# Самый главный праздник в году

Александр Петрович Карелин

Даже на войне солдатам и офицерам не хотелось забывать о праздниках, которые напоминали о далеком доме. Особенно, если речь шла о Новом годе. Ведь это любимый праздник многих...

Самый главный праздник в году


1


- Кого первого возьмем на перевязку? Может быть, этого парня "со щекой" из послеоперационной палаты? - операционная сестра Зина Юрлова выжидательно посмотрела на врача-хирурга.

- А он у нас "самый чистый"? Тогда давай с него и начнем. - Ординатор операционно-перевязочного отделения Кандагарской Медроты Александр Невский кивнул головой.

Стройная, тоненькая, как "тростиночка" сестричка выглянула в коридор и попросила дневального по отделению вызвать Николая Шакуро в чистую перевязочную.

Этого солдата Невский помнил хорошо. Тот поступил поздно вечером, неделю назад - доставили с блокпоста в районе Элеватора. Получил множественные осколочные ранения грудной клетки и лица после обстрела реактивными снарядами ("эрэсами"). К счастью, все осколки в грудь не нанесли серьезного ранения. Хуже обстояло с ранением в лицо - единственный кусочек металла "распахал" всю левую щеку, обезобразив парня. Но и здесь была удача- ранение не было проникающим в полость рта (то есть, "насквозь"), а, значит, заживет все быстро и хорошо, слюна не будет мешать сращению.

Раны на груди Невский обработал сам, крупные осколки удалось извлечь, а для операции на лице пришлось вызвать врача-стоматолога Ивана Сухар. Зря, что ли, он считается и челюстно-лицевым хирургом? Ваня со знанием дела осмотрел рану, нашел, что "все просто чудненько". Вместе они провели первичную хирургическую обработку раны, иссекли нежизнеспособные ткани, а потом слегка сблизили скобками края раны, не рискуя сразу ее зашивать. Решение было правильным - первые дни из раны шло обильное отделение, ведь все пулевые и осколочные ранения по правилам военно-полевой хирургии всегда считаются загрязненными (инфицированными). Были назначены ударные дозы антибиотиков, они и сняли воспаление.

Через три дня вновь взяли парня на операционный стол и наложили-таки ему отсроченные первичные швы. Невский с восхищением смотрел на работу Ивана - тот проводил настоящую "ювелирную работу" - использовал атравматические иглы с тончайшими нитями. Он обещал раненому, что сделает ему шрам минимально заметным. Конечно, "шрамы украшают мужчину", это верно. Но лучше все-таки их иметь не на лице. В угол раны все же поставили тоненькую полоску резины, как "выпускник". Заживление пошло хорошо, воспаления не было, резиночку извлекли через три дня, вчера. Теперь следовало еще раз глянуть на состояние зашитой раны.

Солдат с забинтованным лицом и хмурым взглядом вошел в перевязочную, не спеша, снял синюю больничную куртку, белую нательную рубаху и взобрался на перевязочный стол. Чтобы ночью во время сна его повязка с головы не слетела, парня забинтовывали "на совесть" - открытыми оставались лишь глаза и рот, носом пришлось "пожертвовать", забинтовав вместе со щекой.

- Ты чего, Никола, такой смурной? Хоть бы улыбнулся или сказал что-нибудь хорошее.- Сказал Невский, наблюдая, как Зина разбинтовывает ему голову.

-А че веселится-то, товарищ старший лейтенант?

- Ты остался жив, а это главное! Через четыре дня Новый год! Это тоже повод для хорошего настроения.

-Как я с такой рожей жить буду?! Все от меня будут со страху прятаться. Лучше бы меня убило совсем, чем с такой харей оставлять на мир смотреть...

-Что ты такое говоришь, Николай?! - Зина окончательно разбинтовала лицо и осторожно сняла повязку с зашитой раны. - Все у тебя будет хорошо, только маленький шрамчик останется. Ты же не знаешь, как сейчас выглядишь. Поверь мне, что все нормально. И никакая это не рожа. Ты даже очень симпатичный парень. Мы же вот с доктором не прячемся со страху, как ты говоришь.

- Ну, вы - это другое дело, привычные. А я себя видел после ранения, мне пацаны давали зеркальце глянуть. Из-за меня хороший человек погиб, Зазуля Антон, наш сержант. При взрыве "эрэса" он на себя основные осколки принял, а мне уж меньше досталось. Получилось, что закрыл он меня собой. Поэтому и говорю, что я должен был погибнуть.

- Не болтай ерунды! Ты не причем. Это судьба так распорядилась. Жалко, конечно, вашего Антона. Но война - есть война. Каждый день кого-нибудь убивают. И правильно говорит Зина, все у тебя хорошо заживает. Поверь моему опыту, я многих раненых уже здесь повидал. И не говори о своей гибели, мать свою пожалей.

-Вы мою мамку не знаете. Она даже рада будет, если меня "кокнут". Не зря ведь она хотела меня убить.

-Ну, ты, Колька, и засранец! - Зина стукнула ему подзатыльник. - Разве можно так о своей маме говорить. Она ведь у тебя одна.

Парень втянул голову в плечи, затем виновато обвел взглядом врача и медсестру. Потом он всхлипнул и закрыл глаза ладошкой. Невский и Юрлова недоуменно переглянулись.

- Ну-ка, выкладывай все начистоту! Пока не расскажешь, отсюда не выйдешь. Что такое у тебя произошло с родителями? Мы с Зиной хотим послушать. Говори!!

Рядовой Шакуро, опустил руку. В глазах его стояли слезы. Он шмыгнул носом и начал свою "исповедь".


2


Папки я никогда не знал. Его просто не было. Мамка, сколько себя помню, всегда называла меня "ошибкой молодости", часто даже в детстве лупила меня всем, что под руку попадалось. Я ревел, не понимая, в чем провинился. Она часто напивалась "вдрызг", приводила разных мужиков в дом, меня просто выгоняла на улицу, даже зимой. Когда я стал взрослее, то сам уже убегал от нее к своей родной тетке. Она жила неподалеку.

А городок этот называется Бердск, это рядом с Новосибирском, в десяти километрах к югу. Мамка моя там на радиозаводе работала. Кстати, там и электробритвы выпускают (Невский кивнул, вспомнив название на своей бритве - "Бердск"). А старшая родная сестра моей мамки, тетя Галя, Галина Матвеевна, работала в школе учительницей начальных классов. Она одинокая, детей нет, да и замужем никогда не была. У нее очень плохое зрение, очки с толстыми стеклами на все лицо. Вот она меня у себя и оставляла пожить, пока мамка за мной не приходила. Я ревел, не хотел возвращаться, но мамка уводила меня "за ухо". Они очень ругались друг с другом, две родные сестры, но такие разные. А тетя Галя меня любила, это я всегда чувствовал. Даже баловала меня. Все хотела у мамки отнять по суду. Но ей отказывали.

В сентябре 1971 года я пошел в школу. В начальных классах я учился у моей родной тети. Еще больше полюбил ее и привязался. Она обожала наш городок. До сих пор помню ее рассказы на уроках природоведения о Бердске. Он был основан еще в 1716 году как крепость Бердский острог, а городом стал в 1944году. Она рассказывала, что градообразующими предприятиями города являются радиозавод (это где мамка работала), электромеханический завод (это, по слухам, гигантский завод, большая его часть секретная, под землей расположена) и химический завод. А живет в городе порядка 68 тысяч человек. Город же наш считался самым зеленым в СССР. Вы знаете, сколько у нас парков и аллей с деревьями!

Я по целым неделям жил у тети, убегая от пьяной мамки. Она тогда все со своими ухажерами никак не могла разобраться, даже не до меня было, а я и рад. Мне нравилось у тети Гали, у нее свой большой дом, огород и сад. Она все лето там проводила, я ей всегда помогал с удовольствием. Мы-то ведь с мамкой жили в маленькой однокомнатной квартирке на третьем этаже в "хрущевке", это ей еще от завода дали, как матери одиночке. А тетя у меня славная, хоть и смешная. Видит плохо. Все время забывает, где оставила свою вставную челюсть, она обычно ее в огороде теряла. Так вот, она научила свою собаку Верну (черная такая, лохматая, не знаю ее породы) находить эту челюсть и ей приносить. Прямо умора, но собака аккуратно приносила, ни разу не повредила, а тетя Галя погладит псину, челюсть водой помоет и опять в рот вставляет. Я тоже любил с собакой играть, добрый был пес.

Мамку свою я ненавидел, особенно когда она пьяная была. В старших классах она уже боялась меня лупить, я и сдачи мог дать. Теперь я уже в открытую перешел жить к тете своей. Она была тоже рада.

Как я любил встречать с тетей Галей Новый год! Это ведь не только главный праздник года, но и мой день рождения. Да-да, я родился вечером 31 декабря 1963 года. Хорошую мамке "свинью подложил"... Тетя Галя каждый год украшала свежую елку, я на всю жизнь запомнил этот запах хвои. Она всегда дарила мне подарок от Деда Мороза на Новый год, это она клала под елку. Я всегда удивлялся, откуда Дедушка Мороз знает, что я хочу. Это мог быть футбольный мячик или настоящие коньки с ботинками, лыжи или клюшка с шайбой, даже удочка или спиннинг. (У нас ведь замечательная рыбалка. Город стоит на реке Бердь, это правый приток Оби, наш город как раз расположен близ впадения нашей речки в Обь, там и Новосибирское водохранилище находится. Сколько там рыбы! Мы с друзьями часто летом уходили на рыбалку с ночевкой). А после вручения подарков от Деда Мороза, тетя дарила мне уже от себя подарок ко дню рождения. Это был мой любимый день в году. Как я обожал свою тетю!

В 1979 году после окончания восьмого класса я, по совету своей тети, поступил в злектромеханический техникум. Это готовили специалистов на наш завод. Годы учебы в техникуме пролетели быстро и интересно. Мамку в те годы я почти не видел. Ее несколько раз отправляли на лечение в ЛТП (лечебно-трудовой профилакторий), но это мало помогало. Вскоре по возвращению она снова начинала пить, еще больше. Как ее не выгнали с работы - для меня оставалось загадкой. Впрочем, ее регулярно "пропесочивали" на собраниях коллектива, потом в очередной раз брали "на поруки".

В декабре прошлого года я уже заканчивал учебу, оставалось совсем немного - до апреля. Я уже знал, что сразу по окончанию всех наших ребят с курса заберут в армию. Хотели все служить вместе (но нас раскидали по всему Союзу). Новый год, как обычно, мы встречали вместе с тетей, она разрешила и моих ближайших друзей пригласить. Было очень интересно: тетя Галя всегда придумывала настоящие представления на этот праздник, я тоже участвовал вместе с ней. Всем друзьям очень понравилось. Отметили и мое девятнадцатилетие.

А первого января тетя уговорила меня сходить и поздравить мамку. Мне не хотелось, но согласился. Дверь я открыл своим ключом, не сразу увидел ее (она пряталась в ванной). Я хотел нормально с ней поговорить, но ее выражение лица мне сразу не понравилось. Это было настоящее "застывшее безумие". Я уже собрался сразу молча уйти, но она бросилась на меня с ножницами и ударила прямо в грудь. Целила в сердце. Хорошо, что на мне была плотная куртка - она смягчила удар. Вы и сейчас видите этот шрам на груди (Невский и Юрлова одновременно кивнули - багровый рубец бросался в глаза, он был в области сердца). Она кричала, что лучше сама меня убьет, чем даст забрать в армию. Короче, свихнулась окончательно.

Я тогда оттолкнул ее и убежал. Тетя Галя вызвала "Скорую", меня даже положили в больницу, неделю пролежал. Все эти дни тетя не отходила от меня, хотя угрозы жизни не было, так медики говорили. А мамку в тот же день отвезли в "дурку", в отделение для буйнопомешанных. Она там до сих пор и лежит, тетя Галя мне писала.

В мае меня забрали в армию, мы чуть раньше защищали дипломы, чем остальные. Так я и не успел ни одного дня поработать. После учебки (я ее в Чирчике проходил) нас отправили в Афганистан. Вот с октября я в Кандагаре и служу. А письма от моей тети приходят часто, я тоже стараюсь ей не затягивать с ответом. Про это ранение, правда, не стал писать. Зачем расстраивать?


3


Пока Николай рассказывал, медсестра успела снова наложить ему повязку на лицо, затем промыли-обработали его многочисленные раны на груди. Зина снова перебинтовала его тело "крест-накрест". С последним туром бинта парень закончил говорить и робко взглянул на своих лекарей.

- Да, история. Мне очень жаль, что тебе досталась такая мать. Но родителей ведь не выбирают. К тому же у тебя такая замечательная тетя! Вот, ради нее и стоит себя беречь на войне. Подумай, что с ней будет, если ты не вернешься? Ты все понял, боец? И чтобы мы с Зиной больше от тебя не слышали слов о смерти!

Шакуро кивнул, встал со стола и начал одеваться.

- А когда вы швы снимите?

- Дня через три и снимем. Прямо к Новому году уже будешь, как "огурчик". Засекай время. Сколько на твоих часах? - Невский уже придумал, что можно подарить парню; он сам видел отсутствие на руке часов, но решил проверить.

- А у меня их нет, разбились еще в первом рейде в октябре. Мне их тетя Галя подарила на последнее день рождение. Очень жалко. Правда, нам особенно и не нужны часы - все командиры скажут: когда и что делать.

- Ладно, иди в палату и не переживай. Все будет хорошо у тебя.

Солдат понуро вышел за дверь.

- Ну, что скажешь, Зинок? По-моему, надо этому парню вернуть ощущение праздника. Один подарок я уже для него придумал, ко дню рождения.

-Ой, как здорово! Это часы что ли? Правильно, сбросимся и купим. А еще надо для него второй подарок - от Деда Мороза!

- Правильно мыслишь! Но надо для начала нам этого Деда Мороза и Снегурочку выдвинуть из своих рядов. Вот за этим я и обращусь сегодня к нашему командиру. А пока давай перевязывать дальше. Кто там следующий?

... Вечером после ужина все медики Медроты собрались в мужском общежитии в комнате, где жил командир Семенчук с офицерами. Пришли все жильцы из второй соседней комнаты, а также все сестрички из девичьего модуля. Последними из своей "каморки" при парикмахерской появились в обнимку молодожены - Сергей Лузин со своей Ларисой. Чуть менее двух недель назад всем коллективом отгуляли их свадьбу. Старший ординатор хирургического отделения капитан Серега не скрывал своего счастья. Они и сейчас сидели на свободной кровати, крепко держась за руки, словно боялись, что их разлучат насильно.

Высокий, крепко сбитый командир Медроты Семенчук Михаил Михайлович ("Мих-Мих", как все звали его между собой) поднялся, обвел всех своих подчиненных взглядом. Прокашлялся.

- Первое, прекратите немедленно обниматься! У вас еще вся ночь будет впереди. Черт побери, я к кому обращаюсь?! А-то и другим ведь захочется.

Все засмеялись, а Сергей и Лариса, наконец, расцепили руки и слегка отодвинулись друг от друга.

- Второе. Все слушают новые анекдоты. Зря, что ли, мне их жена присылает в каждом письме?!

В тесной, набитой людьми комнате повисло радостное ожидание. Все знали о страсти своего командира к анекдотам. Он мог их рассказывать часами.

- Итак, первый пошел: "Доктор, у меня цирроз, рак, язва и неврастения... Да, еще бессонница! Можно мне на ночь пить коньяк, чтобы лучше спасть?- Какой, на хрен, коньяк? - Ну, не сейчас, может, в будущем...- Какое у вас, на хрен, будущее? Следующий!"

Подождав, когда все успокоятся, майор Семенчук продолжил:

- Второй пошел: " Доктор, мне кажется, я простыл, мне холодно...- Вы не простыли, вы остываете... Следующий! - Доктор, у меня грипп, что вы мне посоветуете?!- Держитесь от меня подальше! Следующий! - Скажите, доктор, у меня скоро спадет температура? - Скоро, скоро! К вечеру будет комнатная. Следующий!"

Каждый раз взрыв хохота сотрясал комнату.

- Наконец, в завершение: "Доктор! А я ногу не потеряю? - Смотря, где вы ее будете хранить..."

После такой "разрядки" в комнате окончательно установилась легкая и непринужденная обстановка.

- Так, размялись? Теперь к делу. Думаете, я вас поржать сюда собрал? Итак, кто скажет, что сегодня за день?

- Четвертая годовщина ввода войск в Афганистан,- сразу отозвался Сергей Лузин.

- Ну, это само собой. А еще?

Не надолго повисло молчание. Потом друг за другом стали называть разные памятные события из истории СССР и других стран. Удивительно, как много было интересного в мире в этот день. Но Мих-Мих отбрасывал одно за другим эти предположения.

- Что, никто не скажет? Ну, и бараны, вы! Сегодня один из последних дней перед Новым годом, осталось всего ничего! А у нас еще "конь не валялся", ничего не готово, а вы тут сидите и ржете над анекдотами. Я прямо на вас удивляюсь,- Михал Михайлович широко улыбнулся, радуясь произведенному эффекту.

Все сразу загалдели, посыпались предложения. Подождав несколько минут, командир поднял руку, призывая к тишине.

- Это хорошо, что столько появилось задумок. Но никто не сказал о наших больных и раненых. Один Сашка Невский мне об этом еще днем намекнул. Короче говоря, нам нужен Дед Мороз и Снегурочка. Они будут вести весь вечер, а также пойдут поздравлять в стационар всех, кто останется там на лечении, кого нельзя будет выписать. Конечно, нужны будут подарки, всякие там фрукты, сладости. Ну, это я завтра с Начальником Политотдела переговорю. Думаю, он поможет. Еще и себе запишут важное мероприятие. Нас это не касается. Итак, прошу высказываться по кандидатурам.

После долгих жарких споров в Деды Морозы выдвинули Толика Акбарова, анестезиолога, а Снегурочкой предстояло побыть Свете Москаленко, старшей сестре Медроты. Им поручалось продумать сценарий вечера, всякие конкурсы.

Окончив с определением важных персон, командир вновь встал, призывая к тишине.

- Сейчас в Медроте лежит раненый, он будет и на новый год в стационаре. Кроме того, ему 31-го декабря исполняется 20 лет. Обо все остальном доложит Санек. Давай, Невский.

Старший лейтенант вкратце поведал историю раненого, потом предложил вручить парню подарки. Эта идея всем понравилась. Надо, ох как надо дарить людям радость! Невский рассказал, что один подарок уже есть - это часы "Командирские". Он получил эту просьбу от Зыкова перед отпуском, когда уезжал в конце октября на родину. Нынешний командир медицинского взвода, он же - ведущий хирург Медроты капитан Зыков не признавал иностранных часов, как его большинство офицеров - коллег. Ему подавай только советское.

Невский согласился и выполнил эту просьбу. Но когда он вернулся из отпуска около трех недель назад, сам Зыков буквально накануне уехал в долгожданный отпуск к семье. Они разминулись на пару дней. Теперь часы так и лежали в коробочке. Вот их и подарим, так предложил офицер, а Зыков поймет и простит. Тем более что он сам, наверное, себе уже купил часы взамен сломавшихся прежних. Дело за вторым подарком. Невский предложил сброситься на небольшой радиоприемник, они сейчас появились в Военторге.

- Не надо ничего собирать,- подал голос старший лейтенант Владимир Вовк, новый начальник госпитального отделения. Он прибыл в конце лета на замену Жоре Кравченко. Все недоуменно уставились на него.- Все уже есть. Вы помните, что Жорка уезжал в "большом подпитии", на радостях он кучу своих вещей забыл. В том числе у меня лежит его транзисторный радиоприемник "Panasoniс", прямо в коробке, с чеком. Я ему уже писал на новое место (он, ведь, на мое место службы уехал в Ригу), мол, что делать с его приемничком? Он мне месяц назад еще ответ прислал - предложил себе забрать. Но я уже себе купил магнитолу, а приемник не нужен. Давайте его и подарим. Только стоит на нем выгравировать подарочную надпись.

- Это я беру на себя, - отозвался Иван Сухар. - Я своим зубным буром это легко сделаю. Тем более что это и мой больной тоже - мы ведь с Сашкой вместе его лицо "ремонтировали". Можно и на часах подарочную надпись написать. Только мне текст напишите.

Невский кивнул головой. Идея понравилась.

На том и порешили. Всеми овладело радостное возбуждение - заранее представляли реакцию солдата.


4


- А куда вы намылились? Мы еще не закончили. Все садятся на свои места. Деньги все равно собирать придется. Надо ведь закупить всяких сувениров, будут конкурсы, будем подарки выдавать. Так что, сбрасываемся по десять чеков. Деньги все будете сдавать Тамаре Петровне, она человек надежный. Она возьмет помощников на свой выбор и закупит все, что надо. Все за?

Медики одобрительно загудели. Коржикова, старшая сестра госпитального отделения, пользовалась огромным авторитетом и уважением. Она тут же достала из кармана тетрадку и принялась заносить всех в "ведомость". Кое-кто прямо сейчас стал протягивать деньги.

- Следующее. Это елка. Я уже договорился с разведчиками. Они завтра выезжают "на дело". За одним и заготовят хвойные деревья, они их, как мне рассказывали, срезают из пулеметов со своих БМД (боевая машина десанта). Быстро и эффективно. Я заказал два дерева, одну сосенку поставим в стационаре в столовой для больных. Нужны будут игрушки. Каждый должен предоставить минимум по три штуки. Мне все равно, где возьмете: сами делайте, выпрашивайте, выменивайте. Все игрушки сдавать Касьяненко Тамаре, она мне потом доложит, кто лодырничал, а кто отличился. Ясно?

Лаборантка Тамара поднялась, закинув за спину свою длинную и толстую косу, кивнула головой, сразу покраснев от смущения. Она была очень стеснительной и скромной девушкой.

- Наконец, последнее,- продолжал Семенчук.- Как у нас с "горючим" обстоят дела? На недавней свадьбе "выжрали" почти все. Дорвались! Пришлось срочно новую порцию заложить. Она будет готова к Новому году? Серега, доложи.- Он обратился по старой памяти к эпидемиологу Пачкину.

Потом сам же себя поправил: "Тьфу, забыл. Мы же его отстранили. Не надежный "супчик" оказался".

Перед каждым большим праздником командир бросал "клич", чтобы офицеры сдавали весь свой паек сахара в "общий котел". Каждый месяц все офицеры в Афганистане получали кроме килограмма сахара еще массу консервов, печенье, сигареты. Это и был дополнительный паек. Поскольку в этой стране существовал "сухой закон", то алкоголя достать было негде (кроме редких завозов с колоннами из Союза). Но в любой ситуации русский солдат найдет выход из положения. Вспомнили старый, проверенный прием - готовить брагу. Всего-то и нужно - это сахар, вода и дрожжи (их было полно на полевых хлебозаводах). Остальное все сделает кандагарское тепло. Летом брага созревала очень быстро, в зимнее нынешнее время - дольше. Большой 40-литровый бидон хранили в одном из закрытых "чуланчиков" в приемном отделении. Смотрителем был назначен старший лейтенант Пачкин, только у него был ключ. В его обязанности входило периодически проверять содержимое бидона на готовность, вовремя извещать "общественность". Больше года он исполнял эту "миссию".

К этим ноябрьским праздникам стали замечать, что Серега по вечерам "лыка не вяжет", а когда его спрашивали о готовности "огненного напитка", то неизменно отвечал, что еще не созрело. Начало вкрадываться подозрение. Почти накануне 7 ноября его "застукали" на месте "преступления" - он отливал готовую брагу, а туда вновь добавлял воду. Состоялся "суровый разбор полетов", его лишили доверия и отстранили от фляги. Командир торжественно передал ключ от кладовочки и полные полномочия прапорщику Тамару Александру, самому большому трезвеннику и "кристально честному человеку".

- Саша, доложи нам ситуацию с "бормотухой", - обратился Семенчук теперь уже к фельдшеру приемного отделения, каковым Тамару стал в конце лета, до этого он занимал должность начальника медицинского склада. Саша сам пожелал перейти на это место после отъезда на родину прапорщика Олега Шлемова.

- Все готово, командир. Можно использовать. Думаю, к Новому году еще покрепчает.

- Вот и славно. Все вопросы обсудили. Теперь можно расходиться.

Все гости быстро разошлись. Уже было довольно поздно, пора и на боковую.

Последующие два дня пролетели в приятных предпраздничных хлопотах. Каждый выполнял часть общей большой подготовки к Новому году.


5


В предпоследний день перед Новым годом Невский, как и обещал, вызвал Шакуро Николая для снятия швов на щеке. Парень по-прежнему пребывал в мрачном расположении духа: он все не верил, что рана на лице будет выглядеть хорошо.

Признаться, врач и сам немного волновался. Но все зажило просто великолепно. Швы были сняты, а на месте раны осталась тоненькая "красная ниточка". Зина тоже вздохнула с облегчением, увидев результат. Невский осторожно помазал шовчик зелёнкой, сверху наклеил полоску пластыря. Завтра и его можно снять, так он объяснил раненому. Увидев, что больше его голову не кутают в "шлем" из бинтов, парень явно повеселел. Раны на груди тоже хорошо заживали, но здесь еще требовалось время. После наложенных бинтов Николай даже улыбнулся и впервые поблагодарил медиков. Наконец-то он поверил в свое исцеление. Ушел солдат вполне довольный. Врач и сестра переглянулись, подмигнув друг другу.

Наконец, наступил последний день года. С утра все пребывали в радостно-приподнятом настроении. Повсюду ощущалось приближение праздника. В стационаре стояла в столовой огромная красавица сосна, занимая все пространство до потолка. Там же поместили телевизор, специально выделенный Политотделом для раненых. На ветках новогоднего дерева разместились многочисленные бумажные игрушки, "цепи", "дождь", серпантин. Была даже настоящая стеклянная "рубиновая" звезда и несколько стеклянных игрушек. Еще утром привезли несколько коробок с подарками для раненых и больных, теперь по всему стационару ощущался запах апельсинов - настоящий новогодний запах.

Для празднования медиков освободили одну из пустующих складских комнат в приемном отделении. Там тоже стояла небольшая пышная сосенка, ее ветки с избытком были украшены игрушками и прочими новогодними украшениями. Длинный ряд столов занимал половину помещения. Почетное место занимал телевизор и магнитофон. Праздник ожидался во всей красе.

В первой половине дня решили закончить все необходимые работы с ранеными - всех нуждающихся перевязали.

Николай Шакуро пришел сам одним из первых - ему не терпелось увидеть результаты работы на лице. Зина отлепила кусочек пластыря и смыла спиртом остатки зеленки.

- Ну, Коля, загадывай желание! - Невский был рад открывшейся картине, тонкий красный след от имевшейся безобразной раны - это все, что осталось на лице.

- Я же все равно ничего не вижу! А вообще хотелось бы, чтобы все зажило.- Николай пристально и серьезно смотрел по очереди на врача и медсестру. Он все еще боялся, что уверения медиков окажутся жестокой шуткой.

Зина с улыбкой подала ему свое маленькое зеркальце из кармана халата. Парень принял его, как самый дорогой подарок. Несколько мгновений он замер, глядя на свое отражение. Когда раненый вновь посмотрел на врача, то в глазах у него стояли слезы.

- Все хорошо, - выговорил он, словно не веря себе.- Просто не верится,- повторял он, качая головой. - Такая была рана! Такая рана, а теперь раз - и нету!

До Невского постепенно дошло, что этот возможный шрам на лице был для него не таким пустяком, как все уверяли солдата в предыдущие дни. Парня трясло от радости. На его глазах свершилось чудо. Он поинтересовался, мол, когда цвет выровняется, будет вообще не заметно?

- Полный порядок. Не останется ни одного струпа. Ни натяжения, ни толстого шрама. Будет гладкая красивая щечка.

- Но ведь был такой кошмар. Просто чудовищная рана.

- Природа - хороший лекарь. Да и челюстно-лицевой хирург Иван Сухар сделал отличную работу. Вот его и благодари. А вообще это тебе новогодний подарок и предварительный подарок ко дню рождения. Мы с Зиной тебя поздравляем. Остальное получишь позднее - нельзя же все подарки сразу вручать.

- Да, Коля, я тоже тебя поздравляю с твоим двадцатилетием! - Зина чмокнула обалдевшего парня в здоровую щеку.

Невский видел, что парень оживает прямо на глазах. Глаза его счастливо блестели. Раны на груди раненого перевязали, постепенно перенимая его радостное возбуждение. Как мало человеку надо для счастья! Умчался Николай быстро, словно у него выросли крылья.


6


Праздновать медики начали уже в девять часов вечера. Не терпелось проводить старый год. Стол ломился от яств. Медсестры "колдовали" весь вечер, смогли ограниченным количеством продуктов наготовить много вкусных салатов. Не стыдно было самим сесть за стол и гостей пригласить. Кроме собственного коллектива пришли все врачи батальонов, были и просто офицеры-друзья, официантки, женщины из штаба и Военторга.

Организаторы не поленились подготовить много разных конкурсов. Победители получали маленькие подарки, сувениры. Смотрели праздничную программу по телевизору. Танцевали под магнитофон. Дед Мороз (Толик Акбаров) в ярко-красном банном халате и в красном самодельном колпаке-шапке с офицерской кокардой и длинной белой бородой и усами из ваты хорошо вошел в свою роль. Ему отлично помогала красавица-Снегурочка (Света Москаленко), одетая в яркий цветастый восточный халат. Работала и "почта" (каждому сидящему за столом были розданы "личные номера", которые булавками закрепили на видном месте). Почтальон (Растегаева Валя) с офицерской сумкой через плечо исправно передавала послания адресатам. Одним словом, все было, как на далекой Родине. Не хотелось думать о войне, что идет где-то рядом.

В 23 часа командир распорядился поздравить всех раненых и больных в стационаре. С этой почетной миссией отправились Дед Мороз, Снегурочка, им вызвались помогать Невский и Зина Юрлова. В стационаре было оживленно и весело: почти все оставшиеся на лечении солдаты и офицеры были в столовой и смотрели телевизор.

Каждый получил от Деда Мороза и Снегурочки новогодний подарок (кулек с конфетами, пачкой печенья, яблоком и апельсином). Все, конечно, радовались этим дарам. Некоторые отваживались прочитать стишок или спеть куплет песни.

Потом прошли по остальным палатам. Кто-то уже спал, не надеясь на новогоднее чудо. Другие читали. Но чудо в виде Деда Мороза и Снегурочки все же появилось.

В послеоперационной палате даже был выключен свет. На крайней к двери кровати лежал, свернувшись клубочком и отвернувшись к стене, один раненый. Это был Шакуро Николай. Больше в этой палате никого не было - их еще вчера перевели в другие полупустые палаты.

Щурясь от яркого света, Николай с изумлением смотрел на своих гостей. Гамма чувств отражалась на его лице. Наконец, его озарила радостная улыбка.

Парень понял, что САМЫЙ ГЛАВНЫЙ ПРАЗДНИК ГОДА все же состоится. Он получил от Снегурочки традиционный подарок со сладостями. Затем Дед Мороз уже от себя вручил Николаю коробочку с транзисторным приемником. Шакуро еле устоял на ногах от такого подарка. Он не верил своим глазам. А когда Невский вручил ему еще и часы ко дню рождения, то слезы парень уже не смог сдерживать. Но это были слезы счастья.

- Совсем, как дома. И даже два подарка, как дарила мне тетя Галя. Спасибо вам! Этот Новый год запомнится мне на всю жизнь!!

Невский помог ему достать приемник, включил его. Полилась музыка, окончательно подняв настроение раненому. Он уже не хотел больше скучать один, а отправился смотреть телевизор, прижимая к груди поющий подарок и с гордостью поглядывая на часы на руке.

А им уже надо было спешить обратно - стрелки приближались к двенадцати часам.

Потом снова было застолье. Громкие крики в момент наступления Нового года. Танцы и веселье, смех и шутки. Очень скоро все выбежали на улицу, так как поднялась невероятная стрельба из автоматов и пистолетов, к ним присоединились крупнокалиберные пулеметы и пушки БМП. "Солидно" стреляли танки, наконец, в "концерт" вступила установка "Град". Никто не слышал друг друга из-за грохота, можно было только видеть разевающиеся рты. Хотя, все было ясно - это звучало "УРА!"

Стрельба из боевой техники велась по "своим квадратам" (так объяснил позднее один из офицеров-гостей). Так советские солдаты выражали свою радость по наступившему Новому 1984 году. Всем хотелось, чтобы год этот стал лучше и счастливее ушедшего. Так уж устроен человек, что в каждую Новогоднюю ночь ждет чуда и надеется на удачу...

...Позднее 1984 год был назван "годом самых больших потерь советских войск в Афганистане". В тот год погибло 2243 человека, а санитарные потери (раненые и больные) составили 57826 человек...


***