# Мой разговор с отцом

Виктор Борисович Кутырь

"Мой разговор с отцом"


И жуткие твари без глаз и ушей преследовали их по пятам, и днём, и ночью ...

И оглашались леса и горы криками настигнутых, и не было им, ни жалости, ни пощады...

И тот, кто избежал смерти, всё равно был мёртв, ибо умер раньше, в сердце своём...

Наумов А.А.

"Как просто быть солдатом"


- Папа. У меня спрашивают, про войну. А что мне рассказать им про войну? Как все просто там, или о том, что там, как в кино? Или сказать правду...

- Какую правду готов ты рассказать? - спросил меня отец

- Как просто идти на войну. Ну, я не знаю, как...

- Ты не знаешь, как рассказать о том, что происходит в душе?

- Папа, как мне им сказать, что это просто слушать про войну, и никогда не понимать, что твориться в душе солдата. Как все это просто, пока ЭТО не касается тебя...

- Знаешь сын, я тебе хочу рассказать одну историю из моей жизни - сказал мне отец, и посмотрел мне в глаза...

... осень. Мы едем на войну в грузовиках. Мы будем бить фашистов. Нам по 13-14 лет. Что мы знаем о войне? Ни чего, кроме того, что наша армия самая лучшая в мире. Враг будет разбит и победа будет за нами. С нами хмурые и угрюмые матросы. Они смотрят на нас с легким укором. Нас помыли, обрили налысо, одели в форму, и мы, будущие юнги Балтийского флота, едем к месту службы. Гармошки играют, песни поем. Мы герои.

Вдруг какой-то нарастающий рокот. Матросы головами крутят, беспокойство у них на лицах, а нам весело...

Жуткий противный свист... я на всю жизнь его запомню, этот жуткий противный свист падающей авиабомбы...

Взрыв... каким чудом меня выкинуло из грузовика, я не знаю... я ничего не слышу... в глазах пелена... я пытаюсь встать на ноги... кто-то что-то кричит и машет руками, а я ни чего не понимаю... на глаза мне попадается рука с часами, я подымаю её и глазами ищу хозяина... рядом лежит разорванная гармошка, чуть дальше лежит наш гармонист, в какой-то не естественной позе... я накланяюсь к нему, переворачиваю, а у него нет лица... и тут, словно включили звук... я услышал какофонию звуков... вопли, крики, взрывы... меня охватил липкий страх, жуткий противный страх... хотелось куда-то убежать... хотелось стать маленьким и забиться в норку... не поверишь сын, я обоссался...

... я ни кому, ни когда не говорил об этом. Наверное, больше никогда и не скажу, на всю оставшуюся жизнь, я не смог вытравить из себя этот страх. Я научился с ним жить, я научился с ним бороться, а вот вытравить его из себя я не смог. Ты знаешь, я воевал, пережил блокаду и могу тебе сказать, что не боятся на войне, только дураки... одни могут побороть в себе этот жуткий страх, а другие нет...


- Папа, а моя война началась так... - сказал я...

... мы едем в эшелоне... куда едем? Что нас ждет впереди? Каждый из нас по-своему воспринимает то, с чем он столкнется. У меня страха нет... непонимание вот есть... а еще информации нет ни какой, зато слухов вагон и маленькая тележка... слухи, помноженные на страхи, и отполированные водкой дают свои результаты. На станции "Луговая" с эшелона сбегают три офицера и прапорщик. Я с бойцами их отлавливаю, мы затаскиваем их в вагон, я бью одного офицера по лицу, он выходит из ступора и начинает плакать... я ему не судья, но мне становиться противно...

Мы прибываем в Моздок. На нас смотрят усталые и полностью отрешенные от жизни глаза "местных" солдат... в их понимании прибыло очередное "мясо"... это я потом пойму все, а сейчас, я командир роты и на меня смотрят 129 человек... мне надо ими командовать и в скором времени вести в бой... а мне сказать им не чего...

... мне жителю равнины, этот маленький перевал кажется, большой горой... мы идем разведкой впереди нашей колоны, на БТРе и 2 "Уралах"... мы останавливаемся, для того чтоб проверить наличие засады... внизу стоят два "Уазика"... кто это? Наши? Или "Чехи"? а поди разбери... твою мать, что это? Люди в белых комках скатываются по склону... и вдруг... пули засвистели вокруг и первые очереди застучали по броне. Я, растерялся. На меня напал дикий страх... да, что там дикий страх, просто ступор. Я не знал, что делать. Я думал, я готов к войне, а оказалось, я просто ...

...я понимал, что мне нужно что-то делать, куда-то прыгать и в кого-то стрелять, кем-то командовать, но мой разум был в полном оцепенении... Что делать? Страх... дикий, липкий страх... через мгновенье, я увидел, как на меня летит, что-то не понятное и невообразимое... провожу взглядом, летящую на меня смерть... огненный шар пролетает, мимо меня и впивается в гору... а у меня внутри холод, который пронизывает меня, словно тысячи иголок впиваются в меня... коленки трясутся, руки не слушаются... страх, противный липки страх...

... что делать? Надо вставать и бежать... куда? Куда бежать? Мне б зарыться поглубже, куда ни будь ... СТОП!!! Хорош я буду перед бойцами, как страус...

... я трус! Я, трус? Наверное, я трус...

... вокруг идет бой... мой автомат при мне. Фонтан грязи поднимается впереди меня... я получаю осколками по лицу... твою мать... и тут просыпается злость... дикая, тупая, звериная злость... ах вы гады... вот вам с-с-суки... а-а-а-а... мой вопль, наверное, был на всю округу... длинная бессмысленная очередь по фигуркам в комках... отдача в плечё, как наркотик который возбуждает меня... разум начинает приходить ко мне... как учили, короткими очередями по противнику... я сменил рожок... кино, в котором все эффектно происходит, закончилось... я пришел в себя... наступила тяжелая реальность... я начал отдавать команды и руководить боем, я взял под контроль свою волю, бойцы выполняют мои приказы... чехи в белых комках кубарем покатились вниз... моя маленькая победа, победа над врагами, победа над самим собой... а вот теперь у меня злость. Злость за трусость, злость за беспомощность... с-с-суки и пускаю длинную очередь... бросаю автомат и хватаю СВДешку у снайпера... пелена на глазах, я стреляю до последней железки... я... я...


- Отец, а ведь всем, кажется, что так просто быть офицером! Что просто поехать на войну, что просто воевать...

- А еще, ведь так просто быть героем! - сказал отец и улыбнулся.

- Папа, ты же знаешь, как не просто признаться в том, что ты пережил...

- Знаю! Знаю, как не просто, сказать ещё и самому себе, прежде чем рассказать другим: "Ты же знаешь, кто ты?"...