# "И вновь пограничную службу несем..."

Александр Петрович Карелин

О роли советских пограничников в афганской войне.

"И вновь пограничную службу несем..."


"И вновь пограничную службу несём,


И вновь на приказ отвечаем мы "Есть!"


Далёко- далёко отсюда наш дом,


И всё-таки он начинается здесь".


/И. Шаферан, песня на музыку


Е. Крылатова, из к\ф


"Приказано взять живым"/


Предисловие от автора


Долгое время факт присутствия советских пограничников на территории Афганистана старательно умалчивался. Они внешне не отличались от военнослужащих сороковой армии, ведь они носили общевойсковые погоны. Между тем, пограничники сыграли в афганской войне роль исключительную, очень важную. Они защищали рубежи Родины по обе стороны советско-афганской границы...

Автор статьи ни в коей мере не претендует на "истину в последней инстанции", ведь делиться своими воспоминаниями могут лишь те, кто служил в пограничных войсках и участвовал сам в боевых операциях. И они это сделали давно и подробно. Было мною прочитано множество воспоминаний пограничников в книгах и на электронных страницах сайтов. Многие факты меня просто восхитили, например - командиры смогли добиться высокой воинской дисциплины от подчинённых. А о том, что в ММГ (мотоманевренные группы) не было фактов дедовщины, рассказывают не только офицеры и генералы, но и солдаты, служившие там. Самым страшным наказанием для них было отстранение от участия в боевых действиях или отправка в Союз. Наконец, за всю войну в погранвойсках не было ни одного дезертира! Всё это заслуживает уважения и даже восхищения.

Автор решился-таки напомнить некоторые факты из участия пограничников в афганской войне. Эта статья является данью уважения автора ко всем славным "зелёным фуражкам".


1


15 февраля 1989 года... Праздничный Хайратоновский мост. Цветы, оркестр, кино и телевидение.

Усталый генерал Громов на мосту: "Всё. За моей спиной нет ни одного советского солдата".

Не в обиду будь ему сказано, но не совсем был прав тогда генерал. За его спиной оставалось ещё много солдат и офицеров. Правда, никто из них не входил в состав 40-й армии, но в тот день, опоздав на вечерний концерт Розенбаума в Термезском доме офицеров, последними вышли из Афганистана они - пограничники (почти десятитысячная группировка пограничных войск, которая своими действиями во многом обеспечивала вывод частей и соединений армии с территории Афганистана). Пограничники вышли спустя несколько часов действительно последними...

Долгие годы участие этих людей в боевых операциях на сопредельной территории категорически отрицалось. Офицеры и солдаты, отвоевавшие по полной программе и даже имевшие боевые награды, по всем официальным документам значились, как проходившие службу исключительно на территории СССР, охраняя государственную границу. На деле всё было иначе.

Практически сразу после ввода советских войск на территорию ДРА вошли туда и отряды погранвойск КГБ СССР. Перед ними ставилась задача - не допустить вооружённого прорыва государственной границы отрядами моджахедов, которые не в пример басмачам времён гражданской войны были вооружены новейшим оружием и имели отменную боевую выучку. Десантно-штурмовые маневренные группы (ДШМГ) "зелёных фуражек" наносили упреждающие удары по этим формированиям ещё до того, как те успевали выйти к границе.

Наверняка, тогда эти действия были оправданы. Афганская война, едва начавшись, породила массу проблем. Одна из них - как обеспечить неприкосновенность советской границы и безопасность населения нашего приграничья. 40-я армия, решая свои задачи, встретила нарастающее день ото дня сопротивление, начался "джихад". Многие из моджахедов всё чаще стремились выйти к советской границе, разумеется, не для того, чтобы просто посмотреть на неё.

Это и послужило фоном для последующего правительственного решения, естественно, по просьбе афганского руководства, о вводе контингента пограничных войск КГБ СССР в северные провинции Афганистана для охраны нашей границы. Участвовали, как тогда их называли, сводные боевые отряды Среднеазиатского и Восточного пограничных округов. Собирали в них, как правило, добровольцев. Располагались в виде небольших гарнизонов. Места дислокации в Афганистане выбирались с учётом активности действий моджахедов, так, чтобы мешать им выходить к советской границе. Сначала это были Памирское и Пянджское направления, затем, постепенно, была образована так называемая зона ответственности пограничных войск, включавшая в себя часть территории всех северных провинций Афганистана на глубину до 100 километров.

О том времени вспоминал генерал-лейтенант Коробейников И.М., начальник одного из управлений Главного управления пограничных войск КГБ СССР, а тогда - полковник, старший руководитель той операции высадки:


"Сейчас кажется, что это было в чужой жизни. Не в моей.

Расчёт по "бортам", постановка задач. Например, старшему оператору майору Валерию Короленко: строго - твой борт - такой-то. Взлёт в 6.30. Понял?

Потом вспоминается почему-то короткий спальник, душная бессонница. Утром тайком выбрасываю упаковку от успокаивающих таблеток. Нервничая, поплевываю на руки - всё, пошёл! И вот уже "борт" затрясся, снижаясь. Борттехник рывком открывает дверь: "Вперёд!"

Горбясь, десантура сыпанула вниз. Я - последним. Пульс стучит за 200. Прошлого нет, будущего тоже. Есть поле на окраине кишлака, зажатое скалами и похожее на дно стакана. Есть ещё рядом Николай Дубчак, замполит группы десантников. Отчаянно матерясь и размахивая автоматом, он с трудом вытаскивает ноги из жидкой грязи залитого водой поля, есть дюжий фельдшер Юрий Куценко, он уже добрался до края "площадки" и лупит длинными по еле заметным огонькам наверху. Есть десантники, по двое-трое рассыпающиеся по полю и лежащие за валунами у подножия скал. Тоже стреляют. Это группа захвата. Над нами карусель из вертолётов, где-то недалеко треск лопающихся НУРСов. В эфире кажущийся хаос из команд и докладов. Нам нужно наверх, чтоб оседлать хребет над ущельем. Иначе положат или собьют "борт" на посадке.

Вперёд! Или вверх, какая разница. Война в горах без фронта и флангов. Или ты успел первым, или тебя. Хотя тыл, впрочем, был. До Союза рукой подать, около километра, наверное. Можно разглядеть такие же горы, речку и пустынную дорогу над ней. Вчера отсюда - из Афганистана - кто-то обстрелял "уазик" на советской территории. Ранена женщина. Но это вчера. Сегодня хрипим - вперёд! По рации слышу, как Валерий Короленко почти открытым текстом: пулемётчик над тропой не даёт пройти, бьёт оттуда, добровольцы - по две гранаты в руки и за м ной!"...


Пока шла война, обо всех писали, кроме пограничников. Трудно сказать, с чем это было связано. Возможно потому, что всё, что касалось "афганской темы", было первое время вообще закрытым, где уж рассказывать о переброске пограничников. Возможно, ещё потому, что пограничники относятся к войскам КГБ, да ещё оказавшимся в Афганистане. Наконец, возможно потому, что не хотели провоцировать моджахедов на действия специально против советских пограничников, такое тоже не следует исключать. Ну и, конечно, тайна есть тайна, без всякого на то объяснения. Пограничники внешне были не отличны от 40-й армии. Солдаты и офицеры ходили в такой же форме, погоны перешивали на общевойсковые. Единственная, может быть, особенность - все службы тыла и обеспечения боевых действий, а также вся пограничная авиация находились на советской территории, в местах расположения пограничных отрядов.

Пограничники воевали на территории сопредельного государства и охраняли ту же границу обычным способом. Фактически Среднеазиатский пограничный округ нёс двойную, если не тройную нагрузку. В отрядах численность личного состава в 3-4 раза и больше превысила ту, что была "до войны". Плюс семьи офицеров, прибывающих из других пограничных округов. Жилья не хватало катастрофически...


2


Нельзя не поражаться мужеству и выдержке наших людей в тех условиях. Главное - не было недостатка в добровольцах. Со всей страны писали - пошлите служить в Афганистан, многие офицеры-пограничники просились на второй, а то и третий "сроки"...

Что было, то было. Например, Николай Дубчак на "второй" срок остался, мало одного показалось... Жил в тесной квартирке, вода только утром и вечером. Когда с операции прилетал в Союз, сразу бежал в очередь в военторг, а то чего-нибудь не достанется... И многие прошли через это: Владимир Радчук, Анатолий Турулов, Юрий Турдиев, Наиль Нуруллин, Валентин Медведев, Виктор Мещеряков...

Что за люди были пограничники? Разные. Например, прапорщик Василий Гула писал стихи, майор Александр Гудымов - песни. Сапёры-виртуозы Сергей Гордеев, Виталий Полунин и Олег Улеватый всегда предпочитали самую опасную работу, хотя могли и не делать её. Олег ошибся один раз, но остался жив. Позже он работал преподавателем. Подполковник медицинской службы совместил в себе две профессии - врача-хирурга и сапёра. Достал из тела рядового Виталия Грабовенко неразорвавшуюся гранату от автоматического гранатомёта. Буквально легендой стали офицеры - десантники Владимир Маслаков, Юрий Лопушко, Николай Рулев и Сергей Нечаев, а попасть служить в пограничные десантные аэромобильные подразделения, которыми они в разное время командовали, было не легче, чем в Институт международных отношений. Афганистан всех равнял между собой, и если солдат закрывал от пули офицера, как сделал это Александр Кисеев, например, то было это вполне нормальным поступком. И таких, как он, было много...

Плохо, когда гибли наши воины. По заведённой традиции, например, у десантников в каптёрке на вешалке нетронутым оставался "комбез" погибшего, его "дембельские" вещи. Койку тоже не трогали до поры, хотя места не всегда хватало. Спустя некоторое время на стенде у казармы появлялась фамилия павшего товарища. Будто он оставался здесь.

Одна из ожесточённейших стычек произошла 21 августа 1981 года в районе Куфаб провинции Бадахшан. Велась охота на крупную банду полевого командира Абдул Вахоба. Боевая группа 48-го Пянджского погранотряда, подкреплённая подразделениями народной армии Афганистана, шла по следам мятежников, но сама попала в засаду. Командир группы старший лейтенант Гиясов был убит в первые же минуты боя. Среди бойцов приданного афганского подразделения началась паника, раздались призывы перебить оставшихся в живых "шурави" и сдаться на милость врага. Ситуация сложилась критическая.

Положение спас сержант Геннадий Леонтьев. Он принял командование на себя, сумел пресечь панические настроения и грамотно организовал круговую оборону. Подчинившись его приказу, афганские солдаты с трудом, но стали отбиваться от наседавших моджахедов. Сосредоточенным огнём пограничники подавили основные огневые точки противника, после чего Леонтьев поднял уцелевший советско-афганский отряд в атаку. Не ожидавшие такой решительности "духи" были опрокинуты, и теперь уже среди них началась паника. Моджахеды бежали, а штурмующие, заняв их огневые точки, вели вдогонку кинжальный огонь. Итогом боя стали 27 уничтоженных душманов и многочисленные трофеи оружия, включая гранатомёты.

Спустя всего три дня, 25 августа, при осмотре населённого пункта Бахаро группа сержанта Леонтьева завязала бой с превосходящими силами противника. И вновь победили пограничники. Совместно с подоспевшей подмогой они выбили боевиков из кишлака, а затем спасли подбитый вертолёт МИ-8 вместе с уцелевшим экипажем, на захват которых душманы бросили значительные силы.

По всем воинским меркам сержант погранвойск Геннадий Леонтьев, проявив мужество и героизм, продемонстрировав высокую профессиональную подготовку, совершил настоящий подвиг. Начальник десантно-штурмовой маневренной группы майор Н. Юдин ходатайствовал перед вышестоящим командованием о присвоении сержанту Леонтьеву звания Героя Советского Союза. Все необходимые бумаги были оформлены и отправлены в 1982 году.

Звезду Героя сержант-пограничник так и не получил. Сослуживцы часто сравнивали его подвиг с действиями в бою на острове Даманском младшего сержанта - пограничника Юрия Бабанского, который также, приняв командование на себя, отбил атаки неприятеля. В 1969 году отважный младший командир был удостоен высокого звания Героя. А ведь Бабанскому, отмечали пограничники, было легче хотя бы морально. Он воевал среди своих и защищал свою землю. А Леонтьеву пришлось командовать большей частью афганцами, и собственно Россия была очень далеко. Вполне возможно, в Кремле посчитали, что для сержанта награда уже то, что он вообще остался жив. А присвоение ему Героя за боевой подвиг в мирное время, когда о войне в Афганистане открыто вообще не говорили, потребовало бы каких-то объяснений. К тому же, судя по всему, в Москве никто не думал, что эта война окажется такой затяжной и кровавой.

Отвоевав в Афганистане положенное время, Леонтьев вернулся на родную землю в 1982 году с медалью "За боевые заслуги". При этом ни в каких, имевшихся на его руках документах, не значилось, что он участвовал в боевых действиях за пределами СССР. Естественно, молодой парень постеснялся выяснять, почему же обещанную командованием награду он так и не получил.

Бывает, что ордена, медали и даже геройские звёзды находят тех, кто совершил подвиг спустя десятилетия. После жестоких сражений на афганской земле, в которых сержант-пограничник Геннадий Леонтьев проявил мужество и героизм, достойные самой высокой награды, прошло три десятка лет. Было бы справедливо, если бы награждение отважного пограничника медалью "Золотая Звезда" всё же произошло сейчас. Тем самым историческая справедливость была бы восстановлена...


3


Были у пограничников в Афганистане, конечно, победы, но у них никогда не было цели кого-то уничтожить вовсе. Пограничники делали всё, чтобы не допустить диверсий на советской границе. По просьбе афганских властей участвовали и в боевых действиях. Совместно с афганцами и частями 40-й армии за всё время провели ряд больших десантно-войсковых операций в их зонах ответственности, в основном по разгрому крупных баз бандформирований, вблизи границы - Шар-Шари, Мармоле, Альбурсе, например, или Дарбанде. Было много операций помельче, частного характера. При этом главное условие - минимум потерь.

Старались, как могли, не наносить неоправданного ущерба стране, в которой воевали. Иногда удавалось договориться с оппозицией и не воевать вовсе. Были районы, где за все годы ни разу не раздалось ни одного выстрела. Но были, к сожалению, и ошибки, и разочарования, и неудачи. Были и неоправданные потери. Красиво воюют только в кино. На самом деле - это чёрный солдатский труд. С лихвой на всех.


Из воспоминаний И. М. Коробейникова о дне высадки в Афганистане:


"...Мать его так! Николай Дубчак опухшими пальцами крутил шпенёк настройки радиостанции на частоту вертолётчиков. Мы всё-таки вылезли наверх и оказались, видимо, слишком близко от объекта их атаки. НУРСы рванули рядом. Через звон в голове из динамика рации вибрирующе донеслось: "Покажись, где ты, а то не вижу..." Через секунду: "А-а, понял, вижу, наведи меня". Кулиш трассерами длинной очередью "показал", где противник. "Борт" задрал хвост, и к земле понеслись дымные с проблеском трассы НУРСов. Наводили их на группки людей в широких одеждах, стремительными точками нырявших среди камней почти на самом дне ущелья. Ушли? Еще не вечер, вперёд! Теперь спускаемся вниз к маленькому в несколько хижин кишлаку. На другой стороне ущелья туда же спускалась группа капитана Урванцева, едва различимая среди валунов и трещин в скалах. Солнце сверху, как всегда, без промаха било по всем, кто воевал внизу..."


В 1987 году произошёл нашумевший обстрел моджахедами города Пянджа. Данные о попытках обстрела нашей территории пограничники получали постоянно. Но вычислить место, откуда будут стрелять, и уж тем более помешать этому - задача трудновыполнимая.

В случае с обстрелом Пянджа всё могло быть гораздо хуже, если бы не действия миномётчиков пограничного отряда. Отряд Гулома Ортабулаки приготовил для обстрела свыше сотни выстрелов к безоткатным орудиям и пусковым установкам "земля-земля". Успели сделать залп. Ещё, как говорится, не осела земля после взрывов, как уже сделало ответный залп наше миномётное подразделение. Мины упали точно, и моджахеды вынуждены были уйти. А рано утром пограничники уже начали совместно с частями 40-й армии операцию "возмездия".

Несомненно, у пограничников противник был серьёзный. По разведданным в зоне ответственности пограничных войск находилось постоянно 30-40 тысяч вооружённых моджахедов. Некоторые вооружённые группы оппозиции представляли собой племенные формирования и не воевали с подразделениями пограничников, если их не задевали. Все остальные - это великолепно приспособленные к местным условиям профессионалы. Вооружены они были хорошо. Это с военной точки зрения, конечно.

Так что кое в чём советские пограничники учились воевать у них, кое в чём они учились у пограничников. Семь пограничников-"афганцев" стали Героями Советского Союза.

Лётчик, как говорят, "от Бога", полковник Фарит Шагалеев первым в погранвойсках начал высаживать десанты на высоту свыше 3,5 тысяч метров, в том числе ночью. Его коллега майор Валерий Попков вытащил буквально "с того света" товарищей - экипаж сбитого вертолёта. Таких случаев было довольно много за всю историю войны (майор Александр Пашковский, например, сумел не только товарищей, но и машину спасти).

Остальные герои-пограничники - это офицеры пограничных аэромобильных десантных подразделений: Николай Лукашов, Иван Барсуков, тогда ещё старшина, а позднее офицер, Виктор Капшук.

Посмертно награждены офицеры Александр Богданов и Валерий Ухабов.

Следует подчеркнуть, что если оценка всей афганской войны - дело истории и политиков, то она не должна касаться солдат. За свой тяжелейший и чёрный труд они заслужили самых высоких слов благодарности. Сейчас уже с уверенностью можно сказать, что в пограничных войсках повезло с людьми. Разные, конечно, были. Увы, были и нарушители. Но главное: за всю войну у пограничников не было ни одного дезертира, предателя, никто не попал в плен, ни одного раненого или погибшего воина не оставили противнику.

За 10 лет войны через Афганистан прошло более 62 тысяч пограничников. За мужество и отвагу государственных наград удостоены около 22 тысяч человек. Погибли 518 пограничников, ранены, контужены и искалечены 2540 человек. Издана "Книга памяти", в которой имеется информация о каждом павшем...


Из воспоминаний И.М. Коробейникова о дне высадки в Афганистане:


"Очередь в спину прозвучала вроде и не в меня. Я кое-как пробирался вниз на подгибающихся ногах, искал воду. Бой давно утих, хотя стрельба периодически звучала в разных местах.

Инстинктивно пригнувшись, прыгаю на крышу какого-то сарайчика, прилепившегося ниже меня к склону горы. Крыша его проваливается, и это спасает меня от второй очереди. Я оказываюсь внутри хлипкого сооружения и пытаюсь без шума выбраться из него. Удалось. Прикидываю, откуда могли стрелять. Чёрт, и свои далековато, не успеют, если что... Подбираю камень, лежа бросаю в сторону от себя. Стоп, вон тот кустик, кажется, шевельнулся, похоже, там кто-то есть. Приблизительно метров 30-40.

Жму покрепче к себе автомат, чтобы меньше был разброс пуль, и, дождавшись, когда кустики покачнулись вновь, высаживаю туда весь магазин. Тут же меняю его и перекатываюсь на другое место. Жду. Бросаю ещё один камень. Тихо. Поколебавшись, лезу наверх, к тем кустикам. Отчего-то трясёт, даже зубы стучат.

Его увидел сразу. Человек лежал, скорчившись и неестественно вывернув голову. У живота расщеплённый пулей китайский АК. В магазине, я посмотрел, пять патронов. Могли быть "мои". Возле потной ещё впадины у ключицы - дырочка от пули. Немолод, вернее, был немолод. Всё. Как же он промахнулся?

Ухожу, но что-то мешает. Руки. Скрюченные, чёрные, в глубоких морщинках-трещинах, привыкшие к лопате и мотыге, но не к оружию..."


Послесловие от автора


Всё? В общем, да. Стоило ли писать об этом? Война-то одна и та же была... Стоило, и не только для того, чтобы сказать спасибо всем, кто был в "зоне ответственности". Стоило ради памяти погибших. Ради тех, для кого война не закончилась после вывода всех наших войск из Афганистана. Сапёры ещё долго доставали мины, что постоянно закладывали на границе вчерашние моджахеды. В пограничников постоянно целились "оттуда" бывшие противники. Война, хоть и незримая, для пограничников ещё долгое время не кончалась. Та же полупоходная жизнь, вечный песок на зубах и прочие прелести службы в Среднеазиатском пограничном округе... Кушка, Тахта-Базар, Керки, Термез...


"Нам редко приходится в праздничный час

Печатать шаги на параде.

Ну, что ж, обойдутся парады без нас,

Зато на границе - порядок.


И вновь пограничную службу несём,

И вновь на приказ отвечаем мы "Есть!"

Далёко-далёко отсюда наш дом,

И всё-таки он начинается здесь.


Не каждый по внешнему виду герой,

Обычные люди, простые,

Но в мирные дни нам вручает порой

Страна ордена боевые.


А трудно бывает, так это не в счёт.

Привыкли и к зною, и к стуже.

Непрошенный гость ни за что не пройдёт,

Пока на границе мы служим".

/Игорь Шаферан/


*


Использованные материалы:

-Виноградов В., Дегтярёв Г. "Книга памяти: военнослужащие органов и войск КГБ СССР, погибшие в Республике Афганистан (1979 - 1989 гг.)", М. 1993г.;

- Куликов В., Птичкин С. "Люди, чья миссия была строго засекреченной", 2005г.;

-Коробейников И. "Пограничники в афганской войне", М. 2005г.;

-Филин В. "Так воевали советские пограничники в Афганистане", газета "Комсомольская правда", октябрь 1990г.


***