# Стрела дракона

Владимир Иванович Лисовой

―Что за черт?― ругнулся про себя Юра, глядя как беспомощно, словно потерявшая след ищейка, заметалась стрелка радиокомпаса.

Вообще, Юра, это для друзей, а официально командир вертолёта. И даже не просто командир, старший лётчик, ведущий пары. Завидная карьера для двадцатичетырёхлетнего старшего лейтенанта. Особой заслуги Юры в этом не было, просто удачно попал на формирование полка. Вот и весь секрет столь стремительного продвижения по служебной лестнице. Только в настоящий момент Юру занимали не перипетии его карьеры, а та самая, всегда ведающая в какой стороне аэродром, стрелка радиокомпаса, так не кстати забастовавшая. Вдобавок, что совсем плохо, замолчал эфир.

―Двести восьмой, проверка связи, как меня слышно?― запросил Юра своего ведомого.

―Двести седьмой, слышу вас хорошо,― тут же отозвался ведомый.

―Вот так, две новости,― отметил про себя Юра.

И как говориться, одна хорошая, другая плохая. Хорошая, это то, что радиооборудование вертолёта исправно, плохая, похоже на базе в который раз сломался дизель и не стало электричества. Вот всё и вырубилось и связь, и приводные радиостанции.

Связь конечно наладят быстро, задействуют резервы, а вот модулях света не будет сутки, другие, факт, опять вечера в темноте коротать.

Юра вздохнул и нажал тангенту внутренней связи.

―Лёша, мы как там, правильно идём?

―Осталось полторы минуты до поворотного,― браво доложил Лёша, лётчик-оператор.

―Ты смотри в оба, привод отказал.

―Понял командир.

В принципе, предупреждение командира было излишним. Лёша, даром что лейтенант, навигацию знал хорошо, но порядок есть порядок. Юра машинально взглянул на часы и ещё одна неприятность. Купленные несколько дней назад новомодные часы с калькулятором показывали всё что угодно, но не время. Вот так, а сотню чеков за них отдал. Понятно теперь, почему жуликоватый дуканщик так легко сбросил цену.

Пара боевых вертолётов продолжала облёт заданного района. Внизу проплывал уже успевший опостылеть пейзаж, рыжие, выгоревшие под солнцем горы, белёсые пески, редкие оазисы. Типичный Север Афганистана.

Что-то смущало командира, хотя он не мог понять почему. Вроде всё правильно, не сбились с пути, да и маршрут уже знакомый. Вот, характерных очертаний кишлак прилепился на склоне холма, каменный мост через пересохшую речку. Но куда подевался подбитый танк? Неужели всё же свалился со склона в речку? Жаль, если так, он же был единственным, кто напоминал, что вокруг не средневековье, а вполне развитый двадцатый век.

―Командир, впереди по курсу вижу цель!

―Что там ещё?― хотя и сам уже заметил непонятное бурое пятно.

―Похоже на стадо коров,― предположил Лёша.

―Сейчас поближе посмотрим, что это за коровы.


***

Иссушенная солнцем каменистая земля гудела под копытами двух сотен неприхотливых монгольских лошадей. Возглавлявший отряд Тэрбиш был в очень хорошем настроении. Ещё бы, он так молод, а уже командует сотней в непобедимом войске самого Чингисхана. И если всё дальше пойдёт благополучно, то и до тысячника недалеко. А в том, что всё будет благополучно он уверен. Его уменье и родовой оберег тому порука. Тэрбиш мысленно воздал хвалу богам и прикоснулся к кожаному мешочку. Его отряду предстояло проучить этих копошащихся в земле ничтожеств, посмевших противоречить воле великого хана. Будьте уверены, проучит он их, Тэрбиш уже предвкушал упоение скорого боя расправы.

Он жестом подозвал к себе Бата, командира второй сотни. Бат был старше Тэрбиша, но не столь удачлив в карьере. Вот и сейчас тысячник назначил его в подчинение этому выскочке.

―Будешь атаковать кишлак всем отрядом в лоб, а я с тремя десятками пройду по ущелью и зайду с тыла.

План был простой, но эффективный. Потому он и не понравился Бату, вся слава достанется Тэрбишу, а ему грязная только грязная работа. И нечего не поделаешь, вынужден подчиняться.

Тэрбиш с тридцатью воинами ускакал в ущелье, а Бат, во главе основного отряда продолжил путь к ненавистному кишлаку.

За топотом копыт он не сразу расслышал непонятный рокот впереди. Горная река? Не похоже. Бат не привык бросаться в неизвестность и скомандовал остановиться. В то же мгновение, один из воинов вскрикнул и жестом указал вперёд.

Там, низко над землёй летели две громадные птицы. Это они издавали этот грозный рокот.

Птицы? Бат присмотрелся к тощим телам, коротким крыльям, пятнистой коже. Нет, на птиц эти создания не похожи.

―Это же... драконы!― пронзила догадка сознание. Бат раньше слышал много легенд о драконах, видел их кости в пустынях далёкой родины, а теперь вот наяву увидал. В душе неприятно зашевелился страх.

По отряду прокатился робкий ропот, эта догадка пришла на ум не ему одному. И как не странно, это придало Бату уверенности.

Не бывать этому, чтобы воины великого хана испугались драконов. Славные предки, воспеваемые в сказаниях побеждали их. А он Бат, чем хуже, победит. И тогда посмотрим, кто тысячником станет, Бат, или этот выскочка Тэрбиш.

―Луки к бою!― скомандовал командир сотни,― Пли!

Больше чем полторы сотни стрел ринулись на встречу драконам и те испугано шарахнулись назад. Восторженный клич пронёсся над отрядом. Нет такого врага, который не боится монгольских стрел!

А Бата охватило разочарование, ― Неужели сбежали? И что, простится с мечтой о трофеях из драконьих голов, которые он преподнес бы самому Чингисхану?

Он мысленно молим всех богов, чтобы у этих презренных ящеров нашлась хоть капля мужества повернуть обратно. И боги вняли его мольбам.

Описав круг, драконы вновь устремились к монголам. Но те уже знали что делать, натянув тетиву луков, они ждали команды предводителя. А Бат не торопился с командой, подпускал чудовищ поближе, чтоб наверняка. Но так и не успел её отдать.

Страшная картина предстала перед взором Тэрбиша, когда он со своей крохотной конницей галопом вынеслись из ущелья в долину. Там, в гадзарах трёх за мятежным кишлаком, над землёй кружило два дракона, изрыгая огонь на то, что ещё совсем недавно было его войском. Стоял страшный грохот, сквозь которые едва доносились человеческие крики и ржание лошадей. Ужас обуял Тэрбиша.

―Назад, назад!― заорал он.

И непобедимые воины опрометью бросились в спасительную тесноту ущелья. Когда всё стихло, остатки отряда осторожно выехали в долину. Драконов уже не было. Немного осмелев, воины лёгкой рысцой, держа оружие наготове, заторопились к месту побоища.

Тэрбишу казалось, что он сходит с ума. Даже после самых жестоких схваток он не видел такого. Драконий огонь разрывал в клочья людей, лошадей. Некоторые были ещё живы и воны саблями обрывали их мучения. Чья-то гнедая лошадка порывалась встать, но не могла этого сделать, её пригвоздила к земле стрела дракона, попутно разворотив брюхо.

Тэрбиш рассёк ей горло, после чего выдернул стрелу. Тяжёлая, в добрый алд длиной и вся из железа, даже оперение.

Тысячник не поверил рассказу Тэрбиша о драконах. Не впечатлила его и железная стрела.

―У наших баллист больше,― презрительно сказал он и швырнул железную стрелу наземь.

Давно взведённому взрывателю этого было вполне достаточно. И Тэрбишу повезло, он избежал позорной казни труса.


***

―Это всадники командир!― заорал по внутренней связи оператор Лёша.

И в ту же минуту нечто ударило в лобовое бронестекло, оставив солидную щербину. Духи! Стреляют!

―Двести восьмой правый разворот!― скомандовал ведомому Юра и заложил разворот с немыслимым креном. Какие там ограничения, когда нужно собственное мягкое место из зоны обстрела унести.

Смотри, а духи совсем оборзели,― подивился про себя Юра,― Первый раз такое вижу, мы на боевом курсе, а они и не думают удирать. Но, как говорится, кто не спрятался, я не виноват.

Сетка прицела легла на цель и нурсы с воем понеслись вперёд. В передней кабине отводил душу посредством пулемёта оператор.

После четвёртого захода стало ясно мятежники, мягко говоря, обезврежены. Юра повёл свою пару домой. Заканчивалось топливо и нужно было побыстрее доложить, дабы ещё успела вылететь досмотровая группа, собрать трофеи, зафиксировать результаты. Всё ещё находясь под впечатлением, он не сразу заметил, как вновь ожил эфир и даже заработали часы.

На стоянке пару встречал не только техники, но и пилоты во главе с командиром эскадрильи. От такого внимания к своей персоне у Юры засосало под ложечкой. Он лихорадочно перебирал в памяти весь вылет, что-то он сделал не так.

―И где вас носило, родные?― оборвал командир попытку ведущего пары доложить по всей форме.

―По маршруту, согласно задания...

―По маршруту? По заданию?― комэск даже побагровел от гнева,― Да у меня яйца поседеть успели, пока вы в течение часа изволили на связь не выходить! Топлива у тебя сколько осталось, с гулькин нос?

―Восемьсот литров командир, сами можете проверить.

―Ну конечно, теперь уж точно восемьсот литров, вон, твой старается.

Юра обернулся, пока шла занимательная беседа с комэском, техник вертолёта уже успел подогнать топливозаправщик и с выражением усердия на лице, заполнял баки вертолёта. Похоже он тоже был уверен, что там пустота и торопился уничтожить "улику" против своего командира.

Комэск хотел добавить что-то ещё, но махнул рукой и сменил гнев на милость.

―Ладно, докладывай, что там у вас случилось.

―При выполнении полёта по маршруту, в квадрате "Цитрон" по улитке тридцать пять, обнаружил конную группу мятежников численностью сто-сто пятьдесят человек. Поскольку было оказано огневое противодействие, принял решение на ответный огонь, в результате которого боевики были уничтожены.

Комэск неопределённо хмыкнул, уж больно невероятно всё получалось.

―Ну давай посмотрим, много ли "подарков" словил от огневого противодействия.

"Подарков" оказалось не много, та самая выщерблина на бронестекле, несколько царапин на бронеплитах кабины и...

―А это ещё что?― вопрошал невесть когда успевший присоединиться к осмотру инженер.

Из носка крыла, пробив обшивку торчало нечто очень похожее на стрелу. Инженер осторожно раскачав из стороны в сторону, выдернул нечто из пробоины. Это действительно оказалась самая настоящая стрела, с оперением, довольно крупным кованым наконечником и судя по всему, изготовленная по древним технологиям.

―Ты смотри, что творят духи,― послышался чей-то удивлённый голос.

―Вот где они были командир, в прошлое летали, врага на Куликовом поле разить, Русь от монгольского нашествия спасать.

Едва стих взрыв хохота, как другой остряк возразил.

―Нет, это местный вариант ПэЗээРКа "Стрела".

―Отставить веселье. Лётному составу в класс на указания,― скомандовал комэск, и персонально остряку добавил,― Вот воткнётся тебе такой ПэЗээРКа в зад, посмотрим как шутить будешь.


***

Командир полка с любопытством разглядывал стрелу. Стоящий чуть поодаль у вывешенной карты синоптик буквально пожирал её глазами. Наконец не выдержал, подскочил поближе и затараторил.

―Командир, это же настоящая монгольская стрела, такие начали изготавливать ещё в одиннадцатом веке...

―Ты нам о погоде доложи,― оборвал его командир полка.

С этим синоптиком была просто беда. Кадровым офицером он не был, обычное дело, гражданский вуз, военная кафедра и призыв на два года. И вот по недосмотру какого-то кадровика загремел в Афганистан. По основному образованию он был историк и как полагается чистому гуманитарию, в синоптической технике не разбирался, как впрочем и в науке синоптика. Точность его прогнозов выражалась тремя словами, всё может быть. Зато он оказался большим специалистом по древнему оружию, мог с ходу рассказать где и под влиянием какой школы изготовлено то, или иное кремневое ружьё. Когда он только прибыл в полк и обнаружил у штаба две пушки времен Бородино, то пришёл в неописуемый восторг. И через три дня устроил пробные стрельбы, чем вызвал немалый переполох. После чего командир полка приказал залить стволы злополучных орудий бетоном. А сколько раз его вытаскивали при попытке затесаться в состав поисково-спасательных групп? А сколько раз он всё же вылетал? Одним словом ходячее ЧэПэ.

―Держи, твой сувенир, заслужил,― комполка вернул стрелу Юре и указав на синоптика добавил,― Только этому не давай, от греха подальше.

Поскучневший синоптик подошёл к карте с метеообстановкой, долго и нудно вещал про барические тенденции, фронты окклюзии и завершил свою речь словами,― Поступило шторм предупреждение, идёт пыльная буря.

―Да чтоб тебя!― ругнулся комполка,― С этого надо было и начинать!

Он выглянул в окно. Небо уже предательски изменило цвет. А через час накатила сильнейшая буря и бушевала четыре дня. Ни о каких вылетах не могло быть и речи.

Когда же удалось вылететь, то собственно никто и не надеялся, что удаться чего-либо найти. Одно только удивило Юру, танк снова был на месте. Хотя, может он просто его тогда просмотрел.

А стрела некоторое время торчала в стене над его кроватью. Потом перекочевала в шкаф. Юра собирался забрать этот сувенир с собой в союз, да в суматохе замены забыл про него.