# 51-я Перекопская стрелковая дивизия

Александр Арнольдович Магерамов

За послевоенные годы скопилось много свидетельств беспримерной стойкости, мужества и героизма бойцов, командиров 51-й Перекопской стрелковой дивизии РККА. В первые дни Великой Отечественной войны, когда большая часть соединений Красной армии не просто отступала, а попросту бежала с позиций, превратившись в беспорядочные, неуправляемые толпы, эта дивизия, напротив, перешла в наступление, захватив плацдарм за пределами территории СССР. Беседуя с ветеранами, читая пожелтевшие документы, газетные и журнальные статьи, свидетельства очевидцев, невольно задаешь самому себе вопрос - что это за дивизия такая была? Почему она стойко оборонялась, когда большая часть советских войск в панике бежала от границы, бросая танки, орудия, минометы, даже личное оружие, политработники при этом спарывали красные звезды с рукавов гимнастерок, а командиры - петлицы? Что это было за соединение, которое вместо того, чтобы отступить - перешло в наступление, переправившись на вражеский берег и вместе с другой не менее прославленной в годы Гражданской войны дивизией - 25-й Чапаевской, героически дралось в окружении? Причем, большей частью находясь на территории врага и, отбивая атаки непрерывные противника, отступила лишь ПО ПРИКАЗУ вышестоящего командования?


51-ая стрелковая дивизия была сформирована в августе 1918 года, но официально она была создана приказом по войскам 3-й армии Восточного фронта ?0158 от 6.07.1919 из частей Особого Северного экспедиционного отряда, Особой бригады 3-й армии и Вятской крепостной бригады. Формирование в начале июля 1919 было возложено на Василия Константиновича Блюхера, и к 15 августа создание 51-й дивизии было завершено. Под командованием Блюхера 51-я с боями прошла путь от Тюмени до Байкала. Из района Тюмени 51-я наступала на крайнем левом фланге Восточного фронта, а в сентябре - октябре 1919 вела тяжелые бои в районе Тобольска. 27 октября, после вторичного освобождения этого сибирского города, дивизия включилась в общее наступление фронта, которое началось во второй половине октября. В н.п. Крутинка Омской области по сей день сохраняется дом, в котором в те далекие годы располагался штаб дивизии. К 14.11.1919 части 51-й одновременно с 5-й армией вышли в район Омска, а 15-го ноября части дивизии освободили город Тара ("Омская область", туристическая карта, ГУГК СССР, 1987). В конце ноября 1919 в связи с реорганизацией Восточного фронта 51-я СД была передана в состав 5-й армии, а после ликвидации колчаковских войск в Сибири ее вывели в резерв Главного командования РККА. В резерве дивизия находилась по июль 1920. Все эти месяцы личный состав соединения восстанавливал разрушенную войной Сибирскую железную дорогу и Черемховские каменноугольные копи. В марте 1920 Блюхер, как один из наиболее опытных начальников дивизий Красной Армии был назначен командиром-единоначальником 51-й СД, т.к. в других дивизиях командиры не имели права принимать решения без санкции комиссара. В мае 1920 Помощник Главкома по Сибири назначил В. К. Блюхера Начальником Западно-Сибирского сектора войск внутренней охраны. Это перемещение, очевидно, не было согласовано с Главным командованием, которое планировало переброску 51-й СД на Южный фронт. 4 июля В. К. Блюхер возвращается на свою прежнюю должность и получает приказ о переброске дивизии на борьбу с Врангелем.

На Южном фронте к дивизии пришла заслуженная слава! Ее успешные боевые действия по удержанию каховского плацдарма в августе 1920 положили начало победам красных на юге России. За героическую оборону плацдарма Приказом РВСР ?2797/559 от 13.12.1920 дивизии было присвоено звание Московской и вручено Знамя московского пролетариата. Хотя личный состав дивизии обеспечивался в те дни из рук вон плохо - взятый в августе в плен белый офицер В. Рыхлинский впоследствии вспоминал, что "... в красной 51-й стрелковой дивизии были до невозможности оборванные люди. Некоторые в красных рубашках и с обязательными гранатами у пояса" (А. Дробязко "Красная армия", М., АСТ, 1998). В октябре 20-го 51-я получила большое пополнение, в ее состав вошла ударно-огневая бригада под командованием Ивана Александровича Ринка, другие части, а ее личный состав увеличился до 33324 человек. На вооружении дивизия имела 499 пулеметов, 43 орудия, 10 бронемашин. 9-го ноября дивизия в ходе Перекопско-Чонгарской операции взяла Турецкий вал, а 9-11 билась вместе с другими частями 6-й армии под Ишунью. За взятие перекопских укреплений Приказом РВСР ?2000 от 14.09.1921 51-я дивизия получила наименование Перекопской и стала называться 51-й Перекопской имени Московского Совета СД, Ведь фактически дивизия выполнила боевую задачу всей армии, в ходе непрерывных атак личный состав дивизии шел вперед, одетый в упомянутые выше красные рубахи, запомнившихся многим. За операции по разгрому врангелевских войск в 1920 51-я СД была награждена орденом Красного Знамени.

В начале 20-х годов Перекопская дивизия имела в своем составе: 450-й (комполка - Лаврентьев Дмитрий Иванович, 1920), 451-й (Кривощенков Яков Алексеевич , 1923), 452-й, 453-й (Королев Анатолий Николаевич в 1923), 454-й (Боряев Иван Васильевич в 1920, Кушников Иван Федорович в 1924), 455-й, 456-й, 457-й и 458-й стрелковые полки, входящие в три стрелковые бригады - 1, 2 и 3-ю. 2-й СБр в 1919 командовал Мрачковский Сергей Витальевич, а всей дивизией 1922-1924 годах командовал Княгницкий Павел Ефимович (15.01.1884-9.09.1937), в 1924 назначенный помощником командира 14-го СК.

Также в состав дивизии входил гаубичный артиллерийский дивизион, другие подразделения. В 1931 дивизия дислоцировалась в Одессе и комплектовалась по смешанному принципу. Была награждена Почетным Революционным Красным знаменем (1920), орденом Трудового Красного Знамени УССР (1921), орденом Ленина (1935). Перед "зимней" войной 51-я СД по-прежнему находилась в Одессе. В тот момент дивизия уже состояла уже не из девяти, а из трех стрелковых полков - 151-го Верхнекамского, 152-го и 153-го Краснознаменного Кировского.


После 15.01.1940 из Одесского военного округа дивизия была отправлена на Карельский перешеек. С 21.01.1940 по 22.10.1941 дивизией командовал генерал - майор Цирульников Петр Гаврилович. С 3 по 7.02.1940 она находилась в подчинении 10-го стрелкового корпуса 7-й армии. В последующем - в резерве, и выполняла отдельные задания до 19 февраля.

Вот что вспоминает про эти дни ветеран 51-й СД Иван Андреевич Корнилов:

"...Нас, новобранцев... [первоначально] привезли в Одессу. В какой полк мы с другими призывниками попали первоначально, не могу сказать, ведь я в нем служил всего месяц, но вскоре меня, как шофера перевели в 225-й артиллерийский полк.... полк был уже сформирован, его доукомплектовывали шоферами и приписным личным составом, а 1-го января мы прибыли в Ленинград. Разгрузились, позже на Черной Речке была кратковременная остановка, а дальше мы своим ходом пошли на фронт.

Первоначально мы встали в небольшом финском городишке под названием Териоки. Когда мы туда прибыли, территория была уже занята нашими войсками, так что до окончания финской войны я практически служил на одном и том же месте. Полк наш почти сразу после прибытия включился в боевые действия, так как снаряды я возил практически с первого дня. Было очень холодно, снег по грудь, финны отступали, уходя, они все жилые помещения сжигали, так что как только у нас случалась остановка, мы сразу натягивали палатки и ставили "буржуйки". Кормили нас все время горячей пищей, и довольно неплохо. Провоевали мы весь январь и февраль, а там и война закончилась..."

С 20.02.1940 входила в состав 50-го стрелкового корпуса все той же, 7-ой армии. С 23.02.1940 наступала на северной стороне ст. Кямяря, 25-го вошла в Хямяля, 3.03 - в д. Кюляноя волости Хейниоки, близ д. Лююкюля, а 6.03 - в д. Няянтяля. Вот что сообщается в официальных сводках о боевых действиях 51-й дивизии и частей 50-го стрелкового корпуса, в составе которого дивизия действовала:

"13-я легкая танковая бригада 28 февраля совместно с 84-й мотострелковой дивизией овладела северной частью населенного пункта Пиен-Перо и рванулась было к ст. Пилпула, но вынуждена была вновь остановить свое движение у очередного взорванного моста. 29 февраля 13-й танковый батальон ворвался на ст. Перо, успех его был закреплен стрелками 84-й дивизии, а 6-й танковый батальон перерезал тем временем перерезал железную дорогу юго-западнее Пилпула. (РГВА Ф.34980 Оп.11 Д.100 Л. 51-52)

1.03.1940 13-я легкая танковая бригада получила приказ занять пос. Репола, но прорыв в глубину обороны противника не удался, а 2 марта ее переподчинили 51-й СД. В течение трех дней пехота дивизии при поддержке танков бригады вела бои, закончившиеся 4 марта взятием населенных пунктов Суур-Перо и Мююккюля. (РГВА, Ф.34980 Оп.1 Д.645 Л 53-55)

50-й СК, поддерживаемый 13-й и 20-й танковыми бригадами, продолжал наступление на ст. Тали и Репола. Выполнение этой задачи было крайне затруднено ввиду того, что финны открыли шлюзы Сайменской системы, создав тем самым зону затопления, в районе севернее Таммисуо, ст. Тали, Юлевеси, Юустила, Лавола. ("Бои на Карельском перешейке" с.16-17)

Вышедшая вечером 6 марта к линии фронта 123-я СД получила задачу на следующий день наступать на ст. Тали и далее на пос. Юлевеси. 7 марта наступление возобновилось, но совместные действия 51-й СД и 13-й танковой бригады не имели успеха (РГВА, Ф.34980 Оп. 10 Д.2118 Л.30) , а 123-я СД при поддержке 20 танковой бригады продвинулись всего на полтора километра. (РГВА, Ф.34980 Оп. 10 Д.2118 Л.30)

На следующий день 245-й СП овладел ст. Тали, а 272-й выдвинулся к юго-западу от станции. [РГВА, Ф.34980 Оп.11 Д.100 Л.56, Д.168 Л.50] Части 51-й СД вместе с батальонами 13-й танковой бригады вышли на подступы к Репола, где вынуждены были остановиться у взорванного моста. (РГВА, Ф.34980 Оп.11 Д.100 Л.57)

Однако остальные дивизии 50-го корпуса продолжали наступление. 274-й СП утром 12 марта занял хутора в районе мыза Анискала,а к вечеру вышел к южной окраине пос.Нурмилампи, где завязал бой при поддержке 13-й танковой бригады. 168-й СП находился во втором эшелоне в районе Перроахо,а 7-й к исходу дня овладел восточной окраиной Репола, (РГВА, Ф.34980 Оп.11 Д.299 Л.26), которая была взята совместными усилиями частей 24-й, 51-й стрелковых дивизий и 13-й танковой бригады в ночь на 13 марта. А Нурмилампи полностью очистить от противника не удалось, была занята только южная часть этого населенного пункта. (РГВА, Ф.34980 Оп.11 Д.299 Л.27; Там же Оп.11 Д.100 Л.59-60). По окончании этих боев дивизия находилась в составе 13-й армии.

Далее слово вновь И.А. Корнилову: "Потери в [нашем] полку нашем были небольшие, потому что полк все же был артиллерийский, в атаках мы не участвовали. Всего у нас погибло семь человек, да еще с десяток было ранено. В нашей автороте (или автовзводе, не помню уже) потерь не было вообще. У финнов ведь практически не было тяжелой артиллерии, обстрелы наших позиций они не могли проводить. Наши потери были в основном от "кукушек", как нам говорили - так называются финские снайпера, сидящие на деревьях. После окончания боевых действий мы своим ходом добрались до Ленинграда, и там нас грузили в эшелоны". По официальным данным, происходило это с 10 по 16.04.1940, когда дивизия была погружена в эшелоны и отправлена из Ленинграда вновь в Одесский военный округ.

Вечером 27.06.1940 дивизия, в отличие от остальных соединений Одесского Военного округа, получивших приказ осуществить операцию по вводу советских войск в Бессарабию и Северную Буковину, осталась в местах постоянной дислокации. Но уже к 1.05.1941 части дивизии части были выдвинуты к границе и располагались на территории Молдавии в н.п. Измаил, Арциз, Килия, Красный, Татарбунары, Плахтеевка, Байрамча Измаильской области. И.А. Корнилов сообщает про эти дни: "Привезли дивизию по железной дороге в Тирасполь, в Молдавию, и праздник 1-го мая 1940 мы встречали уже там. Пушки тогда на парад не выводили, прошли пешим порядком, а в Тирасполе я потом служил почти до самого начала Великой Отечественной войны. Правда, нас чуть позже перевели в села. Там были бывшие немецкие населенные пункты, и наши с Гитлером договорились, что этнические немцы будут вывезены в Германию. А деревни остались. Помню Байрамчу - большое молдавское или немецкое село (ныне это Николаевка-Новороссийская, к северо-востоку от н.п. Татарбунары - примечание автора), там мы и квартировали. Пробыли в нем все лето 1940 года, потом зиму. Снега было мало, он быстро таял, и на дорогах была непролазная грязь". По данным источников, 225-й ГАП 51-й СД находился в Плахтеевке, чуть севернее Сарата. Численность его личного состава составляла 1045 человек.

К 4-00 22.06.1941 большинство частей 51-й, 25-й, 150-й, 95-й, 30-й горной, 176-й стрелковых дивизий, а также 9-я кавалерийская дивизия первого эшелона 35-го, 14-го стрелковых корпусов и 2-го кавалерийского корпуса заняли подготовленную в инженерном отношении оборону вдоль рек Прут и Дунай. На каждую дивизию в среднем приходилось около 100 км участка границы. Между соединениями оставались значительные промежутки, доходившие до70 км, которые прикрывались силами пограничников.

Таким образом, на 22 июня 51-я СД занимала рубеж вдоль Киликийского гирла Дуная от Измаила до Черного моря. Состав соединения: 23-й СП (в Килия-Нова), 287-й СП (в г. Измаил), 348-й СП, 225-й ГАП, 218-й АП, 30-й ОРБ (в Килии, позже встречаются упоминания о 218-м разведбате), 165-й ОЗенАД, 144-й ОСапБ, 91-й ОИПТД, 44-й(?) ОМСБ (Килия), 393-й отдельный танковый батальон. 24.06.1941 согласно Директиве Ставки ГК ? 20466 51-я дивизия была включена в состав 14-го стрелкового корпуса 9-й армии Южного фронта. В районе, занимаемом 51-й СД, дислоцировались части и подразделения Дунайской военной флотилии (командующий - контр-адмирал Н.О. Абрамов; начальник штаба - капитан 2 ранга В.В.Григорьев), которая в своем составе имела дивизион мониторов, дивизион бронекатеров, дивизион катеров-тральщиков, отряд полуглиссеров, группу вспомогательных судов. Флотилии была придана 96-я авиационная эскадрилья ВВС флота. Корабли базировались на главной базе в г. Измаил, а также в Рени, Килия, Вилково - на левом берегу р. Дунай. Береговая оборона флотилии состояла из одной стационарной батареи, трех батарей на механической тяге, одной пулеметной и одной стрелковой рот.

Противостояли 51-й и соседней с нею 25-й стрелковым дивизиям войска 4-го и 11-го армейских корпусов 4-й румынской армии. Кроме румынской 1-й пограничной дивизии в районе г. Галац и армейских частей в зоне дельты Дуная и нижнего течения Прута на сопредельной 51-й СД стороне к 22.06.1941 находились подразделения румынских ВМФ: в секторе "Сулина" - 16-ый батальон морской пехоты, ББ "Stefan" с 4-мя 120-мм орудиями, ББ "Tepes" с 4-мя 102-мм орудиями. Кроме этого, в секторе находились: 4-150 мм, 4-76мм, 2-47мм, 2-40 мм, 2-13,2мм орудий. В секторе "Переправа": 17-ый батальон морской пехоты, 4-75мм орудий, а секторе "Килия": 15-ый батальон морской пехоты, 4-75 мм, 6-54мм, 2-25мм орудий.

Ранним утром 22 июня немецко-румынские войска с противоположного берега Дуная обрушили на советские города, гарнизоны и погранзаставы артиллерийский и минометный огонь. Затем враг предпринял попытку форсировать Дунай, чтобы штурмом взять позиции на левом берегу реки. Но части 23-го полка Перекопской дивизии совместно с пограничниками успешно отбили все атаки противника и нанесли ему существенный урон. Вот что рассказывал об этих боях И.А. Корнилов: "По сути дела первоначально с немцами нам встречаться не доводилось, а столкнулись мы с румынами. Больше месяца они пытались навести переправу через Дунай. Только они что-то построят, наш полк все уничтожит, или самолетами разбомбят. Затем они все же построили переправу и уже на советской территории атаковали наши войска. Доходило до того, что пехота выстреливала все свои боеприпасы, отходила за наш артполк, и артиллеристы шрапнелью расстреливали наступающих румын. Были среди румын и немцы, как союзники. Пехоту тем временем пополняли боеприпасами и людьми, и они вновь занимали порядки перед нами. Один дивизион в полку был из гаубиц-пушек, новейших каких-то орудий, а до этого все три дивизиона были гаубичные...."

Весьма подробную картину проходивших в первые дни войны боев дает отчет 79-го Измаильского пограничного отряда войск НКВД Молдавской ССР, составленный его начальником штаба майором Афанасьевым и начальником 1-го отделения штаба отряда капитаном Сизиневским. Кроме того, многие военнослужащие и подразделения этого погранотряда впоследствии вошли в состав 51-й СД, 14-го СК и Приморской армии.

"...Во взаимодействии с кораблями 4-го Черноморского отряда пограничных судов погранотряд охранял участок границы на Дунае на участке протяжением 225 км. Штаб отряда дислоцировался непосредственно в г. Измаил. Его четыре комендатуры находились в городах Рени, Измаил, Килия, Вилково. В них входили 20 застав. Численность личного состава отряда составляла 1569 человек. Находящийся в оперативном подчинении 79-го Измаильского погранотряда 4-й черноморский отряд пограничных судов 22.06.1941 в 7.05 распоряжением штаба войск округа перешел в подчинение Военного совета Дунайской военной флотилии (ВФ)".

На участке отряда, кроме 51-й СД и частей 25-й, находились Дунайская ВФ и части РККА: с. Джуржулешть - 724-я береговая артбатарея, г. Рени - 31-й СП и 99-й АП (оба - из состава 25-й СД - примечание автора), г. Измаил - 287-й СП, г. Килия - Ноуа - 2-й СП, 30-й ОРБ и 44-й санбат (все - из состава 51-й СД), г. Вилково - береговая батарея и с. Жембриень (Волчек) - береговая батарея.

Но продолжим цитирование отчета: "С момента боевых действий, то есть с 4 час. 30 мин. 22.06.1941, [79-й пограничный] отряд совместно с частями РККА и Дунайской ВФ оборонял участки застав ? 1,2,4,7,8,9,13, 15 и 17.

Заставы ? 3, 5, 6, 10, 11, 12, 14, 16, 18 и 19 отрядом оборонялись самостоятельно.

На этих же направлениях (против наших застав) пограничными подразделениями отряда были уничтожены румынские пикеты и огневые точки противника.

26.06.1941 в 6.00 при поддержке пограничных подразделений части РККА форсировали р. Дунай и заняли населенные пункты на румынской стороне: с. Сатул-Ноу, с. Пардина, г. Килия-Веке. Занятие указанных румынских населенных пунктов дало возможность свободного плавания средствам Дунайской ВФ от городов Килия-Ноуа и Измаил.

26.06.1941 в 9.00 согласно боевому приказу ? 2 штаба 14-го корпуса начальник 79-го пограничного отряда подполковник Грачев был назначен начальником боевого участка, с задачей: оборонять участок государственной границы от с. Некрасовка-Ноуа, г. Вилково, о. Лимба, с. Жембриень. Отряду были подчинены: батальон 287-го СП, действующий в районе г. Измаила и удерживающий румынское с. Пардина, батальон 23-го СП, действующий в районе Килия-Ноуа и удерживающий румынский г. Килия-Веке , дивизион и одна батарея 218-го АП и 30-й ОРБ (все названные части входили в состав 51-й СД - примечание автора).

С указанными частями Красной Армии отряд продолжал оборонять участок государственной границы и удерживать своими силами румынское с. Сатул-Ноу. Остальные части РККА штакором 14 были оттянуты на другие направления. За время боевых действий на участке 79-го погранотряда взято в плен 665 человек, из них 650 румынских солдат и 15 офицеров. Потери противника: убито 327 человек, ранено до 100 человек, сбито 7 самолетов противника. Всего на участке 79-го погранотряда с 22 июня по 2 июля было убито 327 военнослужащих противника, ранено до 100 человек, захвачено трофеев: орудий 53-мм, 75-мм и противотанковых - 15 шт.; снарядов к ним - 2875 шт.; винтовок - 742 шт.; патронов винтовочных - 82 тыс. шт.; пулеметов станковых - 8 шт.; пулеметов ручных - 10 шт.; мин - 416 шт.; гранат ручных - 340 шт.

Потери с нашей стороны:

1. Убито -10 чел. Из них: среднего начсостава - 2 чел.; младшего начсостава - 1 чел.; рядовых - 7 чел.; 2. Ранено - 11 чел. Из них: среднего начсостава - 1 чел.; младшего начсостава - 3 чел.; рядовых - 7 чел. 3. Пулеметов станковых - 2 шт. (затоплены). 4. Винтовок -1 шт".

26-го июня 23-й стрелковый полк дивизии на четырех бронекатерах и десяти пограничных катерах переправился через Килийское Гирло, и стремительной атакой к 10 часам занял плацдарм глубиной до 3 км и шириной до 4 км, разгромили пехотный батальон, усиленный артиллерией и пулеметами, а также румынскую погранзаставу. Были захвачены Килия-Веке (Старая Килия), уничтожено до 200 солдат противника, захвачено 8 орудий и 720 пленных. (Пограничные войска СССР в годы Второй мировой войны 1939-1945. М., Граница). Кроме того, своими действиями полк сорвал артиллерийский обстрел Измаила с румынской стороны. Гаубичный 99-й полк "Чапаевской" дивизии из района Рени поддерживал высадку десанта, и в руках советских войск тогда оказался плацдарм протяженностью свыше 70 км. Во время его захвата некоторые части противника добровольно сдавались в плен. Затем дивизия отступала вместе с 9-й армией....

2-го июля немцы начали широкомасштабное наступление в Молдавии и Одесской области УССР. О последних боях на Дунае сохранилось следующее свидетельство: "Черное море с ночи было неспокойным, но затем утихло, и рыбаки одного из поселков Народной Республики Болгарии вышли в свой обычный рабочий рейс. Улов выдался богатым. В то утро августа 1958 года один из рыбаков выловил из воды покрытую слизью бутылку. В ней оказалась небольшая записка на русском языке. Когда ее прочли, то содержание взволновало всех: люди узнали еще об одной трагедии минувшей войны, еще об одном факте героизма советских людей. Записка была передана в Советский Союз.

Итак, прощальное послание участника боев под Килией: "...Июль 1941. Держались до последней капли крови. Группа Савинова. Три дня сдерживали наступление значительных сил противника, но в результате ожесточенных боев под Килией в группе капитана Савинова осталось четыре человека: капитан, я, младший сержант Останов и солдат Омельков. Погибнем, но не сдадимся. Кровь за кровь, смерть за смерть!" (В. Кондратьев, З. Политов "Говорят погибшие герои", М., 1986).Что это были за военнослужащие, в какой части они служили - наверное, не удастся узнать никогда. Но весьма велика вероятность, что часть из них была воинами именно 51-й стрелковой дивизии! Защитники южной Бессарабии покинули занятые позиции лишь 21 июля 1941 года. 51-ая Перекопская дивизия отошла к Одессе, где вскоре приняла участие в героической защите города. С Днестра части дивизии были вновь двинуты к границе.

Вновь слово И.А. Корнилову: "Вскоре нашему полку было приказано отойти к Одессе. Там мы получили приказ двигаться к городу Каменец-Подольску, расположенному ближе к Западной Украине. Вскоре мы туда всей почти всей дивизией и выдвинулись...

Под Каменец-Подольском была наша оборонительная линия. Но мы ее сразу не заняли, а встали на удалении нескольких километров. А утром эту укрепленную линию рванули так, что у нас аж уши заложило (вероятно - 10-й УР, находившийся в составе 18-й армии Южного фронта - примечание автора)! По приказу нашего командования, не знаю, кто распорядился это сделать! Война есть война, подкачала связь, поэтому оборонительную линию взорвали преждевременно, на участке протяженностью километров в семь. Нам вскоре поступила команда встать на развалинах укрепрайона, и дивизия заняла позиции на переднем крае. Потом нам снова пришлось отступать, хотя вроде как все вражеские атаки мы успешно отбивали, да и отступала дивизия вполне организованно.

В ходе этих боев один дивизион нашего гаубичного полка немцы накрыли, и он был потерян. В это время немецкие танки обошли наш полк, которому уже был дан приказ отступать. На вооружении у дивизиона, оставшегося на позициях были "старые" 122-мм гаубицы, его оставили на прикрытие, а новейший дивизион вытянулся на марше, и тут на него выскочили немецкие танки. Даже не танки, а какие-то танкетки. Началась сильная стрельба, хотя особого вреда нашим от нее не было. А командир дивизиона, оставшегося на позиции, развернул свои гаубицы и приказал: "...не сдавать технику врагу", и открыл огонь всем своим дивизионом по "своим". Так и разбили все наши новейшие гаубицы-пушки, был такой эпизод, что скрывать!".

К середине июля части 51-й СД отошли к рубежу реки Днестр. В июле 41-го 287-й СП был в передан в состав 25-й "Чапаевской" стрелковой дивизии, в составе которой погиб в июне 1942, при обороне Севастополя. А из 25-й 12.07.1941 был передан 263-й Домашкинский стрелковый полк. Есть в государственных архивах и другие свидетельства об этой прославленной части. Так, 30.06.1941 при медсанбате 176-й СД был захоронен красноармеец Наумов Константин из 263-го СП "Чапаевской" дивизии. Он был похоронен в городе "...Бельцы, [на] большом кладбище", в сентябре - красноармеец Литвин Алексей Иванович - на "кладбище с. Любино Марьевка Галиновского района Николаевской области", а 5.08 в "...с. Николаевка Котовского района" был похоронен красноармеец Новиков Филипп Петрович из того же полка. ("Журнал учета умерших 141 ОМСБ 176 СД" - Ф. 58 оп. А-0071693 д. 2607). Еще один красноармеец - Назаров Худай-Назар, из 263-го полка умер 24.07.1941 в с. Фриденгалле? Беляевского района Одесской области ("Алфавитная книга умерших в 77 ППГ" - Ф. 58 оп. А-0083627 д. 204). И.А. Корнилов также свидетельствует, что в августе его часть - 225-й ГАП находился в г. Николаеве. Все эти факты свидетельствуют о месторасположении частей 51-й в указанные сроки, так как в ЦАМО никаких донесений дивизии о тех боях не сохранилось.


Вот что стало известно об этих боях: "Вследствие того, что отход войск 9-й и Приморской армий происходил по расходящимся направлениям, стык между ними неуклонно растягивался, чем не преминул воспользоваться противник. Приморская армия отходила на юг, на Одесские позиции, а 9-я армия - прямо на восток, на переправы в район Николаева. Первый удар последовал 8 августа, когда немцы нанесли сильный удар тремя дивизиями по стыку 9-й и Приморской армий в районе Жовтень. Удар пришелся по 30-й и 51-й стрелковым дивизиям. Эти соединения, неся большие потери, своим быстрым отходом образовали разрыв на фронте Березовка - Благоево. В критическом положении оказалась 30-я стрелковая дивизия, обороняющаяся на левом фланге 9-й армии. По распоряжению фронта 8 августа она передавалась из состава 9-й армии в Приморскую армию. Но вклинение наступавших немцев разобщило части 30-й СД. Одна часть войск примкнула к правому флангу Приморской армии, а другая - к левому флангу 9-й армии. Командиры частей, каждый самостоятельно, решили пробиваться в полосу не Приморской, а 9-й армии, что и было сделано. Наконец, 9 августа противник, нащупав разрыв фронта между 9-й и Приморской армиями, ввел здесь румынскую кавалерийскую бригаду, небольшие отряды мотопехоты с танками (танковой бригады), а затем силы 170, 73, 50-й пехотных дивизий и перешел к преследованию отходящих 30, 51 и 176-й стрелковых дивизий 9-й армии. Связь с Приморской армией была окончательно потеряна".

В архиве ЦАМО хранится единственное "Донесение 51-й "Перекопской" дивизии о безвозвратных потерях" ?0195 от 26.02.1942 за подписью начальника штаба дивизии майора Очкусь. В нем перечислены военнослужащие - 166 человек, погибшие возле населенных пунктов: Шахово, Отонны, Астахово, Крапивино, Красно-Ивановское и др., Ростовской и Сталинской областей с ноября 1941 до начала 1942 (ЦАМО Ф.58 оп. 818883 д. 970). Командир дивизии в конце 41-го также попал в немецкий плен. А единственное упоминание о безвозвратных потерях среди личного состава 225-го гаубичного артполка дивизии за 1941 год следующее: "Матвеев Петр Васильевич, красноармеец [из] 225 ГАП, 1900 г/р, [из] Полтавской обл., Хорольский район, Софиевский с/с, умер от ран в 83-м хирургическом полевом подвижном госпитале 02.10.1941. Похоронен на кладбище д. Лихтенау". (ЦАМО Ф. 58 оп. А-0083627 д. 240). Названный госпиталь (83-й ХППГ, его начальником в декабре 1941 был майор Ниников) в это время находился в Бердянском районе Запорожской области УССР. В нем на излечении находилось много военнослужащих 51-й СД, в частности, в ноябре упоминаются военнослужащие 23-го и 348-го стрелковых полков. Что касается большей части личного состава 23-го сп, то в январе 1942 он был переформирован в 23-ю отдельную мотострелковую бригаду и включен в состав 57-й армии. С 1941 по весну 1942 полком, а затем бригадой командовал подполковник Меркулов Николай Васильевич. Бригада погибла в ходе Харьковской наступательной операции, попав в окружение, комбриг погиб. В 51-й сд одновременно с переформированием в 23 сбр был сформирован новый 23-й сп (ЦАМО, Фонд:464, Опись:5689, Дело:73, л.21)

В конце 1941 в командование дивизией вступил генерал-майор химических войск Филиппов Федор Григорьевич (с 26.10.1941 по 07.05.1942), а с 27.05.1942 по 29.06.1942 ею командовал подполковник Алиев Бимбулат Кавдиевич. В книге И.Х. Баграмяна сообщается о боях первой половины 1942 года: "С утра 18 мая гитлеровцы нарастили удар из Барвенкова в направлении Великой Камышевахи, а из Долгенькой - на Изюм. На этом направлении у немцев действовало до 150 танков. Используя свой громадный перевес в силах, враг сломил сопротивление героически сражавшихся конников 5-го корпуса генерала И. Плиева и частей 51-й дивизии подполковника Б. Алиева и уже к 10 часам овладел Каменкой, Малой Камышевахой и южной частью Изюма"....

51-я СД была расформирована по одним данным летом 42-го, по другим 28.11.1942, причем автору представляется, что последняя дата больше соответствует действительности, так как в хранящихся в ЦАМО документах сохранилось извещение 263-го стрелкового полка (?319 от 13.10.1942, Ф. 58 оп. 18003 д. 477), подписанное его командиром - подполковником Коржовым. В извещении сообщается о гибели рядового Быцина Петра Исааковича в бою за хутор Бахмутный Ростовской области 27.08.1942. Другие извещения с осени 41-го и до мая 1942 подписывались начальником штаба полка старшим лейтенантом, затем капитаном Поповым. Все это время с осени 41-го дивизия непрерывно сражалась в Ростовской и Сталинской областях. С 30.06.1942 по 16.08.1942 ею командовал полковник Возовик Петр Васильевич. С октября 42-го никаких документов, подтверждающих существование дивизии и частей, входивших в ее состав, среди фондов архива уже не обнаруживается. Так закончился боевой путь этого прославленного соединения. Есть сведения, что позже под 51-м номером была сформирована новая дивизия - "второго формирования", которая продолжала сражаться с врагом на советско-германском фронте. Правда, она уже не называлась "Перекопской" и не считалась наследником славы легендарной 51-й сд времен Гражданской войны