# Червленная

Денис Александрович Мокрушин

Песок, песок, песок...

Ротная колонна идет на юг, в Чечню. Ещё под Кизляром, где собирался весь полк, прошел слух, что действиями только в Дагестане мы не ограничимся, но командиры молчали о предстоящем, а теперь и так ясно.

Песок, песок, песок... Он проникает повсюду и уже через несколько минут после начала движения противно скрипит на зубах, забивается за воротник, оседает на одежде. Дорог здесь фактически нет и комроты ведет колонну, сверяясь время от времени с картой, по кем то проложенной колее. Бэхи, натужно ревя движками, взбираются на дюну, чтобы затем с легкостью ринуться вниз, а дальше снова вверх по зыбкой поверхности.

Спуск-подъем, спуск-подъем, монотонно и не останавливаясь. На подъемах кто-нибудь из сидящих на башне оглядывается, проверяя не задремали ли расположившиеся сзади бойцы. Из-за постоянной усталости люди то и дело клюют носом и нужно следить, чтобы они не упали с брони под гусеницы следующей машины.

Вчера, 30 сентября, ребят, призванных из Татарстана, отправили домой, Шаймиев позаботился, чтобы жители его республики не погибали. Остался только механ моей 545-ой, Сафар, они с наводчиком Уварычем закадычные друзья и решили вместе служить до самого дембеля. У остальных выбора нет, едем на войну...

Три дня в песках. Изредка попадаются маленькие рощицы вперемешку с терновником, сразу уничтожаемым голодными солдатами, мелькают одинокие кошары местных жителей-ногайцев. После посещения одной из них, в башне взводной БМП поселяется парочка индюков, а в десанте - мешки с мукой и сахаром.

На протяжении 3 октября песок по пути постепенно сменяется на более твердую почву, вдоль дороги расстилаются заброшенные поля с арбузами, мы приближаемся к обитаемым местам.

Переночевав как обычно в поле, утром 4 октября выстраиваемся в колонну и медленно начинаем движение вдоль лесополосы. Через полчаса, выезжая на поле, слышим по рации, что ротный передает приказ спешиться. Строимся перед бэхами, но черт! - где-то вдалеке слышится частая стрельба! Приказ Пулинцева немного ошеломляет всех: вырыть окопы перед виноградником, сейчас через него на нас пойдут чехи!

Схватив саперные лопатки, кидаемся копать. Почва песчаная и мы остервенело вгрызаемся в нее, стремясь как можно быстрее вырыть себе укрытие. Всех подгоняет страх, успеем - нет?! Впервые вероятность боя так реальна и неизведанное страшит своей неизвестностью, тысячи мыслей мелькают в голове: когда? что будет? как это? неужели? а вдруг смерть?..

В течении получаса окопы готовы у всех, и мы до боли в глазах всматриваемся в виноградник впереди - идут???

Подъезжает БТР замкомандира полка, и спрыгнувший с него подполковник Рафиков сообщает нам: "Ребята! Сейчас все садимся на бэхи и выдвигаемся на помощь первому батальону, их обходят, надо отбить атаку чехов!"

БМП быстро преодолевают пару километров до цели, разъезжаясь в цепь, мы спешиваемся и с интервалом в 15-20 метров начинаем движение. Первые метров триста преодолеваем беспрепятственно, слушая ожесточенную перестрелку впереди. Затем: "Тиииу! Тиииу!", - начинают пролетать первые посланцы смерти. По команде взводного продолжаем передвижение перебежками: "Первые пошли! Вторые пошли!"

Чем дальше, тем тяжелее бежать, каска болтается и падает на глаза, бронежилет тянет к земле.

- Первые ложись!

Валишься на землю, в голове непрерывно молотит тысячами ударов кровь, не хватает воздуха, и сердце колотится как сумасшедшее.

- Вторые ложись!

- Первые пошли!

Бежать, петляя и пригибаясь, все тяжелее. Огонь чехов плотнее и пение свинца сливается в непрерывный звук, леденящий звук смерти... А мы движемся вперед по полю ярко освещенному утренним солнцем, полю на котором за два часа умрут пятнадцать молодых ребят...