашисты вначале сопротивлялись, а потом побежали из поселка. Накануне прошел дождь. Машины буксовали, увязая в грязи. А по дороге уже мчались, сверкая обнаженными шашками, советские кавалеристы. Фашисты оставляли застрявшие машины и бежали. Кавалеристы Белова неотступно преследовали их.

За несколько дней наши войска освободили 20 сел, захватили 150 орудий, 5 минометных батарей и много другого вооружения. Около 8 тысяч трупов, более тысячи грузовых автомашин, 500 мотоциклов, 2000 немецких лошадей-тяжеловозов оставили фашисты на дороге своего бегства.

"Дело под Штеповкой" на фоне общей тяжелой обстановки прозвучало особенно громко и доставило нашим бойцам и командирам огромную радость.

Возрожденный Юго-Западный фронт показал, что он может громить врага.

**

Баграмян И.X.

Так начиналась война. -- М.: Воениздат, 1971

*****************************************************************

Если посмотреть правде в глаза...

Летописец.

Художник Александр Никонорович Новоскольцев (1853-1919)

ВОЗРОЖДЕНИЕ

ХРИСТОЛЮБИВОГО ВОИНСТВА

А.Савинкин

(Фрагменты из кн. "Христолюбивое воинство: Православные традиции Русской Армии. - М., 1997)

Русь-Россия создавалась, держалась и спасалась православной верой.

На протяжении тысячелетия Православие оставалось живой душой Русской Земли (Святая Русь), фактором противодействия негативным тенденциям русской жизни, идеологией утверждения единовластия, сплочения российского народа, собирания значительной части Азии и Восточной Европы в одно целое под именем Россия. Исторически сложилось так, что именно Православие соединило в себе глубокое христолюбие как общечеловеческую ценность и "русскость", уникальный патриотизм и разумный национализм, праведность и подвижничество, деятельное благочестие и самопочинное служение общему делу, народность и лояльность к официальной власти.

"Признавая важное значение православия в русской истории, - отмечает С.М.Соловьев, - мы не назовем, однако, влияния этого "византийского" исповедания безусловно благодетельным; вместе с этим, впрочем, вглядываясь внимательно и в прошедшее, и в настоящее, мы не можем приписывать неприятного во многих отношениях хода русской истории православию, и не можем не увидеть в нем светлых сторон относительно и прошедшего, и настоящего, и будущего.

Православие отражает теперь на себе всю черную сторону настоящего состояния русского общества; оно страдает вместе с нами; при перемене к лучшему на нем отразится эта перемена, оно не помешает ей; теперь оно страдает вместе с нами, - тогда будет радоваться и будет довольно вместе с нами; это - наш верный спутник; не будем же отнимать от него руки нашей " (1).

Нельзя не заметить, что данный вывод принадлежит известному русскому историку, который мог подтвердить его многотомными исследованиями российской действительности. Дополним эти слова вдохновенной мыслью преосвященного Димитрия, архиепископа Херсонского:

"Откуда все, что есть лучшего в нашем Отечестве, чем ныне более дорожим мы по справедливости, о чем приятно размышлять нам, что отрадно и утешительно видеть вокруг себя? - От веры Православной, которую принес нам равноапостольный князь наш Владимир. Мы не можем не радоваться необъятному почти величию земли отечественной. Кто первый виновник его? Святая вера Православная. Она соединила воедино разрозненные племена славянские, уничтожила племенные их отличия, поставляющие преграду их общению, и образовала один многочисленный, сильный и единодушный народ русский. Кто соблюл и сохранил нашу народность в течение стольких веков, после стольких переворотов, посреди стольких врагов, посягающих на нее? Святая вера Православная. Она очистила, освятила и укрепила в нас любовь к Отечеству, сообщив ей высшее значение в любви к вере и Церкви. Она воодушевляла героев Донских и Невских, Авраамиев и Гермогенов, Мининых и Пожарских. Она вдыхала и вдыхает воинам нашим непоколебимое мужество в бранях и освящает саму брань за Отечество как святой подвиг за веру Христову..." (2).

Русская Православная Церковь молилась и молится за российское христолюбивое воинство. И всегда желала, чтобы оно стало таковым не по названию только, но и по существу. Идеал христолюбивого воинства, который наглядно отражен в Священном писании и неоднократно проявлялся в военной истории России, обладает не только религиозной, но и общей духовной значимостью. Степень его реализации в конкретной военной системе определяет ее качественное состояние и способность к постоянному самопожертвованию. Возрождая сегодня христолюбивое российское воинство (его основные качественные характеристики), мы реализуем не утопический проект, а восстанавливаем и обновляем действительную традицию, которая испокон веков была присуща России. Верующее, верное и праведно действующее победоносное войско - действительный и незаменимый оплот нашего Отечества - создается непрестанным трудом всех поколений по законам Христа, заветам и советам лучших представителей Земли Русской. При этом необходимо учитывать и творчески перерабатывать весь позитивный и негативный опыт, усваивать лучшие достижения мировой военной культуры, которая в значительной степени сформировалась под влиянием идей и ценностей христианства.

Возрождение российского христолюбивого воинства возможно и связано с достижением следующих целей.

Великий князь Владимир Всеволодович Мономах.

Портрет из Царского титулярника.

I. Утверждение мудрой (миролюбивой)

военной политики

Христолюбивое воинство не сформируется в условиях милитаризма.

Политический смысл его существования заключается в борьбе за правое дело, в предотвращении войн, в способности к самообороне, в утверждении прочного мира, в противодействии насилию. Оно должно быть в состоянии пресекать зло, эффективно сдерживать любых потенциальных агрессоров (внешних и внутренних), убедительно демонстрировать на практике действенность известного библейского изречения: "Поднявший меч, от меча и погибнет", - и тем самым не допускать истощения народных сил.

Желанными могут быть только мир и самозащита. Исторические обстоятельства России не часто соответствовали данному положению. Войн, и не всегда праведных, в истории русского народа было слишком много. Можно сказать, что большую часть своей жизни Русь-Россия провела в явных и скрытых войнах, которые являлись не лучшим способом утверждения христианских заповедей. Уже Киевская Русь вынуждена была почти все время жить на военном положении. Русские князья сами погрязли в бесконечных междоусобных войнах. И при этом проводили активную внешнюю политику (походы на Царьград, против болгар, поляков, кочевых и северных народов). Они отражали многочисленные нашествия кочевых племен (только со стороны половцев было 41 нападение).

Владимир Мономах, например, княживший на рубеже XI -XII веков, совершил за 55 лет правления 83 военных похода!

С 1228 по 1462 годы, по подсчетам С.М. Соловьева, произошло не менее 302 войн и походов (3). С середины XIV века по 1893 г. Россия участвовала в войнах 353 года (4). В XX веке она пережила две мировых войны, опустошительную гражданскую (которая ни в какое сравнение не шла с ранними междоусобными войнами), унизительные, по конечному итогу, войны с Японией, Финляндией, Афганистаном и Чечней.

Принято считать, что войны России носили активно-оборонительный характер и в основном способствовали укреплению государства, были "историческим подвигом, Великою службой на благо человечеству, культуре и цивилизации, в самом широком и глубоком смысле" (5). В целом это вывод верен. Но можно ли оправдать политику, которая втягивала русский народ в войны ради интересов других государств и народов, использовала легкомысленные поводы для начала военных действий, не считалась с риском побед и поражений, провоцировала военной слабостью и разложением военного дела нападения на страну со стороны внутренних и внешних врагов. Нельзя было не благословить "крестовые походы" русских войск против печенегов, половцев и татар, которые причинили нам в свое время столько зла и страданий. Достаточно назвать такой факт: в XV-XVII веках в плену у последних находились около 5 миллионов русских! Но можно ли оправдать "крестовые походы" против ослабевшей Турции в XIX веке? Какую пользу они принесли России? А позорное поражение в русско-японской войне и неподготовленное участие в первой мировой? Разве они не стали причиной опустошительной гражданской войны и последующего более чем 70-летнего исторически тупикового развития нашего Отечества? Глядя на последние три века, складывается впечатление, что правители и императорской, и советской России "умудрились" протащить ее через все возможные и невозможные, нужные и не нужные, победоносные и неудачные, внутренние и внешние, малые и большие войны и, в конечном итоге, в крайнем напряжении истощить все ресурсы страны, обескровить народ (войны в последнее время велись народом, а не армией), лишить его воли к защите Отечества, довести военное дело до крайнего упадка, а страну - до судьбы "монархии Греческой" (Византии).

Находясь в зависимости от государства и военных обстоятельств развития России, Русская Православная Церковь одобряла своим словом и поддерживала все официальные войны, которые вело российское правительство, напоминала воинам об их священных христианских обязанностях по защите Веры, Царя и Отечества, заботилась об их душах и именовала их христолюбивым воинством. (Позиция поддержки "своей" войны и "своей" армии, несмотря на обстоятельства). Просматривались и другие особенности исторически сложившегося православного мировоззрения по отношению к войне и армии.

Православная церковь оценивала войну как необходимое зло и подчеркивала, что "надеяться на прекращение войн нельзя", так как эгоистические стремления не исчезают и в среде христианских народов (6).

Однозначно признавалась совместимость права войны и воинская служба с христианским званием.

Защита Отечества считалась священным долгом.

Не исключалась возможность справедливой войны "за други своя", то есть за другие народы, особенно родственные нам по вере.

В связи с этим заповедь "не убий" трактовалась следующим образом:

"Шестою заповедью Бог запрещает: Отнимать у людей жизнь насилием или хитростью и всяким образом нарушать безопасность и спокойствие ближнего; и потому этой заповедью запрещаются также ссоры, гнев, ненависть, зависть, жестокость. Но против шестой заповеди не грешит тот, кто убивает неприятеля на войне, потому что войной мы защищаем Веру, Государя и Отечество наше. Справедливую войну сам Бог благославляет, потому и именуется Господом воинств. Военная служба есть прямое исполнение заповеди Господней: нет больше той любви, как положить душу свою за други своя" (7).

Элементарные интересы исторического выживания России требуют сегодня восстановления и неукоснительного проведения в жизнь христолюбивой военной политики: мудрой, сдержанной, осторожной и миролюбивой.

Необходимо ограничиваться только справедливыми (благочестивыми) войнами, ведущимися по основательным причинам, о чем писал еще в XVII веке Гуго Гроций.

По его мнению, лучше не предпринимать войны безрассудно, даже по справедливым причинам, если: а) нет достаточных оснований, доказательств о несправедливости действий противника; б) если зло превосходит ожидаемое благо, нельзя достигнуть успеха, а малейшая неудача может причинить великие бедствия и опасности для страны; в) если нет в наличии достаточных сил и благоприятного случая. (Лучше воздерживаться от войн, чем вовлекать народы в тягчайшие бедствия). Помнить об обязанности христианских государей и государств - решать споры путем переговоров, при помощи третейского суда, в случае сомнения выбирать наиболее безопасные варианты военных действий, проявлять необходимые предосторожности и отдавать предпочтение миру.

Гуго Гроций приводит слова Силия Италика:

Ум осторожный - грядущее видит,

И не станем тревожить пустыми попытками Марса (8).

Следует признать, что и русские государи, и Православная церковь слишком расширительно трактовали справедливую войну, редко воздерживались от войн вредных и опасных для России. Настоящее воодушевление и небесную помощь наше воинство получало только в случае защиты им Русской Земли от иноземных захватчиков. При этих обстоятельствах Церковь могла ясно сформулировать позицию и в полной мере использовать свою силу.

Достаточно было призвать ее на помощь в годину испытаний Великой Отечественной войной 1941-45 годов, как она вновь оказалась со своим народом, стала воодушевлять его на подвиг во имя Родины, вразумлять мудрым пасторским словом, назидать богатым духовным опытом.

В это время, например, митрополит Лениградский Алексий обратился к верующим со следующими словами:

"Война есть страшное и гибельное дело для того, кто предпринимает ее без нужды, без правды, с жаждой грабительства и порабощения; на нем лежит позор и проклятие Неба за кровь и бедствия своих и чужих.

Но война - священное дело для тех, кто предпринимает ее по необходимости, в защиту правды и Отечества. Берущие оружие в таком случае совершают подвиг правды и, приемля раны и страдания и полагая жизнь свою за однокровных своих, за Родину, идут вслед мучеников к нетленному и вечному венцу. Потому-то Церковь и благославляет эти подвиги и все, что творит каждый русский человек для защиты своего Отечества. Она же, исполненная веры в помощь Божию правому делу, молится о полной и окончательной победе над врагом" (9).

Междоусобные, кровопролитные и изнурительные войны не приносили России прочного мира. Поэтому по-настоящему мудрые государи старались избегать их, серьезно готовились к объективно неизбежным войнам, проявляли осторожность в военных вопросах, но в необходимых случаях действовали решительно и победоносно. В русской истории есть достаточно примеров мудрой и осторожной военной политики. И они имеют не меньшее значение, чем великие победы, после большинства из которых страна с трудом восстанавливала свои силы.

Так, киевские князья Олег и Игорь, предпринимая походы против греков, старались подготовить настолько серьезную военную силу, чтобы она без сражения позволяла им заключать мир с Византией "путем устрашения", а также получать значительный выкуп (походы 907 и 944 гг.).

Святослав - воин в душе, 15 лет княжил и жил только войной, воюя для славы, а не для власти и добычи. В конечном итоге оставил Киевскую Русь без войска, и в начавшейся междоусобной войне его сыну Владимиру пришлось использовать наемных варягов. Владимир и Ярослав создали мощное государство, союза с которым искали все окружавшие Русь соседи. И при этом вели войны только необходимые, а с Византией предпочитали поддерживать союзные отношения, посылая ей на помощь русские отряды (10).

Александр Невский.

Миниатюра из "Царского титулярника", 1672

Александр Невский снискал себе славу государственным умом и полководческим искусством, сумев мечом оборонить Русь от шведов и немцев и в то же время защитить ее от новых нашествий татар осторожной дипломатической политикой.

Только при Дмитрии Донском Русь набралась достаточно сил, чтобы дать им первый серьезный отпор. Но окончательно татаро-монгольское иго было сброшено через столетие после Куликовской битвы. Московские князья предпочитали не пускаться в военные авантюры, которые могли поставить под вопрос национальное существование страны.

"Преподобный Сергий благословляет Дмитрия на борьбу с Мамаем"

Художник А. Н. Новоскольцев

"Мудрое смирение" позволило им собрать Русь (в том числе и благодаря самим татарам), а затем и выступить против поработителей.

Нельзя забывать, что Куликовская битва, будучи величайшей русской победой, явилась, с другой стороны, и событием плачевным, великою трагедией. "Была на Руси радость великая, - говорит летописец, - но была и печаль большая по убитым от Мамая на Дону; оскудела совершенно вся Земля Русская воеводами и слугами, и всяким воинством, и от этого был страх большой по всей Земле Русской" (11). Уже в 1382 году Москва и Русская земля безнаказанно были разграблены татарским ханом Тохтамышем, и Дмитрию Донскому пришлось снова признать себя данником Золотой Орды и "смиренно" отправиться в нее за великокняжеским ярлыком.

Иоанн III свергает татарское иго, разорвав изображение хана и приказав умертвить послов" 1862

Художник Николай Семенович Шустов (1835--1869)

Достойный пример по-настоящему мудрой политики дает нам княжение Иоанна III Васильевича.

А.Нечволодов характеризует его следующим образом: "Принимая с детства участие в военных походах, он, как мы помним, едва достигнув семнадцатилетнего возраста, уже одержал блистательную победу над татарами на берегу Оки; однако, ставши Государем, Иоанн не увлекся славой завоевателя: обращая самое большое внимание на устройство своих вооруженных сил и искусно выбирая для начальствования над ними соответствующих военоначальников, он, тем не менее, по примеру пращура своего Всеволода Большое Гнездо, с большой неохотой обнажал свой меч, но когда делал это, то, подобно всем великим полководцам, сразу назначал значительные воинские силы для похода с тем, чтобы быстро решить дело в свою пользу" (12).

За длительный период московского княжения Иоанн III военной силой усмирил Казань (1467-1469 г.г.), заключил мир по старине с Новгородом (1475-78 г.г.), обеспечил преемственность Московской Руси от Византии, блестящим военно-политическом маневром одержал бескровную победу над ханом Золотой Орды Ахматом в 1480 году и тем самым сбросил, наконец, с Руси позорное татарское иго. Иоанн Васильевич противопоставил войску Ахмата рать на Оке, послав в то же время небольшой отряд русских и крымских татарских войск разгромить оставшуюся без защиты Золотую Орду. Стал выжидать развития событий, не обращая внимания на недовольство московского населения и духовенства, требующих решительного сражения и разгрома противника. В ожидании успеха действий посланных в Орду отрядов, Иоанн проводил активные переговоры с ханом Ахматом, искусно выигрывая время, несмотря на роптание воинства и волнение Москвы. Церковь подталкивала его показать мужество и храбрость, вместе с воинством своим до смерти постоять за Веру православную и Отечество, но Иоанн "отнюдь не желал без крайней надобности вступать в большое кровопролитное сражение, успех которого всегда может быть сомнителен... Через несколько дней сказалась вся великая мудрость в действиях Иоанна. 11 ноября Ахмат поспешно побежал назад, не пролив Русской крови и не выведя ни одного пленника из пределов нашей Земли. Бегство Ахматово, по объяснению "Казанского летописца", последовало, как и ожидал мудрый Иоанн, вследствие полученных ханом известий о разгроме Золотой Орды

А.Нечволодов заключает: "Рассматривая за время нашествия Ахмата поведение Московского народа, воинства и духовенства - с одной стороны, а с другой - поведение самого Иоанна, которое было столь не соответственно с чувствами всех его подданных, мы видим, что оно было вызвано исключительно нежеланием без крайней нужды вступать в решительное сражение всеми силами; народная гордость требовала немедленной расправы с татарами, готовая для этого пролить кровь множества доблестных сыновей отечества; мудрый же Иоанн, не гоняясь за ратной славой и уповая, что "сердце царево в руце Божией", твердо решил щадить, насколько это будет возможно, эту драгоценную кровь своих доблестных подданных, невзирая на то, что он не был понят ни ими, ни знаменитыми отцами Русской церкви, и - достиг в этом блистательного успеха" (13).

"Вид памятника-пантеона русскому царю Ивану IV"

Художник Иван Васильевич Ческий (1777--1848)

В последующем, примеры мудрой военной политики просматриваются все реже.

И все же мы находим их в деятельности Иоанна Грозного, Алексея Михайловича, Петра I, Екатерины II, которые стремились, несмотря на трудности, создать в России настоящую регулярную военную силу как основу национального бытия. Но и эти стремления не привели к длительному миру и предотвращению войны. И при данных царях войны велись непрерывно, хотя и нередко достаточно осторожно и искусно; войско периодически приходило в упадок, государство истощалось. В XIX-XX веках только при одном государе не было войн - при Александре III, который и остался в истории "миротворцем".

В условиях России проведение мудрой военной политики, предотвращающей войны, зависит не только от сдержанности самих правителей, но и от наличия действительно христолюбивого воинства - настоящей армии, качественно совершенного войска, способного побеждать и владеющего всеми доступными приемами военного искусства, позволяющими эффективно сдерживать потенциальных агрессоров и достигать военных целей ( в случае необходимости) малой кровью и за относительно короткое время.

Петр I в рыцарских доспехах.

Художник Натье Жан-Марк (1685-1766)

2. Воссоздание настоящей армии:

победоносной, совершенной, отборной, боевой

По своей глубинной сути понятие "христолюбивое воинство" относится не просто к войску, верующему во Христа и живущему по Его законам. Оно характеризует качественно совершенную вооруженную силу, настоящую армию, сплоченную в одно целое религиозным мировоззрением, любовью к Отечеству, крепким (непоколебимым) воинским духом и высшим воинским мастерством (военным искусством).

Это - своего рода отборная сила, состоящая из лучших представителей народа и выполняющая воинский долг по призванию, на основе добровольного и жертвенного служения своей Родине. Смысл создания и существования христолюбивого воинства заключается в постоянном совершенствовании Русского Военного Дела на национальной основе и в связи с достижениями мирового военного искусства. Оно требует преемственности усилий всех поколений, беспрестанного труда, серьезного отношения к комплектованию, управлению, вооружению, обучению и воспитанию личного состава в духе указанных требований.

Ни один противник не рискнет напасть на страну, обладающую развитой и стремящейся к совершенству военной системой.

Русская военная традиция указывает на многие элементы христолюбивого воинства.

Глубокая вера в Бога, готовность жертвовать своей жизнью за Царя, Отечество и за "други своя", великие победы и сражения, храбростью солдат и искусством командиров (полководцев) одержанные, высоко-нравственная духовная жизнь лучших представителей воинства, - все это имело место в нашей истории. В сложных условиях многие великие князья и цари создавали эффективную военную силу, комбинируя ее из профессиональных войск (дружин), народных ополчений, наемных войск, казаков и т.д. Они использовали национальный опыт, иностранную военную науку и искусство, самих иностранцев для укрепления военной мощи государства. А в конечном итоге русские полководцы удивляли весь мир самобытным военным искусством, расцвет которого пришелся на золотой XVIII век, век Петра I, Екатерины II, Румянцева, Суворова, Ушакова, Кутузова.

"Благословение ополченца 1812 года".

Художник Лучанинов Иван Васильевич (1781-1824)

К сожалению, следует констатировать, что, начиная с 1812 года, в России исчезает и настоящая (профессиональная) армия, и военное искусство. Страна вступает в период военных и государственных неудач. Военная сила постоянно приходит в расстройство; для ее восстановления предпринимаются регулярные военные реформы, которые проводятся почти при каждом правителе и нередко еще больше разлагают армию. Уже к 1917 году военная сила утрачивает и другие, духовные (чем славилась всегда русская армия!) качества христолюбивого воинства, теряет способность распознавать зло и упорно бороться с ним. Гражданская война порождает такое явление, как неверующее в Бога войско, которое уже не способно защитить Отечество. Сущность христолюбивого воинства выхолащивается, что становится очевидным как военным, так и духовным руководителям армии.

Так, протопресвитер военного и морского духовенства Г.Шавельский вспоминает об одном поразительном факте довоенного времени:

"В июле 1911 года я посетил воинские части в г.Либаве. Моряки чествовали меня за обедом в своем морском собрании. Зал был полон приглашенных. По обычаю произносились речи. Особенно яркой была речь председателя морского суда полк. Юрковского (кажется, в фамилии не ошибаюсь). Он говорил о высоком настроении гарнизона и закончил свою речь: "Передайте его величеству, что мы все готовы сложить головы свои за царя и Отечество". Я ответил речью, содержание которой сводилось к следующему: "Ваша готовность пожертвовать собою весьма почтенна и достойна того звания, которое вы носите. Но все же задача вашего бытия и вашей службы - не умирать, а побеждать. Если вы все вернетесь невредимыми, но с победой, царь и Родина радостно увенчают вас лаврами; если же все вы доблестно умрете, но не достигнете победы, Родина погрузится в сугубый траур. Итак: не умирайте, а побеждайте!"

Как сейчас помню, эти простые слова буквально ошеломили всех. На лицах читалось недоумение, удивление: какую ересь проповедует протопресвитер?!

Усвоенная огромной частью нашего офицерства такая идеология была не только не верна по существу, но и в известном отношении опасна.

Ее ошибочность заключалась в том, что "геройству" тут приписывалось самодовлеющее значение. Государства же тратят колоссальные суммы на содержание армий не для того, чтобы любоваться эффектами подвигов своих воинов, а для реальных целей - защиты и победы.

Было время, когда личный подвиг в военном деле значил все, когда столкновение двух армий разрешалось единоборством двух человек, когда пафос и геройство определяли исход боя. В настоящее время личный подвиг является лишь одним из многих элементов победы, к каким относятся: наука, искусство, техника, - вообще степень подготовки воинов и самого серьезного и спокойного отношения их ко всем деталям боя.

Воину теперь мало быть храбрым и самоотверженным, - надо быть ему еще научно подготовленным, опытным и во всем предусмотрительным, надо хорошо знать и тонко понимать военное дело

Между тем, часто приходилось наблюдать, что в воине, уверенном, что он достиг высшей воинской доблести - готовности во всякую минуту сложить свою голову, развивались своего рода беспечность и небрежное отношение к реальной обстановке боя, к военному опыту и науке. Его захватывал своего рода психоз геройства. Идеал геройского подвига вплоть до геройской смерти заслонял у него идеал победы. Это было опасно для дела" (14).

Падение качества христолюбия наблюдалось и в добровольческой армии. Об этом свидетельствуют в своих воспоминаниях как Г.Шавельский, так и митрополит Вениамин (Федченков), во время гражданской войны занимавший должность главы военного ведомства в Русской Армии барона П.Н.Врангеля:

"Всему в истории есть свои глубокие длительные причины. И офицерские привычки не со вчерашнего дня появились; нужны были два столетия со времен Петра Великого, чтобы они воспитались и укрепились. Но к чести офицеров нужно сказать, что они очень редко были безбожниками, хотя это скорее было доброй традицией и законом военного достоинства

Я посетил штаб Корниловской дивизии, командиром которой был высокий отчаянный молодой генерал Туркул. Проходил по избам близлежащей деревушки (имя ее позабыл), разговаривал с солдатами, а особенно с офицерами. И сразу я был поражен духом добровольцев. Да, это были действительно отчаянные герои! Да, они любили Россию и безумно складывали за нее свои буйные головы! Да, я могу представить их в так называемой психологической атаке, когда они шли церемониальным маршем, без единого выстрела, против вдесятеро сильнейшего неприятеля, который терял мужество перед бесстрашием офицеров и иногда бежал в панике от них!

И на этот раз они говорили о своей бесстрашной решимости. Один полковник, командир танка, совершенно спокойно рассказывал, что он был ранен уже четырнадцать раз, а завтра выйдет на сражение первым. И улыбался, куря. Он был почти уверен, что погибнет. Действительно, я после узнал, что в его танк попал снаряд, и он с другом сгорел в нем. И такие герои были почти везде!

Но он в этот же вечер, накануне смерти, совершенно открыто, почти цинично насмешливо заявил мне, что ничуть не верит в Бога.

Бывшие тут же с ним другие офицеры нимало не смутились его заявлению, будто и они так же думали.

Я, по новости, пришел в ужас. Тогда чем же они отличаются от безбожников большевиков? Выхожу на улицу. Встречается в военной форме солдат-мальчик 13-14 лет. Были и такие. С кем-то отчаянно грубо разговаривает. И я слышу, как он самой площадной матерной бранью ругает Бога и Божию матерь, и всех святых! Я ушам своим не верю. Добровольцы, белые - и такое богохульство!

Такое тяжелое впечатление получил я от первого знакомства с нашей армией. И только одно светлое воспоминание унес я от Перекопа - ту группочку безусых розовых мальчиков, которые у тлеющего костра спрашивали меня ночью:

- А что? Мы победим? Ведь мы за Бога и Родину.

Когда я вернулся с фронта, то доложил нашему Синоду, а потом и генералу Врангелю буквально так:

- Наша армия героична, но она некрещеная!

Вывод, в сущности ужасный.

Что делать? Синод, архиереи - мы были бессильны и совершенно неавторитетны в глазах военных.

Э-эх! Ну что там говорят попы! - сказали бы нам в ответ. - Одной бесплодной проповедью больше и только!

Авторитет, а он действительно был тогда, имел лишь Врангель, его любили, ему верили, его боялись. Но вот результат - и он почти ничего не мог сделать. Разложение духа было уже глубокое" (15).

Россия не могла существовать без военных побед, которые укрепляли ее государственность создавали условия для прочного мира и сдерживали врагов от последующих нападений. Данная мысль красиво обоснована в статьях великого русского публициста Михаила Осиповича Меньшикова (16).

Она прекрасно отражена в следующем "кредо" Александра Васильевича Колчака по поводу проигранной в 1917 году войны: "Виноват тот, с кем случается несчастье, если даже он юридически и морально ни в чем не виноват. Война не присяжный поверенный, война не руководствуется уложением о наказаниях, она выше человеческой справедливости, ее правосудие не всегда понятно. Она признает только победу, счастье, успех, удачу - она презирает и издевается над несчастьем, страданием, горем - "горе побежденным" - вот ее первый символ веры" (17).

Лучшие государственные деятели и великие полководцы России всегда связывали способность побеждать с созданием собственной регулярной военной силы, соединяющей в себе христолюбие (а следовательно, помощь Божью) и военную науку-искусство, позволяющее эффективно применять войско, одерживать победы малыми силами и малой кровью. Народная поддержка (через вои, ополчение, массовый призыв) принималась только в крайнем случае и часто свидетельствовала о неспособности армии защитить Отечество и государственные интересы России. Традиция содержать расстроенную постоянную армию, допускать войны, а потом мобилизовывать слабо подготовленные в военном отношении народные массы для ее ведения, порождала не только героизм и "военное творчество народных масс" (18), но прежде всего огромные потери и истощение созидательных ресурсов. Существование армии в мирное время должно быть оправдано предотвращением войн.

Наши великие предки понимали эти истины. Киевские князья (в период расцвета древне-русской государственности) более полагались на свои профессиональные военные дружины, усиленные боеспособными наемными отрядами, и старались меньше отрывать народ от мирного труда, который, впрочем, сам нередко решал, в каких случаях оказать помощь князю выставлением воев-ополчений. Московские государи продолжали эту традицию, опираясь на военно-служилое поместное дворянство, но войско собирали только на случай войны. Они стремились создать в нем постоянное ядро - стрельцов, а также полки иноземного строя и другие части. В любом случае во главе ратей стояли или сами князья-воины, или профессионалы-воеводы. И даже знаменитое второе народное ополчение 1612 года готовил и вел в бой опытный князь-воевода Дмитрий Пожарский. Войско в оба этих периода называлось христолюбивым, держалось, воодушевлялось и сплачивалось православной верой, которая зачастую выступала главным фактором победы.

Царь Алексей Михайлович на соколиной охоте. 1997.

Художник С.А.Кириллов

Уже при Алексее Михайловиче стала сознаваться необходимость лучшего устройства своих войск, "так как неприятели показали в ратном деле новые вымыслы и хитрости, а свое военное устройство оказалось в боях неприбыльным" (19). На этой основе были предприняты попытки усилить войска "иноземного строя". В 1647 году Алексеем Михайловичем был принят воинский устав "Учение и хитрость ратного строения пехотных людей", в котором впервые христолюбие и военная наука соединены в одно целое, как два необходимых и взаимодополняющих друг друга качества. Причем подчеркнуто, что ратная мудрость является "оприч богословии, паче и превыше всех иных мудростей". Но первое и главное условие заключалось в том, чтобы "Господа Бога в сердцы своем имети" (20).

"Заседание Сената при Петре I" 1908г..

Художник Дмитрий Николаевич Кардовский

Петр I создал в России регулярную армию и флот, которые должны были воспитываться в страхе Божием, обучаться и действовать в соответствии с передовыми тогда западными военной наукой и искусством. В армии официально (по штатам) вводятся военные священники, а в Уставе Воинском и Морском уставе появляются специальные главы о христианских обязанностях солдат и офицеров.

При Екатерине II армия и флот становятся по-настоящему победоносными: в них появляется созвездие блестящих полководцев и флотоводцев, вырабатывается собственное русское военное искусство; слава русского оружия гремит по всему миру. Все войны и отдельные сражения заканчиваются победами, потому что "мы - русские, с нами Бог " и мы владеем "наукой побеждать".

Именно эти две ключевые идеи наглядно представлены, например, в "Науке побеждать" Суворова : "Солдату надлежит быть здорову, храбру, тверду, решиму, правдиву, благочестиву. Молись Богу! От него победа. Чудо - богатыри! Бог нас водит, он нам генерал." Полководец считал, что Бог не будет с теми, кто не учится воевать, утопает в распутстве, не укрепляет свой дух в вере православной: "Войско необученное, что сабля неотточенная! Закаляй и береги богатырское здоровье, особливо от распутства. Обучай с разумом: от ржавчины, да от плохой точки больший оружию вред, нежели от рубления. Дух укрепляй в вере отеческой, Православной: безверное войско учить, что железо перегорелое точить" (21).

"Русские в 1812 году" 1855.

Художник Пржецлавский Константин Леонардович (1827 - 1876)

В последний раз по-настоящему христолюбивые качества проявились в Отечественной войне 1812 года. Было все: помощь Божия, воодушевление, эффективность действий регулярной армии и ополчений, мудрая военная политика М.Кутузова, военное искусство и героические подвиги. Такое событие заслужило своего увековечивания в посвященном ему Храме Христа Спасителя. Но сама война оказалась все же слишком затратной и изнуряющей для русского народа. Издерганная в бессмысленных реформах и неудачных войнах Павлом I и Александром I, армия не смогла удержать Наполеона от нападения и заранее оценивалась им как слабая. И в этой, и в особенности в последующих войнах русской крови было пролито слишком много, а военное дело стало приходить в упадок. Но, как известно, Бог воспретил Давиду, который вел победоносные благочестивые войны, построить себе храм за то, что тот пролил много крови...(22). Может быть из-за этого Храм Христа Спасителя, так долго возводившийся в XIX веке, был взорван после прихода к власти большевиками, и теперь, в конце XX века, вновь восстанавливается, обязывая нас возродить истинное христолюбивое воинство.

Для решения этой задачи необходимо, чтобы в армии служили лучшие люди Отечества, чтобы они обладали совершенными нравственными и боевыми качествами, стремились быть похожими в своих деяниях и поступках на русских святых воинов - благоверных князей Владимира, Мстислава Киевского, Всеволода Псковского, Андрея Боголюбского, Александра Невского, Довмонта Псковского, Дмитрия Донского, преподобных Илью Муромца, Александра Пересвета, Андрея Ослябя и других (23). Их нарекли святыми за ратную доблесть. Все они вобрали в себя лучшие качества православного воина и монаха, поднимали меч за правое дело и он оказывался победоносным.

Пётр I со знаком ордена Св. Андрея Первозванного на голубой андреевской ленте и звездой на груди.

Художник Ж.-М. Натье, 1717

Звание христолюбивого воина требует доблестного, искусного служения Отечеству, которое отличалось основными орденами Российской империи: Орден Св. Апостола Андрея Первозванного, девиз "За веру и верность"; Орден Св. Великомученицы Екатерины, девиз "За любовь и Отечество"; Орден Св. Александра Невского, девиз "За труды и Отечество"; Орден святой Анны, девиз "Любящему правду, благочестие и верность"; Военный Орден Св. Великомученика и Победоносца Георгия, девиз "За службу и храбрость"; Орден Св. Равноапостольного Князя Владимира, девиз "Польза, честь и слава".

Мощным стимулом для воинского совершенствования были, несомненно, советские ордена и медали, связанные с именами великих русских полководцев и флотоводцев. "Свято-орденоносная армия", как достижимый идеал христолюбивого воинства, состояла бы из тех, кто совершил боевые подвиги, проявлял военное искусство, кто "не только должность свою исправлял во всем по присяге, чести и долгу своему, но сверх того отличил еще себя особливым каким мужественным поступком, или подал мудрые и для нашей воинской службы полезные советы" (24).

Звание христолюбивого воинства несовместимо с безверием, несправедливостью, бессмысленным кровопролитием. Оно требует постоянного совершенствования и борьбы с дефектами военной системы, такими пороками военной службы, как: ссоры, пьянство, грабежи, сквернословие, воровство, ложь, праздность и другие негативные явления. Войско, в котором царит безверие и процветают пороки и неустроенность, не может побеждать. Необходимо всегда помнить, что военнослужащий обладает особым статусом и особыми обязанностями по отношению к Богу и Отечеству:

"Хотя всем вообще и каждому Христианину должно жить в страхе Божием и исполнять святые Его заповеди; но сие наиболее должны соблюдать военные чины, поелику по роду службы своей не могут быть уверены и в часе жизни и поелику всякое благословение, победа и благополучие проистекают от единого Бога, яко от истинного начала всякого блага и праведного победоносца, которому и должно молиться и на Него надежду полагать во всех делах и предприятиях

Все вообще чины военного ведомства и нижние чины должны противу всех неприятелей Императорского Величества и государства служить в поле и в осадах, не щадя жизни. Поелику все служащие возложенные на них должности обязаны исправлять согласно своей присяги с усердием, нелицемерно и добросовестно, по существующим учреждениям и уставам, и по приказаниям и наставлениям начальства, не позволяя себе ни из вражды, ни из свойства или дружбы, а тем более из корысти или взяток, ничего противного долгу присяги, честности и возложенного на них служения

Хотя главная обязанность каждого служащего есть знать свое дело и исправлять оное верно и прилежно; но сверх сего надлежит, чтобы начальники имели надзор и над поведением своих подчиненных, побуждали бы их как в службе, так и в общежитии к добродетелям и похвальному любочестию, удерживая от безбожного жития, пьянства, лжи и обманов; давали бы им наставления и приказания, чтобы они во всех случаях не только всегда исполняли должное по службе, но и соблюдали бы везде благопристойность и учтивость, свойственные благородному воину (25).

Бог не благославляет тех, кто допускает, а тем более ведет бессмысленные и кровопролитные войны, легкомысленно относится к военному делу, способствует разложению военной силы. Армия, воодушевленная даром и мудростью Божьего откровения, укрепленная против ударов судьбы военным искусством (ратной мудростью), воспитанная в лучших национальных традициях и обладающая совершенным в нравственно-боевом отношении личным составом, будет непобедимой. Такая армия найдет способы надежной и "экономной" защиты Отечества. Движение к идеалу совершенного войска поможет преодолеть застой и упадок русского военного дела, придаст ему такое утраченное в последнее время качество, как непобедимость.

"Аллегория на победу Екатерины II над турками и татарами". Фрагмент. 1772.

Художник Торелли Стефано (1712-1780)

3. Гуманизация боевых действий и воинской службы (человеколюбие)

Важнейшим признаком христолюбивого воинства является человеколюбие. Христолюбивое воинство возникает и постоянно совершенствуется на основе принципов гуманности и законности. Бедствия, зверства и ущерб, связанные с войной, постоянно смягчаются или даже устраняются системой внутреннего и международного законодательства, которое обеспечивает: предотвращение войны и ограничение вооружений; гуманный способ ведения боевых действий; возможность заключения мира (перемирия) на взаимовыгодных условиях; дисциплину и контроль над армией; нравственное и физическое усовершенствование вооруженных сил; наивыгоднейшие способы их устройства и применения. Цивилизованная армия, создаваемая мудрой военной политикой, высшим военным искусством и правом войны, не допускает варварских способов ведения боевых действий, создает человеческие условия военной службы в мирное время.

Христолюбивая традиция российского воинства основывалась на международно признанном праве войны и мира (законах и обычаях ведения войны и заключения мира). Объектом уничтожения считались вооруженные силы противника, а не гражданское население. Боевые действия велись, как правило, в рамках военной необходимости. Обращение с военнопленными часто было лучше, чем с собственными солдатами. Благородство и великодушие русских часто не знало пределов. Это проявлялось и по отношению к побежденным народам, и по отношению к результатам победы, когда заслугами ее, в ущерб русским интересам, пользовались побежденный противник и союзники, а иногда и просто третьи страны.

Представители Православной церкви позднего времени дали следующее обоснование такой человеколюбивой позиции:

"Лишь истинный христианин может быть истинно доблестным воином. Христианская церковь, благословляя воина на защиту веры, монарха и отечества, воодушевляет его одновременно на духовный подвиг самоотвержения, бескорыстия, милосердия к побежденному врагу, воодушевляет на службу государю и родине не за "страх" только или "корысть", а за "совесть", во имя высшей Божьей Правды, во спасение собственной души. Жертвовать собственной жизнью "за други своя", этот высший идеал любви христианской, является также и догматом воинской морали солдата-христианина

Религиозные и нравственные идеалы Русского народа и русского воина не могли не отразиться и на исторических судьбах России, на отношении ее к народностям, слившимся, в силу исторических условий и доблестью русского оружия, с русским коренным населением. Победоносными могут быть не только истинно христианские войска и ратные силы, но и всякие другие; различие сказывается в характере результатов победы.

Победы во благо побежденных, во благо целых народностей, а не в поблажку каких-нибудь отдельных, среди них политиканствующих, партий, - такие победы являются истинным лавровым венком победителей, и этот венок в мировой плеяде великих народов, бесспорно, принадлежит Русскому Народу, - Русскому православному народу и Русскому православному воину, олицетворяющему, в высоте своего нравственного мировоззрения, в любви к Богу, к Монарху и Родине, тот чистый идеал истинно христианского воина"(26).

Весь XIX век (при полном забвении законов военного искусства - !) активно разрабатывалось и внедрялось в практику гуманитарное право войны. Россия участвовала в работе Женевской конференции 1864 года, Брюссельской конференции 1874 года, Гаагских конференциях мира 1899 и1907 годов. Уже войну с Турцией 1877/78 годов русское правительство обязалось перед всем миром вести цивилизованно, на основе вновь разработанных и опубликованных законов и обычаев войны.

С 14 июля 1904 года был введен в действие "Наказ Русской армии о законах и обычаях сухопутной войны". В нем подробно расписывались права и обязанности воюющих сторон, определялся нейтральный статус полевых лазаретов и военных госпиталей, а также фиксировались следующие положения:

"Войска должны: Уважать жизнь и честь обывателей неприятельской страны, их семейные и имущественные права, а также религию и обряды веры... Всякий грабеж строго воспрещается под страхом тягчайших наказаний. (До смертной казни включительно)... Раненые и больные военные чины подбираются без различия, к какой армии они принадлежат... С пленными надлежит обращаться человеколюбиво и предоставлять им полную свободу в отправлении религиозных обрядов. Содержать их так же, как содержатся чины русской армии

Во время военных действий воспрещается: Употреблять яд или отравленное оружие... Убивать или ранить неприятеля, который, положив оружие или не имея более средств защищаться, безусловно сдался... Истреблять или захватывать неприятельскую собственность, если это не является военной необходимостью... Атаковать или бомбардировать города, селения, жилища или строения, не занятые противником или его складами предметов, нужных для целей войны противника... Отдавать на разграбление населенные пункты, даже взятые приступом

Нижним чинам необходимо помнить: Воюешь с неприятельскими войсками, а не с мирными жителями... Рази врага в честном бою. Безоружного врага, просящего пощады, не бей... Уважай чужую веру и ее храмы... Мирных жителей неприятельского края не обижай, их имущества сам не порти и не отымай, да и товарищей удерживай от этого. Жестокость с обывателями только увеличивает число наших недругов. Помни, что солдат - Христов и государев воин, а потому и должен поступать как христолюбивый воин"(27).

После второй мировой войны создается уже настоящая система международного гуманитарного права войны и мира. Она включает в себя ряд действующих договоров и соглашений, процедур и институтов, которые обеспечивают и формулируют: кодекс военно-политического поведения государств; ответственность за военные преступления; статус и улучшение участи военнопленных, раненых и больных; защиту гражданского населения и культурных ценностей во время боевых действий; соблюдение прав и свобод военнослужащих в мирное и военное время; запрет на варварские способы и средства ведения войны, защиту жертв вооруженного конфликта немеждународного характера и другие положения (28).

Несмотря на то, что со времен Екатерины II Россия выступала инициатором разработки норм права войны и мира в международных отношениях, после 1917 года она демонстрировала всему миру беспримерное (в новейшей истории) варварство и массовое уничтожение народа в годы гражданской и мировой войны, "холодной войны" и различного рода репрессиях.

Начиная со Святослава ("Иду на Вы"), лучшие русские князья и цари серьезно готовили и торжественно объявляли войны, а также несли хотя бы нравственную ответственность за их результаты.

В XX-ом же веке, никто из руководителей Советской России не понес наказания ни за гражданскую войну, ни за неподготовленность к войне 1941-45 годов. По их произволу Россия участвовала примерно в 18 вооруженных международных конфликтах, не используя это время для внутреннего благоустройства. На основании какого права и каких серьезных причин велись войны в Афганистане, а затем в Чечне? По какой необходимости в последнем случае погибли десятки тысяч россиян (чеченцев и русских)? И вновь никакой ответственности виновников ни перед Богом, ни перед Совестью, ни перед Народом, ни перед Судом!

Русские князья и цари испокон веков думали о своих пленных, выкупали их, отбивали в военных походах (возвращение из полона своих - благородная задача) и награждали "за полонное терпение". Советское руководство, допустившее массовое пленение военнослужащих в Отечественной войне 1941-45 гг., лишило их помощи международного Красного Креста, объявило "изменниками Родины", со всеми вытекающими отсюда репрессиями. Две последние необъявленные войны, "афганская" и "чеченская", были закончены без предварительного условия о возвращении всех военнопленных российской армии!

Первые русские князья, цари и императоры (до Екатерины II включительно) заботились о сохранении и достойном существовании военной силы, как основы российской государственности. Последующие правители предпочитали содержать массовую "дешевую" повинную армию, в которой обычным явлением была нищета офицера и издевательство над солдатом, шагистика и хозработы.

Первые государи вели войны армией, которая защищала мирный труд народа, честь и достоинство России. Последние "прикрывались" в войнах народом, используя его как "пушечное мясо", и при этом содержали в мирное время огромную квази-постоянную армию, которая помогала сохранять гнилую власть, но не предотвращала разрушительных войн. Великие государи и полководцы основывали военную мощь России на Человеке, духовном и профессиональном развитии солдата и офицера, сознательно выполняющих свой долг по защите Отечества. Правители XIX-XX века создавали бездушную ("прусскую") военную машину и, в конечном итоге, почти потеряли Россию.

Раньше в интересах России и человеколюбия умели сочетать законы (обычаи) войны, военное искусство и заботу о здоровье солдата. На этом основывалась военная школа великих русских полководцев Петра I, П.Румянцева, А.Суворова, М.Кутузова. Забота о духовном и физическом здоровье солдата лежало в основе "Науки побеждать" Суворова. Сохранение армии и флота, как эффективных орудий войны, определяло государственные и полководческие действия Петра I, который передал вооруженную силу следующим правителям в новом (регулярном) качестве и добром порядке. Кутузов предпочитал выигрывать войны (с Турцией в 1811 г. и Францией в 1812 г.), почти не сражаясь и ставя противника в безвыходное положение. Он умело комбинировал действия армии и народных ополчений в "малой войне", которая стала большим поражением Наполеона.

Портрет М. И. Кутузова.

Д. Доу, 1829

Вообще войны в XVIII веке велись русской армией по-рыцарски. Противники общались на поле брани не только в боях, но и по различным гуманитарным вопросам. Причем с учетом характера войны! Лютость и бесчестность неприятеля, нападающего на русскую землю, порождали ответный гнев и желание отмщения, которые в целом не отменяли существующих правил ведения войны между цивилизованными народами. Показательна в этом отношении переписка Кутузова с начальником главного штаба французской армии маршалом Бертье от 8 (20) октября 1812 года (разгар войны-!):

"Князь Кутузов! Генералу Лоринстону поручено было предложить вам о принятии мер, дабы война получила ход, сообразный с установленными правилами, а страна претерпевала бы токмо одни неизбежно от войны происходящие бедствия. В самом деле, опустошение собственной земли столько же вредно для самой России, сколь и прискорбно императору.

Вы легко почувствуете, князь, сколь важно для меня знать окончательное решение вашего правительства по сему предмету. Верьте, князь, чувству моего к вам высокопочитания.

Князь Невшательский, начальник главного штаба".

"Князь! Полковник Бертеми, которого я разрешил пропустить до своей главной квартиры, вручил мне письмо, которое ваша светлость поручили ему передать мне. Обо всем, что составляет предмет сего нового обращения, я уже немедля предоставил Его Императорскому Величеству... Однако, повторяю здесь истину, значения и силу которой вы, князь, несомненно оцените: трудно остановить народ, ожесточенный всем тем, что он видел, народ, который в протяжении двухсот лет не видел войн на своей земле, народ, готовый жертвовать собою для родины и который не делает различий между тем, что принято и что не принято в войнах обыкновенных.

Что же касается армий, мне вверенных, то я надеюсь, князь, что все признают в их образе действий правила, характеризующие храбрый, честный и великодушный народ. В продолжение моей долголетней военной службы я иных правил никогда не знал и уверен, что враги, с которыми я когда-либо сражался, всегда отдавали должную справедливость моим принципам.

Примите, князь, уверения в моем глубочайшем почтении.

Главнокомандущий армиями фельдмаршал

князь Кутузов"(29).

В правительственном сообщении о пребывании в Москве наполеоновских войск от 17 октября 1812 г. говорилось по этому поводу:

"...Обозревая в совокупности все сии ужасы (разорение Москвы и бесчинства французских солдат - А.С.), мы не можем сказать, что ведем войну с неприятелем. Таковое выражение было весьма обыкновенное, далеко недостаточное к изъявлению тех неистовых дел, которые совершаются. Всякая война подвергает несчетными бедствиями род смертных; но, по крайней мере, между просвещенными народами зло сие ограничивалось некоторыми правилами достоинства и человеколюбия. Гордость одной державы состязалась с гордостью другой; но и в самой пылкой брани с обеих сторон столько же пеклись о победе и о славе оружия, сколько о соблюдении чести и доброго имени народа своего. Меч покорял силу, честь побуждала щадить человечество и защищать слабость. За крайний стыд и преступление почиталось воину быть грабителем и разбойником. Завоеватель брал обороняющийся город, но, вступая в него, охранял собственность и безопасность каждого. Мирный поселянин лишался иногда части своих припасов, но поля его, дом, жена, дети оставались целы и здоровы.

В войнах со шведами Петр Великий при взятии Нарвы обагрил меч свой кровью своих подданных, дерзнувших обесчеститься грабительством. При Екатерине второй некоторому из частных начальников наших сделан был строжайший выговор за сожжение одной шведской деревни. Равным образом и шведы, захватя иногда пожитки частного человека, присылали их обратно к нам. В последнюю войну с Англией неприятели всегда платили деньги за взятые ими у частных людей вещи, и в бытность свою у Наргина, увидя на сем острове пожар, послали тотчас с корабля своих людей для потушения оного. Таков есть образ войны между державами, наблюдающими честь имени своего (30).

В отечественной войне 1812 года не было ненависти к французскому народу в целом. После победы над Наполеоном Франция осталась свободной и независимой. И вообще существовало правило: с заключением мира и прекращением военных действий побежденный народ рассматривался как дружественный, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

"Генерал Н. Д. Скобелев на коне"

Художник Н. Д. Дмитриев-Оренбургский, (1883)

Примечателен в этом отношении приказ генерал-лейтенанта М.Скобелева по Авангарду Действующей Армии N 52 от 22 февраля 1878 года:

"Войска вверенного мне авангарда!

После славной победы под Шейновом, где Вы уничтожили 60 неприятельских батальонов и взяли 104 орудия, Вы не дошли, а долетели до стен Константинополя.

Ваше молодечество преодолело все трудности и когда Вы под стенами Царьграда грозно предстали перед неприятелем, побежденная Турция просила у нашего Главнокомандующего мира. 19-го февраля в 6 часов вечера подписан славный мир между Турцией и Россией, мир, купленный дорогой ценою, Ваших усилий и Вашей крови.

Отныне мы стоим здесь в стране дружественной. Отношения наши к побежденному народу должны быть не только законно правильными, но и великодушными, ибо храброе Русское войско искони не умело бить лежачего врага.

Я не сомневаюсь, что все чины вверенных мне войск вполне поймут их новые отношения, которые со дня заключения мира должны существовать между нами и жителями той страны, которую занимают Русские войска.

По приказанию Его Императорского Высочества Главнокомандующего объявляю, что всякое мародерство или насилие относительно жителей, в каком бы ничтожном размере или форме они ни проявлялись, повлекут за собою взыскание с виновных по всей строгости законов военного времени. Но, кроме того, Его Императорское Высочество Главнокомандующий изволил смотреть на подобный случай в части, как на доказательство недостаточного личного влияния на своих подчиненных, а потому и предписал подвергать ответственности кроме непосредственно виновных еще и начальника той части, в которой беспорядок проявится.

Я убежден, что вверенные мне храбрые войска не помрачат своей бессмертной боевой славы не соответствующим поведением в мирное время, и помня, что одна паршивая овца может испортить целое стадо, - будут сами строго следить за теми из них, которые могли бы поддаться искушению - затемнить дорогое нам доброе о нас мнение Августейшего Главнокомандующего" (31).

Следует признать, что в царское время над проблемой гуманизации военной службы, как в мирное, так и в военное время, слаженно работали и власть, и общественность (армейская и гражданская). О душе военнослужащего и его физических страданиях заботились Церковь и многочисленные общественные благотворительные организации. На официальном и неофициальном уровнях существовала разветвленная система награждения, призрения и пенсионного обеспечения военнослужащих (32). Появлялись попытки четко и ясно сформулировать права военнослужащих (33). В лучшие времена воинское звание высоко ценилось в обществе, а государство делало все возможное, чтобы создать достойные условия для жизни и службы своих защитников.

Но нельзя и забывать, что очень часто истинное человеколюбие, по отношению к своим гражданам и воинам, отсутствовало в действиях властей (особенно в советский период). Воинов плохо обучали, заставляли массами гибнуть в неподготовленных и ненужных войнах, влачить жалкое нищенское существование в мирное время. Экономия на боевой подготовке, на профессиональной армии, постоянная неразбериха с увеличением и сокращением личного состава, непродуманные организационно-штатные реформирования и другие негативные явления потрясали военную систему России и снижали моральный дух войск не меньше, чем военные поражения.

Не может быть разного человеколюбия в мирное и военное время, для неприятеля и своих войск. Право войны в международных отношениях проявлялось в России как внутренняя потребность русской армии в гуманизации войны и воинской службы, как стремление уменьшить размах военных действий, разрушений, потерь. И сегодня международное право войны полезно для России, чтобы она не наносила вред самой себе расточительной и непродуманной военной политикой, применяла принципы гуманности, человеколюбия и достоинства не только по отношению к неприятелю, но и прежде всего к собственным гражданам и воинам, которые миллионами уничтожались ради мессианских идей самодержавия и утопических коммунистических проектов в беспрерывных "горячих" и "холодных" войнах XX века.

Необходимо, наконец, осознать: чем добровольней, достойней и привлекательней воинская служба, тем надежней защита Отечества; чем выше духовное развитие воина, тем больше рутинная служба переходит в инициативное служение; чем выше уровень боевой подготовки и военного искусства, тем гуманней война и тем меньше в ней проливается драгоценной русской крови. Нельзя по политическим причинам, специально или по недомыслию, оглуплять и примитивизировать воинскую службу. Она и так нелегка сама по себе. И решения в ней принимает в конечном итоге Человек, который должен знать христианские правила служения и ведения боевых действий. И если это воин-христианин, то ему всегда придется задавать себе острые нравственные вопросы о справедливости войны, делать выбор между служением добру и злу. И каждый христолюбивый воин должен помнить, что "меч вверен ему не только властью земной, но и Божьей, что он, носящий меч, есть "божий слуга, отмститель в наказание делающему злое" (Рим.13.4), и отвечать ему - перед Богом" (34).

4. Духовное возрождение армии и флота

Духовное возрождение, как нравственно-познавательное, так и собственно религиозное, является важнейшей предпосылкой формирования российского христолюбивого воинства. Старая армия отличалась от современной прежде всего тем, что в ней была "душа" - творческий источник самопознания и совершенствования военной системы. Несмотря на трудности, сохранялась вера в Бога, развивалась военная мысль, культивировались и поддерживались высоконравственные чувства и воинский дух. Командиры обязаны были заботиться об умственном и нравственном развитии подчиненных. Духовные потребности военнослужащих удовлетворялись самоотверженной службой военных священников, которых накануне первой мировой войны насчитывалось 730 человек. Во время же войны их число достигло пяти тысяч (35).

И отечественные, и иностранные исследователи подчеркивали, что русская армия всегда отличалась духовной силой, которая, в свою очередь, помогала создавать "прибыльную" военную силу, порождала великих полководцев, развивала национальное военное искусство, служила одним из источников военных побед и решала другие "материальные" задачи.

В силе духа, отмечал в свое время капитан Н.Обручев, заключается главное отличие человека, способного с честью защищать Отечество, от человека, не годного для этой цели. Не развивая духа, сделать солдата легко, сделать настоящего воина - трудно (36). В дореволюционных военных энциклопедиях воинский дух рассматривался как итог всех тех качеств, которые требуются войной, создаются благоустроенной армией и которые присущи истинному воину: мужество и храбрость, воинственность, благородство (рыцарство), дисциплина, самоотверженность, вера в свои силы, в начальников и в свою военную среду (корпоративность); почин, самодеятельность, находчивость и решимость; бодрость и выносливость (37).

В советский (безбожный) период нашей истории духовное качество российской армии было в значительной степени утрачено, чем отчасти объясняется исторический упадок вооруженной силы и периодическая ее неспособность решить основные государственные задачи по обеспечению обороны и безопасности Отечества. Поэтому сегодня требуется самоотверженная согласованная работа Государства, Церкви и Армии по восстановлению этого жизненно необходимого (и традиционного) элемента военной системы России. Без знания и понимания России, без самопознания армии и флота, без религиозно-нравственного воспитания, без исторической памяти, без духовного очищения и серьезной умственной работы нельзя будет преодолеть негативные тенденции в военном развитии, определить правильную стратегию долгосрочной военной реформы, наилучшие и успешные способы настоящей и перспективной вооруженной борьбы.

Приоритетность в военном деле сегодня заключается в возрождении древней русской традиции вдохновленного самопочинного, частно-инициативного служения Русскому Военному Делу (общему делу) во имя Правды и Бога. Именно такое духовно-добровольное служение обеспечило долговечную и лучшую жизнь русской армии, оставило добрую память о ней в сердцах потомков и сформировало уважение со стороны исторических противников России. Горение духа великих полководцев позволяло им создавать настоящую боевую силу - "организацию, внушенную Богом", и одерживать незабываемые победы (38). Духовная сила народных масс постоянно проявлялась в годину испытаний в инициативных "ополченческих" войсках, их готовности сражаться и умирать за Отечество. Уникальным духовным явлением (и мощной военной силой) было казачество. Духовным порывом проникнута вся творческая русская военная мысль, которая возникла и существовала исключительно по инициативе и усилиями офицерского корпуса России.

Многочисленные боевые подвиги русского воина также вошли навечно в "душу" армии, как примеры честного выполнения долга перед Родиной. "Мы располагаем бесчисленными духовными сокровищами, - отмечал А.А.Керсновский. - Они лежат еще втуне, но дадут, при умении взяться за дело, небывалые плоды как в мирном строительстве, так и на полях сражений" (39).

Духовность ("творчество в духе") - необходимое условие существования российского христолюбивого воинства. Она порождает стремление к возвышенному и совершенному, "животворящие" мысли и идеи, позволяет обрести "свое Отечество", прививает праведную и благословенную любовь к Родине, которая, по мнению И.Ильина, есть живая духовная сила, формируемая именно духовным самоопределением, непосредственным духовным опытом, участием в духовной жизни: "Россия будет существовать, расти и цвести, если в ней воцарится дух чести, служения и верности; ибо дух бесчестия, жадности и предательства поведет ее опять по путям революции, распада, "переделов", "социализма" и "интерна-ционализма", по путям позора и бессилия" (40).

Обретение духовности невозможно без интеллектуального возвышения российской армии, которая должна быть прежде всего умственной силой, так как "ныне воюют не столько оружием, сколько умом" (Ф.Достоевский), и военное искусство достигает наивысшего расцвета у народов цивилизованных, культурных, деятельных, давая им в руки "научные" средства ведения войны. А нам же, отмечал в свое время писатель, "слава военная и силы наши не пошли впрок, именно по узости мысли" (41).

Умственное развитие начинается с нравственной познавательной деятельности решением следующих основных задач:

Усвоение значимого духовного наследия русской армии и флота, представленного в многочисленных книгах и статьях по темам: отечествоведение и военная статистика, военная история, государственная оборона, военные реформы, стратегия, военное искусство, казачество, войны России, полки российской армии, флот, генеральный штаб, обучение и воспитание, традиции и другие.

Богатство русской военной мысли поражает воображение (42). В наследие нам оставлены десятки тысяч книг, свыше трехсот наименований периодических военных изданий, масса исследований по конкретным проблемам развития русской военной силы. Качественным завершением этого наследия стало творчество русской военной эмиграции - явление уникальное, до сих пор малоисследованного и почти неусвоенного.

Прочувствованное знакомство с мыслями и идеями предков поможет обрести их духовную поддержку для решения многих современных проблем российской военной силы.

Нравственными примерами и образцами для подражания являются настоящие научные подвиги таких русских генералов и офицеров, как П.Пестель, Д.Милютин, Н.Обручев, Л.Зедделер, Р.Фадеев, Г.Леер, А.Баиов, А.Риттих, А.Геруа, Н.Головин, А.Свечин, Б.Жерве, Н.Кладо, А.Ливен, А.Керсновский, П.Краснов и многих других, каждый из которых заслужил отдельного представления в современной отечественной и мировой военной литературе.

Критическое изучение общей и военной истории России, развития Русского Военного Искусства становится жизненно необходимой задачей. Ее решение обеспечит историческую преемственность, восстановит историческую память, будет способствовать формированию национального сознания, любви к Родине и военной культуре. Все наши предшествующие и сегодняшние заблуждения и ошибки в значительной степени объясняются отсутствием правдивого, истинного, полного представления о своей собственной истории, знание которой дает опыт, понимание и позволяет определить направленность развития. Как можно было успешно воевать, если все наши предшествующие войны к моменту начала новой войны оказывались (и оказываются до сих пор!) недоисследованными? О каком совершенствовании вооруженных сил можно вести речь, если историческая преемственность постоянно нарушалась, а представление о военных реформах, которые часто были неудачными, оставалось всегда положительным и очень поверхностным? До сих пор серьезно не исследована военно-административная деятельность российских государей, их военных министров. Нет поучительных работ по военному искусству. Остается в тени творческое наследие русских полководцев, не анализируются конкретные образцы их персонального военного искусства. Полезной умственной работы, способной обеспечить горение духа, - непочатый край!

Творческая переработка иностранной военной культуры - вместо подражания - является необходимым условием для создания совершенного войска. Русская военная традиция изначально основывалась на творческом применении зарубежного опыта. Он перенимался в ходе войн как с передовыми, так и с отсталыми государствами. Отдельные русские отряды сами находились на службе у других государств (например, Византии); в своих походах русские князья активно использовали наемные войска варягов, болгар, печенегов, половцев, других племен и народов. Ратная мудрость (теоретически и практически) перенималась у татар, шведов, литовцев, поляков, голландцев, французов, немцев. В XVII веке военное строительство определялось наличием полков русского и иноземного строя. В начале XVIII века регулярная армия и флот России создавались Петром Великим на основе западной "военной науки и военного искусства", при непосредственном участии иностранных военных специалистов. К концу этого века у России была собственная военная сила, свои великие полководцы (флотоводцы) и национальное военное искусство. Но уже с Павла I творческая переработка западного опыта в интересах совершенствования российской вооруженной силы практически прекратилась. Стали создавать русскую армию сначала по "прусскому", а потом по "французскому" образцу, перенимая из чужого опыта внешние, не боевые свойства военного дела: узкие костюмы и косы, шагистику, военные поселения, военные округа, парадность, шаблонные действия т.д. За период упадка военного дела в нашем Отечестве (XIX-XX вв.), который в целом совпал с существованием системы "вооруженного народа", Запад накопил бесценный военно-политический, военно-административный и боевой опыт, а также вышел на этап становления и развития профессиональных армий, сопровождаемый глубоким развитием военной теории и информационно-технологической "военной революцией". Усвоение этого опыта в интересах возрождения настоящей боевой силы, способной вести современную вооруженную борьбу победоносно и малой кровью, является сегодня одной из приоритетных задач предстоящей военной реформы. Решение ее необходимо начать с систематического изложения и изучения истории, теории и способов действий армий наиболее развитых стран мира.

Духовная жизнь, приводящая к совершенному войску, к предотвращению войн, к военным победам "малой кровью одержанным", требует Правды, Истины и Нравственности, которые прежде всего утверждаются религиозно-нравственной деятельностью Церкви. Нельзя рассчитывать на совершенные воинские качества, не веря в Бога, не зная России, не занимаясь военным самопознанием, обманывая самих себя относительно истинного положения дел в военной сфере. (Честное изучение современного состояния войск, реального положения дел в военной сфере часто подвергалось нападкам, недопущениям, запретам. В результате создавались глобальное непонимание и ложные чувства, что вело страну к военным катастрофам и обнищанию духа).

Различение Правды и Лжи, Добра и Зла невозможно сегодня (как и вчера) без религиозно-нравственного чувства, которое является стержнем духовной жизни воина. Русская Православная Церковь стремилась выработать и претворить его в жизнь. Она всегда была с армией, воодушевляла ее на победы и поддерживала в поражениях. Она питала русскую военную силу великими идеалами ("Святая Русь") и вдохновляла на ратный труд по созданию и защите Отечества. Она отправляла в армию и на флот лучших своих сынов - военных священников, которые своим героическим (43) духовным служением стремились поднять нравственное состояние личного состава и облегчить его страдания. Офицеры и военные священники русской армии вместе взошли на Голгофу 1917 года и вместе пытались дать отпор безбожному полчищу, которое оккупировало Россию на долгие годы. Одни из них были расстреляны, другие погибли на фронтах гражданской войны, оставшиеся ушли в бесконечное изгнание, чтобы, рассеявшись по всему миру, вдали от Родины, поддерживать и сохранять ее духовную жизнь.

Армия и флот, физически, идеологически и духовно ослабевшие, издерганные неудачными войнами и разрушительными реформами, ищут помощи и поддержки у Русской Православной Церкви, традиционного своего союзника, друга и сострадальца. Церковь освобождается от многовекового порабощения государством и наращивает свой нравственный авторитет. Бывшие воины-атеисты интуитивно встают на путь к Богу. И Церковь, и Армия ощущают новые угрозы, которые могут вскоре поставить под вопрос существование России как независимого государства. Государственно мыслящие представители этих двух жизненно важных для России институтов ищут спасения в возрождении и создании действительно христолюбивого воинства, с которым Россия будет непобедима и которое сможет обеспечить как собственное совершенствование, так и защиту Отечества при любых условиях и обстоятельствах.

Духовное возрождение России и Армии становится сегодня главной предпосылкой преодоления упадка военного дела и спасения Отечества. Без полного и всестороннего решения этой задачи невозможно будет определить правильные пути развития России, изыскивать наивыгоднейшие способы военного строительства, проводить успешные военные реформы. Духовная нищета, умственная деградация, зажим творческой военной мысли слишком дорого обошлись России, чтобы еще раз повторять печальный опыт бездуховного движения к "лучшему будущему". То что он заканчивается разрушением национальной военной силы и порабощением народа, неоднократно было видно на примере нашего собственного Отечества.

**

В любых обстоятельствах, в любых условиях жизни, сколь трудны бы они ни были, главное - созидать и возрождать души наши, как возвещает святой евангелист Матфей (Мф. 6, 33):

"Ищите, прежде всего, Царства Божия и правды Его...", и все приложится...

Примечания:

Записки С.М.Соловьева //Вестник Европы. - 1907. - Т.2. - Кн.3. - С.81, 82.

Цит. по: Митрополит Иоанн. Одоление смуты. Слово к русскому народу. - СПб.: Издательство "Царское дело", 1995. - С.7.

Цит. по: Кирпичников А.Н. Военное дело на Руси в XIII-XV веках. - Л. :Наука, 1976. - С. 6 - 7.

См.: Сухотин Н.Н. Война в истории русского мира. - СПб., 1898. - С. 30 - 31.

Там же . - С. 34.

См.: Война //Полный православный богословский энциклопедический словарь. Репринтное издание. Т.1. - М., 1992. - С. 540. В словаре, к сожалению, отсутствует понятие "христолюбивое воинство".

Краткий молитвенник для православных воинов. Репринтное издание 1915 года. - М., 1994. - С. 24 - 25.

Гуго Гроций. О праве войны и мира. Репринт с изд. 1956 г. - М.: Ладомир, 1994. - С.539. См. здесь же о праве войны с христианской точки зрения и о принципах мудрой военной политики на стр. 92 -110, 527 - 529; 532 - 539, 541-551, 561 - 564 и др.

Цит по: Митрополит Иоанн. Одоление смуты. - С.319.

См. подробно: Русская военная сила. Очерк развития выдающихся военных событий от начала Руси до наших дней. Составлено обществом офицеров Генерального штаба в Москве. Издание И.Н. Кушнерева. Выпуск 1. Домонгольский период. - М., 1888. - С. 29 - 75.

Нечволодов А. Сказание о русской земле. Репринтное издание в четырех книгах. Кн. 2. - М., 1991. - С. 452.

Нечволодов А. Сказание о русской земле. Кн. 3. - М., 1992. - С.107.

Там же. - С.148 -149.

Шавельский Г. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. Репринтное воспроизведение издания 1954 г. Т.1. - М., 1996.

Митрополит Вениамин (Федченков). На рубеже двух эпох. - М.: "Отчий дом", 1994. - С. 241, 245 - 247.

Многие статьи М.О. Меньшикова в газете "Новое время" публиковались в 1914 - 1917 годах под заголовком "Должны помнить!". Сам автор так объясняет этот призыв: "... Победа не есть роскошь для военной державы, а органическая необходимость, составляющая жизненный долг... Победоносная война укрепит наше международное положение и заставит уважать благожелательную волю России при меньших ее жертвах... Не из простого тщеславия мы должны победить, а ради последующего величия России и расцвета гения народного на всех его путях". - Меньшиков М.О. Письма к ближним. 1915 год. - Петроград, 1916. - С. 1, 5, 133.

"Милая, обожаемая моя Анна Васильевна..." /Сост. Т.Ф. Павлова, Ф.Ф. Перченок, И.К. Сафонов. - М.: "Прогресс", "Традиция", "Русский путь", 1996. - С. 234.

См.: Вершигора П.П. Военное творчество народных масс. Исторический очерк. - М.: Воениздат, 1961. - 824 с. Следует в то же время заметить, что вынужденными действиями народных масс в войне вряд ли можно по-настоящему гордиться.

Русская военная сила. Выпуск 6. Период царствования Петра Великого. - М., 1890. - С. 3.

См.: Учение и хитрость ратного строения пехотных людей. Издание Главного Штаба. - СПб., 1904. - С. 1, 26. "Хитрость" определялась раньше как искусство, мастерство, умение, умственная ловкость, тонкость и острота соображений. И только во втором значении - как лукавство, обман, коварство. - Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т., Т. 4. - М.: ТЕРРА, 1995. - С. 548 - 549.

"Наука побеждать" Генералиссимуса Суворова (По материалу, еще не бывшему в печати). С рисунками и чертежами Суворова. Текст пояснил и копии рисунков исполнил К.Нонненман. - СПб, 1913. - С. 39.

См. об этом: Гуго Гроций. О праве войны и мира. - С. 554, 557.

См. подробно: Русские святые воины. Жития. - М., 1995. - 160 с.

Исторический очерк Российских орденов и сборник основных орденских статутов. Составлен по поручению его сиятельства канцлера российских императорских и царских орденов Генерал-Адъютанта Графа И.И. Воронцова-Дашкова. - СПб., 1891. - С. 38.

Руководство к военным законам, составленное статским советником, доктором законоведения Николаем Рождественским. - СПб, 1853. - С.97 - 99.

Религиозная основа армии // Вестник военного духовенства. - 1898. - N 3. - С.77-78.

Устав полевой службы. Высочайше утв. 27 апреля 1912 г. Исправлен по 1 августа1914 г. - СПб., 1914. - С. 276 -287.

См., например: Международное право. Ведение боевых действий. Сборник Гаагских конвенций и иных соглашений.- М.: Международный Комитет Красного Креста, 1995. - 224 с. Женевские конвенции от 12 августа 1949 года и дополнительные протоколы к ним. - Б/м.: Международный Комитет Красного Креста, б/г. - 326 с. и другие работы.

Кутузов М.И. Сборник документов. Т. IV. Часть 2. Под редакцией полковника Л.Г.Бескровного. - М.: Воениздат, 1955. - С.38 - 39.

Там же. - С. 150.

Приказы Скобелева в 1877-78 годах. Составил Генерального штаба капитан Марков. - СПб., 1907. - С. 64.

См.: Награды, пенсии, пособия и призрение лиц военного ведомства. (Книга VIII Свода Военных постановлений 1869 г. Изд. 1914. С изменениями и дополнениями, последовавшими по 20 сентября 1916 г.). Издал Г.В.Голов. - Петроград, 1916. - 292+1-170 с.; Сборник узаконений и распоряжений о призрении воинских чинов и их семей. - Петроград, 1916. - 873 с.; Сборник узаконений об обеспечении в военное время офицерских и нижних воинских чинов армии и флота и их семейств. - Б/м, б/г; Блинов И., Демьянович В. Пенсии солдатам, их вдовам и сиротам. Закон 25 июня 1912 года с изданными в дополнение его инструкциями и разъяснениями Правит. Сената. Сборник. - Петроград, 1915. - 77 с. См. также: Военное законодательство Российской империи: кодекс русского военного права // Российский военный сборник. Выпуск 10. - М., 1996.

См.: Наумов А.А. Права военнослужащего как воина и как гражданина. - СПб.,1888. - 1332 с.

Напутствие воину-христианину. - СПб., 1995. - С. 13.

Шавельский Г. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. Т. 2. - С. 93.

Обручев Н. О вооруженной силе и ее устройстве //Военный сборник. - 1858. - Т.I. - С. 47.

См.: Военный дух //Энциклопедия военных и морских наук. Под гл.ред.ген-л-та Леера. Т.2. - СПб., 1885. - С.253 -254; Военная энциклопедия. Т.VII. - Петроград, 1910. - С.2-6.

См., например: Дух великого Суворова или анекдоты подлинные о Князе Италийском Графе Александре Васильевиче Суворове Рымникском. Изображающие в себе отличные его деяния, великодушные и добродетельные поступки, остроумные ответы, великие предприятия и важные примеры в лучших чертах его жизни, которые приносят честь геройству, решительности и военным деяниям, его украшавшим. С приобщением: описания его портрета, характера, краткой истории о рождении, свойствах, походах, сражениях по самую кончину и всех достопамятных и любопытных происшествий, в течение его домашней и военной жизни случившихся. С присовокуплением: Бессмертного его сочинения Тактики или Науки искусно побеждать и переписки Суворова с разными знаменитыми особами. - СПб., 1808.

Керсновский А.А. История Русской Армии. Т.4. - М.: Голос, 1994. - С.330.

Ильин И.А. Родина. Русская философия.Православная культура. Составитель Е.С.Троицкий. - М., 1992. - С.33. Россия должна процветать, а не разлагаться, творить, а не подражать; для этого русскому народу необходимо духовное возрождение и обновление, - полагал Иван Александрович Ильин. Он писал: "Прежде всего мы не верим и не поверим ни в какую "внешнюю реформу", которая могла бы спасти нас сама по себе, независимо от внутреннего, душевно-духовного изменения человека. Нет такой "избирательной системы", нет такого государственного устройства, нет такого церковного строя, нет такого школьного порядка, которые обещали бы человечеству, и в частности, в особенности России, обновление и возрождение, независимо от того, что будет созерцать его воображение, и каков будет внутренний уклад его мысли и настроений, и каковы будут дела его жизни... Невозможно, чтобы дрянные люди со злою волею обновили и усовершенствовали общественную жизнь. Жадный пустит в ход все средства; продажный все продаст; человек, в коем Бога нет, превратит всю жизнь в тайное и явное преступление. Внешнее само по себе не обеспечивает человеку ни духовности, ни духовного спасения; никакой государственный строй не сообщит человеку ни любви, ни доброты, ни чувства ответственности, ни честности, ни благородства. Истинное обновление идет не от внешнего внутрь, не от формы к содержанию, не от видимости к существу, а обратно. И странно, даже страшно доказывать это через 2000 лет после Рождества Христова; странно потому, что люди, по-видимому, прошли мимо Христианства; страшно потому, что мы не видим, чем и как восстановить и утвердить непринятое откровение.

Все великое и священное идет изнутри - от сердечного созерцания; из глубины - от постигающей и приемлющей любви; из таинственной духовности инстинкта; от воспламенившейся воли; от узревшего разума; от очистившегося воображения." - Ильин И.А. Для русских. Избранное. - Смоленск: "Посох", 1995. - С. 158 - 159.

См.: Российский военный сборник. Вып.7. К познанию России. - М.: ГА ВС, 1994. - С.156, 197.

См., например: 1) Русская мысль. Конец XIX- начало XX в. Под ред. П.А. Жилина. - М., 1982; Бескровный Л.Г. Очерки по источниковедению военной истории России. - М., 1957; Русская военно-теоретическая мысль XIX и начала XX века. - М., 1960; 2) "Российский военный сборник", выпуски которого отражают все значимое духовное наследие русской армии и флота, включая творчество военной эмиграции.

См., например: Н.Чепурнов. Награды в символах благочестия.// Правда-5, 15-22 марта 1996 г. - С. 13.

Дом и Отечество. - 1997. - 6 -11 января (Российская газета, 6.01.97 г.).

Необходимость института военных священников не ставится под сомнение. Его восстановление в современной российской вооруженной силе определяется не только традицией и нынешним духовно-нравственным состоянием, но и существующей практикой международного военного строительства: военные священники имеются сегодня в армиях всех цивилизованных государств и вновь появляются в странах бывшего "социалистического лагеря" (в Польше, Румынии, Словакии и других).

См.: Иеросхимонах Моисей (Боголюбов), Н.А.Булгаков, А.А.Яковлев-Козырев. Православие, армия, держава. - М.: Русский вестник, 1993. - С. 10 - 40.

Армия в Империи. Церковь и армия. // Военный журналист. - Белград. - 1940. - N 22. - С. 3.

Ильин И.А. Путь к очевидности. - М.: Республика, 1993. - С. 102.

Байдаков А.В. Православное духовенство русской армии и флота (вторая половина XIX- начало XX века). Словарь-справочник. - М.:ГА ВС, 1994. - 88 с.

Великий князь Александр Невский. - СПб.: Лениздат. 1992. - 318 с.

Воин христианин. Чтение для солдат по закону Божию. Сост. протоиереем Второго Драгунского Санкт-Петербургского полка Сергием Белявским. Репр. с изд. 1884. - М., 1994.-139 с.

Золотарев О.В. Вера и мужество в русской армии. Очерки истории.Под ред. А.И.Позднякова.- М: ВАГШ, 1994. - 134 с.

За землю Русскую! Памятники литературы Древней Руси XI-XV веков /Сост., вступ.статья коммент. и подбор миниатюр Ю.К.Бегунова. - М.: Сов. Россия, 1981. - 520 с.

Каргалов В.В. Полководцы X - XVI вв. - М.: ДОСААФ, 1989. - 334 с.

Каргалов В.В. Полководцы XVII в. - М.: Патриот, 1990. - 496 с.

Столетие военного министерства 1802 - 1902. Том XIII-й. Управление церквами и православным духовенством военного ведомства. Ист. очерк. Сост. протопресвитер Желобовский А.А. Гл.ред. ген.-л-т. Д.А.Скалон. Сотр-во: протоиерей Н.Коллестов и свящ.Ф.Ласкеев. - СПб., 1902. - С.130, IV, VI с.

Фирсов С.Л. Протопресвитеры русской армии и флота. (1890 - февраль 1917) // Новый Часовой. (Русский военно-исторический журнал). - С.-Петербург. - 1994. - N1. - С.6-14.

Цитович Г. Храмы армии и флота (состоящие в ведомстве протопресвитера военного и морского духовенства). Историко-статистическое описание. - Пятигорск, 1913. - 520 с.