# Макет мины

Игорь Леонидович Казаков

Мина - серьезное дело

Макет мины.

Нигде так не отдохнешь, как в армии. Теплые портянки, постоянно приготовленная каша, прогулки на свежем воздухе, костры для обогрева, занятия физкультурой - за такой отдых на современном этапе платят огромные деньги, а тут все бесплатно.

Рядом с нашей бригадой, волею судьбы, располагалась другая бригада, сухопутная. В середине 90-х годов, когда меч реформирования Вооруженных Сил заставил сократить такие бригады, стало понятно, что, план строительства и развития Вооруженных Сил будет выполнен.

В начале 2000-х нашей бригаде отдали под размещение четыре казармы и штаб. Территория бригады увеличилась в два раза. Начальник разведки сказал: "Территория вас и погубит". Он был прав. Как и всегда в армии, переезд, а, вернее, бросок в выделенную нам казарму происходил в декабре месяце под новый год. Казарма после ухода сухопутной бригады представляла собой жалкое зрелище, описывать сей ужас даже нецелесообразно, так как любой негативный пейзаж подойдет к его описанию.

Командир 8 роты капитан Кучевартов Д.В. молча сидел в канцелярии, обозревая вокруг себя обшарпанные стены с остатками благородных обоев, которые были наклеены совсем недавно, а также вырванные жестоким образом провода и розетки. К причинам молчаливости добавлялся еще тот факт, что сидел он на ящике КЯ-73 (командирский ящик), а стол представлял собой поставленные друг на друга ящики из-под боеприпасов. Унылая картина, если еще учесть, что в старой казарме недавно был сделан ремонт, не капитальный, но соответствующий приказу о ведении ротного хозяйства.

И тут лицо ротного посветлело. Он увидел, что каким-то чудом уцелели деревянные решетки, прикрывающие батареи, покрытые свежим лаком. Его пробила мысль, что он не в самом худшем положении, так как скорее всего бывшие хозяева от пехоты, скорее всего, перед ликвидацией бригады, тоже сделали хороший ремонт. "Наверное, здесь была хорошая канцелярия" - подумал он и с какой-то жестокостью начал ломать решетки, напоминающие то, что пехота могла бы оставить помещения роты в нормальном состоянии.

Вдруг ротного охватил небольшой такой страх, но позволивший приподнять у него аккуратно подстриженные волосы, так как из-под сломанной решетки выкатилась мина ОЗМ-72 зеленого цвета. Но потом раздался дикий хохот: мина оказалась учебной, на ней была нанесена белая полоса. В этот прекрасный момент я зашел в роту. Ротный рассказал о мине и спросил, что с ней делать, на что я ответил ему, что лучше всего отдать ее начальнику инженерной службы. Но ротный сделал по-своему.

Недели через две бригаду подняли по тревоге. Действуя в соответствии с планом, офицеры были построены на плацу для проверки экипировки и тревожных чемоданов. От нашей казармы до плаца расстояние где-то километр. Построились, заместитель командира бригады дал команду на проверку содержимого чемоданов. Все открыли чемоданы, и в этот момент из чемодана командира роты связи капитана Ростовцева Ю.Н. выкатилась та самая мина, которую нашел командир 8 роты. Заместитель командира бригады был не из робкого десятка. Он остановил подкатывающую мину ногой и объявил командиру роты связи "выговор" за плохое отношение к учебно-материальной базе. Хохот разлетелся по всему плацу. Мало того, что ротный тащил мину целый километр, так он еще и взыскание получил. Я понял, куда спрятал мину Кучевартов Д.В. и смеялся от души.

А казармы через некоторое небольшое время отремонтировали, и стали мы жить поживать и добра наживать.