# "К жизни возвращающие..."

Александр Петрович Карелин

Из цикла: Уникальные операции хирургов

"К жизни возвращающие. Военные медики"


/Из цикла: Уникальные операции хирургов/


Ещё древние говорили: боль - это крик о помощи. Потом многие мудрецы пытались выразить это понятие как-то по-своему, более точно и ёмко, но в молве и книге навсегда осталось лишь изначально сказанное. Правда, от законодателей медицины до нас дошло ещё такое дополнение: "Врач - друг и слуга больных". Между тем, и это изречение указывает на связь с болью и криком человека о помощи.

А крика и этой боли врачевателям в истории выпало не мало! Досталось и медикам в 80-е годы прошлого уже ХХ века, тогда ещё молодому поколению, кому сегодня перевалило далеко за сорок и пятьдесят. Тогда это были боль и крик Афгана.

На этот крик о помощи по призванию врачевателей в свой час пришли многие и многие врачи - офицеры медицинской службы, фельдшера, медицинские сестры. Пришли и ужаснулись: от боли здесь стонали даже древние горы.

Врачи вернули к жизни в Афганистане тысячи раненых солдат и офицеров, многие проведённые операции можно отнести к разряду уникальных.

Хочется в этой статье рассказать (напомнить) лишь о некоторых подобных операциях и о людях, спасающих эти жизни.


Госпиталь в Кабуле


В XVIII веке жил английский учёный-натуралист - Джон Рей. Одной фразой он прославился на все времена среди многих и многих. Вот что он написал однажды: "У хорошего хирурга должны быть глаза орла, сердце льва и руки женщины". Эти слова, безусловно, можно отнести к хирургам, трудившимся в госпитале в афганской столице. Иных там просто не было.

В Кабульском советском военном госпитале часто можно увидеть, как в распахнутые ворота стремительно въезжает машина "скорой помощи" или бронетранспортёр. Медики знают: привезли раненых.


История первая. Вот и в тот осенний день у дверей приёмного отделения затормозил запылённый бронетранспортёр с десантниками. Из десантного отделения они бережно вынесли раненого солдата.

Оказалось: ночью ефрейтор Роман Ф. находился в составе разведгруппы, которой предстояло предотвратить ракетный обстрел мятежниками городских кварталов столицы. В коротком бою разведчикам удалось уничтожить ракетные позиции душманов, находившихся в 15 км северо-восточнее Кабула. Боевая задача была выполнена, но вражеский снайпер тяжело ранило ефрейтора Ф.

Кто знает, как бы сложилась судьба солдата (он потерял слишком много крови), если бы не умелые руки дежурной медсестры приёмного отделения Светланы Пильгун, кандидата медицинских наук ведущего травматолога подполковника м/с В. Хомутова, реаниматора майора м/с С. Науменко, хирурга капитана м/с А. Бородая.

Сложная операция продолжалась больше трёх часов. Жизнь раненого была спасена...


Один из начальников госпиталя (за годы войны в Афганистане их сменилось несколько), полковник м/с А. Люфинг, так сказал о руководимом им учреждении: "Наш военный госпиталь хорошо знают в Афганистане и советские люди, и афганцы. Все основные отделения оснащены практически всеми необходимыми медицинскими приборами, лекарственными средствами. Здесь применяются самые современные методы диагностики и военно-полевой хирургии. У нас представлены травматология, нейрохирургия, отоларингология, стоматология, офтальмология и многие другие виды специализированной медицинской помощи. Хорошо налажена работа отделения анестезиологии и реанимации, где выхаживают наиболее тяжёлых раненых и больных. Лечим не только наших воинов, но и многих афганцев. Только в одном году в госпитале прошли лечение более двухсот афганских больных и раненых.

Гордость госпиталя - его медицинский персонал. Здесь все - от санитара до начальников отделений - отдают свои силы, энергию и талант борьбе за жизнь наших ребят.

В Баграме, Кандагаре, Джелалабаде, Шинданде, Герате, во многих горячих точках Афганистана побывали врачи и медсёстры в составе бригад усиления по оказанию медицинской помощи. Участвовали в проведении операций. Во время боевых действий медики всегда рядом с солдатом, делят с ним суровые условия, боль и тяготы. Поэтому не случайно на груди у многих из них - боевые ордена и медали.

В ограниченном контингенте наших войск хорошо знают хирурга госпиталя полковника м/с Л.Курочку, высококвалифицированных специалистов из Военно-Медицинской Академии имени С.М. Кирова, других военно-медицинских учреждений страны. Это кандидаты медицинских наук полковники м/с В. Тепляшин, В. Новоженов, Р. Трояновский, подполковники м/с О. Рекун, Л. Глазников, Г. Прохватилов. Всех не перечислить.

Самых добрых сердечных слов заслуживает средний медперсонал госпиталя. Больные и раненые называют их ласково "сестрички". Медицинских сестёр Ирину Берникову, Татьяну Шишкину, Валентину Матасову, Любовь Безверхую, Татьяну Газизову. Привели их на землю Афганистана зов сострадания, святое чувство милосердия".


История вторая. Ударившись о камни, мина разметала вокруг себя множество осколков. Упал раненый комбат Ауль А. Не подняться и замполиту капитану Игорю Т. Тяжело опустился на землю старший лейтенант м/с Владимир К. Как врач, старший лейтенант понимал: надо немедленно оказать помощь раненым. Но как? Рана отдает во всем теле режущей болью, омертвевшая нога - осколком перебило нерв - словно чужая. Как удалось ему выполнить врачебный долг - не смог позже сказать и сам доктор. Но выполнил он его до конца. Потом был путь вниз. Долгий, мучительный. Двое солдат несли комбата. Доктор, теряя кровь и последние силы, волоча за собой, словно плеть, безжизненную ногу, ползком тянул на себе замполита.

В госпитале Кабула подполковник м/с В. Николенко, к которому прямо с гор доставили на операционный стол раненого доктора, вернул младшего коллегу к жизни, спас ему ногу, проведя ювелирную операцию, выходил и поставил офицера-медика в боевой строй...


Подвиг. Полковник м/с И. Косачев не покривил душой, оценив этим высоким словом поступки и войскового врача, и хирурга. Кому-кому, а Ивану Даниловичу, опытнейшему хирургу, доктору медицинских наук, знающему не только, что такое операционный блок, но и поле боя, можно верить в его оценках людей.

Слово "подвиг" хирург Косачев, кавалер ордена Ленина и Красной Звезды, употребляет исключительно по отношению к другим. Подвижницей называет он врача-терапевта Ольгу Викторовну Федорову, награждённую медалью "За боевые заслуги". Жизнью, здоровьем обязаны ей не только советские воины, но и афганцы - дети, старики, женщины.

А о старшей операционной сестре Надежде Ладюк Иван Данилович сказал: " Человек, для которого, кажется, не существует ничего, кроме дела, которому служит".

Между тем сам Косачев И.Д. совершил врачебный подвиг, выполнив уникальнейшую операцию, аналогов которой во всем мире лишь единицы.


История третья. Даже у перевидавшего многое ассистента хирурга вырвалось безнадёжное: - Это всё... Пробита полая вена... - Не торопитесь... Зажмите рану...

Полковник м/с Иван Данилович Косачев, который вёл операцию, последние слова произнёс, подчёркнуто спокойно. А случай по всем канонам военно-полевой хирургии действительно относился к разряду безнадёжных. Редкий, очень редкий хирург может сказать, что он сшивал полую вену. Малейший разрыв в ней ведёт к мгновенной смерти. Тут же - желудок, словно пластырь, прижало к разрыву в полой вене. Спасение человека было в одном - сшить вену настолько быстро, чтобы кратковременная остановка кровообращения не усугубила и без того тяжёлое состояние раненого. И хирург не упустил этого шанса спасти человека, может, одного шанса из сотен тысяч, и сделал, казалось бы, невозможное. Жизнь раненого солдата была спасена!


Рассказанное - всего один, хотя и неординарный, случай из практики хирурга Косачева И.Д. Из скольких подобных критических ситуаций он выходил победителем - трудно сосчитать. За плечами хирурга почти тридцать лет службы. Кредо Косачева неизменно: военный хирург всегда на войне. Так было и на Дальнем Востоке, и в суровых северных климатических условиях, и на земле Афганистана.

В Афганистане полковник Косачев являлся Главным хирургом 40-й армии, поэтому отвечал за организацию хирургической помощи на всех этапах медицинской эвакуации. Поэтому и старался бывать повсюду, изучал, как оказывается первая медицинская помощь, как совершенствуют свои знания военные врачи.

Хирург с колоссальным опытом, он твёрдо убеждён: научиться оперировать - это ещё отнюдь не всё. Очень важно выходить больного, вселить в него веру в выздоровление.

Давно замечено: люди, чья жизнь представляет большую ценность для других, меньше всего думают о себе. Работа на износ - иначе не назовёшь деятельность хирурга в районе боевых действий. Раненые поступают в госпиталь десятками и многие - в тяжелом состоянии. Оружие - то Запад поставляет душманам самое изощрённое...

Рядового М. Лаека доставили в госпиталь с огнестрельными ранениями живота, многоосколочными переломами костей. Несколько часов длилась операция. Ивану Даниловичу ассистировал майор м/с Геннадий Михайлович Масько. Афганского солдата советские военные медики вытащили с того света. И первые слова, которые Махмалек произнёс, придя в себя после наркоза, были:

- Ташакор, шурави докторе! Ташакор, рафик! (Спасибо, советский доктор! Спасибо, товарищ!)

За два года службы в Афганистане полковник м/с Косачев много раз слышал слова искренней благодарности от наших и афганских воинов, мирных жителей и от... душманов, подобранных на поле боя ранеными. Как правило, душманы не оставляют их - добивают. Так, например, в одном из районов крепко досталось банде Насима Бадра. На месте боя обнаружены три трупа, раздетых донага. У одного в шее сбоку торчал нож. При тщательном осмотре выявили, что один из бандитов ещё дышит. Выходили его. Он назвался Валиханом. И рассказал, что двоих его сообщников, раненых в ноги, добили свои же. А Валихана решили пристрелить. Пуля пощадила его.

-Подобные факты не единичны. Душманов уже давно даже единоверцы называют бандитами. И никакие они не защитники ислама, как придумали это на Западе,- говорили в беседах с врачами афганские воины, находившиеся в госпитале на лечении.

Ещё один спасённый в госпитале Кабула - лейтенант Зумрай, офицер царандоя. По делам службы он находился в соседнем городке и попал под миномётный обстрел душманов. Советские вертолётчики доставили лейтенанта в госпиталь в тяжёлом состоянии. Врачи спасли его. Зумрай несколько лет назад учился в Советском Союзе и довольно хорошо говорит по-русски. За короткое время он узнал имена многих советских военных врачей и медицинских сестёр и не преминул выразить им свою благодарность. В их числе офицеры-медики В. Филимонов, В. Трегубов, И. Семененко, С Анденко, В. Захаров, М. Чируца, В. Савенков, Е. Колчин, медицинские сёстры О. Черкашина, Р. Романова, В. Турманова, Н. Тимергалиева, Л. Пономарева и Лена Толстокорова. Зумрай так и сказал: "И Лена Толстокорова, очень ловкая сестра..."

Иван Данилович Косачев с улыбкой на лице молча слушал хорошо знакомые имена и фамилии. Потом заметил:

-Назвал всех, кого и мы считаем лучшими людьми. Самый высокий профессионализм не поможет, если нет у медика высоких человеческих качеств, сострадания к больному. Посмотрите только, как выхаживают своих подопечных палатные сёстры Светлана Гладчук, Людмила Овсянникова, Людмила Фролова, другие девушки и женщины, которые самоотверженно трудятся в госпитале.


История четвёртая. История сержанта Леонида Б. - это ещё одно подтверждение не только высокого мастерства медиков, но и их умения поддержать в раненом дух, укрепить силу воли, помочь победить смерть. Случилась беда высоко в горах. Взводу, в составе которого действовал сержант Б., поставили задачу выручить попавшее в трудную ситуацию подразделение. Оно вело бой с крупной бандой. Успех зависел от внезапного удара в тыл душманам. Для этого надо было подняться почти по отвесной скале. Несколько человек, в том числе и Леонид, вызвались идти первыми. Воины сняли бронежилеты, всё, что могло помешать при подъёме. Дерзко и стремительно ударили смельчаки по душманам. Бандиты заметались, кинулись на прорыв. Но путь к отступлению отрезал взвод советских солдат. Душманы сосредоточили по ним весь огонь. Одна из очередей прошила поднявшегося для броска гранаты Леонида. Командир подразделения вызвал вертолёт для отправки сержанта в госпиталь. До площадки, где винтокрылая машина могла забрать раненого, Леонида Б. спускали, меняя друг друга, несколько человек: сержант Наби Алиев, рядовые Николай Артамонов, Владимир Николаев.

Как ни спешили воины, но когда сержанта доставили в госпиталь, шансов выжить у него практически не было. Только неспроста хирургов во всех военных госпиталях называют королями. В схватку за молодую жизнь вступили многие специалисты во главе с полковником Косачевым. Несколько часов длилась операция. Семь литров крови перелито за восемь суток. И смерть отступила. Перед искусством врачей и медицинских сестёр, перед молодым, тренированным организмом. По мнению Ивана Даниловича, Леониду второй раз родиться во многом помогли занятия до призыва в армию боксом, плаванием, волейболом и, конечно же, сила воли, поистине сибирский характер.


После окончания службы в Афганистане доктор медицинских наук полковник м/с Иван Данилович Косачев был назначен на вышестоящую должность в Военно-Медицинскую Академию имени С.М. Кирова.

/ Потом были новые военные конфликты и "горячие точки". Новые операции и спасённые жизни... Ныне Косачев Иван Данилович - доктор медицинских наук, профессор кафедры общей хирургии Военно-Медицинской Академии имени С.М. Кирова, заслуженный врач/.


История пятая. Джавид играл во дворе дома, когда в открытые ворота ворвались незнакомые вооружённые люди. Один из душманов стал что-то искать в подвале дома, остальные начали избивать его мать, рвать её одежду, таскать за волосы. Потом женщина затихла под ударами прикладов и каблуков. Из этого страшного дня шестилетний Джавид помнит ещё, как, уходя, один из бандитов подбежал к нему, рыдавшему рядом с безжизненным телом матери, и сапогами наступил на его ножки. Так душманы мстили отцу Джавида, который боролся за идеи апрельской революции.

В советский военный госпиталь мальчика привезли с тяжелейшей деформацией суставов и костей обеих ног. Медлить нельзя было.

В тот же день Джавида положили на операционный стол. Сложнейшую операцию по наложению аппарата Илизарова с шарнирным устройством делали начальник хирургического отделения полковник м/с Артемьев и хирург-травматолог подполковник м/с Гамарко

После операции Джавиду помогали все, кто мог: врачи, медсёстры, санитарки и даже больные. Медсестры Татьяна Музыка и Галина Марковин ежедневно делали перевязки, санитарка Алла Головкина мыла мальчика, кормила из ложечки, дежурила у его кроватки. Сестра-хозяйка Любовь Боровикова сшила брюки и рубашку.

Больше трёх месяцев нога Джавида была закована в металлический цилиндр, который постепенно смещали. Так выводили в нормальное положение ступню, восстанавливали утраченную ею функцию движения. Сделали десятки перевязок, рентгеновских снимков. Это были тяжёлые для Джавида дни. Ведь перенести такую сложную операцию трудно и взрослому человеку, а здесь шестилетний ребёнок. Операционная сестра Татьяна Музыка на перевязках Джавида едва сдерживала себя, чтобы не зарыдать, видя его страдания.

Бежали дни. И постепенно организм Джавида окреп. Мальчика перевели в общую палату к нашим раненым солдатам. Он стал всеобщим любимцем. Солдаты его научили первым русским словам, научили считать, петь русские песни. Ходить Джавид ещё не мог, его по очереди выносили гулять больные и медсестры.

- Джавид стал настоящим сыном госпиталя,- сказал об этом начмед госпиталя полковник м/с Ю. Жибков.

Всем госпиталем провожали Джавида, за которым приехал отец из Кандагара. Как бы ни сложилась судьба мальчика, думается, в его сердце навсегда сохранится любовь к советским врачам и медсёстрам, спасшим ему жизнь и здоровье.


Медсанбат в Баграме


История шестая. В палату медицинского батальона молодой дехканин внёс на руках молоденькую жену. Жизнь, казалось, уже ушла от неё. Из взволнованного рассказа, сопровождавшегося жестами, выяснилось: ночью в кишлак, что недалеко от Баграма, проникли душманы, подожгли дома активистов. От разбросанного ветром пламени загорелся дом Абдуллы. Когда его тушили, внезапно вспыхнула паранджа на жене Абдуллы - Джамилле.

- Срочно готовить пострадавшую к операции,- распорядился хирург майор м/с Сергей Тихонов.

Тамара Архипова, операционная сестра, взглянула на обезображенное лицо афганки и невольно отвернулась. Кровавая маска ожогов. Обгорели косы.

Дехканин воспалёнными безумными глазами следил за манипуляциями медсестры. Но едва Тамара взялась за ножницы, он вдруг вскочил со стула, схватил её за руки. Она поняла: по религиозным обычаям нельзя стричь волосы у женщины. Бежали драгоценные минуты, а муж стоял на своём. Тамара не выдержала: с гневом дернула за полу рваного халата афганца, жестом показала - уйдите!

После успешной операции, длившейся несколько часов, хирург и медсестра вышли из операционной. У КПП (контрольно-пропускной пункт) толпились бедно одетые, хмурые дехкане. Когда им сказали, что жизнь Джамиллы вне опасности, оживлённо загомонили. С почтением и уважением стали всматриваться в лица медиков, особенно в Тамарино лицо. Было такое впечатление, словно советские медики сделали нечто гораздо большее, чем просто оказали помощь пострадавшей.


В Афганистан Тамара приехала из Харьковской области. В родном городе окончила медицинское училище, два года работала медсестрой в 4-й харьковской клинической больнице неотложной скорой помощи. На афганской земле - второй год. Награждена медалью "За боевые заслуги". С бригадой хирургов побывала в самых отдалённых уголках страны, принимала участие в сотнях самых сложных операций.

Своим опытом Тамара щедро делится с молодыми медсёстрами львовянкой Наташей Федоровской, Лилией Ефремочкиной из Рязани, свердловчанкой Тамарой Борисовой, которых привело на афганскую землю такое же сострадание к человеческому горю.


История седьмая. Неожиданно в предрассветной мгле послышался рокот вертолётных двигателей. Потом по гулкому ревущему перезвону старший лейтенант м/с Александр Макаревич понял: винтокрылая машина зависает. Быстро одевшись, выскочил из офицерского общежития. Раз в такую рань вертолёт садится, причем близ отдельного медицинского батальона, значит, нужна его, военного хирурга, срочная помощь.

Молодой офицер не ошибся. Вскоре дежурные солдаты-санитары вынесли из вертолёта раненого. Им оказался старший лейтенант Сергей Р., командир инженерно-сапёрного взвода.

В приёмном отделении медицинского батальона уже всё готово к работе с раненым. На местах и все специалисты из экстренной операционной: опытный хирург майор Михаил Шклярук, анестезиолог капитан Иван Голоусиков, старшая операционная сестра Глафира Масюк и другие. Это опытные медики, привыкшие работать в любой обстановке. Самоотверженные, смелые, заботливые.

Сложнейшая операция, продолжавшаяся несколько часов, была успешно завершена. Жизнь раненого офицера была спасена, как и его рука.

Позже старший лейтенант сам рассказал о случившемся. Выпускник Высшего военного инженерного командного училища в Каменец-Подольском. В составе ограниченного контингента советских войск в Афганистане служит уже более полутора лет. Одна из задач его взвода - помощь афганскому народу в разминировании дорог, мостов, пешеходных троп. Много горных дорог исходил, изъездил, излазил офицер со своими солдатами. Много помог простым мирным жителям страны. Но такое случилось впервые.

Душманы заминировали все подходы к дальнему кишлаку. Решили отрезать его от внешнего мира, заморить голодом, поставить людей на колени. Выбрался из минной ловушки только один старик, добрался до штаба нашей части, попросил помочь.

Сапёры уже заканчивали работу, убрали почти всю заморскую смертоносную "начинку", которой душманы обильно нашпиговали подступы к кишлаку. И вдруг из-за дальнего укрытия ударил гранатомёт. Руку Сергея Р. Словно обожгли чем-то...

Умелые руки хирургов вырвали офицера из объятий смерти.

Позже спасённый был переправлен для дальнейшего лечения в Кабул, а затем в Ташкент.


Медицинская рота в Джелалабаде


История восьмая. Воздушно-десантную роту, в которой служил Сергей Б., частенько перебрасывали с одного места на другое. То на вертолётах летели куда-то в поднебесье и там "седлали" какие-то горные перевалы, то, спешившись, осторожно, с оглядкой пробирались по дну какого-то ущелья и выходили к затерянному в горах и порушенному душманами безымянному кишлаку. Длинными вечерами - а их приходилось коротать без привычного с детства костерка - всё больше слушали передачи московского радио. И ещё "Маяк" любили слушать. Вернее прислушиваться: его и не слышно было почти. Замирали от этих слов: "И о погоде в Москве..." Как музыку слушали. Ведь это - голос Родины! А больше разговаривали друг с другом. Вспоминали дом, свои проводы в армию. Отец сказал на прощание Сергею: "Лети, сын, и служи по-нашенски!"

Он знал, что сказать: "По-нашенски" - значит, честно. Как, к примеру, родной дядя его, Герой Советского Союза Михаил Васильевич Коновалов служил и воевал. Вот и служил теперь Сергей, стараясь не подвести старых солдат, своего отца и родного дядю.

Позже Сергей Б. и сам толком не помнил, как всё получилось. Взводу десантников было приказано деблокировать высоту, на которой в развалинах старой крепости из последних сил держалось подразделение советских солдат. "Духи" обложили их со всех сторон. Сопровождаемые танками, боевые машины пехоты удачно проскочили мост через речушку и вплотную придвинулись к стенам покинутого жителями кишлака. Спешившись вместе со своим земляком Иваном Емшановым, Сергей пополз к развалинам дома, где уже орудовал младший сержант Владимир Петров. Свой крупнокалиберный пулемёт они установили в считанные секунды.

По залёгшим у моста воинам ударил пулемёт душманов. Но откуда он бил? Стена, под прикрытием которой находились наши солдаты, не давала рассмотреть огневую точку противника. Однако, проследив, куда ведут огонь солдаты окруженного подразделения, Сергей понял, что вражеский пулемёт укрыт от глаз всего лишь каким-то дощатым навесом, обрушившись, прикрыл сбоку проем окна. Изловчившись, он бросил в этот навес гранату, и огневая точка врага открылась сразу. Друзья Сергея уничтожили её в несколько секунд.

И тут до него долетел голос командира расчёта: "Серёга! Патроны кончаются".

А патроны - это его, Сергея, дело. Сейчас, только два прыжка назад, к мостику - и патроны будут.

Но как раз второй из этих прыжков оказался роковым: пуля душмана на сей раз не пролетела мимо.

Тяжелейшее ранение в живот. Только срочная операция может спасти жизнь. Ребята вытащили его из-под огня, вывезли на БМП в безопасное место. Запросили вертолёт с опытными медиками. И дальше своё дело сделали подоспевшие из Медроты Джелалабада врачи. Уже в вертолёте они провели необходимые приёмы реанимации, это дало возможность довести раненого до операционного стола.

Операционная бригада боролась за жизнь Сергея несколько часов. Помощи ждать было неоткуда, приходилось рассчитывать только на свой опыт и умение. И медики совершили чудо - жизнь раненого была спасена.

Сергей выжил. Потом, когда чуть окреп, перелетел в Кабул, где перенёс ещё одну операцию. Долечивался уже в Ташкенте и Свердловске.

Находясь на лечении в хирургическом отделении Свердловского Окружного военного госпиталя N 340, Сергей Б. удивлял всех врачей своей волей и жизнестойкостью. Даже некоторые медики сокрушались, рассматривая его располосованный вдоль и поперёк живот, и допытывались: " Да как ты с такой страшной раной жив остался?"

- Остался вот, - неизменно отвечал Сергей,- ведущий хирург Медицинской роты Джелалабада, куда меня доставили вертолётчики, спас.

Очень жалел Сергей, что не знал фамилии своего спасителя. Помнил точно - звали Андреем Валентиновичем, был майором.

Понять пострадавшего в бою солдата можно: до фамилии ли ему чьей-то, когда перенёс такую операцию. Тут бы выжить.

Но могло статься, что со своим первым спасителем Сергей тоже мог встретиться здесь. Но, видать, не судьба: рядовой Сергей Б. был выписан из госпиталя в ноябре 1986года, а майор м/с Северин Андрей Валентинович назначен сюда после возвращения из Афганистана спустя всего месяц.


В одном из интервью на вопрос корреспондента ("Случайно ли вы стали врачом-хирургом или?") Северин ответил с улыбкой:

- Случайно только под трамвай попадают, а я стремился в Свердловский медицинский институт. После, пройдя специализацию, работал хирургом в 40-й и 32-й больнице города. В 80-м призвался на военную службу на два года, позднее решил связать свою жизнь с армией на все 25 лет. Пришлось поездить по гарнизонам. Два года вот и в Афганистане отпахал. Был командиром медицинского взвода (ведущим хирургом) отдельной медицинской роты 66 ОМСБ (отдельной мотострелковой бригады), что на Джелалабадском направлении находилась.

Спросили Андрея Валентиновича и о спасённом им Сергее Б., бывшем десантнике-богатыре из Курганской области. Северин поморщил лоб, слетал мысленно за Гиндукуш и развёл руками:

- Не помню. Оперировать вполне мог. Это же было обыденным делом - спасать раненых. Вот если бы я в госпитальной палате его увидел да на операционные швы взглянул - тогда наверняка сказал бы: мой, не мой. А так... Так только доброго здоровья пожелаю Сергею.

- А реально кого-то из своих "крестников" встречали? Ведь через вас, поди, сотни раненых прошли...

-Сотни-то сотни,- говорит, - но как их встретишь? Выздоровели - и разъехались по своим республикам. Да и я на месте не сидел, адрес менялся. Знаю только, что земляки-уральцы были. Из Свердловской, Челябинской, Курганской областей.


Впрочем, одна встреча со спасённым им раненым всё же была. Прежде чем рассказать эту историю автор позволит себе сделать небольшое отступление.


Мне (автору этой статьи) везло в жизни на встречу с хорошими людьми. Дружбу с некоторыми пронёс через всю жизнь, ведь перевалило за сорок лет общения. С другими поддерживаю теплые отношения по 20-30 лет. К их числу и относится Северин Андрей Валентинович.

Мы познакомились ещё в 1972 году, когда поступали на первый курс медицинского института в Свердловске. Оказались в одной группе. Андрей поступал после службы в армии, нам (основная масса ребят - прямо после школы, семнадцатилетние юнцы) он казался "старым", умудрённым жизненным опытом. Он и относился к нам, как старший брат, опекал и учил премудростям жизни. Удивительно добрый, заботливый и мягкий человек, дружбой с которым я очень гордился. Особенно сблизила нас летняя работа в студенческих стройотрядах.

В 1976 году я решил стать военным врачом - перевёлся после 4-го курса в Томск на Военно-Медицинский Факультет, а Северин так и закончил в 1978 году институт, получив на военной кафедре звание лейтенант м/с запаса. Но позже и он избрал этот путь военного врача-хирурга.

Наша встреча через годы произошла уже в конце мая 1984 году, когда пришлось лечиться после ранения в Окружном военном госпитале в Свердловске. Северин навестил меня в госпитальной палате. А вскоре и он был направлен в Афганистан...


История девятая. Это было 5 сентября 1984 года. Подразделения 66 отдельной мотострелковой бригады вели тяжёлые бои при поддержке танков неподалёку от Джелалабада. Танк командира роты капитана Сергея Д. был подбит, водитель-механик погиб сразу. Офицер приказал экипажу покинуть горящую машину. Сам он выбрался из бронированной машины последним. Сергей уже находился на земле, когда был произведён новый выстрел из гранатомёта. Эта огненная струя буквально прошила офицера-танкиста, повредив плечо и левую руку. Не смотря на невыносимую боль, капитан смог сам себе оказать первую помощь, кое-как наложил повязку, ввёл обезболивающее средство.

Оставшиеся в живых члены экипажа вынесли раненого из-под огня. Потом была эвакуация на вертолёте. Вместе были перевезены и несколько других раненых, но у них были легкие осколочные ранения. Самое тяжёлое ранение оказалось у офицера-танкиста, он был изодран основательно: левое плечо перебито и раздроблено, лопатка разбита "вдребезги", огромная открытая рана, большая кровопотеря. Офицер чудом оставался в живых.

Хирургическая бригада во главе с майором Севериным вступила в схватку со смертью. Несколько часов продолжалась операция. И "костлявая" отступила. Жизнь и рука Сергея Д. была спасена. Хирурги совершили не возможное!

Потом была эвакуация в Кабул, Ташкент, Ленинград (Военно-Медицинская Академия имени С.М. Кирова).


Там, в Ленинграде, на больничных койках и зародилась дружба автора с отважным офицером-танкистом Сергеем Д. (этой дружбе осенью исполнится уже 25 лет!). После излечения судьба забросила обоих в Свердловск (ныне - Екатеринбург). Сергей Васильевич продолжил службу в армии, получал очередные звания. Уволился из Вооруженных Сил в конце 90-х. Подполковник. Кавалер орденов Красного Знамени и Красной Звезды. Счастливый отец двух дочерей.

Сергея лечили много замечательных врачей, благодарность к которым сохранилась на всю жизнь. Но хотелось ему встретить и своего первого спасителя, запомнил, что его звали Андрей Валентинович.

Автора после очередного такого разговора с Сергеем в начале 90-х годов посетило "озарение" - сообразил, что речь идёт о Северине А.В., с которым после Афганистана снова поддерживал добрососедские отношения (жили в одном районе города). Дальше было всё просто: пригласил в гости обеих друзей и вновь представил их друг другу.

Нет лучших мгновений, чем наблюдать встречу спасённого и спасителя, никакими словами не описать благодарность, которую испытывал Сергей к Андрею. Когда эмоции улеглись, они сидели и мирно беседовали. Вместе порадовались, что так счастливо всё обошлось, что раны зажили, и военная служба у человека продолжается.

После этой встречи наша взаимная дружба продолжилась на годы...


Есть у Андрея Валентиновича замечательная черта, издавна присущая российским докторам. Это - умение врачевать словом. Ещё знаменитый врач Бехтерев сказал: "Если больному после разговора с врачом не становится легче - это не врач". Северин как раз из тех, кто несёт облегчение своему пациенту даже одним своим общением с ним. С одним в палате он поговорит серьёзно, даст какие-то советы, с другим пошутит, а третьему просто улыбнётся - и всем им вместе становится чуточку лучше. Так было наверняка там, в горячем Афганистане, так заведено им было и в отделении "искусственная почка", которое он возглавлял в окружном госпитале.

Это его правило целиком соответствует врачебной мудрости древних эскулапов, которые считали так: доктор должен иногда лечить больного, почаще облегчать страдания и всегда утешать его. Всегда ли теперь люди в белых халатах исповедуют эту мудрость? И так приятно, что врач-"афганец" её-то и сделал чертой своего характера, своим врачебным методом.

С горестью вспоминал Андрей Валентинович:

-Сколько врачей, особенно батальонного звена, у нас в Афгане погибло! Я сам многих оперировал. Ведь в рейде врач - тот же боец, только более приметный. Вот и доставалось им едва ли не больше, чем другим...

В этом признании Северина слышится не просто горький упрёк кому-то, а горький урок, смысл которого ясен: нельзя подставлять врача под каждую пулю. Ведь ещё великим Гомером сказано: "Многих воителей стоит один врачеватель искусный". И строить боевую операцию, видимо, надо так, чтобы каждый был на своём месте: воитель - где стреляют, а врачеватель - где лечить и спасать сподручней...


В заключение хотелось бы привести слова одного командира батальона, с которым автору пришлось близко познакомиться в Афганистане. Он говорил своим офицерам: "Врача вы берегите больше, чем меня, командира. Случись что, меня в бою найдётся, кем заменить, а вот врачу под рукою замены нет. От него наши жизни зависят..."


***


Использованные материалы:

- Васильев А. "Медсестра", "Собеседник", сентябрь 1984г.;

- Ефимов А. "Военные медики", "Красная звезда", январь 1986г.;

-Олийник А. "Джавид", "Красная звезда", 1986г.;

-Олийник А. "Мужество и милосердие", "Красная звезда", 1986г.;

-Дмитриев Ю. "Рядом с солдатом", "Красная звезда", 1986г.;

- Скрижалин В. "Военный хирург", "Красная звезда", 1986г.;

-Хорунжий А. "Ташакор, шурави докторе!", "Военно-медицинский журнал", 1987г.;

- Олийник А. "Госпиталь в Кабуле", "Красная звезда", октябрь 1988г.;

- Симонов В. "Есть только долг", "Ветеран Афганистана", апрель 1993г.


***