# Царек

Александр Арнольдович Магерамов

или как вести войну против своих подданных

Все описанные в рассказе события, персонажи и географические названия являются вымышленными. Совпадения с реальными фактами и событиями совершенно случайны.


Империя под названием Бурляндия трещала по всем швам. Она испокон веков была многонациональным государством, но в последние годы сильно ослабела из-за многолетнего противостояния со своим главным конкурентом - Замбером и крайне непродуманного в последние десятилетия руководства. Экономика страны, в конце - концов, рухнула, центральная власть при этом разложилась настолько, что уже не могла "рулить" своими регионами. Кроме того, "Главный Кормчий" всем опротивел до такой степени, что от его изображений тошнило не только государственных чиновников и военных, но даже домохозяек, по этой самой причине выходящих на демонстрации, чтобы на глазах обывателей столицы страны - Мунгалии стучать по пустым кастрюлям нисколько не запачканными едою половниками. В стране наступил тотальный дефицит, народ начал голодать, при этом деньги обесценивались так быстро, что население начало производить натуральный обмен. Поэтому, чтобы свалить всем опостылевшего и упустившего из рук бразды правления царя, регионы стали дружно брать независимости столько, сколько хотелось их руководителям.

Одним из глав таких улусов уже несколько лет был Полиграф Версифонтович Цапцарапов. К руководству своим регионом он пришел постепенно, пройдя многие ступени чиновничьей иерархии. Ведь, практически, с самого своего рождения и вступления в молодежную организацию "Юный Защитник Государя" он был стойким наследственным монархистом, потом стал таким же несгибаемым членом одноименной проправительственной партии Бурляндии. На ее собраниях он многие десятилетия учил своих подчиненных, как надо обожать Венценосца и единственную в стране политическую организацию, клялся им в вечной любви и преданности. А еще безжалостно расправлялся с теми из нижестоящих начальников, кто был просто заподозрен в неуважении к царю или Монархической партии. При этом он с каждым годом все больше и больше, благодаря многочисленным льстецам и прихлебателям, начинал считать себя Гениальным Руководителем, а также Великим Политиком Государственного Масштаба.


Однако на деле все обстояло совсем по-другому! Когда Цапцарапов только стал главой региона, он получил в свое подчинение хозяйство, хотя и немного "подразваленное" краткосрочным правлением его предшественника, но пока еще очень крепкое, сильное, кормящее своей сельскохозяйственной продукцией несколько окружающих регион улусов, а промышленной продукцией - практически всю страну. Ведь промышленность в новой вотчине Полиграфа Версифонтовича тоже была очень сильно развита. Да что страна - в регионе были настолько уникальные предприятия и технологии, что их продукция не имела аналогов в мире, и в том же самом Замбере воротилы бизнеса лишь скрежетали зубами, мечтая уничтожить конкурентов из Бурляндии. В условиях полученной независимости Полиграф Версифонтович за несколько лет расставил на ключевые посты своих друзей, родственников, знакомых, и стал наслаждаться практически ничем не ограниченной властью! В условиях развернувшейся травли со стороны пришедшей к власти новой, легализованной в стране Партии либертерианцев, не открестившихся от своего прошлого монархистов стали обвинять в не только в развале Империи, но практически во всех смертных грехах, включая ритуальные убийства и пожирания младенцев. Поэтому он, сообразив, куда дует ветер, быстро уничтожил свой партийный билет, открестился от своей преданности монарху, и даже в одном интервью своему карманному телевизионному каналу заявил, что вступил в партию для того, чтобы разваливать ее изнутри!


В своем руководстве Цапцарапов стал внедрять главный свой жизненный принцип: "Чем хуже моим подчиненным, тем лучше для меня лично!" Ведь во времена монархии ему просто не давали его реализовывать в полном объеме, а теперь, когда наступила анархия, он даже не представлял других методов руководства, не основанных на постоянных поисках и назначениях "крайних", морального и физического уничтожения неугодных людей. Вскоре и промышленность, и сельское хозяйство региона пришло в полный упадок - ведь руководить им стали не компетентные люди, а ставленники Полиграфа Версифонтовича. Все они со своих подчиненных улусу и банкротящихся предприятий доставляли своему непосредственному начальнику живые деньги, идущие в карманы приближенных к нему людей, минуя казну региона. Впрочем, и из этой копилки многие миллиарды солидов уплывали в карманы новых руководителей.

Одна из таких гениальных операций была проведена будущим Премьер-министром вновь созданного двора регионального масштаба Кибальчичевым. Суть ее заключалась в том, что в одной далекой стране были куплены обыкновенные бывшие в употреблении самодвижущиеся фаэтоны. При "растаможивании" их при ввозе в страну на каждый из них была брошена пара носилок для переноски больных, и после этого они, словно по мановению волшебной палочки, стали "специально оборудованными медицинскими машинами". Кроме того, "кибальчичевцы" получили льготу по платежам в дырявую и трещавшую по всем швам казну страны. Бюджет улуса, в свою очередь, заплатил за них огромные деньги, переплатив чуть ли не вдвое, а прибыль от сей финансовой аферы, была поделена заинтересованными лицами. Эта, и еще многие другие подобные операции проводились часто и многократно, пополняя карманы представителей новой региональной власти. На эти деньги покупалась недвижимость, как в городе, так и по стране, а также за границей, даже в том самом Замбере, который внезапно стал самым большим другом либертерианцев Бурляндии. Городская недвижимость, купленная за бесценок, сдавалась затем в аренду и позволяла безбедно существовать как "придворным" лизоблюдам, так и представителям региональной власти.

Официальные представители бывшего врага, практически прописавшиеся во властных структурах государства, лишь одобрительно похлопывали новых властителей по плечу, когда те уничтожали промышленность и сельское хозяйство страны, грабили и обирали свое население, которое немедленно, видя такое отношение к себе новой власти начало вымирать, голосуя своими гениталиями против проводимой в стране политики. Ведь никому из граждан не хотелось, чтобы их дети женского пола из-за отсутствия другой работы шли в создаваемые по всей стране публичные дома, а мужского - использовались в качестве "пушечного мяса". К тому времени молитвами представителей сексуальных меньшинств, мирно захвативших власть, многочисленные межнациональные конфликты заполыхали по всей стране. Поэтому все представители противоположных полов, вступающие в стране в "нормальные" браки стали заводить в своих семьях лишь по одному ребенку, чисто для себя, давая огромные взятки, чтобы оградить своих отпрысков от службы в армии! Никому не хотелось, чтобы их дети защищали с оружием в руках власть, с такой ненавистью относящейся к своему населению! Ведь любовь либертерианцы испытывали лишь друг к другу, да, пожалуй, еще к несовершеннолетним детям обывателей! Если те были достаточно смазливы.


Полиграф Версифонтович, чувствую полную безнаказанность, продолжал с упоением делать свое черное дело. Вскоре в регионе не осталось ни одного неподконтрольного ему предприятия, предпринимателя или властной структуры. Все радостно платили ему дань со своего бизнеса, а на несговорчивых тут же обрушивался карающий меч принадлежащих ему со всеми потрохами силовых структур, которые стали сосредоточием бывшего криминала, разгромленного в один день также по приказу Цапцарапова. Впрочем, в этих структурах бывшее "пушечное мясо" организованных в прошлом городских банд пришлось очень даже ко двору! Ведь убийства неугодных людей не прекращались в эти годы ни на минуту! Все честные люди изгонялись из властных и силовых структур, а их места занимали субъекты, лично преданные высокому руководителю. Дошло до того, что Полиграф Версифонтович стал себя ощущать царем регионального масштаба и миропомазанником не только на словах, но и на деле! Однажды, выступая на банкете перед своей придворной командой по карточной игре в "Лапоть", находясь в хорошем подпитии, он ничтоже не сумняшеся заявил: "Пока я здесь ЦАРЬ, у вас будет все!!!"

Все, что новый царек не мог прибрать к рукам, он разваливал, используя нужных людей и связи в столице. Для создания необходимых в городе Мунгалии знакомств и установления прочных связей, зачастую замешанных на крови, он даже принес в жертву единственный и самый крупный источник поступлений в краевой бюджет - местное и самое крупное в стране предприятие по переработке древесины. Для этого людям улусчи даже пришлось немножко дернуть за ноги во время рыбалки и попридержать в воде его старого директора, удачно сымитировав несчастный случай. Предприятие было приватизировано за бесценок, после чего "ушло" в столицу в виде жеста личной преданности перед новой "фиолетовой" властью, и налоги стало платить там, лишив региональный бюджет львиной доли поступлений. Правда, благодаря ранее достигнутым с новыми владельцами договоренностей, эта операция принесла баснословные неофициальные прибыли семье Полиграфа Версифонтовича.

В другие принадлежащие государству предприятия засылались свои "люди", которые вскоре доводили их до краха, а затем эти выродки перебрасывались на новые заводы и сельхозкооперативы, чтобы продолжать делать там свое дело. А земли и основные фонды обанкроченных предприятий шли с молотка, и их на закрытых аукционах покупали нужные царьку люди! Перестало быть чем-то обыденным, когда в принадлежащих подданным улусчи землях разбирали, а затем уносили по частям в соседние края коровники и свинарники, жилые дома и овощехранилища. Вскоре соседние регионы стали кормить несчастных подданных Полиграфа Версифонтовича, так как в сельхозпредприятиях региона не осталось, практически, ни одной головы скотины и единицы сельхозтехники. Местных жителей, лишенных единственной возможности - трудиться на своей "бывшей", скупленной буквально за гроши земле, превращали в новых крепостных крестьян, за еду "вкалывающих" на новых владельцев. Или в деклассированный элемент, промышляющий грабежами и кражами. А заодно в алкоголиков, ведь новой власти было давно известно, что у этой категории населения нет других забот, кроме поиска выпивки!

Зато заводы по производству спиртного в улусе росли, как на дрожжах. Вскоре их стало в несколько раз больше, чем было до прихода в регион нового царька. На их число не повлияло даже то, что новой команде пришлось ликвидировать несколько специализированных, созданных еще до "либертеризации" и не подконтрольных им аналогичных предприятий. Соответственно, во много раз возросло и количество употребляемого населением спиртного - с двух до восемнадцати литров абсолютного алкоголя на человека в год. Это по официальным данным, ведь в статистику не вошло количество неофициально произведенных и проданных населению горячительных напитков. Причем, по данным организации "Врачи Всего Мира", безопасное количество потребляемого алкоголя на человека в год составляет всего три литра! Но какое это имело значение для команды Полиграфа Версифонтовича, когда поголовное пьянство имело последствием дальнейший рост их личного благосостояния?! Правительство улуса даже выделило деньги на строительство завода по производству спирта и запретило всем производителям покупать его в других регионах!

Кроме того, махровым цветом вырос новый старый "бизнес" по производству и продаже самогона, вытесненный вскоре продажами так называемой "левой" водки, продаваемой по бросовым ценам. Только все это приобрело, поистине, промышленные масштабы! Для этого в регион под видом технических жидкостей железнодорожными цистернами завозился спирт из других стран и регионов. Здесь он "разбулыживался" водой как на вновь созданных предприятиях алкогольной отрасли, так и во всевозможных пригодных для этой цели помещениях. И продавался населению через созданные ранее подпольные точки, где кроме местных "гегемонов" продукцию не реализовывали никому

постороннему. Поэтому люмпены, очень довольные свалившейся на них "халявой" дружно славили нового руководителя за свою счастливую жизнь, идя в передовых рядах электората, и толкая на избирательных участках речи типа: "А что, новый улусчи очень даже замечательный человек! К тому же, он хоть уже наворовался, а придет новый - будет работать только на себя! Давайте голосовать за Цапцарапова!"

Ведь, как ни странно, в рядах ставленников и верных сторонников Полиграфа Версифонтовича заводились неблагодарные твари, изверги рода человеческого! Один из таких негодяев - городской глава, еще в середине правления улусчи занялся гнусными извращениями, связанными с перераспределением финансовых потоков, пытаясь сделать все возможное, чтобы они миновали расчетные счета Правительства региона. Устранить двурушника обычными и проверенными методами не удалось, поэтому пришлось его травить через прикормленные средства массовой информации. И еще многие годы после ухода отщепенца со своего поста во всех печатных изданиях и по телевизионным каналам на него лились потоки грязи, изображая бывшего соратника улусчи, как "плешивого, картавого идиота", чуть ли "...помешанного на расстрелах детей". Заодно его обвиняли за погруженный во мрак город, непролазную грязь, беспросветно - скотское существование всех бюджетных учреждений, не приносящих власти прибыли.

Зато царек с экранов телевизоров, сопровождаемый волнами дифирамбов и славословия в лучших традициях давно забытых времен, не слазил никогда! То он, благодетель, выделил средства на больницу, то на сельское хозяйство, то на разработку месторождения полезных ископаемых! То под его чутким руководством были распределены деньги, выделенные из бюджета страны! То в результате его мудрой политики в регионе внезапно повысилась рождаемость, при этом всем зрителям становилось как-то не по себе, а представители сильного пола начинали чувствовать свою ущербность, ведь всем было непонятно, как мог один человек, пусть даже такой великий и могучий, "осчастливить" одновременно столь небывалое число рожениц! Можно было часами щелкать пультом по местным каналам, и видеть везде только ЕГО - замечательного, мудрого и лучезарного.

Кроме того, в регионе махровым цветом расцвела наркомания. Точки, где торговали героиновой отравой, контролировались правоохранительными органами, платя им положенную всем в регионе дань и поэтому возмущенные местные жители несколько раз порывались уничтожить при помощи "суда Линча" их владельцев. Но "органы" не позволили свершиться такому вопиющему беззаконию, не освященному верховной властью, а посему "точки" исправно продолжили свою работу!

А потом на смену либертерианцев пришли другие люди. Они выстроили новую властную структуру, лишив глав регионов статуса непогрешимости, сделали многое, чтобы население Бурляндии перестало чувствовать неполноценность и комплексы за свое ужасное монархическое прошлое! Цапцарапов, не желая расставаться с такой милой и доходной кормушкой, немедленно вступил в новую, созданную ими партию. Но для него начинались новые и непредсказуемые времена.


И, наконец, однажды Полиграф Версифонтович испугался. Ведь он всегда считал, что все, что происходило и происходит положительного в его вотчине - целиком и полностью его заслуга, а потому руководитель подобного уровня неподсуден никакому суду! Произошло ЭТО тогда, когда жена одного из убитых крупных региональных бизнесменов решила выделить средства на строительство нового храма. Строили его всем миром. Решил поучаствовать в этом богоугодном деле и новый руководитель, купив на свои личные, хотя и украденные у населения средства, колокол на его звонницу. Однако Господь, вероятно, не принял столь неправедную "жертву", и колокол под названием "Полиграф" треснул сразу же после установки его на положенное место. После этого царек испугался не на шутку! До дрожи в коленях, сердечных приступов и ночных кошмаров! Он понял, наконец, что можно бесконечно обманывать своих подданных, начальников, себя или своих соратников, манипулировать ими, но нельзя обмануть Высшие силы, которые все видят, все знают, и за все призовут к ответу!