# Война в Бендерах глазами очевидца. Глава 1

Иван Исаевич Крапива

В данном рассказе описаны только подлинные события, произошедшие в городе Бендеры в 1992году, о которых мне рассказали свидетели и участники тех событий.

Защитникам города Бендеры в 1992 году посвящается


Была война.Война без правил.

Без перерыва на обед.

Была война.И миром правил,

В руках убийцы пистолет.


Была война почти вслепую,

Не разберешь,где друг,где враг.

Но кто мог выдумать такую,

Развеяв мысль о мире в прах.


Была война. Война на нервах.

Был беспощаден каждый миг.

Был каждый бой для многих первым,

Последним, ставший для иных.


Была война. Война в Бендерах!

Кто мог подумать о таком?

Кто мог представить наши скверы,

Под профашистским каблуком?


Была война.Война без правил.

Когда и разум - дефицит.

Но на колени не поставил,

Бендеры зверский геноцид.


Была война такой нелепой,

Какой еще никто не знал.

Из пепла взорванного лета,

Встал БМП на пьедестал.


Леонид Литвиненко


ЭПИЛОГ


Что будет с городом Бендеры? Сдадут ли город румынам? Эти вопросы были самыми больными для всех жителей города в ту предвоенную весну 1992 года.


Видео хроника не объявленной войны: ссылка

Документальный фильм "Война и мир на Днестре": ссылка


ГЛАВА I. КАК В МОЙ ГОРОД ПРИШЛА ВОЙНА


В тот летний день 19 июня 1992 года, перед заступлением на очередное дежурство, капитану Иванову не спалось. На сердце было как-то не спокойно. Встав раньше обычного, он начал собираться на службу. Зайдя в ванную комнату побриться перед дежурством, он увидел в ванной детские пелёнки, ползунки и распашонки, замоченные для стирки женой. Помочь жене их постирать уже не хватало времени. Побрившись и смыв с лица водой остатки пены, сняв с вешалки полотенце, он вышел из ванной комнаты. Напротив, в комнате в детской кроватке, тихо посапывая, спала малютка дочь. На кухне, за прикрытой стеклянной дверью, что-то хлопотала, стараясь для заступающего в наряд мужа, любимая жена. Насухо вытершись полотенцем и повесив его себе на плечо, он подошёл к детской кроватке, наклоняясь поцеловал дочурку в щёчку. Девочка в ответ улыбнулась во сне не открывая глаза, и повернула голову на другую сторону и продолжила спать. Иванов вышел с комнаты и тихо прикрыл за собою дверь.

Он тогда ещё не знал, что всего через три часа, нервно закуривая сигарету за сигаретой, ему придётся думать о том, как вытащить из под обстрела жену и дочь.

Капитан зашёл на кухню. Красавица жена улыбнулась, поставила на стол тарелку с горячей гречневой кашей, политой сверху подливой с кусками заливной рыбы. Присев на стул, взяв лежащую рядом с тарелкой вилку и кусок отрезанного женою хлеба, Иванов принялся с аппетитом есть. Жена опять улыбнулась и налила в чашку ещё горячий компот, поставив её на стол. Съев кашу и вытерев хлебом остатки подливы с тарелки, капитан положил на тарелку вилку, взял со стола чашку с компотом.

В это время за окном раздались глухие выстрелы.

- Опять стреляют, - тихо сказала, жена.

- Да, - ответил капитан и взглянул на часы. Было 16.30.

- Если стрельба усилится, то немедленно спускайся вместе с дочкой в подвал дома, там будет безопасней, - сказал он. Нервно допив компот большими глотками, капитан поставил чашку на стол.

- Всё. Мне пора, любимая.

- С этими словами он быстро одел форму, поцеловав на прощание жену и вышел из дома.

На улице цвело и пестрило жёлтыми абрикосами, красными вишнями и переспелыми черешнями жаркое южное лето 1992-го. Тревожная весна, в самом начале которой новое правительство уже независимой Молдовы пыталось силой подавить инакомыслие в Приднестровье, миновала. Но выстрелы на улицах и окраинах города по-прежнему не были редкостью, и горожане с тревогой слушали их, думая про себя: "только бы не это, не повторилось снова..."

Возле дома было спокойно. За спиной, где-то за улицей Сергея Лазо либо ещё дальше, за улицей Ленина, периодически были слышны одиночные выстрелы, чередующиеся автоматными очередями. Пройдя дворами, капитан вышел на улицу Калинина. Слева показалась недостроенная молдавская школа, которая зияла глазницами пустых оконных проёмов. Сократив путь, перейдя по диагонали улицу, он увидел идущих ему на встречу женщину с детьми. В это время взвизгнули пули, рикошетом отскочив от бордюра, справа и впереди.

Присев и оглянувшись назад, капитан понял, - это прострел, просто шальные пули. Тем временем стрельба в центре города начинала усиливаться. А женщина с детьми, продолжали идти посреди улицы, поравнявшись с Ивановым.

Было видно, что она сильно испугана. Её дети - мальчик и девочка тоже. Капитан сказал ей: "Вам нельзя идти посреди дороги, передвигайтесь по тротуару ближе к домам, там будет безопасней".

-Она молча подчинилась и взяла мальчика за руку, дальше они пошли уже по тротуару, прижимаясь к домам, вдоль детской стоматологической поликлиники в направлении улицы Лазо.

Тогда капитан ещё не знал, что в этот же день она погибнет на улице Сергея Лазо.

Пройдя ускоренным шагом между двухэтажными общежитиями и перебежав последнюю дорогу, капитан Иванов оказался у входа на КПП батальона химической защиты. Сзади опять прозвучали выстрелы. Пули срезали ветку с рядом стоящего дерева. Ветка акации плавно упала у бетонной плиты забора. Опять не мои, да и огонь не прицельный, подумал про себя капитан.

Дневальный по КПП отдал воинское приветствие, пропуская капитана по узкому коридору.

- Как обстановка? - спросил дежурного, сержанта срочной службы, капитан Иванов.

- Стреляют где-то в центре города. Да, вот, и с общежития начали постреливать, - ответил сержант, виновато одевая каску на голову.

- Всё ясно, сказал капитан. Усилить наблюдение. Ворота и двери держать постоянно на запорах. Без разрешения дежурного по части посторонних в часть не пускать. Экипировка постоянно боевая. Постоянно быть на связи. Ясно?

- Так точно, товарищ капитан!

Иванов перешагнул через порог КПП* и пошёл по территории части. Слева на дороге перед КТП* стояла белая "семёрка" бывшего командира батальона подполковника М.Осатюка. Он тоже находился на территории батальона, ждал, пока стрельба приутихнет.

Осенью 1991 года должность командира батальона у него принял подполковник В.Ерёмкин, проходивший до этого службу в должности начальника службы химической защита артиллерийского полка в Тирасполе.

Узкая пешеходная дорожка и разбитым местами асфальтом, но чисто побеленными бордюрами и подстриженными кустами вокруг повернула направо. Левее и позади осталось здание КТП, у входа в которое стояли младшие офицеры, прапорщики и солдаты, прибывшие с территории парка. В центре города опять раздались выстрелы.

Дорожка вывела капитана к двухэтажному "П"-образному зданию казармы. Из-за бетонного забора рядом с ним показалось здание городского автовокзала.

Зайдя в казарму, капитан быстро поднялся по лестнице на второй этаж, на котором всего пару месяцев назад ещё располагался личный состав его роты химической защиты.

Сейчас казарма была пуста. Личный состав роты, а точнее, все, что от неё осталось, был перемещен на первый этаж, где расположились остатки батальона. Достав из кармана ключ, капитан открыл входную дверь. Перед глазами открылась опустевшая родная казарма. Свет был выключен. Падающий дневной свет из-за спины через открытую дверь и окно над ней высветил стоящую справа тумбочку дневального, на которой лежала повязка дежурного по роте. Выше, на подставке, закреплённой в стене, расположилась лампа "летучая мышь" с привязанным к ней, запаянным в целлофан коробком спичек. Левее, на стенде, стояли документация дежурного по роте и комплект уставов. Двери всех помещений, кроме умывальника, были закрыты на замок. В казарме сохранился воинский порядок и человеческий дух. Капитану показалось, что пустота - это обман зрения, сейчас она оживёт и наполнится солдатами, раздастся громкая команда дневального: "Смирно! Дежурный по роте, на выход!". Но это было лишь воображение в мозгу. Открыв ключом канцелярию командира роты, капитан включил свет, достал из сейфа портупею и кобуру, положил их на стол, закрыл сейф и начал быстро одеваться.

Через пару минут, с начищенными до блеска сапогами, он уже вышел из казармы и направился в направлении штаба. У соседнего входа в казарму, стояла группа солдат из 785-го отдельного батальона разведки и засечки ядерных взрывов.

До 1989 года на территории военного городка дислоцировались две воинские части 130 обхз тыла армии под командованием подполковника М.Осатюк и 905-й одшб под командованием подполковника Ю.Костенко.

В соседней половине здания казармы, на обоих его этажах размещались штаб и казарма десантного батальона.

В 1989 году 905-й одшб вывели из города Бендеры в Тирасполь, где в дальнейшем его расформировали. Укатился следом за ним, на прицепе грузовика в Тирасполь и тренировочный самолёт десантников - "Кукурузник" Ан-2 со снятыми крыльями. Демонтировали и увезли тренировочную вышку парашютистов.

А в 1991 году Юрий Костенко, будучи уже подполковником запаса, сформировал и возглавил в Бендерах 2-й батальон Республиканской Гвардии Приднестровской Республики.

В тревожные весенние дни, когда полиция особого назначения и военизированные формирования Молдовы впервые подступили к городу, батальон комбата Костенко стал основной обученной боевой единицей, которая встала на защиту города Бендеры.

Слева, с протянутой перед собой правой рукой на северо-запад, в направлении города Кишинёв, стоял на постаменте Ленин. На что-то безмолвно пытаясь указать капитану Иванову. Возможно, пытался его, упредит, капитан оглянись назад, ведь враг уже совсем рядом....

Справа, на караульном городке томился в ожидании развода новый наряд караула роты специальной обработки. Капитан посмотрел на солдат и тут за забором в городе вновь возобновилась стрельба.

Курилка перед штабом была пуста. На караульном дворике, примыкавшем к штабному помещению, солдат наводил порядок перед сдачей караула. В караульном помещении через окна тоже наблюдалось движение. Старшина роты старший прапорщик Иванов готовит караул к сдаче, подумал капитан.

Штаб батальона встретил капитана безмолвием. Повернув, направо капитан Иванов вошёл в комнату дежурную по батальону. Сержант быстро встал и отдал воинское приветствие. Его красные глаза, с припухшими от усталости и недосыпания веками, утомлённый взгляд говорил, что он уже не первые сутки на дежурстве.

- Садись, - тихо сказал капитан.

- Где старый дежурный по батальону?

- Работает у себя в строевой части, - ответил сержант.

- Вызови дежурного, пусть выдаст оружие наряду.

Сержант присел на стул и связался через стоящий здесь же коммутатор со строевой частью.

-Товарищ старший лейтенант, вас вызывает новый дежурный.

Через две минуты в комнату вошел высокого роста старший лейтенант с повязкой дежурного по батальону на левой руке. Он достал из кармана связку ключей и открыл шкаф и пистолетами. Достав оттуда пистолет ПМ* и две уже снаряженные обоймы он положил их на стол.

- Расписывайся в получении оружия, - тихо сказал он. Подумал и добавил, - Проверь сразу и наличие оружия, а то я не успеваю с приказами...

- Хорошо, я проверю, - ответил Иванов.

Капитан начал пересчитывать содержимое шкафа. Считать особо было нечего, так как всё обезличенное оружие было из шкафа изъято прапорщиком службы РАВ Цымляковым. Три десятка пистолетов ПМ, два комплекта патронов калибра 5,45 мм, на караул из двенадцати человек, один из которых уже выдан, да запечатанный цинк таких же патронов "НЗ" вот и всё богатство шкафа.

Закончив проверку, капитан закрыл на замок шкаф с пистолетами и начал его опечатывать. Старший лейтенант, убедившись, что оружие и боеприпасы в наличии, и проверены капитаном Ивановым, вышел из комнаты дежурного по батальону.

В это время раздался зуммер коммутатора. Сержант поднял трубку и ответил "Заушина"*, слушаю вас. Вдруг лицо его начало резко меняться.

- Товарищ капитан вас срочно просит к телефону дежурный по парку!

Капитан взял из рук сержанта телефонную трубку коммутатора.

- Слушаю, капитан Иванов.

В трубке раздаётся вначале треск затем хриплый голос дежурного.

-Товарищ капитан! На стоянке с техникой вашей роты, только что очередями из смотрового окна на крыше двухэтажного жилого дома с тыльной стороны стоянки, расстреляны машины ЗИЛ-131(АРС -14)* и УАЗ 469-РХ*!

- Сейчас буду у вас!

Капитан передал трубку сержанту.

- Я в автопарк. Скоро вернусь. Передай старому дежурному, пусть собирает новый наряд под стеной магазина там прострел меньше. А ты уточни пока, где сейчас находится командир батальона.

Капитан вышел из штаба, плотно закрыв за собою дверь, и пошёл в направлении парка.

В центре города стрельба не утихала. В сердце вдруг больно закололо от мысли, как там семья дома, всё ли в порядке? После развода наряда позвоню домой, узнаю обстановку и ещё раз проинструктирую жену, мысленно успокоил себя Иванов. Он взглянул на часы, на часах было 17 часов 50 минут. "Успею разобраться до развода наряда", подумал капитан. Через минуту он уже открывал дверь КТП. На выходе его встретил дежурный по парку прапорщик Киларь.

- Мне с вами? - спросил прапорщик.

- Не нужно. Я осмотрю технику сам.

Слева на территории парка находилась водомаслогрейка, а за нею была видна стоявшая техника роты химической защиты. Но взор капитана был прикован к смотровому окну на крыше жилого дома, тому, что с тыльной стороны стоянки.

Он свернул налево и пошёл быстрым шагом вдоль водомаслогрейки. Стена здания водомасогрейки, закрывавшая собою Иванова, закончилась. Впереди открытый участок стоянки, хорошо просматриваемый с крыши. Капитан прижался всем телом к стене, опять сосредоточил внимание на тёмном зеве смотрового окна на крыше. Было подозрительно тихо.

Капитан присел. В голове кружились мысли, нужно короткой перебежкой по диагонали преодолеть два пустых стояночных места и укрыться за ближайшим автомобилем УАЗ-469 РХ. Капитан напрягся. Рывок! Короткая перебежка! Сместился в сторону, еще рывок и вот перед ним уже переднее правое колесо машины.

Воздух резанула кроткая автоматная очередь. На землю посыпались осколки разбитого пулей автомобильного зеркала. Рука автоматически потянулась к кобуре. Нет, стрелять нельзя, остановил себя капитан. Объект находится за территорией части. Тем более, смотровое окно расположено под косым углом, да и расстояние для ПМ тоже великовато.

Нужно понять точно, откуда ведётся огонь и осмотреть расстрелянный АРС-14. Капитан обошел сзади УАЗ-469 РХ, бетонный забор и растущие за ним деревья укрывали его от смотрового окна на крыше дома. Подойдя к кабине ЗИЛ-131 (АРС -14) со стороны водительской двери, капитан присел на корточки и начал осмотр машины. Стоящая левее в ряду машина ЗИЛ-131(АГВ-3М) скрыла его присутствие. На бетонной площадке рядом с кабиной валялись осколки пробитого пулей зеркала. Под кабиной образовалась целая лужа из желтоватой воды, вытекающей струйкой из простреленного радиатора.

Иванов приподнялся, укрываясь за стоящей машиной, и начал вновь наблюдать за смотровым окном на крыше дома. Но тут же присел от очереди из смотрового окна, резанувшей воздух, гулко отразившейся от стены ПТОР* и увидел, как жёлтые осколки светоуказателя поворотов посыпались на землю.

- Сволочь, выругался вслух капитан.

- В голове мелькали мысли: "Кто он, и зачем стреляет? Точно ясно одно, стреляет с крыши из автомата. Если это провокация, то с какой целью? В доме живут люди, а значит, затевать перестрелку не имеет смысла. Нужно уходить обратно и обязательно предупредить часового старого караула, чтобы нёс службу в окопе!"

Капитан, короткими перебежками, прижимаясь к забору позади стоянки, выбежал обратно к водомаслогрейке. Ещё рывок, и вот уже входная дверь в КТП. На входе всё тот же прапорщик - дежурный по парку.

- Что, опять стреляют?

- Да, стреляет с крыши через смотровое окно.

- Немедленно передай через дежурного по части начальнику старого караула старшему прапорщику Иванову, чтобы часовой поста номер 2 спустился с вышки в окоп и службу нес там до смены! К стоянке больше не некому не подходить! Дневальных по парку на территорию парка не пускать! - Иванов опять взглянул на часы, на часах было 17 часов 56 минут. - Всё, мне пора, нужно провести развод нового суточного наряда.

Капитан быстрым шагом пошёл в направлении штаба, где его уже ждал суточный наряд. Помощника дежурного на разводе не было, так как он не менялся, а оставался на очередные сутки. Из-за не укомплектованности личным составом солдат срочной службы в батальоне с большим трудом собирали два состава суточного наряда, да и те в сокращённом составе. Новый суточный наряд и караул, представил старый дежурный по батальону.

Развод длился недолго минут десять. Нарастающая стрельба в городе не способствовала продолжительному инструктажу. Капитан Иванов коротко поставил задачу суточному наряду и караулу, довёл особенности несения службы в складывающейся обстановке.

Но вопросительные взгляды солдат спрашивали большего: "Что происходит сейчас в городе?" На это капитан Иванов дать ответ не мог, да и сам, ещё не знал, что происходит. Отправляя наряд по местам несения службы без прохождения тожественным маршем, капитан понимал, что сейчас под обстрелом он не уместен.


Война в Бендеры пришла внезапно как смерть, убивая людей, сжигая и разрушая всё на своём пути.