# Повесть для внука. Глава 3 Афганистан. Война без фронта

Александр Коломиец

Не ищите аналогий. События и имена могут совпадать только случайно.

А слова и мысли - настоящие.


Афганистан. Война без фронта.

Глава третья, часть 1

Секретно. Лично.

Шифртелеграмма N76

Начальнику объединенной

группировки погранвойск

генерал- майору Коробейникову В.И

В Ваше распоряжение направляется нештатная боевая группа 7 Управления КГБ СССР для прохождения боевой стажировки. Прошу подключить к проведению всех оперативно- боевых операций, обеспечить по нормам вещевой, боевой и технической положенности. Планирование мероприятий производить с учетом возможностей НБГ . Результаты использования доложить .

Зам. председателя КГБ СССР генерал -полковник Чириков.


Афганистан встретил их семечками.

Нештатная боевая группа специального подразделения "Альфа", в составе 15 человек, имея кодовое название "Каскад", с полным вооружением грузилась на маленький плашкоут. Скорее всего, даже не плашкоут, а два составленных модуля от тяжелого понтонного парка, которые передвигались штатным буксирным катером.

Речка уже давала первые признаки войны. С первого взгляда какая- то хаотичность в движении грузов, техники, людской массы постепенно превращалась в определенный порядок, бойцы и грузы - на ту сторону. Оттуда - только бойцы, в запыленной и выгоревшей "песчанке". Вода в речке тоже не выделялась из скудной гаммы цветов, и , казалось, была наполовину из песка. Течение выбрасывало целые облака мутных бурунов, но даже здесь можно было заметить какое-то однообразие. Вода текла все же в одну сторону.

Сотрудники спецназа ничем не отличались от остальных военнослужащих, может- возрастом постарше, да внушительной "физикой".Такая же экспериментальная камуфляжная форма песочного цвета, уже потертая и выгоревшая в окопах полевого учебного центра. Отличия были еще в "тиговских" касках, и огромных, загруженных до предела, рюкзаках. Да и самих-то рюкзаков с навязанными сверху валенками, сбоку- меховым тулупом, с другого боку малой саперной лопаткой и бушлатом, совсем не было видно.

Форма каски, даже скрытая под тканью камуфляжа, бросалась в глаза и вызвала любопытство у команды буксирного катера. Матрос попросил примерить ее и, почувствовав непомерную тяжесть, восхитился,

- Ничего себе! Пуля не берет, наверное?

Кто-то отшутился,

-Да нет. Берет. Она свинцовая. Голову от радиации защищать! Геологи мы. Уран ищем.

Ушлый попался матросик,

- Ага, а копать уран прикладами автоматов будете!

Таможня и пограничный контроль при пересечении государственной границы отсутствовали как с нашей стороны, так и со стороны Афганистана. Кольцов потом пересекал границу более десяти раз. По газовой трубе днем - туда, раза три ночью - туда и обратно, вертолетом - туда, вертолетом туда и обратно, обратно или по трубе или на понтоне. И только один раз группа была досмотрена лейтенантом-пограничником с большими извинениями. Интерес при досмотре представляли радиоэлектроника и наркотики. Наличие у каждого сотрудника по десятку гранат, по два боекомплекта, огнестрельного и холодного оружия для таможни не имело никакого значения. Война имела тут свои интересы.

Сотрудники по двум аппарелям сошли на берег и остановились в ожидании сопровождающего. Тут же к ним подошли две пожилые туркменки, с обветренными и загорелыми до черноты лицами, и предложили в небольших мешках жаренные семечки. Майор Баржуков взял шепотку попробовать,

-Я взял бы, да денег же у нас все равно нет.

-А ты сменяй на пачку галет из "сухпая". Это тебе не Союз, здесь уже товарно-денежные отношения в ходу.

Семечки оказались так себе. На масличность в пятьдесят пять процентов по академику Пустовойту не тянули, да и не вкусные были. Для их созревания воды было слишком мало , а солнца уж больно много. Но, это же не Кубань.


Быстро забросали в кузов подошедшего "газика" все свое имущество, сами с оружием разместились в кузове второго авто и через полчаса уже въезжали на заставу мото-маневренной группы, которая была, по сути, перевалочной базой.

Начальник заставы ,истосковавшись по собеседникам, охотно рассказывал течение уже военной жизни,

- У нас тут относительно спокойно. "Духи" к границе подходят редко. Здесь километров на сорок и укрыться-то негде. Да и подлет с нашей стороны из-за речки быстрый. На маршруте по дороге в "мангруппу" могут обстрелять издалека одиночки. А так, - спокойно. Полгода назад своего таможенника Аманудина подорвали. Он партийный и больно принципиальный был. Спуску никогда контрабандистам не давал. Его и отравить пытались и стреляли в него. Не получилось убить. Нашли слабенькую струнку. Аманудин сигары любил курить, особенно, кубинские. Преподнесли коробку дорогущих на какой-то праздник. Он на первом десятке в восторге даже песни пел. Одиннадцатая или двенадцатая взорвалась прямо в зубах. Ну, глаз потерял, зубы выбило, весь "фейс" на лоскуты порезало. Сигары бросил курить сразу. Но лютый стал. Наркотики чует лучше, чем обученная собака.

-Слышь, лейтенант, а это у тебя откуда?

Кольцов показывает пальцем на стоящий в углу РПК с пробитой пулей ствольной коробкой и размочаленным магазином.

-Да это с мангруппы... в отряд передать нужно. Месяц назад перестрелка была с духами. Пулеметчик- разгильдяй, оружие на бруствере оставил на пару часов.

За речкой уже была военная жизнь. Она мерила все своими мерками. Здесь могли убить и отравить, можно было подорваться или заболеть малярией, нарваться на нож или пулю. И все это зависело или от тебя или его величества судьбы.

Ночной сон скорее был похож на забытье. Вся группа ворочалась на скрипучих и продавленных кроватях, с приготовленным у изголовья заряженным в магазинах боекомплектом. И автоматом под рукой.

Сквозь дремоту четко прослушивались негромкие переговоры меняющегося караула. Незнакомые звуки и детский хохот и плачь шакала, воспринимались уже совсем по-другому. Острее и тревожнее. Время отодвинуло мирную жизнь за речку. Здесь начиналась работа, где все оценивалось ими как оперативная среда, в которой имелись сопутствующие благоприятные моменты и отрицательные факторы. Вся жизнь этой страны рассматривалась с точки зрения проведения боевой операции. Все ее моменты складывались по кирпичикам полезности для конечного результата.

Утром командир группы подполковник Зырянов объявлял приказ на охрану маршрута.

-Товарищи офицеры! Мы охраняем колонну из восьми машин, следующую по маршруту: первая застава -кишлак Мардкуджан. Категория груза - два "наливника"- остальное продукты питания, боеприпасы. Скорость движения- 50 км, дистанция-50-60 метров. Нам придается три "брони"(БТР-60 ПБ), которые будут следовать во главе колоны, в середине... и замыкающей. Я на первой броне. Мои заместители- майор Чарский, со своей пятеркой- в середине. Майор Кольцов, со своей пятеркой- замыкающий. Саперы - в головной машине.

Назначаю сектора наблюдения и работы. В случае нападения на колонну справа или слева, действия группы Чарского - по центру. Я и Кольцов- фланговые. При попадании в засаду спереди - Чарский действует слева, Кольцов берет правое направление по ходу колонны.

Связь- по прежним позывным. Оружие по - боевому , патрон в патроннике- на предохранителе. Один боекомплект в магазинах - на себе. Особое внимание обращать при прохождении населенных пунктов, брошенных кошар, старых дувалов и естественных укрытий. Наблюдение вести непрерывно. При проверке саперами участков возможного минирования выставлять боевое охранение. Даю полчаса на проверку и освоение техники. Готовность к выходу доложить. Вопросы есть ?

Вопросов не оказалось

-Тогда удачи нам всем!

Сотрудники, со своим тяжеленным скарбом, уже собрались возле бронетранспортеров. По очереди запихнули все рюкзаки в салон, предварительно вынув все возможные мягкие вещи для сидения на броне. Часа три трястись. Ни один копчик не выдержит. Да холодная броня простатит сильно приближает.

Водители грузовых автомобилей осматривали и подтягивали вывешенные на стеклах боковых дверей бронежилеты, доливали воду во фляжки.

Кольцов начал распределять обязанности.

- Прапорщик Каприков -на пулемет. Остальные - наблюдение на броне.

И обращаясь к механику- водителю, с лицом античного персонажа и румянцем в обе щеки. О таких говорят- кровь с молоком, а " с лица и пить можно". Правда, лицо, словно острием сабли перерезано шрамом, в косую- через лоб, нос и щеку.

- Как зовут тебя, боец!

-Саша!

-Докладывай, тезка, как аппарат? Давно ли менял масло и фильтра? Сколько компрессор давит? КПВТ приведен к нормальному бою?

- Так точно, т-а-ащ майор. Пулемет приведен к нормальному бою, запас выше одного боекомплекта -200 патронов. Масло и фильтра менял перед маршрутом. Воздушная система исправна. Связь- пять баллов.

Прапорщик уже хозяйничал в салоне с крупнокалиберным пулеметом.

Кольцов, одевая шлемофон, напомнил ему,

-Игорь! Проверь электроспуск.

-Проверил! В норме.

В запасе еще было минут двадцать. Сотрудники на броне сооружали себе мягкие сидения и приводили оружие в боевое положение. Кто-то побежал перед дорогой справить естественные надобности. В скупых репликах чувствовалась напряженность. Неизвестность настораживала, концентрировала внимание и волю, заставляла быть собранным и точным. По профессиональной привычке каждый сотрудник мысленно представлял свои действия в возможных ситуациях на маршруте. Эх, знать бы какие они могут быть эти ситуации.

-Ну, тезка, расскажи какой "супостат" тебя так красиво разрисовал?- обратился Кольцов к своему тезке.

Боец без смущения, видно уже не раз давал пояснения, да и шрамы красят воина, поведал,

- Прошлой осенью в зеленке обстреляли. Осколок рикошетом от люка секанул. Он мне сверху прямо под ноги завалился. Горячий был. Так нам тогда приказ начальства передали. Люка закрыть, все передвижения - по боевому. Потом, правда, отменили. В бэтэре на подрыве шесть человек сразу погибли. О, у нас тут не соскучишься. Иногда такие приказы бывают. Однажды в салоне убило бойца через бойницу. Ну, шальная пуля. Бывает! Сразу приказ пришел. Все передвижения - только с закрытыми бойницами. Да мы же слепые без них, как малые "кутята"!

Кольцов в душе соглашался со своим тезкой. За время своей службы он часто сталкивался с запретами великих грамотеев. После применения табельного оружия в бытовых условиях сразу шли запреты и указания - "Оружие у сотрудников изъять и поместить в сейф. Выдавать только с разрешения и по рапорту".

Вновь введенные правила сразу отменялись после чрезвычайных происшествий, где наличие ствола могло предотвратить тяжелые последствия. Но не предотвратило. Угрызнений совести начальники никогда не испытывали.

Мысли майора перекинулись на сотрудников боевой группы. Для эффективного выполнения задач нештатная группа была разбита на пятерки и могла действовать автономно. На пять человек -один пулемет, три автомата с двумя подствольными гранатометами и одна снайперская винтовка. Патронами затаривались по два боекомплекта обязательно и по шесть гранат на каждого. Но брали больше. Рассчитывали по своей физической подготовке, выносливости и району боевых действий. В горах, где недостаток кислорода, считали каждый грамм веса, но меньше двух боекомплектов не брали.

Вот прапорщик Каприков - в командировке "на исправлении". В первую боевую стажировку в горах не рассчитал свои силы. У пулеметчика и так вес патронов больше чем у автоматчика. А решил тогда подстраховаться на всякий случай. Ответственность чувствовал. И взял-то лишку, на пяток килограммов больше. В горах силенок не хватило. Пришлось разгружать его вес и самого нести некоторое время. А это ставило под угрозу выполнение боевой задачи. Никто ему тогда и слова в упрек не сказал. С каждым могло такое случиться. Хороший парень. Совестливый и надежный. Сильно переживал за такой сбой. После той командировки тренировался до исступления по два раза в день, а выносливость повышал бегом на марафонской дистанции с утяжелением собственного веса. Рапорт написал на повторный заезд.

Капитан Бажуков- мастер спорта по биатлону. Стрелок от бога. Всегда с собой тащит прицел от охотничьей винтовки "Барс". Сам сделал зажим-приспособление и использует его с "калашом". А это в пятерке - лишняя снайперская винтовка...

Размышления его прервал вызов по рации,

Диспетчер - Заре!

-Диспетчер ответил.

-Доложи готовность.

-Минуту.

И обращаясь к своим подчиненным по устоявшейся привычке,

- Контрольная карта. Водитель готовность?

- К движению готов!

- Пулеметчик?

- Оружие заряжено, к работе готов!

- Наблюдение на броне?

- Оружие- на боевом, кресла -мягкие, видимость - миллион на миллион. Всегда готовы.

Тут без шутки не могут.

И по рации- командиру,

- Заря! Диспетчер к движению готов.

- Внимание всем. Я- Заря. Всем машинам - товсь. Условия движения - прежние. В эфире анекдоты не трепать. Связь- на приеме.

Автомобили, взревев моторами и выпустив клубы сизого дыма, начали вытягиваться за железные ворота заставы.

Словно хищная змея, ощетинившись автоматами и задравши вверх стволы пулеметов бронетранспортеров, готовая ответить в любой момент огнем, колонна извивалась по пыльной дороге. Да и дорогой можно было назвать это с большой натяжкой. Просто- направление, обозначенное колеей.

Следы войны уже были заметны возле нитки газопровода. Подорванные бетонные столбы электролинии, согнутые и сломанные словно спички, изредка-бесформенные куски вырезанного метала в местах подрыва того же трубопровода. Афганским моджахедам все время внушали мысль, что при подрыве газопровода так же взрывается и газовые горелки по ту сторону речки.

В развалинах брошенного кишлака на уцелевшей стенке явно виделись отпечатки упорного боя. Ровная строчка крупных отметин- это крупнокалиберный пулемет, помельче- ручной пулемет. Одиночные рваные- следы осколков от мины или снаряда.

Дорога от газопровода ушла вправо и вскоре колонна втянулась в небольшую долину. Справа и слева были небольшие возвышения и изредка каменные россыпи, местами то отдалявшиеся, то приближавшиеся. Но от дороги с километр по сторонам все время было чистое пространство, что уменьшало вероятность нападения из засады.

Но самым злейшим врагом оказалась пыль. Только головной бэтэр был избавлен от этой пытки. Поднятые им облако серой и тяжелой массы, от которой просто не было спасения , проникало во все щели и окрасило все в один цвет. Белыми точками выделялись белки глаз, да резиновые напальчники на компенсаторах автоматов. Пыль скрипела на зубах, нагло лезла в воспаленные глаза, набивалась в уши. И только изредка, при небольших виляниях дороги, отодвигалась в сторону. А на прямой дороге вновь хищником накидывалась на колонну. Тогда это казалось серьезным испытанием. Но они еще не знали, что такое ветер "афганец". Это будет еще впереди.

Передняя машина едва угадывалась по габаритным огням и больше была заметна по собственному выбросу пыли из под колес.

Вести непрерывное наблюдение, кроме головной машины, было невозможно. Четкие очертания окружающей местности появлялись лишь эпизодически. И все же со среднего бэтэра прошел доклад,

-Заря! Я- Челим. Справа, девяносто, удаление тысячу вижу - двое. Встречают с хлебом солью.

- Я Заря. Всем внимание справа. Огонь без команды не открывать. Движение не останавливать.

На ходу с первой машины, смягчая колебания корпуса бэтэра на полусогнутых ногах, в бинокль сотрудник рассмотрел два силуэта с "бурами"(английская винтовка) в руках, которые выражали своим видом больше любопытство нежели агрессивность.

За развалинами небольшого кишлака дорога пересекала арык. Здесь колесная техника могла пройти только по этому мостику. Место было удобным для минирования, а в случае подрыва - и для обстрела колонны. Уйти по системе водоснабжения с приготовленными заранее подземными ходами-кяризами - нет ничего проще. И хотя командир группы был уверен в отсутствии утечки информации, все же решил перестраховаться,

-Я Заря! Колонне остановиться перед мостиком! Саперы - на проверку. Всем занять круговую оборону. Диспетчер! Своей броней возьми кишлак. Челим! Твоя левая сторона, моя -правая.

Колонна остановилась перед мостиком, бойцы и сотрудники горохом скатились на пыльную землю и залегли. Стволы пулеметов бронетранспортеров развернулись по своим секторам огня.

Саперы медленно и осторожно начали протыкать песчаную землю перед мостиком и внимательно осмотрели сам мостик. Следов минирования и взрывных устройств обнаружено не было и колонна вновь начала движение.

-Здесь самое удобное место для нападения, а за семь месяцев духи ни разу его не использовали. Все таки, наша граница близко, боятся, наверное. Да здесь и кишлаки мирные - водитель вытер пот с лица,

- вот в зеленке Сары Пуль... там "душар" полно.

Кольцов еще не знал, что судьба забросит их в это место

Хотя и виден был издалека какой- то темный массив, но все же при приближении это поразило всякое воображение. Стояла густая стена мощных сосен, с длинными иголками и настоящими шишками посредине этой бездревесной пустыни.

Между дорогой и оборудованными огневыми точками и угловыми наблюдательными вышками простиралась двухсотметровая полоса минного поля , с плотностью постановки мин почти одна на квадратный метр.

Кольцов машинально про себя отметил, что такое поле не пройдешь, хотя в нашей армии есть инженерное устройство для оборудования прохода. Само летит, растянет длинную кишку взрывчатого вещества и взорвется сразу, образовав чистую полосу метра в три шириной.

Входные ворота охранялись, как показалось с первого раза, слабовато. Но потом за воротами он отметил две долговременные огневые точки и ниточку окопов полного профиля с ломанными ходами сообщений.

-Да я бы еще и управляемых фугасов прямо на дороге "понавтыкал"-подумал Кольцов

Колонну уже встречали . Половина мангруппы высыпала на плац.

Подполковник Зырянов пошел к командованию "наводить мосты" и определяться с расквартированием группы.

А потом была баня с бассейном, обед с такой жирной и вкусной селедкой с черным хлебом, которая редко встречалась в магазине в родном приморском городе. Командир мангруппы майор Любавин постарался не ударить в грязь лицом перед своими гостями. Изысканные блюда были его гордостью, коронкой и визитной карточкой.

Идиллия мирной жизни закончилась следующей ночью, когда Кольцов был назначен начальником караула. Из любопытства, рассматривая в прибор ночного видения расположенный в шести сотнях метров кишлак, он обнаружил, что видит инфракрасных отметин на три больше, чем в обычный бинокль. Он еще раз пересчитал те, что видит в бинокль.

- Огонек на ближнем минарете, два подальше...три всего. А в ночник - шесть.

За ними наблюдали в приборы с активной подсветкой.

Война среди мирных сосен только затаилась и могла проявиться ночным снайперским выстрелом или минометным обстрелом.