# Война в Бендерах глазами очевидца. Глава 7

Иван Исаевич Крапива

М.Бергман: -После расстрела отходящей колонны гвардейцев генерал Гаридов порыве человеческой слабости скажет Военному коменданту Тирасполя полковнику Бергману: "Я же профессиональный солдат, Михалыч, я многое повидал, но тут - свои! Свои, понимаешь, Михалыч! СВОИ!!! С одним служили в Анголе, с другим... Я рыдал, как малое дитя!".

ГЛАВА 7. В НОЧЬ с 22 на 23 июня КОЛОННА 2 батальона РЕСПУБЛИКАНСКОЙ ГВАРДИИ ПМР БЫЛА РАССТЕЛЕНА.

ЭТО ТРАГИЧЕСКАЯ СЛУЧАЙНОСТЬ ЛИБО ХОРОШО СПЛАНИРОВАННАЯ ПРОВОКАЦИЯ?


Оборону Бендерской крепости, где дислоцировались 173-я ракетная бригада оперативно-тактических ракет- командир бригады полковник Е.И. Гончарук, 2 понтонно-мостовой полк,778 ЦАРЗ (центральный автомобильный ремонтный завод) после разблокирования мостов 21 июня через реку Днестр, возглавил первый заместитель командующего 14-й армией генерал-майор Гаридов.


Краткая автобиографическая справка:

Генерал-лейтенант ГАРИДОВ Николай Петрович

Родился в селе Новосельское Урус-Мартановского района Чечено-Ингушской АССР в большой крестьянской семье, в которой были девять детей.

Окончив школу в 1964 году работал на заводе формовщиком.

В ноябре 1965-го призван в Советскую армию. Прослужил полгода в отдельном гвардейском полку морской пехоты Балтийского флота, получил звание сержанта и подал рапорт о направлении на учебу в Казанское высшее командное танковое училище (1966-70 гг.). Окончил Академию бронетанковых войск (1975-78 гг.), Академию Генерального штаба (1989-91 гг.).

В 1970-75 - командир роты, начальник штаба танкового батальона в Группе советских войск в Германии, старший лейтенант.

В 1978-81 - зам. командира танкового полка,

В 1981-89 - командир 4-го гвардейского танкового полка 2-й учебной гвардейской танковой дивизии, зам. командира, командир 2-й гвардейской танковой дивизии, Забайкальский военный округ. Воинские звания майора, подполковника, полковника получил досрочно.

В 1991-92 - первый заместитель командующего 14-й армией, Приднестровье.

В 1992-99 - заместитель командующего войсками Дальневосточного военного округа по боевой, морально-психологической подготовке и вузам.

09.1999-2000 - главный военный советник в Таджикистане.

2000-11.2001 - заместитель главнокомандующего Внутренними войсками МВД РФ по боевой подготовке.

С 11.2001 - командующий группировкой Внутренних войск в составе ОГВ(с).

Одновременно, первый заместитель главнокомандующего Внутренними войсками.

Награжден орденом "За службу Родине в ВС СССР" 3-й степени.

Погиб в вертолетной катастрофе в 8 км западнее станицы Шелковской, Чечня. Борт по неизвестной причине взорвался в воздухе.


После окончания обучения в академии ГШ в 1991 г., генерал Гаридов был направлен в Приднестровье первым заместителем командующего 14-й армией, где он проявил себя спокойным, вдумчивым и рассудительным командиром.

Организовал 22 июня оборону военных городков по периметру крепостного вала генерал Гаридов приказал: "Без команды не стрелять!"


В это время общее руководство обороной военного городка, где дислоцировались 130-й отдельный батальон химической защиты под командованием подполковника Ерёмкина и 785-й отдельный батальон разведки и засечки ядерных взрывов под командованием подполковника Рыжкова возглавил начальник войск РХБ защиты 14ОА полковник Роговский.


После освобождения 21 июня плацдарма перед мостом через реку Днестр и части города Бендеры от противника, оба батальона будут довооружены стрелковым оружием и гранатометами и боеприпасами. Бойцы Тираспольского ТСО находившиеся в течении двух первых суток в военном городке, после второй контратаки танков они покинут его и больше обратно не вернутся.


Противник, мотопехотная бригада полковника Карасёва, утратив положение по переднему краю, отошёл и закрепился на окраине микрорайона Солнечный по улице Мацнева, проводя перегруппировку.


22 июня после завтрака, капитан Иванов построил роту на первом этаже горевшей казармы, поставил задачу личному составу роты по оборудованию огневых позиций на втором этаже в расположении роты химической защиты и расчистке кладовой и других помещений роты от последствий пожара.

Сержант Серов по команде ротного выдал вместо убывшего навсегда в Бульбоки старшины роты прапорщика Иванова уборочный инвентарь личному составу лопаты, мётлы, носилки и топоры и отправил их на второй этаж.


Игорь М., гвардеец:


...Вернулись к рабочему комитету. Там какое-то количество оружия оставалось. Комбат сказал: "Те, кто идет с батальоном, могут остаться с оружием". Остальное оружие раздали гражданским, попросили спрятать у себя. Собралось человек 80 гвардейцев, комбат сказал: "Отходим в сторону моста". Всю документацию погрузили на БТРы.

Мы на своем БТРе отходили последними. Нас было четырнадцать. Когда шли по Суворова, там такая неразбериха была. Основная часть пути пройдена, и тут, чуть не доезжая до химбата, механик в "ночник" замечает какое-то движение на дороге. Он кричит: Один боец, "афганец", сидевший на приборе ночного видения, кричит: "Там гранатометчики впереди! Фуражка видна - то ли офицер, то ли казак..."

Я хватаюсь за ночник и вижу несколько фигур, которые располагаются на перекрёстке, надеясь на то, что мы их не видим. Один с РПГ-7, на нём фуражка. То ли казак, то ли армейский офицер... Ещё секунда, и в нас, рассекая воздух, летит граната! Взрыв!!!... Уши моментально закладывает. Внутрь под башню влетает сноп искр, башня прокручивается вокруг своей оси раз десять, после чего наш механик останавливает её, благо его сидение было откручено. По какой то причине он его заранее открутил, мотивируя тем, что "в Афгане все так делали". Наглядный пример показал, что недаром. Плечом подняв стволы, он выпускает очередь из пулемётов, стреляя в нападавших полумесяцем.

На улице слышны крики раненых, мы останавливаемся и быстро сворачиваем во двор. Тут происходит что-то непонятное, в момент нашего поворота небо освещается чем-то так сильно, будто наступил рассвет. И жуткий грохот. Мы понять не можем, что же произошло? Проезжаем двор, в который свернули, выскакиваем на ул. Котовского с другой стороны квартала. Какое то время стрельба продолжается. Где-то впереди точно ад. Ощущение гигантской засады. И так же резко, как началось, всё заканчивается. Вокруг никого не видно. Выезжаем к мосту, тишина... Потом вместе с механиком видим людей, которые прячутся у обочины дороги.

Кричим: "Пацаны! Кто тут есть?!!"

В ответ спокойным басом отвечают: "А вы кто?"

Говорим: "Гвардия, что случилось?"

Они: "Сами понять не можем".

Проехав развилку, высаживаем людей и едем к крепости, откуда доносилась стрельба. И тут приходят на память все страхи, которые мучили меня всё это время. Тут становится ещё страшней... ТО, что мы увидели невозможно описать словами!

На дороге лежат люди. Кое-где догорает пламя. Всюду разбросана экипировка. Стоны тех, кто ещё жив. Оружие и лужи крови на асфальте. Разбитые машины... Это - наши ребята! Что это, как такое могло произойти? Спрыгиваем с брони. Те, кто могут хоть что-то объяснить, говорят отрывками. Они в шоке, понять что-то трудно. Но одно ясно точно: в этой трагедии участниками были только свои!!!

Свои стреляли в своих. Били из гранатомётов, кидали гранаты. Из всего стрелкового. Это была бойня. Куски тел ещё лежат на асфальте. Какие-то люди в беретах что-то там ищут. Едва начало светать, ничего толком не разобрать. Берём несколько раненых на борт и внутрь, к ним подсаживаются санинструктора. Две перепуганные девочки, я не могу их узнать, и не потому, что лица их в копоти и грязи, всё это размазано слезами. Нет, не по этому, - они из добровольцев. Обе молчат и только смотрят перед собой. Предлагаем воды, берут, пьют, так же смотря перед собой. Это шок! Отвозим их к Парканам и возвращаемся. На встречу несутся скорая и несколько гражданских машин. Все они везут раненых, их очень много. Приехав снова на место расстрела, берём несколько человек и возвращаемся. Больше там никого не осталось.

Подъехав к арке, останавливаемся, расспрашиваем всех кого только можно. Хочется понять, что же произошло у крепости. Один из тех, кто был там, рассказывает. Вторая часть батальона под командованием замкомбата майора Дюбы вышла из казармы на соединение с остальными. Как только они поравнялись с валом крепости, по ним открыли огонь. Сначала со стороны химбата, а потом и с валов крепости. Можно, наверное, делать определённые выводы, что это было, и зачем это нужно было. И самое главное! КОМУ НУЖНО???


Капитан Иванов, вспоминая про ту трагическую ночь, рассказал следующее.

На посту прикрытия батальона химической защиты на углу улиц Суворова и Тираспольской старшим поста был афганец старший прапорщик Виктор Бондаренко, с группой личного состава от своего взвода.

Напомнил что, ранее утром 22 июня Бондаренко был обстрелян. Огонь велся с торцевого балкона на 9 этаже дома номер 3 по улице Суворова. Группа захвата в составе восьми человек, во взаимодействии с казаками, под прикрытие пулемета на БТР и автоматчиков пробралась в дом. Однако, снайпера с оружием успели скрыться. На балконе группой захвата были обнаружены множество стрелянных автоматных гильз и открытый цинк с патронами.

После обеда ближе к вечеру, капитан Иванов спросил Бондаренко, что произошло на в ту ночь? Капитан Иванов хорошо знал Бондаренко, как порядочного и исполнительного прапорщика. На вопрос Иванова, Бондаренко ответил, что с нашего поста огонь не вёлся.

Напомним читателю, что помимо постов прикрытия батальона химической защиты, под автомобильными мостами после отхода противника оборону заняли казаки. Но сними старший прапорщик Бондаренко организовал взаимодействие. Они как раз и были в фуражках! Но это мне даёт мне право утверждать, что стреляли именно казаки, сказал капитан Иванов.


Е., подполковник, оперативный дежурный в Бендерской крепости:


- В 21.30 из города начали выходить отдельные части, а в 1.35 выехали почти одновременно два БТРа, три МТЛБ и рафик. Мы ориентировочно решили, что это гвардейцы Ю. Костенко покидают город и передали это в штаб 14-й армии. Вскоре на командный пункт позвонила женщина и передала, "что со стороны села Протягайловка в нашем направлении идет колонна, судя по гулу, тяжелой техники". Естественно, что мы сразу оповестили командиров подразделений. Нужно сказать, что тираспольское ополчение с завода имени Кирова, прошедшее до этого боевое крещение в Дубоссарах, было очень организованное и дисциплинированное. Это сыграло не последнюю роль в произошедшей трагедии.

Действительно, мимо нас в 2.40 начала проходить колонна. Представьте себе абсолютно черную, безлунную ночь. Идущий впереди колонны танк или еще что-то тяжелое, ревел очень громко. Вся техника шла с потушенными фарами. Несмотря на это, мы не начинали стрелять. Но ближе к автомобильному мосту, возле крепости, находились подразделения, по-моему, казаков и милиции. Первые выстрелы по колонне раздались именно оттуда. А так как на крепостном валу нервы у всех были напряжены до предела, многие на выдерживали и тоже открывали огонь. Из колонны ответили автоматным огнем. С контрольно-пропускных пунктов в штаб стали докладывать о раненых и убитых. Звонят - двое убитых, затем - еще четверо и т.д. Меня это поразило, такого не могло быть! Потом разобрались и раненых и убитых стали заносить в крепость. Позже ко мне пришел начальник штаба этого батальона майор Дюба. Он производил впечатление невменяемого, хотя шел, как он говорит, в конце колонны. Кричал, но криком мертвых уже не оживишь. Потом от ребят, что попали под обстрел, мы узнали, что у них были сведения: в крепости ОПОН. Поэтому они и шли мимо нас так "тихо", а недалеко от крепости даже остановились. Мое мнение такое: кто же так воюет! Ни разведки, ни прикрытия!


Капитан Иванов на момент начало стильбы по колонне, находился на первом этаже казармы батальона химической защиты рядом тумбочкой дневального.

За пол часа до событий позвонил оперативный дежурный в Бендерской крепости дежурному по батальона химической защиты и сообщил следующую информацию: "позвонила женщина-жена офицера и передала, что со стороны села Протягайловка в нашем направлении идет колонна ОПОН". Информация была доведена дежурным по батальону до личного состава и командиров. Никто не спал. Все находились в ожидании.

Внезапно раздалась стрельба. Иванов выбежал из казармы. Была уже ночь. Луна скрылась за тучами. Всё погрузилось во мрак. Рядом стоял офицеры и прапорщики. Интенсивность огня резко нарастала и превратилась в общий рокот. Пули летящие со стороны железной дороги далее Бендерская крепость, начали срезать ветки с рядом стоящего ясеня. Начался пожар в районе дороги перед крепостью. Что-то взрывалось. Стали слышны пронзительные выкрики, мы свои! Рядом стоял прапорщик Андрей Ревенко, и прибежал со своего поста старший прапорщик Виктор Бондаренко. Вдвоем они побежали к посту прикрытия напротив у свинарника, где старшим поста был капитан Кусков.

От поста капитана Кускова до дороги перед крепостью прямо 250 метров, левее по диагонали все 400 метров. Приборов ночного видения у нас не было. Правее 100 метров поста Кусова рядом с углом забора под мостом позиция казаков.

Капитан Иванов в свою очередь побежал на посты прикрытия занимаемые его ротой в направлении Автовокзала.

По возвращению Бондаренко расскажет всем об увиденном, асфальт и техника залиты кровью, очень иного раненных убитых гвардейцев, горит автобус.


Спустя годы капитан Иванов на вопрос, как это могло случится?

Ответил:

Во-первых, начальник штаба батальона майор Дюба виноват в том, что при отводе подразделений во второй эшелон, не организовал взаимодействие с частями занимающими оборону на данном маршруте.

Во-вторых, тоже сделал и сам комбат Костенко, отводя вторую часть батальона.

Кто обстрелял вторую колону, также открытый вопрос?

В-третьих, какой замысел преследовал Костенко, выводя батальон их города Бендеры на время? Восстановление боеспособности? Вывод в резв? Если батальон будет возвращён на следующий день обратно в город.

В-четвёртых, имея агентурные сети как в крепости,так и в городе Бендеры, комиссар полиции Гусляков, может быть причастен к провокации со звонком "женщины". Цель проста - не запятнав себя на крови, решить проблему с батальоном Кастенко чужими руками - подставив 14ОА.


Командир батальона "Дельта" Борисенко А.А.,- пишет:

С Бендерской крепости по 2-й роте Республиканской Гвардии ПМР 23 июня 1992года стреляли не только русские, но и афганцы, например, военнослужащие батальона "Дельта", сформированного из бывших военнослужащих запаса, проходивших службу в Афганистане, они первые и открыли огонь из крепости. Командовал в то время батальоном Борисенко А.А.

Читать здесь: ссылка

Дальнейшее повествование Борисенко А.А говорит о том, что на Костенко была открыта охота причём как со стороны полиции Молдовы, так и со стороны Прокуратуры ПМР и Комендатуры 14ОА:


1-я попытка:

Сотрудники правоохранительной системы, занимавшиеся делом Костенко Ю.А., располагали оперативной информацией о том, что фигурант с периодичностью в два три дня со свитой своих телохранителей по ночам посещает свою знакомую в г. Тирасполе проживающие в районе средней школы номер 14. Поэтому было принято решение покончить с Костенко А.Ю. при выходе из дома его знакомой. Однако, на месте проведения акции, от нее пришлось отказаться. По причине того, что район сплошь усеян частными домами и если бы началась перестрелка, от шальных пуль могли пострадать посторонние лица, не говоря уже о том, что Костенковские бойцы не побрезговали бы и захватом заложников, если бы поняли, что им приходит конец.


2-я попытка:

На трассе Тирасполь - Бендеры возле дороги, где был яблочный сад, где в настоящие время располагается спортивный комплекс 'Шериф' был заложен фугас и организована засада силами одного взвода. При подъезде автомашины Котенко Ю. А. к месту закладки фугаса, его планировалось подорвать, ну и дальше как обычно. Но, командир группы отказался проводить подрыв и атаковать людей Костенко, по причине того, что в это же время, когда Костенкина машина выехала от его знакомой по трассе проезжала два грузовых автомобиля с сотрудниками БМСН 'Днестр', следовавшие на позиции в г. Бендеры, Костенковский УАЗ пристроился между грузовыми автомобилями Днестровцев. Старший группы не хотел лишних жертв, поэтому Костенко Ю.А. опять удалось уйти от возмездия.


3-я попытка:

После того как прокуратура ПМР произвела обыск по месту проживания подруги Костенко Ю.А., где были изъяты незарегистрированный автомобиль "Волга" со справкой счет, другие вещи и ценности, похищенные Костенко Ю.А. у собственников в г. Бендеры, он перестал появляться в Тирасполе. Поэтому следующею попытку уничтожить Костенко Ю.А. была предпринята в г. Бендеры. Оперативный состав сводного подразделения располагал информацией о том, что Костенко Ю.А. по утрам посещает горсовет г. Бендер и устроили на его пути засаду. Во время проведения акции по территории, где проходил Костенко Ю.А. со своими телохранителями начался минометный обстрел воинским подразделением Молдавии, и снайпер не смог выполнить поставленную перед ним задачу. Был убит один из телохранителей Костенко Ю.А. случайно его заслонивший, во время суматохи минометного обстрела. Пуля снайпера угодила ему в голову.

В этот период времени миротворческая операция генерала Лебедя А.И. вошла в завершающую стадию. Мир был не выгоден только одному человеку комбату Костенко Ю.А., поэтому он со своей бандой по другому его воинство уже не назовешь, несколько раз срывал перемирие в г. Бендеры, обстреливая исподтишка позиции то Молдавской стороны, то Приднестровской. Таким образом, Костенко Ю.А. стал третьей силой в Приднестровском вооруженном конфликте, срывающей мирный переговорный процесс между сторонами конфликта.

14.07.1992 года на имя командарма Лебедя А.И. обратился с ходатайственным письмом Прокурор ПМР Лучик Б.А. о задержании Костенко Ю.А. силами 14-й ОА РФ.


Комиссар полиции Гусляков:

в 21 час.30 мин. со стороны командования противника поступила команда не стрелять.

Через некоторое время от своих наблюдателей мы получили информацию, что противник оставляет свои позиции и уходит в сторону моста через р.Днестр.

Но ушли не все.

В 2часа.40 мин. 23 июня до нас донеслись автоматные и пулеметные выстрелы, которые как мы определили происходили в районе крепости с мостов через Днестр. Стрельба продолжалась минут 20-30.

Я знал, что наших сил в том районе нет и не планировалась их переброска.

О случившемся мы узнали в этот же день от военнослужащих ракетной бригады.

В.Гусляков дело было так.

В 2 часа 40 мин. в сторону мостов через р.Днестр двигалась колона техники батальона гвардии во главе с Александром Ивановым. Замыкал колону начальник штаба батальона, Дюба.

В состав этой колоны было формирование во главе с криминальным авторитетом по кличке "полоша".

Колона двигалась без света. При подъезде к автомобильному мосту со стороны моста через р.Днестр по колоне были произведены выстрелы трассирующими пулями. Из колоны стали стрелять в ответ. В это же время, находившиеся на крепостном валу ополченцы пмр, военнослужащие ракетной бригады открыли стрельбу по колоне. В это время из колоны был открыт ответный огонь. Появились раненые и убиты среди военных и ополченцев.

Одновременно, по колоне велась стрельба и со стороны мостов через р.Днестр.

Когда стрельба прекратилась военные и ополченцы побежали к колоне. Там была мясорубка. Оказалось, что колона состояла из гвардейцев и ополченцев.

Убитыми оказалось более 40 чел. Раненых было еще больше.

В последующем от оперативных источников стало известно, что находившийся в этой колоне "полоша" получил тяжелое ранение и скончался.

После этого "боя" все члены этого спецподразделения ушли из города и не принимали участие в боевых действиях.

Многие участники этих событий высказали мнение, что эту мясорубку специально организовал Костенко.

В 04 .30 от майора полиции Лукьянова поступило сообщение, что в городе не видно вооруженных формирований. В горисполкоме пусто.

Я уже имел информацию, что Когут и сопровождающие его ряд лиц находятся в расположение ракетной бригады в крепости.

Я доложил министру внутренних дел генералу Анточ К.Г. о состоянии оперативной обстановки в городе. От него я получил приказ укрепить оборону по периметру, и по возможности расширить зону обороны.


М.Бергман:

-После расстрела отходящей колонны гвардейцев генерал Гаридов порыве человеческой слабости скажет Военному коменданту Тирасполя полковнику Бергману: "Я же профессиональный солдат, Михалыч, я многое повидал, но тут - свои! Свои, понимаешь, Михалыч! СВОИ!!! С одним служили в Анголе, с другим... Я рыдал, как малое дитя!".


Олег Г., водитель:

- 23 июня светало. В это время от моста уже двигалась колонна грузовых и санитарных машин, везли убитых и раненых из обстрелянной колонны. Многие упрашивали Ю.Костенко оставить технику на мосту, чтобы не отвоевывать потом его еще раз. Но он отвечал, что пока не будет танков, назад никто не пойдет. Затем комбат сел в свою машину и с бронетехникой, всей колонной уехал в Тирасполь.

Возвратились мы в город часов в девять утра.


Т.ЗЕНОВИЧ, член рабочего комитета города Бендеры:


- Кое-как уговорили большинство гвардейцев рано утром 23 июня вернуться на позиции. Они вернулись вместе с начальником штаба батальона гвардии майором Дюбой. Когда мы с ним встретились, он пожаловался, что руководство города обвиняет его в трагедии с обстрелом колонны гвардейцев. Я успокоил его и сказал, что, по моему мнению, он сделал все, чтобы этого не произошло и пусть его совесть не мучает, в отличие от других. И так как Ю.Костенко застрял на левом берегу и возвращаться в город отказывался, то я предложил Дюбе взять командование гвардейцами на себя. На следующий день Костенко вернулся, зашел в рабочий комитет и спросил меня, не я ли его снял. Я ему ответил, что его никто не снимал, а если воюешь, то приходи и воюй, но на этом берегу.


На следующий день, собрав и выслушав командиров вооруженных формирований, действующих в Приднестровье, командующий 14ОА генерал-лейтенант Лебедь сделал вывод, что общего руководства и взаимодействия отрядов ТСО, гвардейцев и казаков нет. Военные формирования действуют самостоятельно, решения принимаются на уровне полевых командиров, связь отсутствует. Эти обстоятельства явились причиной трагедии, произошедшей ночью с 22 на 23 июня, когда колонна бендерских гвардейцев полевого командира Юрия Костенко, не согласовав своих действий и не предупредив своих о снятии с боевых позиций, проследовала мимо Бендерской крепости.


С утра 23 июня к штабу 14-й армии подъехал в сопровождении двух БРДМ подполковник Костенко. Он потребовал, чтобы к нему вышли Смирнов и Неткачев, и заявил, что в противном случае атакует штаб армии. В подтверждение его слов со стороны контрольно-пропускного пункта раздалась пулеметная очередь. В штабе вместе с Игорем Смирновым находилась группа депутатов Верховного Совета ПМР и Бендерского горсовета.

Неткачев заявил, что он на переговоры не пойдет: "Это ваши люди, вы с ними и разбирайтесь". На КПП вышли И. Смирнов, И. Мильман, Г. Пологов и В. Харчен-ко. В результате переговоров гвардейцев во главе с Костенко удалось успокоить, и они уехали в Парканы.