# День Победы

Сергей Иванович Мельников

Последний праздник.

День Победы.

9-е мая. В классификации табели о рангах, мы дембеля, почти гражданские люди. Утро начиналось с радостного ожидания . Все почти позади. Ещё чуть-чуть и мы дома.

К празднику готовились заранее. Путём многоходовых комбинаций, на хлебозаводе добыли дрожжи. Тесто никому не доверил. Пышное, сладкое, ничем не сдерживаемое, всю ночь оно поднималось в тридцатилитровом термосе. Пока не спалил дневной зной, в родном овражке, у бани, наладили выпечку.

Необходимо сказать о том, что утро золотопогонники начали с градуса. Виной тому отменный первач, совместными усилиями выгнанный в бане прошлой ночью. Праздничное построение зарядило всех на весь день бодростью и оптимизмом.

На этой радостной ноте, зольдатн в стотысячный раз, крутили на армейском проигрывателе Лещенко, Кристалинскую, присланные из Союза записи на костях (рентгеноплёнке)...

Кого посетила бредовая идея поставить в десятый раз подряд "День Победы"?!

Прапор Кухаренко выказал слабость к шедевру Кобзона, в итоге - молча, без эмоций, опрокинул на пол проигрыватель. Единственная радость, ниточка, соединяющая нас с цивилизованным миром, разбита.

Праздник в армии легко обрывается прозой быта.

Построение. Командует капитан Абрамов:

- ВУД убирает территорию от минного поля, до дороги. 2-я батарея - от дороги и до вечера, чтоб сияло всё как у кота .... шёрстка, ха-ха-ха.

Переживём. Праздник тем и хорош, что его не остановить. Молодёжь гремит жестянками, с усердием подбирают наколотые на колючку клоки бумаги. Ничего, день свободный, день вальяжный, всё успеется. До обеда далеко, а праздник вот он, для всех, лёгким хмелем пахнет устоявшаяся брага, от костра плывёт аромат плова и лепёшек...

Внезапно - громкий, очень Громкий ХЛОПОК...

Чёрное облачко дыма...

Леденящий душу выдох-вой.

Что за дела? Минное поле сегодня молчит, ветра нет. Бежим к мраморному карьеру.

На рыжей скале, в кровавой луже последней конвульсией, прощальным хрипом, покидает разодранную грудь невинная душа. Фазан, командир орудийного расчёта, сержант Гусев Серёга, уроженец Уфы мёртв. Земляк его, чиж Хабибулин ранен.

С батарейцами сложили, что осталось от Серёги, на плащ палатку. Лица нет, рук не нашли, кровавое месиво в оболочке х/б.

Допрос с пристрастием показал: Хабибулин у дороги нашел стаканчик со шляпкой, торчит штырёк, два шплинта, непонятные буквы, цифры, внутри что-то булькает. Кто-то посоветовал выбросить, кто-то ушел, на беду у Серого был ножик. Первый шплинт вышел легко, потом чиж отвернулся....

Едва я это услышал, всё понял. Ребята нашли взрыватель противотанковой мины чешского производства. За время прогулок в окрестностях ВАПа, такие штуки мне попадались несколько раз. Откуда они взялись? Недалеко от нас, в ущелье, взрывали ненужные трофеи, подпорченные боеприпасы. По нашей дороге проезжали за мрамором афганские солдаты. Думать можно что угодно. Поскольку вытащить пальцами вторую чеку было невозможно, Господь уберёг меня . Далее первой чеки любопытство моё не шло.

Нарисовав, как мог картинку взрывателя, объяснил тему офицерам. Пятьдесят человек прочесали что смогли, нашли ещё три штуки.

Отмыли кровь, увезли тело в полк.

Стократ обидно за случившееся. Нелепость, трагичный случай, что это? Достала его не душманская пуля, не фугас на горной тропе разорвал юное тело. Погиб Человек, Сын, Солдат.

Мы поминали Серегу.

Это был последний праздник на земле Афганистана, в 191 пехотном полку, близ Газни.