# Охота на "Шейха". Ч. 2 (2)

Вячеслав Николаевич Миронов

За спиной раздался шум. Это Ступников. Как всегда шумный, огромный, заполняющий все пространство. И это не из-за его габаритов, а, пожалуй, из-за широты его души. Он выдавливал хмурое настроение, не давал никому унывать. Поворачивал ситуацию таким образом, что в тупике виделся проход. Но сейчас я так устал, что просто хотелось спать. Но толку от того, что я чего-то хочу, желаю? Надо работать. Мозговать надо! Голова не работает. Мозг требует отдыха!

Я потряс головой. Может, так отгоню сон?

- Ну что, предводитель, делать будем? - Саша закурил, выпустил струю дыма вверх.

- Ты начальник, вот ты и командуй! - иронично заметил я.

- У тебя дома были результаты гораздо лучше, чем мои! - заметил Саша.

- То дома. Там своя специфика.

- Ну, понятно, как работать спокойно - так впереди планеты всей, а как экстремально - так Ступников. Я понимаю, что количество шпионов, агентов среди связистов гораздо ниже, чем среди твоих иностранцев.

- Когда вернемся домой, то поменяемся объектами обслуживания. Годится?

- Сначала напьемся, а потом уже будем делить.

- Как думаешь, дадут нам радиостанции подавления?

- РЭБ?

- Ну да, РЭБ!

- Ни хрена, Киса, они нам не дадут!

- Я не Киса, Саня! А почему не дадут? - я снова помотал головой.

- Потому что они могут лишь требовать с нас работу, а сами ни хрена не могут сделать.

- Если знаешь ответ, зачем спрашивать? - Я был в недоумении.

- Пусть, Серега, они репу почешут. Требовать и дурак может, а тут им придется перед нами извиняться, придумывать причины, отчего же они нам не смогли помочь. Время выиграем, они нам меньше мозги засирать будут. - Серега сплюнул. - Какие есть мысли, предводитель?

- Мышеловку делать надо. Сначала на маленькую мышку, потом ее как приманку используем и так далее. Не мне тебе рассказывать, как это делать. Может, уйдем с улицы? - я оглянулся.

Конспирация уже в крови, а не в мозгах.

- Пойдем, - согласился Саша.

В моей комнате я взял несколько листов бумаги и вместе со Ступниковым начал рисовать причинно-следственные связи.

Что это за штука?

Помогает образному мышлению. На листе бумаги вычерчиваются схемы связей, действий, фактов, реальные и возможные последствия, предполагаемые ответные меры противника. Много что еще можно нарисовать.

Саша рисовал, а я схематично пририсовывал рожицы. И милиционеров, как возможный канал утечки бандитам. И бандитов. И Хачукаева.

- Это только в математике и физике кратчайший путь между точками - прямая, - философствовал Саня.

- Знаю, знаю, - поддакивал я, - в контрразведке это может привести в гибели всего и вся.

- Вы пошлый человек, - поморщился Ступников.

- Отчего же?

- Вам, уважаемый, везде трупы мерещатся.

- Саша, не захомутаем мы эту банду, так точно будут трупы с двух сторон. Нашей и духовской. Уже сейчас "фугасники" резвятся, людей взрывают. Бойцы звереют, котел кипит, может и крышку сорвать.

- А ты сам кипишь? - бросил на меня быстрый взгляд Ступников.

- А ты? - вопросом на вопрос ответил я.

- Я же тебе говорю, что ты пошлый человек! Никакого уважения ни к возрасту, ни к должности, ни к опыту, ни, наконец, к званию. Вот молодежь пошла! - он притворно вздохнул.

- Саша, не держи меня за кандидата в органы. Лучше давай дальше думать. Рисуй. Если через пару дней мы не начнем активно работать, то можно ставить крест на всей спецоперации. Будет много трупов, никакого толка, помойка новых духов появится. В принципе - бог с ними, с этими духами, рано или поздно сдохнут, а вот наших жалко.

- Может, потянем наших завербованных агентов? - предложил Саша, откидываясь на стуле, растирая затекшую шею.

- Смотри, как бы они из нас информаторов не сделали! Мой точно знаком с оперативной работой. Надо мышеловку строить.

- Какую?

- Для начала детскую. Пустим дезу, но всем разную.

- Если инфа соберется в одном месте, то, простой анализ выявит противоречие, метод наложение позволит выявить, что все это ерунда, и вместо каравана с деньгами нам достанутся лишь трупы. Не пойдет.

- А что ты предлагаешь?

- Купить агентов.

- Купить? Несколько цинично, но под солнцем все имеет свою цену. Денег нет и не будет, чем покупать?

- Должностями. У нас агенты, назовем их так, в основном, менты. Так?

- Так.

- Какой мент не рвется к власти, тем более - в бандитской республике? Подход к бюджетным деньгам. Это с одной стороны, с другой стороны, в этом краю много, очень много краденых автомобилей, и много чего еще. Чечены, по природе своей, далеко не пахари, они постоянно думают, где бы что "вымутить", украсть, обмануть.

- Ты за весь народ-то не говори...

- Говори, не говори, а если с 1991 года ничем кроме воровства, работорговли, угона, фальшивых денег, войны и прочей гадости ничем не занимаются?

- Какие должности мы можем пообещать? Глава милиции - начальник РОВД. В Атагах, на выбор, или еще чего. Если захочет, то можно устроить и переброску "на материк".

- Ну, и попутно "запулить" "дезу".

- Отчего нет. Сообщаем, что они могут занять пост в обмен за информацию, ну, а также "проговариваемся", или даем подслушать ценную информацию. И устраиваем засаду в этом месте. Годится?

- Попробуем. Как это будем докладывать начальству?

- ЛОК.

-Личный оперативный контакт или ложный оперативный контакт?

- В зависимости от результата. А так - отвлечение внимания противника на негодный объект. Было дело - отвлекал.

- Сами будем или привлечем кого-то?

- Если привлекать кого-то, то отвлечем внимание от их основной работы. Раз. Второе - излишняя суета, придется привлекать большие силы военных для устройства засад, а это уже утечка и срыв.

- Я тоже так думаю.

- Как встретимся со "штыками"? ("штык" сленг - агент)

- Как-как?! Что ты пишешь в своих справках?

- Не напоминай мне о бумагах, хоть здесь рука немного отошла от всей этой писанины, от "планов громадье"!

- Надо страховать друг друга. Вдруг какой-нибудь "умный" захочет заиметь личного раба в лице оперуполномоченного. Вот ни у кого такого нет, а у него есть.

- Конечно. - Я схематично нарисовал человечка в погонах и тачкой в руках.

- С кого начнем?

- Начнем с козыря. С того, кто заявляет, что он давний агент и собирается отомстить за своего покойного родственника. А там посмотрим. - Зарисовка в виде игральной карты - туз крестовый.

- Согласен.

- Когда?

- Да хоть завтра.

- А почему бы не сегодня? Давай сегодня. Какую "дезу" будем толкать?

- Что может заинтересовать духов, и будет это "что" только в одном месте? - рисую большой вопросительный знак и большую кость рядом.

- Человек слаб и жаден. Чеченский бандит - не счастливое исключение.

- Деньги? - Знак доллара и вопрос.

- Типа, что привезли зарплату военным. Сколько их?

- Думаю, что человек четыреста. На каждого по десять тысяч.

- Не много ли?

- Выплата "боевых".

- Их же отменили.

- Задолженность привезли.

- Звучит красиво. Четыреста человек на десять тысяч - приличная сумма. Четыре миллиона. Ничего себе. Клюнут?

- Мужик, это для тебя приличная сумма, а переведи в доллары. Сколько? Сто тридцать тысяч или около того. Для арабов, тех, кто воюет за деньги, не такая уж и большая. Тем более что надо делить на всю банду. Надо увеличить до завораживающего числа.

- Десять миллионов?

- Именно. На это должны клюнуть. Они люди, просто немного скоты, но все же люди. Жадность у них развита больше, чем у кого-либо. Они озверели. Тем более - по носу давно не получали. Считают себя неуязвимыми.

- Принимается. - Рисую череп с перекрещенными костями.

- Что второму агенту "вольем"?

- Чем ложь невероятнее, тем в нее сильнее поверят.

- Думаешь?

- Уверен на все сто десять процентов.

- Например?

- Что военные везут химическое оружие для спец операции в Атагах. Военные его везут для хранения в Чечне. Ну, и в результате аварии совершенно "случайно" подорвут один из контейнеров в Атагах. А потом заявят на весь мир, что это оружие боевиков. Это первое, а второе - хим оружие легче спрятать в зоне боевых действий, инспектора туда не сунутся. - Я рисую цепочку грузовиков на фоне ядерного взрыва.

- Глобально. А поверят?

- А у них есть выбор? Они обязаны, если не поверить, то проверить. Агенту пообещаем, что выдадим ему противогаз. Пусть в нем и пишет сообщения.

- Мы будем уходить в горы. Будут стрелять. Дадим вам парабеллум.

- Примерно так.

- А что бы ты сделал, если бы получил такую информацию?

- В любом случае проверил бы. Если никак не отреагируют, значит, агент прошел проверку на "вшивость", и уровень доверия к нему и его информации вырос.

- Обоих сегодня?

- Каждый час на счету. По времени растянем места и время встреч, и начнем!

И мы начали.

Я вызвал своего агента. Оставил записку в условленном месте. Там же описал, где встретиться. В полуразрушенном доме.

Саша уже лежал там, на чердаке, и страховал меня, заодно приглядывал за местностью.

Я шел на встречу. Одно дело в родном городе, там есть риск, что встреча может быть сорвана, агент "засвеченный" или подставной. Все может быть. Операция может быть провалена. Чем мне это грозит? Выговор, строгий выговор, неполное служебное соответствие, понижение в звании, должности. Но я буду жить. Дальше работать в Управлении или в другом месте, но буду работать. А сейчас, здесь?

Здесь в случае срыва операции погибнут люди, наши люди. А при встрече "Демон" может просто застрелить меня. Идти на встречу к нему в бронежилете глупо, показать сразу, что я его боюсь. Потею от страха.

Дома я тщательно готовился к встрече. Читал материалы, личное и рабочее дело источника, прорабатывал вопросы, которые должен поставить ему. При этом надо следить за его реакцией, как он рассказывает, давать наводящие вопросы. Опять отслеживать, как он отвечает, не путается ли, не придумывает ли. Много нюансов.

Были у меня и моментальные встречи. Заранее договаривались, где и когда мы пройдем мимо друг друга. Встреча в одно касание. И надо было рассчитать шаг и скорость так, чтобы агент или я моментально передали свернутую в шарик и запакованную в целлофан информацию. Со стороны не заметит даже опытный наблюдатель.

Сейчас я тоже должен был подготовиться к встрече. Сел за свой стол, закурил. Ноги на стол, пусть отдохнут немного. Закрыл глаза. Думаю, как можно заставить его поверить мне. Как? Сказать, что мы вот-вот ждем грузовик или БТР, набитый деньгами. Так что ли? Что дальше? Он пожмет плечами, ну и ждите дальше. А если он не причастен к боевикам, но человеку затмит голову сама мысль о деньгах. Он организует банду или сам пойдет к бандитам и сольет им эту идею за определенный процент. Сами толкаем его в руки бандитов. Посмотрим, что дальше будет, что он сам расскажет.

Если он действительно работал с органами госбезопасности, то он раскусит мою дезу с полпинка.

Агент воевал на стороне боевиков, крови на нем много. Как я к нему отношусь? По законам мирного времени - посадить его на много лет, а еще лучше - расстрелять. Он бандит, убийца. Я брезгаю с ним общаться. Мне самому хочется расстрелять его.

Но сейчас другая ситуация, я должен ему улыбаться и показывать, как я заинтересован в сотрудничестве. Его нельзя расстреливать, он - источник информации. Я должен якшаться с убийцей наших солдат и офицеров для спасения жизни тех, кто служит, живет рядом со мной.

Для нормальной психики это непонятно. Если враг, значит должен быть уничтожен или же взят под стражу и передан следственным органам.

Но здесь оперативная работа, здесь "закулисье". Ради получения информации пойдешь на многое. Даже на то, чтобы здороваться, общаться с убийцей наших ребят. "При всем разнообразии выбора - другой альтернативы нет!" - вспомнился мне слоган рекламной компании.

Через час отправился на встречу. Главное, чтобы Саша был еще жив. Агент может придти раньше на место встречи и убить его, а потом и меня. С него станется.

Так, Сережа, спокойно, спокойно! Дыши глубже. Не паникуй, еще не хватало источнику заподозрить, что ты его боишься, или волнуешься. Он возьмет психологический верх. Ты должен его "пересмотреть". В глаза, жестко, прямо, пока тот не отведет взгляд. Не можешь смотреть в глаза - смотри в переносицу, там, где череп стыкуется с носом, или чуть выше. Первое правило.

Второе. Не говори много, пусть агент говорит, можешь открыть рот лишь для того, чтобы максимально разгрузить его от той информации, которой он обладает. А также для отработки задания.

Третье. Улыбаться. Источник не должен видеть в тебе противника, чтобы раскрыть душу. Ага, бандит матерый тебе откроет и душу и сердце! В лучшем случае - цинк с патронами! Или ладонь, на которой будет лежат граната без чеки.

Спокойно, не нервничай, думай, успокойся. Ты уверен в себе! Тренируй мышцы лица, разминай их, улыбайся, вот так лучше! Теперь сделай самую обаятельную улыбку. Еще теплее. Хорошо. Теперь давай тренируй взгляд. Внимательный и строгий. Ты видишь "Демона" насквозь. Он должен это чувствовать. Он должен ежиться под твоим взглядом, ему хочется заползти в щель. И помни, что ты не частное лицо, и занимаешься оперативной работой не в свое удовольствие, а в интересах государства.

Ему плевать на государство. Он ненавидит Россию, он ненавидит русских. Я для него - лишь средство достижения цели. Месть - движущая сила.

Как ни странно, но он для меня тоже. Способы достижения цели у нас здесь совпадают. Это при условии, что он не врет и действительно желает отомстить за своих близких. А если врет? И все это ловушка? А что это означает? Что? Ловушку. И звиздец!

Осталось метров триста до места встречи, а еще до конца не решил, как именно и что надо говорить ему.

От волнения вспотел, а нельзя потеть, нельзя. Сбавляю шаг, расстегиваю бушлат, снял шапку, достал платок, вытираю пот на голове, шею, теперь руки. Не хватало еще, чтобы агент заметил, что у меня влажные руки. Во-первых, это неприятно, во-вторых, показывает мою слабость.

Женщины любят чувствительных мужчин, значит впечатлительных, значит тех, кто плохо контролирует свои эмоции. Следовательно, тех, у кого потные руки. М-да, ну и вкусы у этих женщин!

О чем это я? Надо думать о встрече! А я о женщинах! Во дурак! Все, собрался! Шапку нахлобучил, платок убрал, руки еще раз вытер о бушлат.

Потел я как от волнения, так и от того, что приходилось идти по грязи. Бронетехника размесила все дороги, от асфальта осталось лишь одно воспоминание и отдельные куски. Идешь и вытаскиваешь ноги из этой грязи. И потеешь от нагрузки физической и от волнения. От чего больше?

Вот и вижу нужный дом. Во рту предательски пересохло. И чего я так волнуюсь, как будто первую встречу провожу?

Домик я этот облюбовал давно уже. Он стоял несколько обособленно от других. С дороги его закрывали два недостроенных строения. Сам дом обнесен высоким каменным забором. Дом строили и не достроили, а потом кто-то из духов устроил там огневую точку. И нашим войскам ничего не оставалось, как сделать несколько залпов по этому квадрату.

Недалеко от дома я поправил автомат, который у меня висел на правом плече стволом вниз. Потом снял с плеча. Чем черт не шутит!

Снял с предохранителя, передернул затвор. Патрон в патроннике. Автомат на предохранитель, снова на плечо.

Простые, незамысловатые движенья, а придали уверенности и спокойствия гораздо больше, чем все эти рассуждения.

Сейчас в проулок, и через двадцать метров этот домик. Снова поднимаю голову, не вижу Ступникова. Не вижу. Жив ли?

Вхожу. Слегка покашлял.

Сверху шорох.

- Все тихо. Я закоченел.

- Хорошо замаскировался. Не видно с улицы.

- Я все здоровье тут оставил. Коньяка не догадался взять?

- Нет.

- Ну, ничего, когда будешь меня страховать, я посмотрю, как ты замерзать будешь.

- Я в подвале буду, там теплее, - меня забавляла перепалка.

- Все - тихо. Черт твой идет.

- Не "Черт", а "Демон", - поправил я его.

- Один хрен "Бес". Давай, крути его. Если что, скажи какую-нибудь цитату из "12 стульев"!

- Хорошо, Предводитель.

Через минуты три раздались шаги. Я встал напротив входа. Меня видно. Автомат передвинул поближе. Сигарету в зубы. Закурил, лицо окутал дым.

Агент вошел, встал в дверном проеме. В милицейской форме, в руках автомат. Не на плече, а именно в руках, предохранитель снят. Боится? Это хорошо, а если задумал чего недоброе? Шмальнет, и нет меня. Стреляет-то он получше меня. Опыта ему не занимать.

Струя пота начала свой бег у затылка и закончила в трусах. Я улыбнулся в свои тридцать два зуба. Улыбка самая обаятельная. Голос мягкий, бархатный.

- Заходите. Если бы я хотел устроить вам пакость, то пригласил бы к себе в кабинет. - Помолчал. - С конвоем бы пригласил. А здесь я заинтересован в вашей безопасности. Заходите.

Источник внимательно оглядывал помещение. Стоял в дверном проеме. Так, наверное, зверь чует опасность, но не видит ее. Озирается. Кончиками ушей чувствует, но не видит. Оттого и насторожен.

Я развел руками, как бы обвел ими помещение, повернулся вокруг себя. Рискованно, конечно, но надо же его расположить к себе. Для этого можно и спиной к зверю повернутся.

- Ну, так и будете стоять? - в моем голосе уже издевательские нотки, мол, струсил, приятель.

- Зачем вызывали так быстро? - он угрюм.

- Здравствуйте, - я протянул ему руку.

Для рукопожатия ему необходимо автомат взять в левую руку. Он помедлил, потом переложил автомат и пожал мою руку.

Снова осмотрел полуразрушенную комнату. Больше комнат не было, все разрушены. Спрятаться негде, кроме уцелевшего чердака. А вот туда его пускать нельзя.

- Будете в "зачистку" играть? - голос полон сарказма и иронии.

- У меня мало времени, - буркнул он.

- Что удалось узнать? - я напирал.

- А что именно? - он угрюм.

- Вы сами сказали, что мало времени. Я мог бы вам рассказать, как космические корабли бороздят просторы Большого театра. Но я этого не делаю.

- Что?! А, "Операция "Ы"! - агент усмехнулся.

- Будем о кино разговаривать, или о деле? Наши цели совпадают. Вы сами пошли на сотрудничество, сами предложили сделку. А теперь? - я "давил" на него.

Главное, не перегнуть палку.

- Помню я. Одно дело там, в России, сводить счеты, другое дело - здесь, на Родине.

- Вы еще не поняли, что Чечня из России не выйдет?

- Да понял я, понял, - снова замкнулся.

- У вас есть желание, чтобы от Атагов, как Старых, так и Новых, камня на камне не осталось? Ваше молчание дает нам повод сделать именно так. А ваши так называемые "кровники" уйдут безнаказанно. Так что, если хотите мести - помогайте нам. А мы - вам. Говорите! - последней фразой я "хлестнул" его. - Не забывайте, что на вашей совести много крови. Сотрудничество с ФСБ в Поволжье вам, конечно, зачтется, но если об этом узнают ваши соседи по нарам...

- Не пугайте, я могу убить вас. Прямо здесь и прямо сейчас. А потом уйду в горы... - он нервничает.

- А дальше? Кровник ушел. Тю-тю. Так насчет разговора?

- Есть тут связной. По крайней мере, я так думаю.

- А почему так думаете?

- Что вы знаете о радиосвязи?

- Немного, но, полагаю, что разберусь. Продолжайте, пожалуйста.

- В радиостанциях имеются аккумуляторные батареи.

- Вы уж меня не держите за полного болвана.

- Батареи надо заряжать периодически. А электричество есть лишь у военных, и от них запитаны милиционеры. Вот и приходит один местный житель и тихо, не привлекая излишнего внимания, заряжает батареи. Батареи старые.

- У бойцов можно купить новые, - заметил я.

- Можно, вот только они не подходят. Я спрашивал.

- А радиостанцию купить?

- Пробовали, оказывается, радиостанцию купить не так просто. А милиционерам передали старые, маломощные станции. Толку от них как от козла молока.

- Это уже интересно. Что еще?

- Он заряжает батареи в кабинете заместителя начальника милиции.

В этот момент "Демон" вновь оглядывал помещение и не видел моей реакции. Я вспотел. Тот самый юноша с зеленой повязкой, о котором мне рассказывал Саня. Весело!

А каково Ступникову сейчас лежать в трех метрах от нас и слушать этот разговор. Хоть бы у него нервы не сдали, и не стал бы он спрыгивать с чердака и выяснять подробности.

Так, чтобы скрыть замешательство надо опустить лицо. Опустить мотивированно.

Я стал хлопать себя по карманам, в поисках сигарет и спичек. Хотя прекрасно знал, куда кладу сигареты. Всегда в правый карман, туда же спички. Граната с выкрученным запалом - в левый.

Вытащил сигареты, выбил оттуда одну - протянул "Демону", тот отрицательно покачал головой. Не курит и не пьет, долго жить собирается. Сам прикурил, дым в потолок. Пусть Александр помучается, от того, что его агент оказался двойником, и что не может покурить, чтобы обмозговать услышанное.

- Как думаете, заместитель начальника милиции в курсе того для каких целей он заряжает батареи? - я ставил конкретные вопросы.

Я интересовался мнением агента, я его ценю, мне важно его мнение. Агенту, пусть даже и очень опытному, это лестно. В нем видят не только оружие для добывание информации, но и человека.

- Думаю, что знает, - агент усмехнулся.

Усмехнулся как знающий человек, ну и также что-то мне подсказало, что не договаривает он чего-то. Держит козырь в рукаве. Хороший козырь, типа туза.

- Думаю, что вам не только это стало известно по этому делу. Что еще?

- Еще? - источник улыбнулся, хитро улыбнулся. - Слышал часть разговора.

Я демонстративно молчал.

"Демон" выдержал паузу.

- Я слышал, как заместитель начальника спрашивал, мол, как здоровье у того милиционера.

- Какого милиционера? - "не понял" я.

- Который вашего бойца как барана зарезал и ушел. И еще он передал дедушке пакет с утепленной милицейской курткой. Новая курточка. А размер отнюдь не дедулин.

- Полагаете, что он скрывается у него?

- Не знаю, - источник пожал плечами. - Носить при себе новое обмундирование опасно. Только в пределах деревни. Попробуй вынести за пределы деревни, тут же на блок-посту проверят. И начнутся ненужные вопросы, подозрения,

- Тот, который сбежал, был связан с радиотехникой?

- Работал одно время на метеостанции. Полагаю, что радиодело знает хорошо.

- Понятно. Еще вопрос. Этот дом мы досматривали, ничего подозрительного не нашли.

- По опыту общения с этими "новыми чеченцами" рекомендую внимательно измерить межпотолочные перекрытия, ну и кухню внимательно посмотреть.

- Не любите нуворишей? - я пошел на провокационный вопрос.

- Не люблю, - не задумываясь ответил он. - Надо всю республику восстанавливать, а не свой карман набивать. Вы же, русские, один черт скоро отсюда уйдете, а мы останемся, спросим с них.

- Отчего вы взяли, что мы отсюда уйдем?

- Мы выберем своего президента, примем свои законы, большинство военных уйдет. А те, кто останется, будут сидеть за забором и не высовываться, все операции будут согласовываться с властями. Поэтому для меня важно до этого времени разделаться со своими врагами. Вашими руками.

Он говорил спокойно, уверенно, как о решенном деле.

И я почему-то подумал, что так оно и будет. Ладно, так далеко заглядывать не стоит. Освободить Атаги, а там уже командировка кончится.

- Еще вопрос. Кто-нибудь еще поддерживает сепаратистов? - я сознательно избежал слова "бандит".

- Конечно, - он даже удивился моему наивному вопросу.

-Можете назвать кого-то именно?

- Надо подумать. Мы же все бандиты, - он усмехнулся. - Вот только просто бандит в прошлом спрятал до лучших времен свое вооружение и ждет, а есть же и активные. Вас же активные интересуют?

- Меня интересую все, - не стал я "давить" на источника, говоря "нас интересуют".

- Я подумаю, - тот кивнул головой. - Тут еще маленький момент.

- Слушаю внимательно.

- Ваши солдаты и офицеры стали ходить к местным проституткам.

- Знаю. Как ваши обычаи смотрят на это дело?

- Косо смотрят. А что делать? Война, жить женщинам как-то надо. Мужчин на всех не хватает.

- За вами не может осуществляться наблюдение? Вы осторожны? - источник должен уходить со встречи в полной уверенности, что о нем заботятся, берегут его голову.

- Спасибо за беспокойство, - "Демон" усмехнулся.

Все он знает, все понимает.

- Не беспокойтесь, я достаточно осторожен. Я больше вашего заинтересован, чтобы сохранить свою деятельность в тайне.

Я отработал ему следующее задание. А также место встречи, способы срочной двусторонней связи.

Агент ушел. Шел уверенно, спина прямая, лишь под тяжестью автомата и, видимо, по привычке слегка наклонена вправо.

Я стоял в глубине дома и курил, глядя ему в след.

- Эй, замерзший попингут! Слазь! - я обратился к Саше.

- Тебе бы так полежать! Сам ты пингвин замерзший! - послышался хруст и голос Ступникова. - О, как я замерз! Прикуривай сигарету! Выпить с собой есть что-нибудь?

- Нет, только дома. - Я прикурил сигарету и протянул спустившемуся на негнущихся ногах с чердака Александру.

Он взял сигарету, поставил рядом автомат и начал разминать затекшие и замерзшие конечности.

- Ох, ну, и скрючило! Кажется, до костей промерз!

- А как разведчики сутками на снегу лежат?

- Хрен его знает, как они лежат! Надо будет спросить. Пошли скорее домой!

Мы дошли до места дислокации нашего отдела. Сашу колотила мелкая дрожь. Действительно замерз мужик. Несмотря на то, что дорога была по-прежнему разбита и вся в грязи, и ноги приходилось вытаскивать из грязи, Саша, казалось, летел вперед.

Я старался обходить наиболее грязные участки, но потом бросил эту затею. Ступников пер вперед как танк, я же от него отставал.

Еще на крыльце Саня заорал во всю глотку:

- Дневальный! Чайник ставь! Живее!

Прямо в грязных ботинках мы прошли в комнату Ступникова. Саша на ходу снимал верхнюю одежду.

Шапку с размаху бросил на кровать, ремень с кобурой, бушлат - туда же. Начал растирать предплечья, потом подсел у печки-буржуйки и начал греть руки.

- Сережа, под кроватью стоит початая бутылка коньяка. Налей мне полстакана и себе плесни. Не пью один.

- На! - Я протянул ему полстакана коньяку, себе на донышке.

- За здоровье! - произнес Саша и быстро выпил.

Зажмурился от удовольствия. Выдохнул. Закурил.

- А вообще, Саша, что думаешь? - я тоже закурил

- Если бы это было дома, то сказал бы, что лажа полная, но здесь это может и пройти, как бы безумно не звучало.

- Знаю, знаю, - я вздохнул. - Дома я бы еще месяца два посылал бы агентов по адресу, чтобы они определяли, где эти батареи лежат, а где радиостанция, и зачем ему эта радиостанция, и много чего еще я бы узнал. И самое главное, где этот бегун из "Милицейских резервов" прячется.

- А сейчас, предводитель команчей, надо работать быстро и без шума. Но, представляешь, надо обыскать дом частный и найти ма-а-аленькую радиостанцию. И этого гражданина. Вот найти бы этого гада. Хотя, честно, не верю, что он тут сидит. Но попробовать надо. А вот станцию они сейчас эвакуировать не будут. И даже когда найдем ее, это абсолютно ничего не доказывает. Он скажет, что радиостанцию нашел на улице, отремонтировал и слушает радио "Маяк", хочет знать, что в мире происходит. Дома бы затеяли бы радио-игру! - Саша мечтательно выпустил дым в потолок комнаты. М-да! На безрыбье и раком рыбу можно! И еще, Сережа, ты правильно сделал, что не стал ему баки забивать относительно получки. Этот гад с полпинка просек бы, что это деза.

- Я знаю, поэтому и спланировал беседу по-своему.

- И правильно сделал. Я не знаю, как со своим построить беседу. Время есть, подумаю. Согреться надо, а то мозг уже замерз. Б-р-р-р!

- У тебя когда с ним встреча?

Саша посмотрел на часы.

- Через два с половиной часа. Чайку сейчас попьем, согреемся, и ты давай, топай - охранять меня будешь.

- Очень мне нужно тебя охранять! Со своим "штыком" я встречу провел, тебя еще охранять!

- Во, молодежь как заговорила! Никакого уважения ни к должности, ни к возрасту! Бардак в стране!

В дверь постучали.

- Чай, - голос дневального.

- Давай!

Мы сидели и разговаривали. Пришли к выводу, что надо выставлять пост наблюдения у интересующего нас дома. Причем надо блокировать все подступы к нему. Можно даже ускорить процесс, просто "слить" информацию молодому заместителю начальника РОВД, что, мол, знаем, где беглец прячется, и через пару-тройку дней его возьмем. Тот к нему, а тут и мы его берем. Но нужна будет помощь армейских разведчиков. Без них мы как без рук. Вечером собираем сходку. Руководить постом наблюдения и командовать в случае задержания буду я. Есть еще масса нюансов, которые нужно согласовать с особистами, разведчиками, и если понадобится - то и с командованием части, а то, не дай бог, и со Ставкой. А если дойдет дело до согласования со Ставкой в Ханкале - пиши "пропало".

Мы еще немного посидели, но мне пора было выдвигаться. Памятуя, как морозило Александра, я оделся потеплее, взял несколько старых газет, теплее лежать на них.

Где находился дом, в котором должна была проводиться явка Ступникова и его агента-двойника я знал.

Почему нельзя проводить встречи там же где и я? Опасность расшифровки. Не исключена возможность, что и за нами следили, и могли расшифровать как источников, так и нас. А что делать? На войне как на войне. Задачу надо выполнять, надо работать.

Вот и дом. Крыша с чердаком почти отсутствовала. Памятуя, как замерз Ступников, я решил не повторять его подвигов и сначала осмотрел дом. Мне приглянулся подвал. Добротный подвал. Там было несколько камер для рабов. Пол в нескольких местах был провален. Стены забрызганы кровью. Повсюду видны следы от пуль и осколков. Бой, видимо, здесь был нешуточный, если, судя, по отверстиям в стенах, били из танка. Вот следы от пуль из КПВТ. Серьезное оружие. В подвале я нашел несколько пустых, полуразваленных ящиков из-под автоматов. Хозяева в оружии не нуждались. Здесь же были ящики из-под патронов, гранат, рядом валялись проржавевший цинки от патронов, упаковочная бумага.

Пост свой я организовал хорошо. В главном зале дома - это более-менее уцелевшее помещение, и встреча будет происходить именно здесь - я немного замаскировал провал в подвал.

Разбитая мебель, пара картонных коробок. Я сидел на ящиках из-под автоматов. Видно все помещение, при желании можно было держать оборону входа. Нормально.

Я передернул затвор автомата, на предохранитель ставить не стал. Вздохнул, поерзал задом и стал ждать. Жаль, что курить нельзя.