# Всеобщая воинская повинность

Анатолий Иванович Каменев

Исторический закон гласит: между армией и народом существует почти математическая зависимость. Осознали ли мы это?

В ЭНЦИКЛОПЕДИЮ РУССКОГО ОФИЦЕРА


___________________________________________________________________


А.И. Каменев


ВСЕОБЩАЯ ВОИНСКАЯ ПОВИННОСТЬ


Ликург, выдающийся законодатель Спарты, вынужденный странствовать по миру, никогда, ни на минуту, не терял из виду главной своей цели: где бы он ни был, всегда интересовался государственным устройством и порядками в стране пребывания. Будучи мудрым человеком, он подмечал сильные и слабые стороны государственной власти и делал для себя определенные заключения.

Когда слезные просьбы спартанцев, доведенных до отчаяния произволом богатых и набегами соседей, возвратили его в Спарту, Ликург провел в жизнь идею такой государственной власти, в которой, по словам Полибия {1}, оказались объединены три формы государственного устройства - монархия, аристократия и де-мократия, причем в таких пропорциях, что каждый элемент препятство-вал преобладанию других{2}.

Самым ценным в его (Ликурга) политике было уравнение граждан в правах (имущественных и гражданских), введение эфебии (системы военного обучения юношества) {3} и разработка правил военного искусства, среди которых непременным было: защита республики, а не завоевание соседей; ограничение ведения войн с одним и тем же противником, дабы не научить его воевать (на свою голову) и культивирование военных добродетелей граждан перед всеми остальными.

Дабы связать сограждан клятвой не изменять установленного порядка до своего возвращения из-за границы, куда Ликург, якобы, временно направлялся, он намеренно лишил себя жизни, не оставляя никому повода для изменения его законодательства.

*

Спартанцы вынуждены были, как говорят предания, в течение 500 лет следовать заветам Ликурга и были непобедимой и процветающей республикой. Но как только они вновь допустили хождение золотых и серебряных денег и раскрыли свои границы для купцов, афинских философов и персидских эмиссаров, Спарта почти сразу же потеряла все то, чем она была сильна в течение предыдущего полустолетия.


См.:

Не забывайте монархии греческой   129k   "Статья" История

Социальные и военно-политические уроки Древней Греции


*

Как бы там ни было, можно всецело согласиться с мнением Ш. Летурно, который писал следующее:

"В конце концов, опыт Спарты имеет громадное теоретическое значение; он показывает, что только организованная система воспитания, раз она ни перед чем не отступает и не предъявляет требований свыше сил человеческих, что такая система может, действуя в течение достаточно длинного ряда поколений, придать телам и характерам известный отпечаток, хотя бы даже она противоречила естественным инстинктам и насиловала их" {4}.

*

Нам уже приходилось писать о том, что цивилизация не устраняет войны, а лишь усиливает военную опасность:


См.:

Глас вопиющего?   22k   "Статья" Публицистика. Россия.

Чему учит военная история России   91k   "Очерк" История. Россия.


*

Интересы обороноспособности страны требуют необходимого числа военнообученных людей. Причем, несмотря на то, что потребности в военных кадрах мирного и военного времени относятся как 1:10 (нередко и больше), разумное государство должно иметь в резерве эти 9/10, которые уже в первые дни войны могут потребоваться в войсках (действующей армии, резерве и т.п.).

Если принять во внимание тот факт, что неразумные правители уже в первый год допускают потери до 80% обученных и лучших военных кадров (прежде всего, офицерства), {5} то становится понятным то критическое положение, когда в бой приходится бросать совершенно необученных людей и кровью невинных людей смывать грехи военных и гражданских чиновников, не позаботившихся о том, чтобы еще в мирное время создать нужные предпосылки для победы.

*

Малоубедительно звучали и звучат мысли о "несоответствии" принципа всеобщей воинской повинности декларации прав человека, ибо помимо прав есть еще и гражданские обязанности. Тот, кто этого не понимает, мог бы облечься в одежду Робинзона и поселиться на необитаемом острове, правда без всякой надежды на то, что у него не возникнут обязательства перед "Пятницей" и страх перед заезжими дикарями.

*

Нет объективного основания для опасения, что военно-обученные граждане могут стать опасными в силу приобретенного ими умения владеть оружием, ибо тут дело не в актуализированной агрессии, а в степени и уровне воспитания граждан. Там, где правильно поставлено воспитание юношества, не может возникнуть названной угрозы обществу.

*

Римская история свидетельствует о героическом поступке молодого римлянин, по имени Муций, который во время войны с этрусками, для спасения отече-ства, решился на отчаянное дело. Спрятав под плащом кинжал, он отправился в неприятельский лагерь, чтобы убить Порсенну, царя этрусков. Его никто не задержал, и он благополучно пробрался в царскую палатку. В это время там раздавали жалование воинам. Не зная царя в лицо, Муций бросился с кинжалом на того, к которому все обращались с вопросами, и убил его. Оказалось, что это был лишь царский писарь. Этрусские воины схватили Муция, обезоружили и привели к Порсенне. Юноша бесстрашно заявил царю:


"Имя мое Муций, я римский гражданин и хотел умертвить тебя - врага своего отечества. Как видно, я ошибся, но все равно твои часы сочтены, ибо 300 римских юношей составили заговор на твою жизнь. Первому жребий до-стался мне, и то, что мне не удалось, удастся кому-нибудь из остальных".


Порсенна потребовал, чтобы Муций назвал заговор-щиков, угрожая в противном случае сжечь его живым на костре. Муций не ответил на это ни слова, но, желая показать, насколько римляне презирают боль и физические страдания, спокойно подо-шел к жаровне и положил правую руку на пылающие угли. При-сутствующие были поражены ужасом, а Муций, не дрогнув, стоял, пока рука его медленно горела на огне. Больше всех пора-жен был сам царь.


"Ступай отсюда безнаказанно, - вскричал он, - ты поступил с собой более жестоко, чем со мной. Желал бы я, чтобы и за меня сражались такие же бесстрашные люди!"


Такое признание Порсены многого стоит...

*

Следующим важным фактором могущества Рима был безусловный приоритет гражданских обязанностей перед всеми остальными.

"Порядок и последовательность нравственных обязанностей в древнем Риме нам хорошо известны: сначала долг по отноше-нию к родине, затем к семье и родственникам и только на по-следнем месте приватные обязанности. Высшая ценность, которую знает римлянин, - это родной город и его могущество. Даже переселившиеся в Рим роды чувствовали себя истыми римлянами. Рим рассматри-вался как некая вечная и бессмертная величина, которая, во всяком случае, переживет каждую отдельную личность. В случае конфликта интересы отдельной личности всегда отступают перед интересами общества в целом. {6}"


См. подробнее:

Почему Рим пал?   281k   "Статья" История


*

Такое воспитание юношества и такое, как у римлян ранней поры, отношение к гражданскому долгу, не может иметь негативных последствий, но несет лишь благо обществу.

*

Не будем, однако, множить аргументы в пользу всеобщей воинской повинности, но обратимся к истории становления этого принципа комплектования войск, опираясь, главным образом, на сведения, содержащиеся в "Военной энциклопедии", изданной в 1911-1914 гг. под редакцией В.Ф. Новицкого.

*

В различные эпохи истории и у разных народов военная повинность была в чрезвычайно разнообразных формах.


Исторические вехи


В глубокой древности В. п. была всеобщей, т. к. в борьбе за существование вынуждены были принимать участие все члены рода, общины или племени. С переходом к оседлому образу жизни и, главным образом, к земельной собственности, эта повинность всюду перелагается, в той или иной форме, на некоторую часть населения, сна-чала временно, а затем и постоянно, посте-пенно получая правовой характер.

Немецкий уче-ный Макс Иенс видит в этом явлении осуществление принципа разделения труда и называет эту первоначальную форму В. п. cменной (Wechselwehr).

Юлий Цезарь в своей De Bello Gallico рассказывает, что у суебов (швабов) мужское население было разделено на 2 очереди или смены, обязанные каждая вести войну в течение года, в то время как другая вела хозяйство.

Нечто вроде этой системы существовало и у древних славян, живших между Одером и Эльбой. Здесь несколько поселений со-ставляли одну оборонительную общину -- ополье, с правильно организованной сторожевой службой на границе. При этом все мужское население было обязано принимать участие в обороне, по непосредственно навстречу неприятелю выступала только часть населения, в то время как другая укры-валась с имуществом, женами и детьми в заранее подготовленных убежищах (град, город, оборонный бор).

Подобная сменная повинность сохранилась до XV в. у гуссит. таборитов, где часть общин по очереди вела войну. По-степенно эта обязанность начала ложится на одну и ту же часть населения. У некоторых народов это явление привело к крайней обособленности военной части населения, выразившейся в кастовых или близких к ним по своему типу организациях; это явление мы встречаем в Японии (самураи), Персии, Китае.

Затем видим в истории вид В. п., основанной на землевладении или землепользовании. Эта форма выра-жается двояко: или В. п. зависит от размера земельного владения, или же часть населения принимает на себя обязательность выступать на войну, получая за это в пользование землю (феодальная си-стема). Чистой феодальной системы В. п., без соединения с народным ополчением, призываемым в случае крайней опасности, по-видимому, не существовало нигде, ближе всего подходить к этому типу царство Сасанидов в древней Персии, где военная служба составляла почти исклю-чительное право и обязанность земельного дворянства.

Осо-бый вид земельной В. п. составляет пограничная военная служба. Меровинги поселяли войска, набранные из варваров, на границах франкского королевства и раздавали солдатам земельные участки. Карл В. образовал пограничные провинции (марки), раздавал там земли и за это обязывал население защищать границу. Только в 1873 г. в Австро-Венгрии был отменен просу-ществовавший более 4 столетий институт военно-пограничных областей, жители которых за право пользования землей должны были охранять границу.

В героическом периоде греческой истории существовала все-общая В. п.; каждый дом выставлял одного воина; никаких освобождений не допускалось и уклонение от воинской службы считалось позором. На войну выступала большая часть населения, а т. к. войны были часты, то с течением вре-мени это привело к крайнему обеднению страны.

Поэтому в законах Солона В. п. пере-лагается на имущественные классы; крестьяне и поден-щики, не имевшие земельного ценза, освобожда-лись от повинности. В. п. с течением вре-мени приобретает здесь довольно законченную фор-му: в каждой общине велся "каталог", в который вносились разделенные на 42 возраста все граждане, имеющие право и способные но-сить оружие, от 18 до 60 лет; однако, за неимением достаточного числа воинов мало-помалу имущественный ценз понижается, и В. п. распро-страняется на всех безземельных, с тем ограничением, что они обязывались выступать на войну лишь в случае неминуемой опасности для государства.

В Македонии всеобщая В. п. всего более подходить к современным понятиям: каждый гражданин был обязан службою, но получал вооружение и даже жалование (при Фи-липпе) от царя.

В Риме, по законам Сервия Тулия, каждый гражданин (т.е. платящий налоги) был обязан военной службой в возрасте 17--60 лет. На основании производившейся ка-ждые 5 лет переписи, весь народ делился по земельному имущественному цензу на 5 классов, отбывавших В. п. в различных родах войск. Осво-бождались от военной службы только пролетарии. В возрасте 17--45 лет каждый римлянин был обязан участвовать в 16, и не более, чем в 20, походах.

Никто не мог выставить свою канди-датуру на занятие какой-либо общественной долж-ности, не отбыв половины положенного числа походов.

Аппий Клавдий распространил в 312 г. до Р. X. В. п. на полуграждан (вольноотпущенных), даровав им гражданские права; к этому же времени относится и образование колоний, которые заселились пролетариями, обязавшимися за право владения землей защищать доступы к государству. В. п., основанная на землевладении, страдает тем существенным недостатком, что отрывает значительную часть населения от полевых работ и при частых войнах ведет к обеднению страны.

Поэтому римляне оказались вы-нужденными распространить повинность на более широкие классы населения, а в III в. до Р. X. в основу повинности положили, вместо земельного ценза, имущественный.

Постепенно начинает возникать идея вербовочных войск, что окончательно установляется Mapием (107 г. до Р. Х. В эпоху борьбы Рима с германцами снова в Римской империи появляется В. п., основанная на землевладении, но владельцами, а следовательно, обязанными военной службой, являются уже не римляне, а германцы (IV в. по Р. X.); но, строго говоря, это следует рассматривать, как плату наемным войскам, какими, несомненно, являлись по отношению к Риму германцы.

В Франкской монархии (V в.) каждый гражданин был обя-зан военной службой, начиная с 12 лет, и принимал в том присягу. Затем постепенно создалась средневековая феодальная система, в которой В. п., хотя и существует, но приобретает особенный оттенок обязательства военной службой не по отношении к государству, а к своему сеньору. При Карле В. был заведены списки всех свободных граждан, которые были обязаны личной В. п. и содержали себя на свой счет. Т. к. многие свободные граждане были очень бедны, то явилась попытка основать В. п. на земельной собственности, причем семьи, обладавшие недостаточным земельным цензом, были обязаны соединиться в группы и выставлять общего рекрута (807 г.).

Мало-помалу, вследствие усиления обнищания народа, но имевшего уже средства для снаряжения в поход, В. п. превращается в повинность феодальную. Эта система постепенно распро-страняется во всей Зап. Европе, и лишь в XVI в. снова выдвигается идея национальных армий, комплектуемых на принципах всеобщей В. повинности.

Первую попытку в этом направлении мы видим во Флоренции, где Maкиавелли проектировал и приступил к формованию национальной пехоты (1506 г.) и кавалерии (1511 г.); по его проекту, все флорентийские граждане были обязаны военной службой. Однако, возвращение к власти Медичи в самом начале прекратило этот опыт.

В Германии идеи Макиавелли быстро нашли себе отклик, но не вследствие подъема национального самосознания, а за неимением денег на содержание многочисленной наемнической армии. Против этих идей восстало большинство военных начальников, но силою вещей они вынуждены были пойти на уступки и согласится с тем, что-бы рядом с постоянной армией существовало народное ополчение. К концу XVI в. на принципе В. п. создается внутренняя оборона многих германских государств, Бранденбурга, Баварии, Саксонии, Пфальца, Бадена и пр.; в Нассауском же княжестве была даже организована военная подготовка населения.

Во Франции в XVII в., в эпоху развития аб-солютной монархии, также были попытки использовать народные силы, но уже для ведения внешних войн. Так, Лувуа пытается создать народную милицию, как источник пополнения постоянной армии (1688 г.); 2 года спустя он впервые прибегает при наборе в милицию к жеребьевке. Однако, эта система в скором времени превра-тилась в вербовочную, со всеми дурными ее сто-ронами, легшую исключительно на беднейший класс населения, пока Людовик XV не уничтожил милицию "для облегчения народа" (1775 г.).

Когда в 1789 г. пришлось усиливать армию, Национальное Co6paние почти единогласно отклонило конскрипцию на том основании, что только систе-ма комплектования волонтерами отвечает идее сво-бодной нации. Однако, население не было склонно ответить даже на призыв "отечество в опас-ности" и в 1793 г. был объявлен принудительный набор; на время войны было призвано все мужское население от 18 до 25 лет.

После мира в Кампо-Формио эти солдаты массами самовольно вер-нулись домой. Вновь (1793 г.) был объявлен закон о призыве всего мужского населения от 20 до 25 лет. Этот закон был близок к все-общей В. п., т. к. освобождались от В. п. только женатые и неспособные, но уже в 1800 г. было разрешено заместительство и объявлены льго-ты для привлечения охотников и сверхсрочных.

Конскрипция действовала и в эпоху Наполеона. В 1814 г. Людовик XVIII отменил ее и ввел систему пополнения охотни-ками; однако, уже в 1818 г. в дополнение к этой системе вводится В. повинность (Гувион-С.-Сир).

В эту эпоху особенно развивается заместительство: существовали даже агентства, поставлявшие заместителей за известную плату. Дело дошло до того, что заместители составляли 1/3 всей армии. В Крымской войне худшей ока-залась именно эта категория.

В 1855 г. заме-стительство было отменено и введен откуп, и на средства, добываемые этим путем, правительство нанимало сверхсрочных. Но в скором времени привлечь на воен. службу нельзя было и день-гами, в 1863 г. был восстановлено заместительство и приступлено к сформированию милиции (Guardo mobile) на принципах всеобщей воинской повинности.

Война 1870--71 гг. с ее ужасными для Франции последствиями не дала осуществить этот проект. Закон 1872 г. отменил заместительство, но оставил много выходов для богатых классов населения, желавших изба-виться от В. повинности. В 1889 г. был, наконец, возвещен принцип личного выполнения этого долга перед родиной, без всяких льгот. На почве этого закона и дополнения к нему в 1892 г. развился ныне действующий французский закон о В. повинности.

В Пруссии с 1654 г. начинают вести списки мужского населения, которое обязывается военной службой в эпоху крайней государственной опасности. В 1701 г. объявляется "Положение о местной милиции", попол-няемой по всеобщей В. п., но оно никакого военного значения не имело, и Фридрих-Вильгельм ее отменил. Вместе с тем, однако, он объявил, что каждый подданный, какое бы положение он ни занимал, обязан военной службой, а потому покидающей свою родину без разрешения признается совершившим побег из армии (1713 г.).

В 1735 г. в Пруссии был введена кантональная организация, заключающаяся в том, что каждому полку был приписан призывной округ; все мужское население округа считалось принадлежащим к составу полка и даже жило по отпущенным билетам, выдававшимся из рот, и носило цвета полка. Эта система дала Фрид-риху-Вильгельму почти неиссякаемый источник комплектования армии, но он сохранил рядом с нею и вербовку. Последняя была окончательно отменена только после уничтожения французами прусской армии в 1806 г., и было принципиально решено, что честь защищать свою родину принадлежит только гражданину.

Первоначально, однако, пришлось оставить в силе систему кантонистов, т. к. проект Шарнгорста -- со-здать армию с коротким сроком действительной службы и рядом с нею народную милицию, не мог быть. осуществлен без нарушения договора 1603 г., по которому Пруссия могла содержать армию только в 42 тыс. чел. В 1813 г. был объявлены положения о ландвере и ополчении. Каждый способный но-сить оружие был обязан в возрасте 17--40 лет службой в ландвере. В 1814 г. эта временная норма, вызванная напряженной борьбой с Наполеон, была. превращена в закон о всеобщей В. повин-ности. Каждый способный носить оружие прусский подданный должен был отслужить: с 20 до 23-летнего возраста в действительной армии; от 23 до 25 лет -- в резерве; от 25 до 32 лет -- в ланд-вере 1-го призыва и до 39 лет -- в ландвере 2-го призыва; ополчение состояло из всего мужского населения от 17 до 49 лет, не состоя-щего в действительной армии или ландвере.

В 1837 г. в пехоте в виде опыта срок действительной службы сокращен до 2 лет для того, чтобы увеличить запас этого рода войск. Мобилизация прусской армии в 1859 г. показала значительные дефекты этой системы отбывания В. п., и в 1800 г. воен. министр Роон провел следующую систему: под зна-менами--3 года, в резерве--4 г., в ландвере-- 1-го призыва -- 4 г. и 2-го призыва -- 5 лет В 1867 г. объявлен новый закон о В. п. для Сев.-Герм. союза: под знам.--3 г., в резерве--4, в ландвере 1-го призыва -- 5, ландвер 2-го призыва был отменен. При учреждении Германской империи этот закон был распространен на государства Южно-Герм. союза, которые незадолго перед тем (1868 г.) ввели В. п. и у себя. С небольшими изменениями закон этот действует и поныне (см. ниже).

В Австро-Beнгрии институт В. п. сравнительно недавнего происхождения. Идею же этой повинности можно проследить с XVIII в., когда в землях австрийской ко-роны существовало обязательство общин выста-вляют определенное число рекрут; кроме того, при вторжении неприятеля в пределы государства призы-валась на службу милиция. Об особом виде В. п., пограничной службе, было уже сказано ранее. В землях Венгерской короны издавна существовало так наз. Personalinsurection, т.е. обязательство, налагаемое на дворян, прелатов и пр., лично выступать на войну. Кроме того, в Венгрии существовала та же система общинной В. п., как и в Австрии. При Марии-Терезии и Иосифе II в землях австрийской короны, кроме Тироля и Форальберга, была введена система конскрипций, причем в основу был положен принцип всеобщей В. п., рекруты развёрстывались по провинциям и общинам на основании переписей; рядом с этим, однако, сохранилась и вер-бовка. Военной службой был и обязаны все граждане от 17 до 40 лет Идея всеобщей В. п. не могла быть, однако, осуществлена, т. к. выбор рекрутов был предоставлен местным властям, и, кроме того, допускался ряд изъятий. Принятые на службу оставались на ней без срока. В XIX в. ряд мероприятий постепенно подготовил население к всеобщей В. п., которая была, наконец, введена в 1868 г.


Воинская повинность в России{7}


В древней Руси В. п. в том смысле, как мы понимаем ее теперь, не было. Земское ополчение сел и городов выступало на войну по постановление веча, т.е. того же народа, а дружина находи-лась в договорных отношениях к князю и ни-какой обязательной служебной повинности не несла.

С возвышением (с конца ХIII в.) Московского княжества этот характер вооруженной силы начал посте-пенно изменяться. Не допуская существования в государстве договорной службы подданных, московские князя уничтожают право свободного отъезда{8}, и бывшие дружинники, прикрепленные поместной системой к служебному тяглу{9}, становятся государевым служилым сословием, служба которого делается обязательной повинностью. Бояре, дворяне и боярские дети обязывались пожизненной и поголовной службою; но это еще не была постоянная служба; служилые дворяне и боярские дети должны были являются на действительную службу лишь во время войны или в ожидании похода; в мирное время они обыкновенно жили в своих вотчинах и поместьях.

Наряду с этими изменениями происходят также изменения и в положении сельского населения. С уничтожением вечевых обычаев посадские и крестьяне становятся под полное начало великого князя и превращаются в даточных (посошных{10}) людей, обязанных являться к выполнению ратной повинности по первому требованию го-сударя.

Но повинность их в отличие от повинности служилого класса, не была пожизненной и личной, т. к. ратное тягло, по общему правилу, лежало не на личности, а на определенной тягловой единице -- семье, дворе, посаде и т. д. До введении постоянных войск поместные ополчения и ополчения из даточных людей составляли главную боевую силу Московского государства и получили название полков "русского строя". К этим двум категориям вооруженной силы вскоре начали прибавляются разные виды городских paтных людей: стрельцы, пушкари, кузнецы, затинщики{11}, городовые казаки и т. д., ком-плектовавшееся охочими, нетягловыми людьми; они получали за свою службу землю, хлебное и денежное жалованье, а также льготы по торговле и промыслам.

В половине XVII ст. наряду с полками русского строя возникают полки и "иноземного строя": солдатские пешие, драгунские пеше-конные и рейтарские конные. Эти полки комплектовались, главным образом, охочьими людьми, и лишь впоследствии туда начали набирать боярских детей и даточных людей. Солдаты, рейтары и драгуны в мирное время жили в своих поместьях или на отведенных им землях и обязаны были собираться в указанное время для обучения ратному делу.

Московские войска русского и иностранного строя носили, следовательно, характер поселенных войск; при этом дворяне и боярские дети отбывали ратную повинность пожи-зненно и поголовно, даточные люди по мере надоб-ности, остальное население несло военную службу в качестве охочих людей.

С созданием при Петре В. постоянного войска характер В. п. значительно изменился.

Основные начала военной системы, вве-денной Петром, заключались в следующем:

1) В. п. 6ыли обязаны все сословия государства, причем дво-рянство обязывалось службой поголовно, а все другие сословия должны были поставлять определенное коли-чество даточных людей, получивших с 1705 г. название рекрут;

2) служба была пожизнен-ная;

3) В. п. имела характер не личный, а об-щинный.

При преемниках Петра эти основ-ные принципы подверглись значительным изменениям. Прежде всего, В. п. потеряла характер общеобязательности; от нее были сперва освобо-ждены дворяне, а затем другие классы населения, как-то: купцы, почетные граждане, лица, по-лучившая известное образование, и др., вследствие чего вся тяжесть В. п. легла на низшие классы населения.

Затем, установленный Петром пожизненный срок службы с 1793 г. начал посте-пенно сокращаться и перед введением всеобщей В. п. равнялся 7 г.

Остался лишь нетронутым общественный характер отбывания В. повинности. Сущность этого принципа заключалась в том, что правительство требовало от общества поставки лишь определенного количества рекрут, и уже само общество определяло, кто из его состава должен от-быть В. повинность. С установлением этого принципа население само выработало основания для раскладки В. п. внутри общества, обра-щая внимание на то, чтобы отбывание повинности возможно менее расстраивало благосостояние семейств.

Этот порядок отбывания В. п. был узаконен в рекрутском уставе 1831 г. и получить название очередного{12}. Рекрутской повинности, согласно этому уставу, подлежали все сословия, платившая в казну подушный или соответствующую ей подать (мещане, крестьяне казенные, удельные и др.); подлежащее отбыванию этой повинности делились в каждый губернии и области на участки, причем каждый участок отбывал повинности по числу лиц мужского пола, занесенных в ревизии. Bсе семейства данного участка вносились в очередные списки по порядку числа состоявших в них работников, которыми считались все способные к труду лица в возрасте 18--60 лет; отдельные семейства давали рекрут по очереди, начиная с тех, которые имели наибольшее число рабочих рук; имевшие одного работника вовсе освобождались от по-ставки рекрут; рекруты должен был быть в возрасте 20--35 лет.

Т.к. очередной порядок оказался сложным, возбуждал на практике много недоразумений и не мог обеспечить армии молодых рекрут, то в 1854 г. для государственных крестьян и мещан был введен болee упрощенный порядок отбывания повинности-- жеребевый. Сущность его заключалась в том, что к отбыванию В. п. ежегодно привлека-лись лица, достигшие к 1 января призывного года 20-летнего возраста, причем по семейному положению они подразделялись на 3 разряда: к 1-му относились безземельные одиночки и члены многорабочих семейств, к 2-му--чле-ны семейств, имевших 3 работников, к 3-му--члены семейств с двумя работника-ми; единственные работники в семье от В. п. освобождались. К отбыванию В. п. призы-вались раньше всего лица, числившиеся в 1-м, затем во 2-м и, наконец, в 3-м разряде; в каждый раз вопрос о том, кому идти на службу решался жребием.

Как при очередной, так и при жеребьевой, системе, допускалась замена лица, сдаваемого в рекруты, другим лицом; такая замена происходила путем найма заместителя. В виду плохих нравственных качеств частных заместителей, при Николае I частный наем был заменен казенным; правительство само начало нанимать на службу охотников и по числу поступивших выпускало зачетные квитанции; лица, приобретавшие эти квитанции, могли представить их в любой набор для освобождения себя от службы. Так как чи-сло охотников было невелико{13}, то в царствование Александра II было решено привлекать на вторичную службу нижних чинов, увольняемых в бессрочный отпуск; по числу таких сверхсрочнослужащих выпускались выкупные квитанции. С 1872 г. эти квитанции начали вы-пускаться в неограниченном размере, и, таким образом, каждому обязанному военной службою было предоста-влено право избавиться от нее путем денежного выкупа. Неограниченный выпуск выкупных квитанций привел к тому, что вместо замены у нас установился откуп от В. повинности.

Указан-ные выше порядки отбывания В. п. сохрани-лись вплоть до 1874 г, когда манифестом 1 янв. у нас была введена всесословная В. п. на началах обязательной и личной службы всех граждан госу-дарства.


Суть всеобщей воинской повинности


На основании исторических данных, попробуем суммировать главное, т.е. попытаемся понять, в чем состояла суть воинской повинности у разных народов, несмотря на разнообразие решения этого вопроса в разное время. Здесь мы также опираемся на сведения из "Военной Энциклопедии" 1911-1914 гг.

*

Военная повинность носит название всеобщей, когда выполнение ее возлагается лично на всех граждан мужского пола, достигших определенного возраста. В. п. покоится на одностороннем волепроявлении государства, налагающего эту обязанность на граждан в силу своей суверенной власти, и является противопо-ложностью вербовке, в основе которой лежит добровольное соглашение государства с подданным.

Из такого определения всеобщей В. п. вытекают следующие положения:

1) В. п. есть обязанность подданных служить в составе организованной вооруженной силы. Это означает, что В. п., как юридическое отношение специального характера, охватывает собою не все виды служения государству, направленного к цели защиты государства, а лишь служению в организованной вооруженной силе, т.е. службу в постоянной армии, в ополчении и во флоте. Государство может призвать подданных для своей защиты и в другой форме; такой призыв повлечет за со-бой известные юридические последствия, но служба, вы-полняемая на основании такого акта, не дает содержания В. п., как она определяется и по-нимается законом.

С другой стороны, В. п. не охватывает обязанности службы только под ружьем; напротив, содержанием В. п. может быть и иного рода служба, и если военнообязанный не способен к службе под ружьем, то на него может быть возложена обязанность несения в составе вооруженных сил какой-либо другой вспомогательной службы. Служба в организованной вооруженной силе протекает обыкновенно неравномерно; наибольшая интенсивная ее часть протекает под знаменами (действительная служба); затем, отслужившие сроки действительной службы перечисляются в запас (резерв), предназначенный для пополнения войск до штатов военного времени; в некоторых государствах военнообязанные из резерва перечисляются еще в войска второй линии (ландвер) и, наконец, все они зачисляются в ополчение, на-значаемое в случае войны в помощь постоянным войскам. В зависимости от состояния военнообязанных в той или другой категории вооруженных сил и изменяется их юридическое положение. Наибольшим ограничениям они подвергаются во время нахождения на действительной службе: здесь они под-чиняются действию военных законов и ограни-чиваются в некоторых публичных и гражданских правах; с перечислением в резерв и ополчение эти ограничения почти совершенно исчезают.

2)В. П. ограничена во времени. Государство не может требовать от подданных службы более срока, определенного законом. Это положение имеет силу только для мирного времени; в военное же время военнообязанные остаются на службе, пока этого будет требовать государственный интерес. Размер повинности определяется возрастом и количеством лет службы; это последнее в разных государствах колеблется в пределах 22--28 лет; из них действительной службы 2-4 г., состояния в резерве (запасе) 9--15 лет; остальное время -- в ополчении. Установление длинных сро-ков всей В. п. вызывается необходимостью в случаях чрезвычайной опасности увеличивать соответственно и вооруженные силы. При определении сро-ков действительной службы и времени состояния в запасе государство стремится к такой комбинации этих сроков, чтобы при мобилизации действующая армия по составу и численности была вполне способной к выполнению поставленных ей задач. Этому стремлению, как мы видим, отвечает установление кратких сроков действительной службы, дающее возможность проводить чрез ряды армии всех способных к службе гра-ждан, и соответствующее увеличение времени пребывания в запасе, предоставляющее возможность увеличивать армию при мобилизации в несколько раз.

3) Всеобщ. В. П. равна для всех граждан, т.е. она должна отбываться всеми военнообязанными на оди-наковых основаниях.

От этого принципа равенства в действительности по разным соображениям делаются серьезные отступления, сущность которых заключается: а) в увеличении в военных интересах сроков действительной служ-бы для военнообязанных, поступающих на служ-бу в кавалерию и конную артиллерию (напр., в России и Германии), и для тех военнослужащих, которые по тем или другим причинам фактически не исполняли этой службы (лишение свободы в виде наказания, нахождение в отпуску); б) в сокращении сроков действительной службы в интересах народного образования для учителей народных школ и лиц, получивших известное образование; в) в видоизменении самого характера отбывания В. п., заключающемся или в сокра-щении сроков действительной и общей службы с изменением самого юридического положения военнообязанных (как это, напр., имеет место для вольноопределяющихся), или в зачислении военнообя-занных на весь срок службы прямо в запас или в ополчение, напр., по причинам физическим, в силу особенного семейного положения и т. д.; г) в установлении отбывания В. п. на особых основаниях, напр., в России для казачьего населения.

4) В. п. есть повинность общеобя-зательная, т.е. должна отбывается всеми гражда-нами, способными к отбыванию этой повинности физически и духовно. Отступления от этого принципа наблюдаются: а) в направлении исключения известной категорий граждан от исполнения В. п. и б) в направлении фактического освобождения от этой повинности. Исключаются от исполнения В. п. граждане, обладающее известными физическими и духовными недостатками, а также нрав-ственно опороченные; они не могут поступать на военную службу и добровольно. Освобождение от В. п. возможно лишь при наличности точно определенных законом условий; оно допускается по политическим соображениям для известных групп населения и в силу известного социального положения, напр., для членов царствующих домов.

5) В. п. есть по-винность личная; она не допускает замены военнообязанного другим лицом, ни посредством денежного выкупа, ни посредством найма охотников; отступления от этого начала в настоящее время весьма несущественны и иногда допу-скаются в самых незначительных размерах в пределах семьи.

6) В. п. есть повинность подданическая; она покоится на принадлежности к государству и соответствует подданническому праву на защиту; В. п. может быть, следовательно, обязаны лишь под-данные государства; иностранцы с разрешения вер-ховной власти могут быть принимаемы на военную службу, но военнообязанными они не признаются.


Условия воинской повинности


Обязанность выполнения гражданами В. п. возникает лишь при наличности известных условий; к числу их от-носятся:

А) Достижение известного возраста. Достижение определенного возраста является фактом, на котором основывается право государства требовать от граждан совершения действий, ведущих к возникновению военно-служебного отношения. Этот возраст в настоящее время определяется в пределах 20--21 г. Установление сравни-тельно раннего призывного возраста обусловливается, во-первых, стремление государства к возможно скорейшему разрешению для военнообязанных вопроса о принятии или непринятии их на службу, что для этих последних является чрезвычайно важным вопросом в смысле устройства их имущественных и семейных дел; во-вторых, желанием, целях экономических и нравственных, уменьшить число военнообязанных, поступающих на службу женатыми, и, в-третьих, стремлением иметь в составе вооруженных сил возможно большее количество молодых элементов, способных к перенесению тягостей военной службы. Кроме нормирования призывного возраста, современные законодательства устанавливают еще пониженные нормы для поступающих на службу вольноопределяющи-мися.

Б) Физическая годность. Армия требует людей сильных и здоровых. Принятие в ряды армии больных и слабых противоречить не только интересам армии, но и населения; потеряв силы и здоровье от непосиль-ной работы на службе, они могут сделаться тяжелым бременем и для самого общества. Лица, физически совершенно не годные к выполнению В. п., от нее совершенно освобождаются; военнообязанные, неспособные по физическим недостаткам служить в строю, зачисляются на службу нестроевую или перечисляются прямо в ополчение; иногда физически неокрепшим больным дается отсрочка. Вопрос о физической год-ности новобранцев является в настоящее время больным местом почти всех европейских государств, т. к. понижение физической годности военнообязанных с каждым годом возрастает. С целью обеспечить прилив в армии вполне годных в физическом отношении элементов стремятся, во-первых, расширить круг лиц, среди которых выбираются новобранцы, путем сокращения льгот и привлечения к отбыванию повинности ча-стей населения, до сих пор не отбывавших этой повинности, и, во-вторых, принимаются меры к поднятию уровня физического развития населения и к предварительной подготовки его к отбыванию В. п. путем организации школьных батальонов, гимнастических, стрелковых и др. спортивных обществ.

В) Нрав-ственное достоинство. В. п. признается обязанностью почетной, а потому участие в этой повинности лиц, опороченных по суду, не допускается, как подрывающее нравственное достоинство повин-ности. Недопущение к отбыванию В. п. нрав-ственно опороченных не есть освобождение их от этой повинности, а позор, исключение от исполнения этой почетной обязанности. В зависимости от степени опороченности, опороченные элементы населения или вовсе исключаются из числа лиц, обязанных В. п., или отбывают эту повинность на особых основаниях, или же отбыва-ют ее на общих с остальными гражданами условиях.

*

На примере русского Устава 1874 года, выявим льготы и изъятия из принципа всеобщей воинской повинности, вновь опираясь на сведения из "Военной энциклопедии" под редакций Новицкого.


Льготы и изъятия


Устав 1874 г., в отступление от принципов общеобязательности и равенства в отбывании В. п., допускает, однако, в интересах населения ряд льгот и изъятий, сущ-ность которых сводится к следующему:

1) Совершенное освобождение от В. п. дается:

А)по причинам физическими,--лицам, вследствие физических недостатков и болезненного расстройства, совершен-но неспособным к военной службе, за исключением умышленных членовредителей, зачисляемых во всяком случае на службу по причинам политическим и бытовым -- населению Туркестанского края и некоторых отдаленных округов Сибири, а затем инородческого населения Астраханской и Архангельской губерний, Тургайской и Уральской областей и всех губерний и областей Сибири; для мусульман, же населения Терекской и Кубанской областей и Закавказья отбывание В. п. заменено особым денежным сбором;

Б)по роду занятий -- священнослужителям всех христианских исповеданий; православным псаломщикам, окончившись курс в духовных академиях или семинариях; настоятелям и наставникам общин старообрядцев и сектантов, утвержденных правительством в должностях.


2)Освобождаются от В .п. в мирное время:

А) по роду занятий--врачи, ветери-нары и фармацевты; преподаватели и штатные воспитатели всех правительственных и других учебных заведений, поименованных в особых списках, и некоторые другие, они зачисляются прямо в запас армии на 18 лет;

Б)по семейному положению--без-условно освобождаются и зачисляются в рат-ники ополчения 2-го разряда лица, пользующиеся льготой 1-го разряда по семейному положению, т.е. единственный сын в семье и единственный способный к труду член семьи; лица, пользующиеся льготою по семейному положению 2 и 3 разряда, подвергаются жребию наравне с остальными призывными, но принима-ются на службу лишь в случае недобора новобранцев, причем, сперва зачисляются на службу по порядку вынутых номеров льгот-ные 3-го, а потом 2-го разряда; не принятые на службу зачисляются в ратники ополчения 1-го разряда; по семейному положению льгота 2-го разр. пре-доставляется единственному способному к труду сыну при отце, способном к труду, и при братьях, к труду не способных, а льгота 3-го разряда --лицу, непосредственно следующему по воз-расту за братом, находящимся по призыву на действительной службе или умершим на ней; способ-ными к труду считаются имеющие 18--55 лет, за исключением: совершенно не имеющих возможности работать вследствие увечья или болезного расстройства, сосланных, находящихся в безвестной отлучке более 3 лет, находящихся по при-зыву на действительной службе нижними чинами; по физическим причинам зачисляются в ратники ополчения 2-го разряда лица, которые по телесным недостаткам неспособны к действительной службе, но оказыва-ются по наружному виду способными вообще но-сить оружие.


3) Отсрочка призыва.

Сущность этого отклонения от принципа равенства отбывания В. п. заключается в том, что лица призывного возраста в действительности поступают на службу не в том году, когда призываются к жребию, а позже; по причинам физическим она дается до 2 лет лицам, недостаточно возмужалым, не оправившимся после недавно перенесенных болезней и одержимым болезнями, не освобождающими совершенно от службы; по имущественному положению она дается до 2 лет лицам, управляющим лично собственным недвижимым имуществом или принадлежащими им торговыми, фабричными и промышленными заведениями; от 3--6 лет отсрочки даются переселенцам; в интересах народного образова-ния отсрочка дается от 22 до 28-летнего возраста воспитанникам учебных заведений 1 и 2-го разряда в зависимости от значения этих заведений и объема курса.


4)Сокращенные сроки службы устано-влены в интересах народного образования при отбывании В. п. по жребию: а) для окончивших курс учебных заведений 1-го разряда и 6-классов гимназий и соответствующих им учебных заведений срок действительной службы установлен для них 2 г., в зап.--16 лет; б) для окончивших курс учебных заведений 2-го разряда, учителей начальных училищ, и некоторых других -- 3 г. действительной. службы и 15 лет в запасе и в) для вольноопределяющихся 1-го разр. -- 1 г. действительной службы, 2-го разр.--2 г.; состоящих в запасе--12 лет


5) На особых основаниях В. п. отбывает казаки Империи.

*

Следует признать тот факт, что всеобщая военная повинности в последние годы существования Российской империи строилась на весьма правильных юридических, политических и социальных основаниях.

Но, как нам известно, не всегда верно сформулированные принципы находят правильную практическую реализацию. Так было и в деятельности государственного и военного управления царской России времен Николая II.

*

Из новейшей истории нам следует обратить на практику Всевобуча, т.е. всеобщего военного обучения, которое в СССР вводилось дважды: в 1918-1923 гг. и в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.

В первом случае необходимо подчеркнуть, что советская власть, наподобие французов времен Наполеона, пыталась свою военную мощь основать на милиционной системе. Для этой системы нужны были офицеры в качестве инструкторов военного обучения и система разнообразных военизированных курсов.

На практике вскоре стало видно, что милиционная система не может соперничать с постоянной армией.

*

Никакой революционный энтузиазм не может заменить кропотливой и тщательной подготовки военных специалистов, но и никакая кадровая армия не может обойтись без военно-обученных резервов. Следовательно, вопрос надо ставить не альтернативно: "это или то", а конструктивно: "и то и другое", в нужной пропорции, при необходимом качестве и в должном количестве.

*

Плохо, когда об этом вспоминают, как то было в 1914 г., когда 17 сентября 1941 г. Государственный Комитет Обороны принял постановление "О всеобщем обязательном обучении военному делу граждан СССР". В соответствии с этим постановлением, с 1 октября 1941 г. вводилось обязательное военное обучение всех граждан СССР мужского пола от 16 до 50 лет; устанавливалось, что обязательное военное обучение осуществляется вневойсковым порядком (не в армии) без отрыва лиц, привлечённых к прохождению военного обучения, от работы на фабриках, заводах, в совхозах, колхозах, учреждениях; в составе Наркомата обороны образовывалось Главное управление всеобщего военного обучения (Всевобуч), в военных округах, в областных (краевых, республиканских) военкоматах создавались отделы Всевобуча{14}.

*

Совершенно по-иному поступила Германия в преддверии 2-ой мировой войны. Благодаря Бруно Винцеру, написавшему книгу "Солдат трех армий", {15} мы имеем возможность понять отличия в постановке военного образования в Германии и в СССР в 30-е годы ХХ века, т.е. в десятилетие, предшествующее великой войне.

*

Германия, потерпевшая поражение в 1-ой мировой войне, была ограничена в возможности иметь мощные вооруженные силы. Тем не менее, милитаристические планы Германии побуждали ее изыскивать способы подготовки военных кадров. С этой целью в военном министерстве, которое возглавлял Гренер, имелся отдел, который, обходя ограничительные предпи-сания Версальского договора, занимался планированием мобилизации. Он-то и разработал подробную программу краткосрочной подготовки. Там были планы трехмесячных, восьминедельных, четырехнедельных и даже двух-недельных курсов обучения. Эти учебные планы надо было проверить на практике.

*

Бруно Винцер оказался одним из ста двадцати новобранцев, которым предстояло пройти двухнедельную программу ускоренной подготовки бойца.

Вот что об этом эксперименте писал сам Бруно Винцер:


"Моя служба началась совсем иначе, чем я себе представлял. После регистрации в канцелярии нас послали в каптерку, где мирно и вежливо пригонялось обмундирование. Мы могли обменять его на другой день, если, на наш взгляд, оно плохо сидело. Убирать шкафы и заправлять койки в спальнях нам помогал старший по казарме. А если мы что-нибудь клали или ставили не так, как по-ложено, на нас никто не орал.

Старший по казарме был одновременно командиром отделения и вел у нас учебные занятия: основные пра-вила поведения в армии, знаки различия, внутренний распорядок в казарме и субординация. Если мы путали знаки различия, именовали капитана "господином лейте-нантом", нам не устраивали выволочку, а ограничивались лаконичным замечанием. Так было в первый день.

На второй день мы вышли в полной форме и стальных шлемах в казарменный двор и приняли присягу:

"Присягаю на верность конституции и клянусь, что всегда буду, как мужественный солдат, защищать Гер-манское государство с его законными установлениями и повиноваться президенту и своим командирам!"

Обычно к присяге приводили только через четыре недели. А нас заставили дать ее сразу, так как, вероятно, принятие присяги обязывало к молчанию о том, что наша ускоренная подготовка нарушала установленное мирным договором ограничение численности германской армии: она не должна была превышать ста тысяч человек".

*

Следует обратить внимание на следующее замечание Б. Винцера:

"Рейхсвер находил нелегальные пути, чтобы всячески использовать возможности, заложенные в установленном длительном сроке службы. В итоге солдаты получали под-готовку как будущие унтер-офицеры, а унтер-офицеры --как будущие командиры взводов, А обучение командиров взводов было опять же построено так, что она могли в любое время принять командование ротой, а командиры рот по квалификации представляли собой командиров батальонов. Таким образом, рейхсвер фактически яв-лялся оптовым поставщиком унтер-офицеров, офицеров, командиров и генштабистов для будущей германской армии".

*

Чрезвычайно важна идея - "готовить на ступень выше". Как она отличается от советской системы подготовки офицеров-инструкторов, предназначенный изо дня в день повторять одно и то же с новыми группами Всевобуча. Установки ГУВУЗа (Главного управления военно-учебных заведений) сводились к следующему: "Командир должен быть инструктором подчиненных. Вот почему инструк-торская подготовка должна привить и укрепить у обучае-мых: а) твердое знание всех предметов военного обучения и владение на практике методикой преподавания последних; б) знание программ и методики обучения, принятых в воинских частях РККА; в) умение организовать и направлять обучение в пределах до роты" {16}

*

В одной из публикаций 1929 года предпри-нята попытка осмыслить недостатки в подготовке военных кадров в сравнении с опытом подготовки таких кадров в Гер-мании. Автор указывает, что главным недочетом в подготовке курсантов является отсутствие предварительной армейской выучки у будущих командиров, а также неудовлетворительная система войсковых стажировок. Обращаясь к опыту подготовки офицерских кадров в Германии, он отмечал, что желающие стать офицерами должны пробыть в строевых частях пред-варительно не менее 25 месяцев, причем первые 10 месяцев они должны были пройти через учебные подразделения. Затем на два года они направлялись в военные училища, а остав-шееся от 4-х лет учебы время, вновь проводили в войсках, стажируясь в должности{17}.

В нашей военной школе дело было поставлено иначе: первые два года курсант готовился в объеме подготовки одиночного бойца и младшего командира и лишь последний год посвящался его подготовке как командира взвода.


См. подробнее:

История подготовки офицеров в Советском Союзе   709k   Годы событий: 1917-1984.

*

Однако, вернемся к рассказу Б. Винцера:

"Частицей этой системы были и наши курсы. Старшие по чину солдаты или ефрейторы назначались команди-рами орудий. Унтер-офицеры командовали взводами, а минометной ротой -- молодой лейтенант, командир взвода. Это был так называемый кадровый состав -- всего около тридцати человек. Затем шли мы, сто двадцать рекрутов, в качестве "пополнения", и рота была укомплектована. Оставалось только, согласно двухнедельной программе, обучить нас, "равняясь на направляющего", сформировать из нас годное к строевой службе в военное время подраз-деление и представить его господам с Бендлерштрассе. Следовательно, на переднем плане была подготовка якобы на случай войны, а на заднем--заправка коек, уборка шкафов и прочие мелочи казарменной жизни. Оттого-то так уютно и было все сначала обставлено. Но после при-сяги стало неуютно.

Сообразуясь со структурой минометной роты, нас раз-делили на три разряда: связные, стрелки и ездовые.

Связные учились верховой езде, азбуке Морзе, свето-сигнализации, а также прокладывать телефонные линии, или "тянуть провод", как это у нас называлось; обслу-живать дальномер, делать чертежи, составлять короткие донесения, передавать приказы. Не последнее место в обу-чении занимал и метод наводки при стрельбе с закрытых огневых позиций.

Стрелки учились обращаться с минометами. Выдви-нуть эту махину в позицию, да еще согнувшись, да за две-три минуты, стоило большого труда, мы обливались потом, не обходилось и без синяков. Заряжать, наводить, устранять помехи, разбирать затвор, менять позицию, прицеплять к тягачу -- в этом необходимо тренироваться, и мы тренировалась до изнеможения.

Ездовые учились скакать верхом и править лошадьми. Каждый, кто знает, сколько сил отнимает одна только уход за лошадьми, может себе представить, что пришлось проделать этим парням за две недели.

Все три категория, прохода специальную подготовку, учились стрелять из карабинов и пистолетов, включая стрельбу боевыми патронами, а также пользоваться руч-ными гранатами и карманной буссолью, читать карты и ориентироваться ночью.

К началу второй недели рота выстроилась в полном составе для выступления в поход. Впервые все то, чему вас учили, муштруя в одиночку и группами, предстояло испробовать во взаимодействии: поход по дорогам, про-тивовоздушное укрытие, развернутые боевые порядки и снова марш по местности, разведка и занятие позиций, потом рытье окопов и маскировка, команда для ведения огня, стрельба и занятие новых позиций.

Вечером, усталые как собаки и покрытые грязью, при-ходили мы в казармы. После ужина следовала чистка минометов и личного оружия, причем обучение продол-жалось. Потом мы повторяли проработанный материал и получали всевозможные указания. В полночь мы вали-лись на койки, а в пять утра все начиналось сызнова.

В день окончания курсов явились офицеры из мини-стерства рейхсвера проверить результаты эксперимента. В метель и холод мы отправились в Россентин на учеб-ный плац, куда добрались, вымокнув до нитки. На холме стояло такое количество чиновников с Бендлерштрассе, что на каждого из них приходилось чуть ли не по рекруту. Вскоре они заняли свои места и стали наблюдать за всеми манипуляциями. Тут уж нельзя было "ловчить", выражаясь нашим языком. Правда, это и не было смотром в обычном смысле -- проверялась часть мобилизационного плана.

Когда мы, замерзшие, выстроились, чтобы пуститься в обратный путь, в казармы, какой-то генерал в монокле сказал нам на прощание:

-- Молодцы, ребята! Вы доказали, что из штатского можно за две недели сделать настоящего солдата. Выра-жаю благодарность и одобрение участвовавшим офицерам и младшим командирам, хвала вам, солдаты рейхсвера!"

*

После такой боевой выучки рекрут можно было вести в бой, надеясь на успех.

На этой ноте можно было бы ограничиться цитированием Б. Винцера, если бы не одно весьма важное обстоятельство.

То, что произошло после двухнедельной экспериментальной подготовки с новобранцами, наглядно демонстрирует, как и до какой степени можно извратить идею военной подготовки, сведя все к мелочам службы.

*

В линейном батальоне все обстояло иначе:

"Уже при встрече во дворе казармы, когда нас прини-мал ротный фельдфебель, представший в окружении унтер-офицеров, у нас мелькнула мысль, что генерал с моноклем, вероятно, глубоко ошибался. Все выглядело так, как если бы нас встречали укротители диких зверей. И тут ротный высказался:

-- Вы, юнцы, как видно, думаете, что чего-то до-стигли. Вы, наверно, воображаете, что уже стали солда-тами. Вы, ребятки, играми занимались, две недели играли! Забудьте про это! Вы вообще и не были в Кольберге, ясно? Вы штафирки, жалкие штафирки. Теперь только мы сделаем из вас людей. Только теперь вы научитесь стоять в ходить, ясно? Вы ухмыляетесь? Ничего, это у вас скоро пройдет. Ряды сдвой! Шагом марш! Рассчитайсь!

Конечно, у нас это получилось плохо, конечно, мы не построились по росту, хотя нам это и не было приказано, конечно, должного равнения не было. Мы держали наши чемоданы и картонки как снарядные ящики в мчались с одного конца казарменного двора в другой, взад и впе-ред. Когда рубашки прилипли к телу и мы действительно имели вид жалких штафирок, нас разбили на отделения и отправили по комнатам.

-- Ох, ребята, я думаю, мы здесь хлебнем горя! --полушутя жаловался на берлинском диалекте Генрих Шульц из Шарлоттенбурга .

Он оказался прав. Впрочем, для этого и не нужно было большой проницательности.

Обучение рекрутов в рейхсвере длилось шесть меся-цев и было необычайно суровым. Может показаться смеш-ным, что мы с чрезвычайным рвением и усердием заправ-ляли свою койку и, накрывая ее одеялом, подсчитывали число шашечек на одеяле вдоль края кровати; мы с ве-чера готовили себе бутерброды на утро и съедали их стоя, так как на порядочный завтрак времени не хватало. Через несколько минут после побудки унтер-офицер уже стоял в помещении и неистово нас подгонял. Он наблю-дал, как мы моемся -- для кое-кого это было необходимо, проверял одежду, уборку комнаты, заправку постели, следил, чтобы был порядок в шкафах и за чистотой по-суды. Каждый из нас был уже весь в поту и измучен, когда настоящая "служба" только начиналась.

Итак, как нас предупредили, мы стали учиться пра-вильно стоять и ходить.

-- Ну-ка, напрягите, пожалуйста, ягодицы, да так крепко, чтобы могли ими вытащить гвоздь из доски стола!

Первое время мы думали, что разрешается смеяться при этакой шутке, что мы даже должны смеяться, это, мол, солдату положено. Глубокая ошибка! Солдат должен терпеливо сносить все, не обнаруживая никаких чувств. Только в этом случае он стоит правильно.

Сначала надо было стоять, потом ходить" после ходьбы бегать, после бега лежать. Затем встать, потом лечь. Встать! Лечь! Встать!

А так как непрерывное выкрикивание команды могло унтеру наскучить, да и голосовые связки уставали, то скоро дело свелось к жестам. Если унтер указывал боль-шим пальцем вниз, это значило "ложись!" Если он под-нимал большой палец вверх, мы вставали.

Потом мы учились делать повороты и развороты:

-- Нале-е-е-во! Отделение, кругом марш! Напра-а-а-во! Отделение, кругом марш!

Нас обучали отдавать честь, на обычном языке -- "приветствовать". В фуражке и без фуражки. С чемода-ном и без чемодана. В одиночку, вдвоем, группами. Стоя и на ходу.

Мы учились ползать на боку, на четвереньках, по-пластунски. Мы мчались галопом, перепрыгивая препят-ствия, по беговой дорожке, которую мы прозвали "карь-ерой чиновника", и вскарабкивались на деревья с провор-ством обезьян. Первый месяц мы ходили шагом только по команде. Остальное время главный способ передвиже-ния был бегом.

Мы выучили наизусть правила внутреннего распо-рядка в казарме, в помещении и правила хранения вещей в шкафах. Мы изучили знаки различия в армии и на флоте. Мм заучивали названия гарнизонов и номера соединений, пока не усвоили их так прочно, что могли и со сна ответить на вопрос о них. Мы научились на-водить глянец на поясной ремень и сапоги, дабы они "блестели, как бычье брюхо при лунном сиянии".

Мы научились чистить ребром монеты внутренние швы сапог и ботинок.

Мы научились песком и металлической щеткой со-скабливать нагар с кофейников и котелков.

Нас приучили к тому, что железные печки надо зи-мой и летом изо дня в день, днем и ночью драить, чтобы они сверкали, как новенькие.

Мы научились натирать мастикой уборные и деревян-ные части "очка".

Мы научились маршировать. По отделениям, повзводно и ротой.

Мы научились выносить боль не моргнувши.

Мы научились проглатывать оскорбление и тотчас о нем забывать.

Нас приучили говорить, только когда спрашивают.

Мы многому научились -- и почти автоматически все больше теряли способность понимать, что в этой мясорубке мы в совершенстве научились только одному -- отказываться от собственного мнения, от собственного суждения -- и превратились в бездумных исполнителей приказов, для которых существует только слепое повино-вение, и больше ничего. Правда, нам казалось, что мы знаем, для чего мы стали солдатами, у нас были расплыв-чатые национальные идеалы, но мы сознательно или бес-сознательно уклонялись от возможности, не говоря уж об обязанности, сопоставить полученную здесь "науку" с нашими представлениями и спросить себя, может ли подобное "воинское обучение" привести к добру народ и отечество. Мы отмахивались как от "придирок" от того, что в действительности было системой, такой системой, которая вела к деградации человека и превращала его в безотказно функционирующий винтик военной машины.

Мы не только не способны были постигнуть значение роковой эволюции в нашей собственной жизни, но и уло-вить зависимость нашей психологии от роковой эволюции, происходившей в нашем отечестве; напротив, мы уже мыслили в согласии с извращенной системой понятий на-ших инструкторов и гордились тем, что перестали быть "жалкими шпаками" и сделались "людьми". И чем дольше мы служили в рейхсвере, чем глубже укоренялось в нас сознание нашей избранности, тем сильнее была уверен-ность, что "человек" лишь тот, кто принадлежит к "расе господ". Но сначала мы радовались, что наконец стали настоящими солдатами. Правда, в Кольберге генерал уже назвал нас солдатами, и мы ему поверили. Но после строевого обучения мы поняли: хоть генерал, может статься, и важная птица, но царь и бог для нас--ротный фельдфебель.

Итак, мы стали "людьми", и нам дозволено было по-лучить винтовки.

Вручение винтовок было торжественным событием, почти как помолвка или свадьба. Ружье и было "невестой" солдата, его надлежало беречь и лелеять и не от-давать в чужие руки.

...

Мы получили две патронные обоймы и учебные пат-роны из латуни, а ведь ребенком я играл боевыми патро-нами. Учебные патроны полагалось ежедневно чистить асидолом. Если они недостаточно блестели, назначались дополнительные полчаса строевой подготовки.

Потом мы занимались маршировкой -- строевым ша-гом и старопрусским парадным шагом, гусиным шагом. В одиночку, отделениями и ротой.

И снова ружейные приемы. В одиночку, отделениями, ротой. Постепенно мы превращались в единый механизм.

Когда, бывало, рота построена, никто не шелохнется, все стояли как вкопанные.

Мы носили сапоги или башмаки на шнурках. Каждая подметка была приколочена тридцатью двумя гвоздика-ми. После пятичасовых упражнений или дальнего по-хода, естественно, нескольких гвоздиков не хватало. Но горе тому, у кого при следующем построении не было сколько положено гвоздиков на подметке. А подбить под-метку мы не успевали.

Рота вступала маршем во двор, мчалась в помещение, ставила винтовки в козлы, штурмовала умывальную, и уже слышались трели свистка дежурного унтер-офицера:

"Построиться на обед!" В одно мгновение мы снова были на месте.

Дежурный унтер рапортовал фельдфебелю. Фельдфе-бель шагал позади роты.

-- Левую ногу выше! Правую ногу выше! Каждый, у кого не хватало гвоздей на подметке, от-мечался и должен был полчаса дополнительно проходить строевую подготовку.

Затем фельдфебель шагал вдоль строя.

-- Показать руки!

Пять часов мы копались в грязи, тем не менее ногти у нас должны были быть под стать ноготкам парикмахер-ши. Если фельдфебелю не нравились наши "лопаты", по-лагалось полчаса дополнительных упражнений.

Если у бедняги не все пуговицы были застегнуты, на него обрушивалась буря.

-- Вы что, нарочно? Хотите простудиться? Это чле-новредительство, мальчишка! Стоит тут полуголый! За-писать на полчаса!

Если же у солдата на одежде не хватало пуговицы, значит, он расхищает государственное имущество.

И пока продолжался этот спектакль, рота стояла как вкопанная. Время шло. Для еды оставалось всего не-сколько минут. Мы, давясь, глотали пищу и мчались в ка-зарму. Может, кому-нибудь надо было в уборную, но уже слышалась трель свистка унтера: "Построиться на пере-кличку!"

И снова все стояли как вкопанные. Механизм функ-ционировал правильно.

Ротный фельдфебель был вроде бы солдатской ма-терью. Практически он занимался всем и должен был обо всем заботиться.

Командира роты можно было бы сравнить с отцом семейства, который поручает матери повседневные дела и его нельзя обременять всякой чепухой. В первую оче-редь его интересовал механизм в целом, а каждый ново-бранец в отдельности был в его глазах только номером. Стоит рота как вкопанная, значит, все в порядке.

Нашу "мать" мы видели ежедневно, а "отца" в тече-ние полугода очень редко, да и то недолго, разве что по время заключительного смотра, когда наш капитан фон Шверин торчал перед нашими глазами несколько часов"...

*

Эта "картинка" из жизни германской армии, дополненная лишь некоторыми штрихами, могла бы "украсить" интерьер русской армии времен плацпарадной суеты и межвоенного "затишья" советской армии 30-х, 50-х и прочих годов. Как это далеко от Петровского и Суворовского принципа учить войска тому, что необходимо на войне.

*

История логически подводит нас к анализу современного положения дел. Для этого попытаемся установить факты.

*

США после провала вьетнамской авантюры, отменили (1973 г.) всеобщую военную повинность и перешли к найму добровольцев. По вполне понятным причинам, ряды американских вооруженных сил стали пополнять люди с низким уровнем жизни и представители меньшинств. Богатые и состоятельные люди, как этого и следовало ожидать, в армию и на флот не поторопились. Периодически возникающие предложения вернуться к прежней системе имеют разную мотивировку в конгрессе США. Так, по мнению конгрессменов-демократов Чарльза Рэнджела (Charles Rangel) и Джона Коньерса (John Conyers) (2003 г.), в случае принятия соответствующего закона политические лидеры были бы осторожнее в принятии решений, связанных с ситуацией в Ираке, зная, что их дети будут служить в армии.

Интерес представляет возражение министра обороны США Доналда Рамсфелда (2003 г.), который заявил, что в восстановлении воинской обязанности нет никакой необходимости. Более того, по словам Рамсфелда, обязательный призыв в армию неэффективен, поскольку при этой системе солдаты проводят слишком мало времени в вооруженных силах и не приносят им никакой реальной пользы.

Интересно, обратили ли наши инициаторы сокращения сроков обязательной службы на слова Рамсфельда?

*

В июне 2005 г. канцлер ФРГ Герхард Шредер высказался против превращения вооруженных сил страны в профессиональную армию, мотивируя свое мнение тем, что в основе комплектации бундесвера должен лежать "призыв на действительную воинскую службу молодых немцев".

*

В Италии закон о профессиональной армии был подписан 29 июня 2004 г. Этот акт поставил страну в число 12-ти европейских государств, отменивших всеобщую воинскую повинность. Министр обороны Италии Антонио Мартино заявил, что правительство руководствовалось соображениями о благе молодых людей, которые "вынуждены из-за службы в армии позже начинать трудовую деятельность". Необходимо отметить, что срок обязательной воинской службы в Италии начиная с 1997 года составлял всего 10 месяцев, но и это сочли чрезмерным (?).

*

Среди европейских стран, отказавшихся от института срочников, была Великобритания (1960 г.), за ней последовал в 1967 году Люксембург. В 1990-е годы такие же шаги предприняли Бельгия и Нидерланды. В 2001 году -- Франция и Испания, Словения - в 2003 г, в 2004 -- Португалия, Чехия и Венгрия, Швеция - в 2006 г.

*

Означает ли сие повальное увлечение идеей профессиональной армией, что принципу всеобщей воинской повинности пришел конец?

Вовсе нет.

Во-первых, "модное" ныне увлечение профессиональной армией всего лишь увлечение, эмоциональное, политическое, подражательное и т.д. и т.п. Как известно, мода меняется и во многом зависит от вкуса...

Во-вторых, то, что немцу хорошо, другому народу может быть плохо. Из этой шаловливой поговорки, впрочем, возможен вполне строгий вывод: нет идеальной системы, единой мерки и единого критерия, особенно в военном деле; наряду с общими закономерностями и тенденциями, действовали и действуют национальные особенности и закономерности. И, если, к примеру, взять во внимание географический фактор (размер территории, характер местности, состав и численность населения, протяженность границ, характер сопредельных государств и т.п.), то даже невежда в военном деле сможет понять, что Россия отличается от всех государств мира, а потому нуждается в своей системе комплектования вооруженных сил.

Наконец, в-третьих, история знает немало случаев, когда своими нововведениями одна сторона провоцировала другую на новшества, добиваясь только того, чтобы та, последняя, поломала свою традиционную военную машину и тем самым погубила собственные вооруженные силы.

*

Некоторые государства Европы, в частности, Франция, перейдя к вербовке добровольцев, все же не утратили способности трезво оценивать положение дел в мире, а посему, не оставили попыток подготовить население в военном отношении.

Так, раз в год француженки в возрасте 17-18 лет получают повестки с приглашением явиться на сборы в рамках так называемого "призывного дня подготовки к обороне (journee d'appel de preparation a la defense). Такая форма военной подготовки как однодневные сборы, была введена во Франции 3 октября 1998 года в рамках проводимой в стране широкомасштабной военной реформы, цель которой - перевести армию полностью на профессиональную основу к 2015 году. Сборы не являются обязательными, но лучше не пренебрегать ими: по закону, не пройдя этот курс, нельзя, например, сдать на права или быть включенными в список граждан, имеющих право голоса.

*

В Израиле, находящемся в состоянии конфронтации с Палестиной, ограниченность мужских призывных ресурсов потребовала законодательно обязать службе в армии женщин. Их действительная служба продолжается 18 месяцев. Будучи в резерве, они ежегодно служат: капралы и ниже -- 30 дней, сержанты и выше -- 42-47 дней.

Вот и попробуйте предложить израильскому правительству перейти к добровольной системе комплектования вооруженных сил. Можно без труда догадаться, что из этой затеи ничего не выйдет.

*

Надо признать, что годы демагогии не прошли, и любителей поиграть военными вопросами не убавилось. Заболтать любой вопрос им не составляет труда, как и политикам, рвущимся к власти, мало что стоить "продавить" вредное для военного дела решение.

*

Да и вооруженные силы РФ за последние годы вряд ли преуспели в качестве. Но именно поэтому, надо укреплять этот институт "с героической поспешностью" (М.О. Меньшиков), дабы не подрубить корень нашей национальной безопасности.

*

Мы же лишь обозначили проблему и пришли к выводу, что всеобщая воинская повинность не канула в лету, но в современных условиях надо изыскивать новые формы подготовки военно-обученных резервов и военных кадров.

Альтернативная служба для людей призывного возраста - это частное решение общей проблемы использования призывников в интересах государственных потребностей. И к военному делу она не относится, а лишь заменяет одну повинность другой.

*

По вопросу подготовки офицерских кадров уже есть вполне обоснованное понимание перспектив и направлений работы:


См.:

Военная школа России: уроки истории и стратегия развития


Наука побеждать. Часть 3. Воспитание офицера и генерал - основа побед и поражений (исторический опыт русской и советской военных школ). - расширенная электронная версия на СD-носителе (возможен заказ: kamenevai@mail.ru)


А вот о военном образовании необходимого резерва надо крепко подумать.


Вопрос лишь в том: кто это сделает в самое ближайшее время?

Ответ на этот вопрос я не знаю.


ПРИМЕЧАНИЯ


1.См.: Полибий, VI, 10.

2. См. подробно об этом у Плутарха. - Плутарх. Избранные жизнеописания. В 2-х т., Т.I. - М., 1987. - С.91-124.

3.См.: http://www.vzmakh.ru/parabellum/n12_s6.shtml

4.Летурно Ш. Эволюция воспитания у различных человеческих рас. - СП б., 1900. - С.338.

5.Так было, к примеру, в России, в 1914 г. и в СССР - в 1941-м.

6.См.: Утченко С.А. Идейно-политическая борьба в Риме накануне падения Республики (Из истории политических идей I в. до н.э.). - М., 1952. - С.56.

7.См. дополнительно: Столетие военного министерства, Главн. Штаб; Кн. О. А. Друцкий. Очерк истории русского военного права, 1909; Баграмов. Краткий исторический обзор отбывания военной службы // Воен. Сб. - 1899. - N 12

8.Князья, бояре и вольные княжеские слуги пользовались правом свободного отъезда не только от одного великого князя к другому, но и в соседнее государство. К концу XV в. (Судебник 1497 г.) это положение изменилось. Право свободного отъезда сначала было ограничено, а затем и вовсе упразднено. Отъезд стал рассматриваться как. измена государству. Эти меры положительно сказались на боеспособности армии, так как исключали возможность свободного перехода воевод с частью войска на сторону противника. - См.: Разин Е. А. История военного искусства VI -- XVI вв. С.-Пб.: ООО "Издательство Полигон", 1999. -- С. 305.

9.Тягло - повинности крестьян и посадских людей в XV - н. XVIII вв. В обычных своих размерах Т. не только превышало размеры оброка, но иногда поднималось выше платежеспособности населения. Оброк всегда считался более легким, чем Т. В термине Т. нередко сливались все виды прямых налогов. В древних грамотах Т. заменяется словом "тягость"; Т. облагался не член общины, а определенная единица, округ, волость, как совокупность хозяйств.

10.Во время больших войн правительство непременно привлекало к военной службе городское и сельское население, не исключая из расклада и "белые" дворы и монастырских людей. Военная повинность была значительной - до одного ратника с 1-5 дворов. В основе установления размеров этой повинности лежала "соха", то есть определенная податная единица. Величина сохи разнилась в зависимости от принадлежности земли и ее качества. Для служилого землевладения она составляла 800 четвертей доброй, 1000 четвертей средней и 1200 четвертей худой земли; для церковного землевладения - 500, 600 и 700 четвертей, для черных земель - 500, 600 и 700 четвертей соответственно. Ополчение, собираемое с "сох", называлось "посошной ратью" или "посохой". Население снабжало ратников оружием, доспехами и содержало их во время нахождения на службе. - См.: http://www.eduhistory.ru/view/64840.html

11.ЗАТИНЩИКИ в России 16-17 вв. служилые люди по прибору, обслуживавшие крепостную артиллерию. От слова затин - пространство за крепостной стеной.

12.См.:http://gatchina3000.ru/brockhaus-and-efron-encyclopedic-dictionary/075/75773.htm

13.К 1 января 1874 г. все квитанции были переписаны на имя их владельцев и с тех пор передача их допускается только братьям. Число ежегодно представляемых зачетных квитанций значительно сокращается. В 1874 году было представлено 935, в 1884 г.--292, в 1893 г..-64.

14.См.: http://www.historia.ru/2006/01/lotareva.htm

15.Винцер Б. Солдат трех армий. - М., 1971.- с.56-65.

16.См.: Кузьмин Н. Как получить командира, нужного армии // Военный вестник. --1929. --N2. --С.6.

17.См.: Зюзь-Яковенко. Наша военная школа // Военный вестник. --1929. --N11. --С.17.