# Память сердца

Б В Осипов

Статья подполковника Осипова В.Б. была опубликована в 1974 году в закрытой печати. Может быть кто знает, в какой должности он был в ДРВ и в каком полку?

ПАМЯТЬ СЕРДЦА


Подполковник Осипов В.Б.


Статья подполковника Осипова В.Б. была опубликована в 1974 году в закрытой печати. Может быть кто знает, в какой должности он был в ДРВ и в каком полку?


27 января 1973 года в Париже было подписано соглашение о прекращении войны и восстановлении мира во Вьетнаме. Соглашение предусматривало прекращение агрессивных действий США, полный вывод американских и других иностранных войск с вьетнамской земли, прекращение вмешательства США во внутренние дела Вьетнама... Так писали газеты.

Читая эти скупые строки, я радовался вместе со всеми долгожданному миру на братской земле. Я знаю этот героический народ, стойко перенесший страдания и лишения губительных бомбардировок. В честь наступившего мира не одна вьетнамская семья приготовила к праздничному столу традиционное национальное блюдо бань тинг -- пирог с рисом, свининой, горохом, обвернутый зелеными листьями.

Передо мной лежат фотографии. Я их иногда достаю из матерчатого чемоданчика защитного цвета, перепоясанного такими же матерчатыми ремнями с множеством уже поржавевших металлических пряжек. Чемоданчик сделан в какой-то кустарной ханойской мастерской в 1966 году. Он уже давно "пятой категории и подлежит списанию", как заключили бы в акте наши хозяйственники. Но я его оставил "на длительное хранение", на всю жизнь.

Фотографии, хранящиеся в нем, отсняты на влажной пленке, отпечатаны на плохонькой бумаге с помощью самодельных химикатов. Эти фотографии останутся для меня как единственные и самые памятные реликвии.

Еще здесь хранится тетрадь стихов. Стихи написаны боевыми друзьями. Есть и мои.


По джунглям мы идем.

Тропинка узкая, тропинка узкая

С дороги не сойдем:

Мы парни русские, мы парни русские!

Большинство из них переложено в песни.

Мне в жизни здорово повезло. Я в героическом Вьетнаме! Испания и Вьетнам. По-моему, они стоят рядом, хотя их и разделяет тридцать лет. Это -- преемственность поколений, это -- продолжение традиций. Там был противником фашизм, а здесь -- американский агрессор. И то и другое -- порождение главного врага человечества -- империализма.

Там -- революционная республиканская армия, в ней -- мои старшие соотечественники. Здесь -- революционная Вьетнамская Народная армия, в ней -- мои сверстники, соотечественники и интернационалисты.

Мы -- добровольцы. Добровольцы, прошедшие многие конкурсы. Это первая победа каждого из нас. Вот оно, дело, к которому готовился всю жизнь. Теперь ты полномочный представитель своей страны, своей армии, своего рода войск!

На тебя здесь смотрят с надеждой, с большим нескрываемым интересом. Ты не просто специалист. Ты наследник революционеров Великой Октябрьской, героев Испании, Великой Отечественной!


Сегодня внуков, наш черед настал.

Вьетнамские друзья, мы с вами,

Преемники традиций во Вьетнаме!

И русский рядом с вьетнамцем встал.


Нас встречают скромные мужественные люди. Маленький героический народ, прошедший великие испытания.

Мой друг капитан Линь -- командир дивизиона. Он кавалер боевого ордена Лаоса. Четыре года не видел свою семью. Когда мы останавливаемся на дневной привал в трех километрах от деревушки, где живет его семья, я говорю ему: "Я радуюсь вместе с тобой, иди!". Он отвечает: "Мой комбат лейтенант Дань из Южного Вьетнама не видел свою семью двенадцать лет. Я увижусь со своей семьей, когда мы победим!"

Прибыли на новую позицию. За одну ночь окопались и замаскировались. Мы не сделали бы этого так быстро, если бы не помогли крестьяне и ополченцы. Те из нас, кто не дежурит, живут в буддийской пагоде, что в двух километрах от позиций.

В пагоде полутемно, и поэтому кажется, что тут чуть-чуть прохладнее, чем снаружи. Рядами стоят изваяния красочных нарядных богов. Мы снимаем свои каски и блаженно растягиваемся на полу. Приходит древняя настоятельница пагоды. Она, как и все тут, очень приветливая, вежливая, но строгая.

Вечером пришли люди из деревни. Они принесли нам бананы и ананасы. Сами худые, голодные, полуодетые: продукты -- по карточкам.

Наши угощения брать стесняются. Сидят, смотрят, улыбаются. Иногда поют свои песни, аккомпанируя на самодельных духовых и ударных инструментах. Любят очень слушать наши песни. Один юноша подходит ко мне и измеряет окружность ноги. Потом мерит свою. Получается в три раза меньше... Он восторженно обращается к своим друзьям: "О ленсо! Зет тат!" ("Советский! Очень хорошо!")

И снова мы на марше -- на паромах, вброд, по бездорожью. Кабины падают. Поднимаем, торопимся дальше. Разворачиваемся. Боеготовы! Техника "зет тат". Люди тоже.

Оборудуем ложную позицию. Это за болотцем, метрах в пятистах. Там все так же, как и на основной. Даже маскировка. 19 мая 1967 года -- массированный налет на Ханой.

В 6.50 готовность N 1. В зоне поражения -- сорок восемь самолетов. Открываем огонь. Один стервятник падает. На дивизион устремляется восемь самолетов. Это группа подавления ПВО. Но удар они наносят по ложной позиции. Море огня, тучи дыма. Там, а не здесь! Открываем огонь по группе подавления вдогон. И еще один самолет горит. Группа рассыпается и уходит. Победа!

Готовность N 2. Проверяем технику. Парни острят: "Валера Семечкин пытался фотографировать бой, но, когда поднялся большой шум, почему-то выронил фотоаппарат... Говорит, что поскользнулся... Что ж, стало быть, так и было".

Ребята удивительно стойко переносят тяжелый климат. Кажется даже, что чув-ствуют они себя лучше местных жителей.

Рядом со мной молодые русские парни. Они только вступают в жизнь. Нет, это не легкомысленное поколение, избалованное сегодняшним уровнем жизни, как иногда приходится слышать от некоторых ворчунов. Это стойкие бойцы, достойные своих дедов и отцов.

Ефрейтор В. Валецкий. Ему двадцать лет. Он баянист-песенник, организатор нашей художественной самодеятельности. Но главное -- он отличный специалист, первоклассный оператор, человек исключительного хладнокровия, выдержки, спокойствия и рассудительности. Он проявлял подлинное мастерство, собранность, точность в работе по цели. Стрельба, как правило, была успешной. Ефрейтор Валецкий - награжден орденом Красного Знамени.

Почти ежедневно у нас выходит наша стенная газета. Мы проводим "международные матчи" по футболу и волейболу. Викторины, вечера, утренники. Все это плоды продуманной работы партийной и комсомольской организаций.

Но вот я в ханойском госпитале. Двадцать дней лечения и удобств. Вентиляторы, холодильники. Мой лечащий врач -- младший лейтенант Нго. Среди ее пациентов летчик старший лейтенант Тхо. Мы с ним неразлучны. Он говорит по-русски. Пилотировал истребитель-перехватчик. Боевой счет -- два сбитых F-105.

2 января 1967 года был сбит сам, катапультировался, получил перелом руки и ноги. У него есть невеста. Она солистка ансамбля Вьетнамской Народной армии. Навещает часто. Приносит цветы. Свадьбу сыграют после победы. Они обсуждают свои планы вместе со мной. Верят, что война скоро кончится, верят в свой народ, в силу советского оружия. Она будет учиться в консерватории, а он летать. Это его призвание.

Однажды Тхо заводит меня в операционную. Там снимают гипс с бывшего американского летчика. Теперь он военнопленный.

Это бывший командир авиаэскадрильи, майор. Ему тридцать шесть лет. При появлении в операционной каждого нового человека вздрагивает всем телом. "Он воевал за доллары". "У него нет политических взглядов и идейных принципов". "Он выполнял задания". Он знал, что убивает мирных людей. Но ведь платят здорово! По выходным дням и праздникам -- вдвое больше. Он неважно себя чувствовал лишь тогда, когда в воздухе рвались наши зенитные ракеты.

После госпиталя перехожу в ведомство генерала Лама. Бываю на побережье. Наблюдаю патрулирующие в 15 километрах от берега корабли 7-го флота США. Обычно их четыре. Это эсминцы. Иногда в состав группы включают один крейсер. Тогда группа становится по-настоящему грозной: 27 стволов орудий калибра 203 мм, 24 -- по 127 мм, 24 -- по 76 мм.

Корабли непрерывно "обрабатывают" побережье (дорогу N 1, мост Хам-Жонг под Тхань-Хоа). Побережье еще сохраняет следы былой красоты. Очень живописны скалы. Вода -- прямо целебная. Развалины ку-рортных комплексов. Покидаю побережье со щемящим сердцем. Что сделали с этой прекрасной страной! Одно дело -- газетные сообщения, другое -- увидеть все своими глазами.

Я уезжаю домой. Везут в международный аэропорт За-Лам. Провожают очень тепло. Подарки, цветы, напутствия, приглашения приезжать с семьей на отдых после войны.


Прощай, воюющий Вьетнам,

Я напишу тебе, ведь нам

Вовек не оборвать беседы!


Мы от души поздравляем вьетнамских друзей с большой победой, одержанной в длительной и самоотверженной борьбе против империалистической агрессии. Мы радуемся их успехам, радуемся еще и оттого, что это наша общая победа. Мы будем всегда в едином боевом строю!


3