# Священник Слова, Часть 1.

Александр Карпенко

1.


Из земли, изувеченной

язвами мин,

Измождённые, злые как черти,

Ветераны боёв

возвращаются в мир

На правах победителей

смерти.

И не скажут вам метрики,

сколько нам лет:

Так случилось -

на высях сожжённых

Прикоснулись мы к вечному миру,

где нет

Победителей и побеждённых.

Вот поднялся наш лайнер,

мы вышли в зенит,

Жизнь и смерть - мы раздвинули грани!

Только тело на север, на север

летит,

А душа остаётся

в Афгане.

И, преследуя солнце,

мы рвёмся домой, -

К нашим семьям, по нас

тосковавшим, -

А над выжженной солнцем

афганской землей

Наши души

вселяются в павших.


2.


То ли блудные дети,

а то ли - мессии,

Из горящих песков

мы вернулись в Россию,

И дыханьем своим

растревожили вдруг

Мириады вещей,

что толпятся вокруг.

Мы снесли горизонт

и раздвинули дали,

Только трудно мессиям,

которых не ждали, -

Обладатели папок,

портфелей и ранцев

Не героев в нас видят -

О нет - самозванцев.


3.


Мы принесли с собой

войну

В свои родные

переулки,

И наши мирные

прогулки

То настороженно, то гулко

Тревожат эхом тишину.

Мы возвратились в старый

свет

Ещё в расцвете лучших

лет...

В горах остались

"бэтээры",

Но наша огненная вера

Заменит нам бронежилет.


4.


Помнишь ночь под Гератом, мой, друг?

Плыли звёзды чужие вокруг,

И слова долетали сквозь ветер:

"Умирать нам совсем недосуг,

Ждут нас руки далёких подруг

И ещё не рождённые дети..."


Пыль ползла по морщинам лица,

По тяжёлым доспехам бойца,

Мир казался огромным - и тленным.

Каждый шёл по пути до конца -

И, приняв свою долю свинца,

Разошлись мы по разным вселенным.


Нам теперь всё трудней пировать,

Но не следует копья ломать -

И, пусть наши ряды поредели,

Мы смогли, мы успели понять,

Что труднее, чем вдруг умирать,

Жить - на самом последнем пределе!


Мы запомним на все времена

Всё, что в нас проложила война,

И не выплатят дань ордена,

И не хватит всем звёзд на могилы, -

И, конечно, не наша вина,

Что нам хочется снова сполна

Зачерпнуть эту чашу до дна,

Пробудив её горькие силы.


5.


Я служу на далёкой границе,

Вижу мир в телескопах бойниц,

Только сердце к любимой стремится,

Только сердце не знает границ.


И, полуденным солнцем палимый,

Представляю я, точно в бреду,

Как вернусь я - живой, невредимый -

И к тебе, несравненной, приду.


Мы присядем с тобой на дорогу,

Вспыхнут звёзды над тихой страной -

И уляжется в сердце тревога

По тебе, долгожданной, родной...


И замрёт даже месяц на страже,

И к руке прикоснётся рука;

Я поведаю то, что не скажешь

В мимолётном письме. А пока


Я служу на далёкой границе:

Тишина, незнакомая речь...

Только пыль над дорогой клубится -

И столбом зависает, как смерч.


Взбухли губы, измучены жаждой,

От жарищи трещит голова,

И считают нам прожитый каждый

День на этой границе - за два.


6.


Я к фляге жадно припадал,

Я грыз кирпич ржаного хлеба,

А ветер штопал и латал

Разорванное в клочья небо.


И стаи мыслей - косяком -

Меня сносили вниз, к дороге:

Там человек лежал ничком

И холодел на солнцепёке.


И, странно погружённый в слух,

Среди песчаной круговерти,

Я различал дыханье мух -

Жужжащий запах близкой смерти.


7.


Мы глаза в эту ночь не сомкнём,

Будем двигаться без промедлений.

Третьи сутки трясёмся с зерном

Для голодных афганских селений.


Пусть дороги в горах непрямы,

Довезти надо каждую крошку:

Это - жизнь, и обязаны мы

Ради хлеба разбиться в лепёшку.


Сколько грома и молний таят

Эти тихие, тёмные склоны!

И не счесть ахиллесовых пят

У обутой в резину колонны.


Начеку мы. Душманы везде

Могут выбить движенье из ритма.

Снова очередь - там, в темноте -

Полоснула по склону, как бритва.


"Дай гранату! Скорей же, браток!"

Но рука достаёт из кармана

Письмецо, что отправить не смог.

Ты о чём сейчас думаешь, мама?


8.


В ГОРАХ АФГАНИСТАНА.


Горы молчат.

Словно рыбы в воде, молчат.

Только в висках

Мысли бешеной дробью стучат.

Где-то в горах,

Знаю я, затаился враг.

Знаю, что он,

Словно рыба в воде, в горах

Глаз не сомкнёт

Наш тревожный ночной дозор.

Долго ли нам

Ждать погоды у этих гор?


Горы молчат.

Только время не смеет молчать.

Надо решать -

Что-то делать и что-то решать.

Вооружён

Я желанием жить до зубов.

Ох, не сносить

Тем горам за молчанье голов!

Горы молчат -

Только ветер бушует степной.

Горы молчат,

Потому что согласны со мной!


9.


Если я не вернусь,

В краснозвёздной умолкнув печали,

Никогда не пройдусь

По щекочущей пятки росе,

Ты подумай о том,

Чтобы песни повсюду звучали -

В свой родительский дом

Сыновья возвращаются все!


И в квартире моей,

Где оставил я северный полюс,

Где не стало дверей

И обрушился вниз потолок,

Зазвонит телефон -

И почудится маме мой голос,

И сквозь тягостный сон

Прокричит она: "Здравствуй, сынок!"


Я, конечно вернусь -

Ведь не зря у нас нет того света...

На себя подивлюсь,

Что предался на миг забытью...

И затявкает пёс,

И заходят по полкам предметы,

В сновидениях грёз

Чем-то жизнь продолжая мою...


10.


С БОГОМ ВДВОЁМ


Я вернулся живой!

Здравствуй, дом мой родной!

Как же долго я ждал возвращенья!

Но, вернувшись назад,

Без вины виноват,

Вдруг я понял, что нет мне прощенья!


Полон дикой тоской

И стыдясь, что живой,

Шёл я к маме погибшего друга,

И печаль хороня,

Провожала меня

В путь далёкий голодная вьюга.


Уж не чуял я ног;

До костей я продрог

Посреди леденеющей стыни,

И, клянусь, видит Бог,

Я хотел, но не мог

Заменить ей погибшего сына...


Мне сдаётся порой,

Будто кто-то другой

За меня говорит мою повесть,

И когда, как струна,

В сердце взвоет вина -

Пробуждается высшая совесть...


Мы былое храним,

Нам так пусто одним,

Всюду сердцу мерещатся драмы...

Бесприютен был дом -

Только с Богом вдвоём

Сыну было светло и без мамы...


11.


Мы на земле людей живём бессрочно,

И врут про нас, что гибнем на войне.

Когда-нибудь потомок мой - заочно -

Пройдёт путём, который выпал мне.


И образ предка зримо отзовётся

Из глубины давно утекших вод,

И связь времён вовеки не порвется,

Пока твой дух, Россия, в нас живёт!