# О творчестве Валерия Буркова

Александр Карпенко

Герой Советского Союза, известный автор-исполнитель "афганских" песен Валерий Бурков - личность неординарная. Потомственный военный, он попросился в Афганистан после того, как там погиб его отец. Валерий служил в Афганистане авианаводчиком. Подорвался на мине и потерял обе ноги. Но крепкая закалка и сибирский характер помогли ему выстоять в жизни и сделать немало полезных дел для нашего государства.

"НАША ПАМЯТЬ - ДОМ ЖИВЫХ" Александр КАРПЕНКО


О ТВОРЧЕСТВЕ ВАЛЕРИЯ БУРКОВА


В произведениях "афганских" самодеятельных поэтов силён автобиографический элемент. Они, можно сказать, "биографически обречены" на свою тему. Верно, что в произведениях людей, жизнь которых небогата внешними событиями, большую роль играет фантазия. Задача афганцев облегчена тем, что им не надо сочинять в первичном смысле этого слова, то есть выдумывать. Жизнь зачастую бывает богаче самой изощрённой выдумки - надо только суметь упорядочить то, что она нам предлагает. Автобиографичность у разных поэтов проявляется по-разному. Пожалуй, из поэтов-"афганцев" наиболее сильна она у Валерия Буркова. Ощущение от его песен можно вкратце резюмировать следующим образом: всепобеждающая человечность, над которой не властны страдания. Его песни содержат в себе высокую степень любви, благодарности к людям, к родной земле. Но само чувство любви для него полифонично в своей основе: "Любовь к своей земле бывает и печальной..."

Я помню спор, возникший у нас по поводу этой строчки. Я доказывал Валерию, что любовь к своей земле, в отличие от других аспектов этого человеческого чувства, всегда идеальна. Родину не выбирают - и любят её положительным, сыновним чувством. Валерий не согласился со мной. Поразмыслив, я пришёл к выводу, что он был прав: любовь к своей земле может содержать в себе и ненависть к её врагам, и ностальгию по ней, когда находишься за её пределами, и скорбь по её погибшим сыновьям...

В любом художнике велико стремление сказать за тех, кто глубоко чувствует, но не в силах выразить это своими словами. У Буркова это стремление несёт в себе ещё и чувство долга досказать, допеть за тех, кто уже не может сказать ничего от себя. Бурков часто поёт от имени павших, продолжая их жизнь в своих песнях. Мы помним, что от имени других людей часто пел свои песни Владимир Высоцкий. Но в отличие от Высоцкого Буркову почти не надо для этого перевоплощаться: он и его герои едины - это ребята "не из хлипкого теста". К тому же у Валерия это почти автобиографическая данность: он ещё помнит свою клиническую смерть - если бы не хирург Владимир Николенко, сотворивший настоящее чудо, он мог бы вполне оказаться по ту сторону жизни. А "пограничные" ситуации между жизнью и смертью часто используются в произведениях искусства: герой наиболее интересен нам в те минуты, когда он либо сам делает нелёгкий выбор, либо в этот момент его жизнь полностью зависит не от него самого, а от изменчивых, зачастую роковых, обстоятельств. В такие моменты в человеке открывается глубинно человеческое - то, что дремало в нём под спудом бремени и забот, слетает вся шелуха, и он говорит такие слова, которые, может быть, и не пришли бы к нему в "обычное" трудовое время: он говорит о самом важном...

Можно сказать, что Афганистан почти не дал нам отрицательных героев - поэтому в стихах афганцев "я" так часто переходит в "мы", а "мы" - в "я". Характерным для героев афганских песен является цельность, устоявшаяся система взглядов и ценностей. В то же время в песнях нет идеализации происходящих событий. Одна из песен Валерия Буркова называется так же, как и знаменитое стихотворение Константина Симонова "Жди меня". Преемственность поколений естественно приводит к преемственности литературных традиций. Мотив любви в песнях Буркова неразрывно связан с мотивом поклонения. Его герой хочет низко поклониться тем людям, благодаря которым он живёт, ради которых он не имеет права умереть:


"Ты, моя родная, жди. Я возвращусь.

Ранним утром в двери дома постучусь -

И поклонюсь в нём

Той, что беззаветно так умела ждать.

Той, одной, желанной, любимой, несказанной -

Той, что Верой звать.


Любимая героя этой песни - это исконно русский, единый, но собирательный в своём единстве образ: это одновременно и Вера, и Надежда, и Любовь. Любовь для русского человека, как и Бог, триедина; это чувство монолитно в разных ипостасях. И действительно, любовь без веры и надежды застывает, хиреет, лишается будущего.

Любимая героя верит в своего избранника - настолько, что готова, как былинная Ярославна, стойко вынести длительную разлуку с возлюбленным, она надеется на взаимопонимание - и только тогда Любовь возвысится до своей православной покровительницы Софии - мудрости.

В песне "Жди меня" Граница между миром и войной разрушена. Героиня приходит во сны, вселяет силы и уверенность перед грядущим сражением, убеждённость в скорое возвращение на Родину, на землю предков. Появляется необычный двойной мотив разлуки, Это не только разлука между свиданиями наяву, но и разлука между свиданиям в сновидении. Любовь выступает в роли своего рода талисмана: когда человек любим, он частично находится за пределами самого себя - и, значит, пока неуязвим для пули врага.

Песня "По дороженьке, дорожке" имеет глубокие фольклорные корни. Тема пути не раз встречалась в произведениях устного народного творчества. Бурков наделяет человеческим сознанием человеческие сапожки, уподобив испытания, выпадающие на долю сапожек, испытаниям, которые выпали на долю их владельцев: "Видели вы смерть солдата,

Вместе умирали вы".

Сколь бы труден ни был путь, впереди солдата ждёт вожделенная цель - возвращение на родную землю.

Дошагать бы до берёзки,

До России довелось...

Здесь появляется космический смысл притяжения родной земли. Эти строчки несут в себе не только прямой смысл - уцелеть чисто физически, они содержат в себе высокий нравственный смысл - дойти до родной земли, пусть со стёртыми башмаками, но с чистой душой. Военные дороги складываются в единый путь нравственного очищения.

Хотя обычно и говорят, что война разграничивает добро и зло, разграничивает она их, к сожалению, только на бытовом уровне. На уровне философском, война, к сожалению, их не только не разграничивает, но и смешивает так тщательно, что расчленить их возможно только со смертью последнего солдата. Война на самом деле находится за пределами человеческих понятий о добре и зле, поскольку одно, рассмотренное под другим углом, есть другое, и наоборот. "Зло с добром в горах столкнулось, что-то хочет разглядеть" - пишет Валерий Бурков. Автор не скрывает, что на войне зло с добром часто действуют в одной упряжке. А разглядеть им что-то очень непросто, поскольку на войне, как и в мирной жизни, добро и зло тщательно друг с другом перемешаны... Да, тот человек, который в данный момент в тебя стреляет - твой сегодняшний враг, однако он не олицетворяет собой изначальное зло этого мира. Ведь сражаются между собой идеи, глобальные концепции развития мира - а солдаты и генералы - лишь простые исполнители. Тогда кто же он, твой сегодняшний враг, человек, у которого ты сейчас на прицеле? Жертва обстоятельств? Обмана? Терроризм шахидов - для них самих однозначно добро и даже бескорыстный подвиг во имя своих идеалов, как и для наших народовольцев, покушавшихся на русского царя. Вот и получается, что жизнь по своей сути нам понятнее, чем добро и зло.

В песне Валерия Буркова "Что же я хотел понять?" очень силён антивоенный пафос. Это - попытка взглянуть на своё военное прошлое ретроспективно, как бы со стороны - и вычленить из военного опыта самое главное. "Сквозь года мне виден путь, в нём всего есть по чуть-чуть..." Но что же всё-таки главное из этого "чуть-чуть"? "может, чтобы жизнь понять, надо раз лишь увидать окровавленные книжки у убитого мальчишки, не умевшего читать..." Вот он, стержень песни Буркова. Бессмысленность невинных жертв, инспирированная и заранее оправданная "высокими" идеалами.

Одна их лучших песен Валерия "Лежу один на каменной земле" почему-то вызывает у меня ассоциацию с Христом в пустыне. Космос одиночества, абсолютное знание своего будущего... Вот только герой Буркова в своей пустыне не один. Вереница воспоминаний неразрывной нитью связывает героя с оплакиваемой им Родиной. В своём лице оплакивать Родину - это высшая совесть русского офицера. Исхода нет - и только теперь герой понимает, как мало он ценил в прошлой жизни "глаза любви, и сына первый крик, и матушки моей святые руки..." Но кто из смертных может похвастать тем, что ему удалось "долюбить" своих родных и близких, ведь это чувство не имеет временных границ... Как трудно копить в себе нерастраченные чувства, как трудно расстаться навсегда с этим нетронутым богатством сердца, как трудно сердцу смириться с тем, что всё это в последний раз...

Мы не умеем довести до конца все свои начинания - и откладываем всё "на потом", а это "потом" почему-то никогда не наступает - есть только "сейчас". Но есть и большое утешение для тех, кто жил и мыслил - это "незряшность" нашей жизни. Как мало ни сделано героем этой песни Валерия Буркова, /а герой убеждён, что мог бы сделать гораздо больше, будь ему отпущено побольше времени/, однако он с гордостью говорит: "Я сделал всё, что Родина ждала - и лишь прошу потом не позабыть об этом!"


Войны уравнивают павших по возрасту: воюют, как правило, совсем молодые люди, едва успевшие подумать о наследнике. "Лежат в земле моей, уснувши в ряд, плечом к плечу отцы и дети. Им всем - по двадцать - двадцать пять. Им жить бы, жить на белом свете...". Конечно, плечом к плечу в земле люди не лежат. Это высокий образ, придуманный Валерием Бурковым для песни "Помянем павших". Однако есть некая преемственность традиций, которая одинаково сказывается в судьбах и отцов, и дедов, и сыновей. Нужно защитить Родину - лучшие люди идут и её защищают. И не думают, принимая решение, о том, что могут не вернуться. И это передаётся из поколения в поколение. Поэтому виртуально для героя песни Валерия все павшие лежат в земле рядом, как эстафета верности поколений. И память о погибших неизбывна: как Родина может забыть о тех, кто отдал жизни за её свободу и достоинство?! И наша память - это дом живых - тех, кому посчастливилось защитить честь Отчизны - и вернуться домой, чтобы жить достойно вдвойне, и за себя, и за тех, кто не вернулся. Об этом написал Валерий в своих трагичных, но жизнеутверждающих песнях.


Я думаю, что творчество Валерия Буркова в своё время было недооценено - может быть, потому, что изобиловало сентиментальными элементами, а у нас в литературе было как-то не принято идти дальше "скупой мужской слезы". Бурков - романтик и сентименталист сильно выбивался из общего ряда. Да и чего греха таить, Звезда Героя России тоже не способствовала пристальному изучению его творчества. "Ну не может один человек быть одинаково талантлив и в военном деле, и в лирике!" Хотя, если провести экскурс в историю, то очень неплохие стихи писал великий русский полководец Суворов, и это почему-то никого не удивляло!