# Над миром звенел от отчаянья крик...

Юрий Альбертович Мещеряков

Бой шёл до тех пор, пока не раздался этот страшный крик. Вдруг стало невыносимо тихо...

* * *


Над миром звенел от отчаянья крик

Высокой струной...

И пронизанный током,

Я слышал его, он был страшен и дик,

Печальный призыв перед далью далекой.

Не плачь журавля и не стон тетивы --

Надрывный, истерзанный, гулкий --

Летел в почерневшую глубь синевы

Навстречу щемящей разлуке.

Рассыпалось эхо...

Десятками глаз

По голому склону гонимый,

Катился в последний свой путь скалолаз,

В свою роковую долину.

Кинжальный огонь, рубят пули насквозь,

И кровь на камнях -- как расплата,

Он в этих горах был не прошенный гость,

Он был здесь чужим солдатом.


Надгробья венчают дороги войны...

Следы на песке раздуваемы ветром...

Мы были частицей афганской судьбы,

Сгорев в ней до самого пепла.

Афган...

По-военному короток слог,

Тому, кто здесь не был, здесь всё чужое,

И кто-то списал нашу жизнь как итог,

В архивную пыль без салюта, без боя.

Уходит солдат в пустоту безвременья,

И нам от бессилия тяжко вдвойне,

Ведь даже слепых озаряет прозренье,

Мы жертвы на этой бесславной войне.

Нелепо! Преступно! Сизифов труд... --

Кому обвинения брошены в спину?

Солдатам не страшен неправедный суд,

А мертвые сраму не имут...


Все в прошлом...

В лице -- кабинетная бледность,

Был матерным -- стал благородным язык.

Зачем же он рвется в мою безмятежность

Истерзанный болью крик?...