# Леший попутал

Александр Карпенко

ЛЕШИЙ ПОПУТАЛ


Природа, как известно, не терпит пустоты, и поэтому свято место пусто не бывает. Так и со мной: сердце не выдержало пустоты, образовавшейся после развода с женой, - и страстно потребовало любви. Я даже помню, что просил о любви самого Всевышнего. Но я забыл Ему сообщить, какой именно любви я хочу - думал, что Он умный, сам догадается... Но Он решил преподать мне маленький урок: любовь к женщине - это не то, о чём следует просить высшие силы. Или, прося, нужно уточнять такое количество мелких деталей, чтобы любимое существо пришлось тебе впору, что и просить расхочется. Но я всего этого не знал - и потому попросил. И мысленно, и вслух, как молитву.


И вскоре в мой дом пришла женщина. Она была очень хороша собой и деловита. Вскоре она вовсю принялась хозяйничать в моём доме. Так как я очень хотел любви, я был склонен многое ей прощать в её поведении. Начало было многообещающим. Лена (так звали мою героиню) без тени сомнения выбросила в мусорное ведро священное писание. Хорошо, что именно в этот момент я зашел в комнату, иначе моя библиотека точно бы уменьшилась на один экземпляр. Моя любовь к книгам была так велика, что я возмущённо воскликнул: "Лена, что ты делаешь?" На что она удивлённо пожала плечами и сказала: "Ты не должен читать такие книги!" "Но, Боже мой, что дурного в евангелии?" - спросил я. "Предисловие написано какой-то сектой. Они могли даже исказить что-нибудь в тексте". "Ну и что? Какой, по-твоему, урон это может нанести мне и моей душе?" "Батюшка запрещает нам читать такие тексты!" - с твёрдой убеждённостью промолвила Лена.


Я возмутился не на шутку. Если какой-то батюшка считает своих прихожан малыми детьми, нуждающимися в руководстве, что им читать, то я, выпускник гуманитарного университета, человек образованный, нимало в этом не нуждался! Тут Лена поведала мне забавную историю о том, как они с мамой отняли у папы Талмуд. Кто-то на работе принёс папе Лены Талмуд - почитать. Папа, не еврей, а просто любознательный человек, с удовольствием взял эту книгу. Так женщины, жена и дочь, прямо затравили его на дому: дескать, "как ты смеешь читать вражескую литературу!"


Надо сказать, меня всегда удивляла постоянно раздуваемая конфронтация между иудеями и православными. Где Израиль и где Россия? И это при том, что наши русские дома взрывают вовсе не иудеи! Нет, опять слышу старую, как мир, песенку о том, что "они предали нашего Христа", что вообще смешно, так же смешно, как спустя два тысячелетия слышать от правоверного иудея о том, что Христос - "предатель еврейского народа". Всё это - весьма спорные вещи. Вот, например, совсем недавно мы предали афганцев. Я имею в виду коренных афганцев, которых мы поддержали, а потом - бросили на произвол судьбы. Так что, возможно, через какое-то время кто-то назовёт нас, русских, "предателями афганского народа". Вообще, невоздержность на язык, фанатичная односторонность в суждениях становятся бичом народов. Так, в сущности, слово зА слово, и развязываются войны. Но мы немного отвлеклись.


Надо сказать, что из Лены получилась бы неплохая жена, если бы не эта наследственная безапелляционность в религии и ещё пара пунктиков, которые меня бесконечно раздражали. Её безусловным достоинством была верность избранному ею человеку. Но как же дорого ему приходилось платить за эту её верность и любовь! Она требовала непрерывного внимания к своей персоне. А подай мне пальтишко, а поцелуй меня в щёчку, а проводи меня до метро, и т.д. и т.п. Она просто не оставляла времени для творческого одиночества. Её, как собачку, надо было постоянно выгуливать. На вечеринках она просто висела на мне, демонстрируя всем окружающим "наше счастье". А как она обходилась с женщинами, посягавшими на моё внимание! Она просто уничтожала их своей ревностью, а однажды, навеселе, даже набросилась на свою воображаемую противницу с кулаками.


Надо ли говорить, что мне, человеку деликатному в отношениях между людьми, были неприятны это её выходки. Я просто перестал брать её с собой, зная наперёд, что она будет использовать любую компанию для собственного самоутверждения. Ей было важно рассказать "по секрету всему свету", что у неё есть уважаемый обществом любовник, с которым она счастлива, а, значит, сама тоже чего-нибудь стоит. А ей, ни разу в свои тридцать лет не бывшей замужем, это было страшно важно.


Лена постоянно меня спрашивала: "Когда же мы, наконец, поженимся?"

И я понимал, что замужество было ей дороже, чем я, как дороже меня ей оказалась её мама, поставившая её перед выбором: или я, или этот молодой человек. "Мужчины приходят и уходят, а мама остаётся" - так, цитируя, без сомнения, свою маму, любила изъясняться эта странная девушка. И я вдруг чётко осознал, что по-настоящему она меня не любит, а хочет просто побыстрее съехать от родителей и выйти замуж.


Всё это, наверное, продолжалось бы ещё какое-то время, если бы неожиданный случай не привёл наши отношения к закономерному финалу. Не помню, как это получилось, но однажды ей удалось вывести меня из душевного равновесия, и я занёс на неё руку. Мне стало стыдно, и я чётко осознал, что никогда, ни при каких обстоятельствах, не буду находиться рядом с этой женщиной, которая запросто может довести тебя до того, что сам себя уважать перестанешь... Наши встречи становились все более редкими - и, наконец, совсем прекратились. Лена хорошо осознала, что она мне - не пара, и её уже можно было повстречать в компании других молодых людей.


А какое счастье испытал я вначале! Как её боготворил! Каким сияющим возвращался к себе, проводив её домой! Называл её любимой и гладил её каштановые волосы. Куда всё это подевалось? И как я мог сразу не заметить её чужеродности моей сущности? Наверное, человек, заждавшийся любви, сам закрывает, в переносном смысле, глаза - и хочет быть обманутым... "Обманите меня... и сами поверьте в обман", как выразился друг Марины Цветаевой Макс Волошин. Человек рад обмануться на некоторое время, чтобы испытать это ни с чем не сравнимое чувство. Правда, ещё больше он бывает рад не обмануться, но, извините, материал такой пробы не всегда оказывается в нужный момент под рукой. Приходится довольствоваться тем, что Бог пошлёт. Но такой жизненный урок запоминается надолго. Вот и я вынес из этого случая убеждение в том, что лучше уж оставаться одному, нежели переводить своё время с кем попало. И больше в выборе любимых не ошибался.