# Подстава.

Владимир Иванович Лисовой

Вот как бывает, что-то врезалось тебе в память, мучает, не дает покоя. Ты хочешь об этом рассказать, поделиться. Наконец, решаешься, печатаешь пару строк и с ужасом обнаруживаешь, что кроме сухих стандартных фраз, ни на что не способен. Злишься на себя и свой скудный словарный запас. Удаляешь безжалостно всё, над чем трудился несколько дней. Потом, вот, кажется нашёл нужные слова, страница, другая и... А через день перечитываешь всё и опять в корзину. Особенно досталось этой теме. После нескольких безуспешных попыток я впал в депрессию и напился. Так что, простите, если что не так.

Подстава.

Весной девяносто пятого я уже поверил, что ху - я, которую творили с войсками, закончилась. Ну не хотелось верить, что там, в Кремле, все продажные идиоты настолько, что не понимают очевидного. Не может государство без армии. Да мы же гарантия их капиталов, наконец!

Первые же полёты в Чечне, вселяют некоторый оптимизм. Что мы вновь армия, а не стадо нищих вооружённых людей. Я видел, как воюет пехота, как она месит грязь и живёт в сырых окопах. Но она гнала этих сволочей. Гнала сплошным фронтом. Я видел это всё. Мы низко летаем. Мы ближе всех к пехоте. Иногда братья Ми-8 садятся прямо в боевые порядки, в эту грязь. Кого-то высадить, кого-то забрать. Тогда мы становимся вокруг них в круг, моля Бога, чтобы то, что предназначено им, досталось нам. Мы бронированные, у нас есть шанс. А стеклянную веранду Ми-8 прибивает даже пистолет.

Интересный момент, когда у нас набирали экипажи в Чечню, многие были готовы даже уволиться из армии. Командование даже применило хитрость, чтобы не "разбежались" лётчики. А здесь... Нет, мы не герои, но среди нас нет никого, кто отказывается летать. Вот она загадка русской души. Воевать, так воевать. Я долго думал, что движет нами. Ведь, благодаря старанию демократов и их прессы, у нас никаких идеалов не осталось. Честь, родина, патриотизм уже ругательные слова. У многих из нас, есть уже квартиры, выслуга для пенсии. Штык в землю и пошло оно всё.

Тем не менее, мы воюем, и воюем хорошо, как будто делаем какую-то важную работу. Потому что, у нас всё же есть мотивация.

Нами движет месть. У нас у каждого уже есть за кого мстить. Друг, сосед, однокашник... И это у нас, лётчиков. А что у пехоты...

Но всё это подсознательно. Мы не думаем о мести, вернее, не говорим о ней открыто. Мы шутим, смеёмся, позволяем себе выпить после вылетов. Нет, мы считаем духов уродами, но...


Хотя, не об этом сейчас речь. В один из дней пришёл приказ о сокращении группировки.

Мы не придали этому значения. Мы по советской привычке верим командованию. Мало ли что. Грозный взят, может действительно нужно убрать излишние войска.

В течение последующих дней у нас задача - прикрытие колон. Знакомая до боли по Афгану задача. Ползаем на минимальной скорости туда-сюда, чтобы кероса на дольше хватало. Отработала одна пера, ей на смену приходит другая. А войск идёт много. Удивительно много. Неужели это всё из Грозного? О худшем варианте, я тогда не мог даже предположить.

А через пару дней опять задача на штурмовку... Опять под нами знакомая линия фронта...

Знакомая... А вот это сюрприз! Сокращены войска на передке. И как! От них осталась одна треть. Это было легко понять по пустым танковым окопам. Сплошная линия фронта превращена в пунктир. Цепочка одиночных очагов обороны. Злой умысел, или результат головотяпства, парадных рапортов о победе над боевиками? Хочется верить в головотяпство, но уж больно оно продуманное.

Последствия не замедлили сказаться. Боевики то, полезли. Осмелели. В одну из ночей расстреляли блиндаж с подствольника, в другую...

Армия ещё воюет, но уже как-то по инерции. Ясно, что все смерти ребят псу под хвост. Просто, мы спешим побольше убить этих гадов, пока нам не прикрыли эту возможность. Настроение гадливое, ясно, что нас попросту кинули.

Вот так рассеиваются иллюзии. Да, мы и не армия, мы федералы. Пешки в чужой игре, исход которой уже не зависит от нас.

В начале мая мы заменились. А потом был прорыв боевиков в Грозный, Будёновск, Кизляр...