# 7. Старая должность в новом чине

Анатолий Филиппович Ковров

Прибыл служить в город Инстенбург, который наша 215 сд брала в жестоких боях, а когда меня ранило под Кенигсбергом я здесь находился на лечении в армейском полевом госпитале легко раненых ? 2226 с 1.03 по 25.06.1945 года. Город уже был переименован в Черняховск.

Я прибыл в 26 гв. обс, 16 гв.сд, II гв. Армии ПрибВО 29.04.51 г.

Какое было удивление, что 26 гв. обс, в котором мне предстояло служить, был размещен в одном из корпусов госпиталя "Кузнецова", так его называли все раньше, которые находились в нем на лечении.

После представления командирам, командир роты организовал мне жилье в комнате быта, где поставили солдатскую кровать, стол и даже два стула. Одним словом, меня встретили хорошо.

В этом районе военные казармы прусаков, дома, коттеджи, домики и даже костел из красного кирпича сохранились целыми.

Наша дивизия была расположена в добротных немецких казармах. В этих домах, коттеджах и домиках жили не только наши люди, приехавшие на постоянное жительство, но и офицеры, которым повезло получить квартиры.

Первый день был очень долгим, мне приходилось ждать приема и отвечать на одни и те же вопросы. Когда командиры узнавали, что я холост, то невольно выдавали себя одобрением. Наверно меньше мороки было со мной по устройству моего быта. Они мне сообщили, что многие офицеры холостяки живут на частных квартирах и платят по 80-100 руб. а если с питанием, то 400-500 руб. в месяц. Меня устраивали эти цены, т.к. я должен был получать на руки 979 руб. в месяц. Ужинать меня пригласил командир первого взвода нашей роты ст.лейтенант Чернов Иван Николаевич. Мы пошли в гражданскую столовую, которая была буквально рядом с нашей проходной батальона, т.е. КПП. Он прихватил бутылку водки, а пиво заказал я, и мы хорошо отметили мое прибытие в часть. В столовой можно было нормально обедать и ужинать, сравнительно недорого, примерно за три-пять рублей.

Во время ужина Иван Николаевич, после вторых ста грамм, много говорил, а я слушал его. Когда официантка принесла нам пиво, он представил меня:

- Руфа это, мой новый товарищ Толя, ему нужна квартира.

Руфа была небольшого роста, с хорошей фигуркой, приятным красивым лицом, черными глазами, от природы в меру кудрявыми черными волосами. Она пользовалась успехом у офицеров, но никто не мог сказать, что покорил её. Она многим офицерам, в том числе и Ивану Чернышеву, помогла найти квартиру. В которой, как он мне успел рассказать, он живет сейчас, Платит 500 руб. в месяц, у него замечательная хозяйка Фаина Петровна.

Как говорили древние греки, после утоления чрева пищей и вином, можно вести дружескую беседу. Но мне совершенно не хотелось "переливать из пустого в порожнее", а Иван Николаевич был уже навеселе, извергал одни истины и анекдоты. Я извинился перед ним и спросил разрешения пойти поспать, так как я чертовски устал, Он не хотел меня отпускать так рано, а заказал еще бутылку водки. Но я все же упросил его.

После такого длинного дня, который мне показался годом, я пришел в свое жилье и невольно улыбнулся. Вот бы Рита увидела, как я хорошо устроился. Она наверно расплакалась бы и убежала к своим родителям. А лично для меня это было совершенно нормальное жилье. Я был благодарен моим командирам за их заботу обо мне. Потом умылся холодной водой по пояс, в солдатском умывальнике, это была моя привычка. Вскоре я лег в чистую постель и уснул крепким богатырским сном. Утром, по привычке проснулся в шесть часов и пошел на утреннюю зарядку.

В девять утра, на построении, командир роты представил меня взводу, и я вступил в командование. На второе утро в 5.45 я был уже в казарме и смотрел, как поднимаются сержанты и личный состав взвода. Сержанты поднимались с опозданием на семь минут, зам. командира взвода сержант Рябов больше был удивлен, чем испуган. Я смотрел, никаких команд не давал и замечаний не делал, так как высоко ценил и оберегал достоинство младших командиров. Мне не нравилась низкая дисциплина личного состава и плохая организация физической зарядки зам. ком. взвода сержантом Рябовым. Но я молча следовал на левом фланге взвода. Я был также по пояс раздетый, как солдаты и сержанты взвода. Выполнял все команды сержанта Рябова, на левом фланге.

После обеда собрал сержантов и сделал подробный разбор по методике организации и проведения утренней зарядки. Не стал их воспитывать и наказывать, а рассказал, как лучше проводить Физические упражнения.

Вечером был на вечерней проверке, где выявил двух самовольщиков, дождался их возвращения в казарму, приказал им быстро ложиться спать и сам пошел делать тоже самое. На третий день смотрел как командиры отделений, а их было трое, и зам. ком. взвода выполняют мои требования по подъему и проведению утренней физической зарядки. Двое самовольщиков вели себя подчеркнуто дисциплинированно, а это мне и надо было. Вечером был на вечерней проверке и снова выявил одного самовольщика, точно так же поступил и с ним.

На четвертый день я пришел на подъем и взял командование взводом на себя. Провел легкий вариант физической зарядки, обратив особое внимание на четкую организацию и дисциплину личного состава по принципу - делай так, как я. Это был девиз моего первого командира - лейтенанта Ларина.

Так прошла моя первая неделя службы командиром взвода. Много уделил внимания приведения в боевую готовность аппаратуры связи.

Мои действия и методы работы не остались незамеченными, командир роты их оценил положительно, а вот ст. лейтенант Чернов И. Н. за обедом мне заметил:

- Толя, ты подменяешь своих сержантов, этого не нужно делать.

Я ему возразил, но мы остались при своих убеждениях. Наш разговор прервала подошедшая к нам официантка Руфа, которая спросила:

- Иван Николаевич Вам нужно еще что-нибудь?

Он недавно приехал из ГСВГ по замене, поэтому у него деньги были. Он поблагодарил её за внимание к нам.

Тогда Руфа задался вопрос мне:

- Вы нашли квартиру себе?

- Мне просто не было времени искать.

Чернов съязвил:

- Он работает сейчас за троих.

- Мне кажется, я смогу Вам помочь.

- Тогда с меня будут Вам хорошие конфеты.

- Наш шеф-повар Мария Тимофеевна решила взять квартиранта, а живет она рядом.

Руфа пригласила меня идти с ней к Марии Тимофеевне. У нее была квартира из двух раздельных комнат, со всеми удобствами. Завтрак дома, а обед и ужин в столовой, плата 450 руб в месяц.

На второй день я уже жил на квартире. Мне дали из части солдатскую железную кровать с матрасом, одеялом и простынями, т.к. у меня ничего не было.

Я с первого дня, после обеда, садился в канцелярии роты, писал каждый день письма Рите, но ответа не получал. Пытался позвонить по телефону, но тоже безрезультатно. Во мне царило двойное чувство подозрения и огорчения, с каждым днем я писал письма все короче и короче.

Еще одно событие, которое случилось - меня назначили дежурным по части. Как и положено сделал развод караула и внутреннего наряда по

части, принял дежурство - всё нормально. Ответственный дежурный зам. командира батальона похвалил меня и пошел ужинать домой.

Примерно в двадцать два часа прибежал сержант первой роты и доложил - возле клуба-костела бьют ст. лейтенанта Чернова. Я построил бодрствующую смену караула и приказал бежать за мной. Когда нападающие на Чернова, а они были в гражданских костюмах, увидели офицера с красной повязкой (символ власти), и бегущих за мной солдат с автоматами, то разбежались в разные стороны. Должен заметить, тогда не было такой жестокости, бить человека до смерти. Чернов увидел меня и снова начал буйствовать. Я приказал разводящему вести людей в караул, а сам, с одним сержантом, взяли Чернова под руки и отвели его домой. Он шумел, вырывался, но мы его довели и сдали его хозяйке.

После праздника командир части вызвал меня к себе. Похвалил за дежурство, что товарищу оказали помощь, а за то, что из караула брал бодрствующую смену, объявил замечание. В конце вручил мне отпуcкной билет и пожелал хорошо отдохнуть.