# Боевая машина

Игорь Леонидович Казаков

Плох тот, кто не верит в приметы

Боевая машина.

В разведывательный батальон я попал сразу же по окончании училища. Наследство от предыдущего командира взвода досталось тяжелое. Должность я принимал добросовестно. Но боевые машины требовали вмешательство рук хозяина. Боевая машина пехоты учебно-боевой группы по выработке ресурса подошла к среднему ремонту. Ремонтная группа из армейского ремонтного батальона не спешила приступить к ремонту, наверное, дел у них и так хватало. Заместитель командира батальона по вооружению майор Эккарт А.Ю. будучи в самом деле толковым офицером, звонил в рембат почти каждое утро, но его кормили одними обещаниями. Занятия проводились каждый день, а техники не было. Командир роты старший лейтенант Третьяков Александр Павлович принял решение, суть которого заключалось в том, что необходимо в цилиндры двигателя залить керосин, машине дать отстояться неделю, а потом на танкодроме погонять ее до 120 градусов, и вполне вероятно, что маслосъемные кольца на поршневой группе отлипнут из пазов. Машина станет как новая. Старшим группы ротный назначил командира 3 взвода старшего лейтенанта Никитенко Сергея Александровича, как более опытного офицера, прослужившего уже целый год. Приступили к реализации задуманного план. Закачали керосин, дали машине неделю отстояться и, согласованию с майором Эккартом А.Ю. спланировали выход машины на танкодром.

За окном стоял ноябрь, местами лежал снег. Взяли с собой несколько пожарных баллонов. Но что-то в этой затее было не так. Настроение тяжелое, толи от того, что не успел высохнуть постиранный накануне комбинезон, толи от того, что утром дорогу перебежала черная кошка. Причем, с левой стороны на правую, то есть как бы из кармана, что было еще хуже. Плох тот разведчик, который не верит в приметы.

Пришел в парк, старший лейтенант Никитенко С.А. и механик-водитель уже колдовали около машины. Она завелась с первой попытки, дым из эжектора повалил такой, что можно было подумать, что запустили систему ТДА (термо-дымовой аппаратуры. Через минуту работы двигателя я уже не видел Никитенко С.А., который находился от меня в двух метрах. И чем дольше работал двигатель, тем суровее становился дым. Еще через пять минут все небо над городом, в котором проживало чуть больше тридцати тысяч человек, заволокло ужасным дымом. Но немцы народ привычный, паники среди населения мы не обнаружили. Только к нескольким окнам прильнули взволнованные лица, но мы на это внимания не обратили.

Выехали из парка. Вид нашей боевой машины чем-то напоминал движение первых паровозов из американского вестерна. Приехали на танкодром и, не теряя времени стали гонять машину. Танкодром был небольшой, маршрут вокруг него составлял всего 8 км. Закрыли жалюзи. Но механик-водитель при нагреве до 95 градусов боялся вести машину. За рычаги сел Никитенко С.А. Разогрели до 120 градусов. Я спросил у него: "Может хватит?". "Еще немного" - ответил он. Подъехали к небольшой горке, машина прошла почти половину ее, и в этот момент эжектор как вспыхнет! Полетели искры, затем вырвался огонь, подбежали и схватили баллоны, но из 4 штук заряженным оказался один, лопатой стали собирать снег, это не помогало. Тогда стали засыпать мокрым песком. С трудом удалось погасить огонь. Все это время перед глазами стояла черная, убегающая слева направо, кошка.

Майор Эккарт А.Ю. нравился мне тем, что он никогда не орал. Тем более, что стремились сделать хорошее дело. Приехал он на дежурном тягаче и затащил БМП обратно в парк. Через неделю приехала команда из рембата, привезли новый двигатель. Зампотех, встретив меня в парке, спросил меня: "Лейтенант, хочешь разбираться в машинах?" "Хочу" - ответил я. "Тогда бери букварь, и каждый день у тебя дефектовочная ведомость, план-задания. Делай все так, как написано в букваре. Через месяц смотрим твою машину".

Я, вместе со своими механиками, приступил к ремонту. Вытащили двигатель, вычистили корпус машины, заменили обгоревшие воздухоочиститель, эжектор, которые сняли с машины 2 разведывательной роты, уходившей в капитальный ремонт, покрасили все трубочки, патрубки в соответствующие цвета, отрегулировали главный фрикцион и все тяги. Особое внимание уделили сиденьям, заменив их на сделанные из настоящий кожи, немецкой машины "Ифа". Наполнили их поролоном, машина стала как "Жигули". Закончили ремонт покраской машины снаружи. На все ушло две недели. Эккарт А.Ю. был доволен. Плох тот разведчик, который не верит в приметы.