# Оперские байки. А Тетенька Моя Где?

Анатолий Михайлович Казаков

А ТЕТЕНЬКА МОЯ ГДЕ?


Весной 1984 года, вместе с однокурсниками оперативно-розыскного факультета Хабаровской высшей школы МВД СССР, перед госэкзаменами, я проходил стажировку в ОУР Центрального района г. Хабаровска. У каждого из нас был куратор из числа действующих "оперов", с которыми мы и работали по раскрытию преступлений. Накануне майских праздников, после обеда, меня срочно вызвали к заместителю начальника ОВД. В его кабинете находился начальник уголовного розыска, один из опытнейших "оперов" и четыре моих коллеги-стажера. В кабинет более никого не пускали, а руководство предупредило нас о сверхсекретности рассматриваемого вопроса и запретило, кому бы то ни было, о нем распространяться. А дело было вот в чем.

Наш ОУР, вот так сразу, "возобладал" оперативной информацией о том, что в Хабаровске появились трое молодых людей на красных "Жигулях", которые в центре города знакомились с молодыми девушками, отвозили их куда-нибудь и после употребления спиртного, насиловали. Свою "неотразимость" и "крутизну" молодые люди доказывали девицам с помощью боевого пистолета. Давались кое-какие приметы подозреваемых и более менее сносные приметы машины. Соль заключалась в том, что именно сегодня, в 19 часов, эти "отморозки" должны были появиться у своих знакомых студенток, проживающих в одном из общежитий в центре Хабаровска. Ни на проверку, ни на должную подготовку реализации этой информации, времени не было. Принято решение: информацию реализовать с учетом обстановки.

В эти предпраздничные дни вся милиция, в том числе и уголовный розыск, что называется, стояла "на ушах", обеспечивая многочисленные мероприятия. Людей катастрофически не хватало.

Руководство нам объяснило, что мы и пойдем на задержание этих злодеев. Мол, вы нас извините, но у вас "почти высшее образование", руководить вами будет опытнейший сыщик - Геннадий Иванович, и вообще, вы можете тепловоз на ходу скрутить. Замечу, что все задействованные в операции стажеры были не ниже 180 см роста и соответствующей комплекции. Профессионал уголовного розыска сумел бы по достоинству оценить ироничность тона руководства. Достоверность информации, очевидно, вызывала большие сомнения, больше была похожа на ОБС ("одна бабушка сказала"), но ее выдача, да ещё перед праздником, требовала реакции. "Бросать" на её проверку личный состав ОУР, "заваленный" ежедневной работой по конкретным преступлениям, руководство посчитало легкомысленным.

В общих чертах обсудили вариант задержания. Жулики заезжают в машине во двор общежития и зовут подружек (так должно было быть, исходя из информации). Пока те "красят ногти", один из стажеров "ловит" транспорт из тех, что покрупнее (автобус, грузовик, а лучше трактор) и загораживает им въезд во двор. Затем, в этой мышеловке, остальные задерживают супостатов. Правда, на полном серьёзе, нам было приказано, если, все-таки, при отлавливании в руках преступников окажется оружие, то "лучше ..., ну сами знаете, т.к. вам, стажерам, кроме наручников и записной книжки, других спецсредств не полагается". В те времена развитого социализма, ОМОН и СОБР в самом ужасном сне, даже "криминалу" не снились - где уж нашему милицейскому начальству. На том инструктаж закончился и нас отпустили до вечера, приказав прибыть к условленному часу на общественный пункт охраны порядка для детального инструктажа. С чувством полной ответственности и большой гордости за оказанное доверие мы убыли из кабинета.

В назначенное время мы прибыли на ОПОП, недалеко от которого и предполагалось задержание. Там находился упомянутый выше старший оперуполномоченный, капитан милиции Геннадий Иванович Петров, но, к нашему удивлению, облаченный в форму старшего лейтенанта и с толстой папкой под мышкой. Начался инструктаж. Нам выдали по красной повязке дружинника и разбили на группы. Словесный инструктаж свелся к фразе: "Рейдуйте, наблюдайте, как только я похлопаю рукой по машине, "вяжите" их." С тем мы и пошли "рейдовать" вокруг того двора общежития, куда должны были приехать преступники.

На дружинников мы были мало похожи (впрочем, как и на студентов тоже), армейская выправка и стать "Никиты Кожемяки", делали свое дело, но "окрест", руководимые бравым "участковым", мы рейдовали примерно.

Не знаю о чем подумал наш "участковый", командуя нами "желторотыми", когда ровно в 19 часов, с центральной улицы во двор общежития заехали красные "Жигули", по приметам именно те, которые мы ждали, с двумя молодыми людьми в кабине. Думал, наверное, хорошо, что их не трое, как обещали.

В поведении нашего "участкового" не было и намека на какую-либо суету, он знал, что делает и что будет делать. А вот мы, стажеры, "заметались". Остановившись во дворе общежития, парни посигналили, посвистели кому-то в окна и "Жигули" выехали со двора. Автомобиль остановился между проезжей частью и тротуаром, откуда можно было уехать в любом направлении, при этом водитель и пассажир остались в "Жигулях". Мне стало ясно, все-таки почти высшее образование - трактор не нужен. Что было нужно в этой, изменившейся ситуации, это самое образование не подсказывало. Поскольку мои товарищи учились тоже неплохо, то и они "закрутили" головами. Инстинкт заставил нас, не торопясь, идти к нашему "участковому". Тот находился недалеко от красных "Жигулей" и, судя по нему, чувствовал себя как "рыба в воде", т.е. именно участковым на своем участке, которому до всего есть дело.

Немного впереди Петрова, в сторону наших "Жигулей", шли мужчина и женщина, лет по 50, с тяжелыми сумками в руках. Мужик выглядел разбитным, явно пролетарского вида, не слабого сложения - на голову выше "участкового". Он был в серенькой кепке и одет в новенькую, стального цвета с ярко оранжевым подкладом, очень модную тогда, куртку "Аляска". Надо заметить, что день был достаточно жарким и большинство людей были одеты легко, почти по-летнему. Опер явно шел за этой парой, но зачем? Как только они поравнялись с "Жигулями", Петров окликнул мужчину и попросил его уделить ему несколько минут. Тот, недовольно побурчав, остановился, спрашивая, что нужно?

Опер взял под козырек и представился: "Участковый инспектор старший лейтенант Петров". После чего, так прямо и спросил мужика, мол, а где это он приобрел такую чудесную "Аляску". Мужик, передав сумки женщине, начал громко рассуждать о правах, кто их имел и как, о хамстве и наглости отдельных ... (как можно было понять "ментов"). "Участковый" Петров, долго не слушая мужчину, правдиво, глядя ему в глаза, поведал, где тот приобрел куртку. А приобрел он её (а то ты, мужик, запамятовал) вот в том доме, украв "Аляску" с балкона первого этажа. При этом ст. лейтенант жестом показал направление, охватив им пол-Хабаровска. Поднялась жуткая перепалка. Мужик ругался, грозил райкомами и горкомами, его распирала истерика.

Находившиеся в "Жигулях" молодые парни молча, но с большим любопытством, смотрели на происходящее перед ними, и то, пока "девчульки чепурятся", все развлечение дармовое. Скандал достиг апогея, прохожие останавливались, и вскоре образовалась толпа. Женщина, видя такое дело, подхватила все сумки и медленными шажками уплыла в толпу.

Мы, "дружинники", подтянулись поближе и окружили красные "Жигули". Мужчина, громко матерясь, изрыгал угрозы, проклятия и стоны. Невозмутимый "участковый" Петров, вежливо попросил находившихся в "Жигулях" ребят проявить сознательность и помочь доставить "зарвавшегося" ворюгу в отдел милиции. В этот момент, как бы для убедительности, опер хлопнул ладонью по крыше автомашины, дав нам сигнал на задержание. Через секунду подозреваемые уже лежали возле машины лицом вниз, а мы их обыскивали, благо кругом одни "понятые". Наручники на них были надеты, наверное, ещё в воздухе, когда эту "крутизну" выволакивали из кабины "Жигулей".

В момент захвата, задержанные почему-то начали громко кричать, то ли от боли, то ли желая привлечь внимание. Начали кричать и некоторые из подошедших на скандал женщин, а вот мужик в "Аляске" резко замолчал, можно сказать "заткнулся". Потом, когда мы объявили, что это задержание подозреваемых в тяжком преступлении группой уголовного розыска, мужчина вдруг спросил, как и что же ему теперь делать? Старший оперуполномоченный уголовного розыска Центрального РОВД г. Хабаровска капитан милиции Геннадий Петров, извинившись, пожелал ему всего хорошего. Мужчина в новенькой стальной "Аляске" странно заулыбался и, осмотревшись, спросил: "Ребята, ребята, а тетенька моя где?"

Наверное, для наших командиров были неожиданны и приятны в высшей степени "взрослые" результаты проведенного нами, стажерами, задержания, т.к. после него задержанными стали заниматься "матерые" опера, и был пистолет, и потерпевшие, и возбуждено уголовное дело и т.д. Мы же для себя получили практический урок смекалки и использования естественно сложившейся ситуации для достижения цели.


С. ИСАЕВ