# Пиджак

Тимур Ясавеевич Максютов

Как двухгодичник человеком стал.

Пиджак.


Было это в конце восьмидесятых. Когда старым пердунам из Политбюро везде мерещились враги, поэтому в армию гребли всех подряд.


Наименее везучим выпускникам гражданских ВУЗов выдавали вместе с дипломом погоны лейтенанта и отправляли на два года в войска. Гордые четырехлетней мозголомкой в военном училище кадровые офицеры презрительно называли таких "пиджаками".


Отмазаться, наверное, было можно. Но Серёжа Викулов был по жизни лохом и неудачником. Из тех, кто на девственнице триппер ловят и тут же в благодарность женятся. А может, насмотрелся фильмов типа "Четыре танкиста и собака" и решил непременно защитить от чего-нибудь Родину.


Началось с того, что в Улан-Баторском поезде монголы спёрли у него хромовые сапоги. Когда Серёжу подобрал патруль, лапти были уже отморожены (неудивительно, в Монголии минус тридцать в феврале).


Когда трясущийся от стресса, истекающий соплями лейтенант Викулов представлялся командиру полка, пытаясь при этом браво щелкнуть перебинтованными копытами в тапочках, полковник взглянул на эту жертву милитаризации и сразу понял, что пришел нешуточный кирдык.


Танки его взвода не заводились ни в жару, ни в мороз. Радиостанции не принимали и не передавали. Оборзевшие бойцы ставили брагу в огнетушителях и пьяными болтались по гарнизону. Викулов постоянно ронял себе на ноги аккумуляторы, отбивал люками пальцы и ходил забинтованный, как мумия. Особенно прикольно было наблюдать его младенческие попытки "построить бойцов":


- Товарищ солдат! Ваш внешний вид не может быть признан удовлетворительным. Вы не удосужились почистить сапоги и пришить некоторое количество пуговиц. Я вас... это... накажу! И это (читает по бумажке) вы распи...яй и мамин...!


При финальных словах Серёжа краснел, как шестиклассница от непристойного предложения.


И вот что непонятно. Любой другой забил бы давно болт на всё и запил, дожидаясь неминуемого, как крах империализма, дембеля. Но Викулова перемкнуло, и он решил всем доказать, что способен из задроченного зародыша превратиться в вершину эволюции - служаку-офицера.


Получалось плохо, несмотря на перемазанную солярой морду лица и ночные бдения над уставами. Офицеры презирали, солдаты в лицо называли чморём, официантки и медсестры не торопились в восторге закатывать глаза и падать строго на спину. Серёжа утирал обильные сопли и в сотый раз зубрил "Боевой устав сухопутных войск. Часть вторая."


**

В этих учениях участвовала вся 39-я армия - семьдесят тысяч человек. Проверяющие приехали из Москвы, посредники - из Читы, из штаба округа. Наш полк изображал второй эшелон китайцев и выдвигался к Улан-Батору с юга, от Сайн-Шанды, почти от китайской границы.


Танковый полк на марше - это девяносто пять сорокатонных бронтозавров, сорок БТРов, сотня грузовиков. Рёв, грохот, землетрясение, пыль до неба.


- Товарищ полковник, что будем с Викуловым делать? Ведь, сучонок, наверняка заглохнет на марше, всю малину обделает.

- Вон ублюдка из колонны. В боковую походную заставу.


Полк, воняя солярой, уходил на север, а Серёжа, светящийся от гордости и оказанного доверия, уводил три своих "семьдесятдвойки" на северо-восток, прикрывая фланг колонны.


Заблудился он практически мгновенно - в Монголии это как два пальца. Ориентиров нет, степь. Компасом в железном танке пользоваться бесполезно. Серёжа безнадежно водил грязным пальцем по карте, слёзы рисовали дорожки на пыльных щеках. На связь разрешено было выходить "только в случае обнаружения противника". Противника нигде не было.


В строгом соответствии с планом наш полк "погибал" на марше от тактических ядерных ударов и вертолётных атак. Остатки пытались прорвать линию обороны "северных". Серёжа в это время сидел на башне и рыдал, распугивая нездешними звуками степных волков.


Он дождался рассвета и повёл взвод на север, решив ехать, пока не кончится горючка, а потом застрелиться или повеситься на танковом стволе.


Бортовой запас топлива в тонну с лишним заканчивался, когда торчащий в люке скрюченным пугалом Серёжа увидел прямо по курсу тонкие палочки антенн и зеленые кунги. Радостный визг перекрыл рёв двигателя. Три танка рванули к лагерю, распугивая дрыхнувшее на солнышке охранение мотострелков.


Из кунга на танковый грохот вышел подполковник с повязкой посредника на рукаве. Лениво посмотрев на белые полосы на башнях, он повернулся к впавшим в кому сопровождающим и произнёс:


- Ну что, поздравляю. "Южные" захватили штаб вашей дивизии. Весь план учений к чертям собачьим.


За проявленную в условиях, приближенных к боевым, высокую воинскую выучку, умелое руководство действиями взвода лейтенант Викулов был награжден медалью "За боевые заслуги".

**

Уволился в запас он совсем недавно. Подполковник Сирожа, едрит твою налево..


Автор: Тимур Максютов (Panzer). Август 2006, СПб