# Зазеркалье

Александр Евгеньевич Неменов

Зазеркалье


Карабах. 1993. Весна. Тепло и хорошо. Лёгкий угар от тутовки. Лихие братья-армяне... куда то бежим с Серёгой Мамонтовым под Гадрутом... Хин-Таглар, по-моему деревушка называлась... Бежать надо не очень далеко, но быстро... потому, как говорят, что война... где-то невдалеке несколько разрывов, звук кажется негромким, от заглушающего всё стука крови в висках от бега в не очень трезвом состоянии. Присели все... поднялись, побежали дальше... опять... присели... и только сейчас я очень чётко расслышал, странный звук из молодой листвы деревьев. Как камень через листву над головой пролетает...

- Что-й то? - спрашиваю я наивно...

- Как что?... это миномётные осколки на излёте... - и улыбается белозубой армянской улыбкой во всю рожу бывший пастух из горной деревушки...

Добежали до вертолётной площадки... вертушка стоит, запускается... солдаты, кто во что одет, да и не солдаты ещё тогда, а ополченцы, гробы и раненых на борт грузят... всех вместе... протрезвели мы в миг, у братьев-армян улыбки с лиц давно сдуло... Поснимали... Всё молча... Никто слова не проронил...


По дороге назад в село, я вглядывался в лица тех, с кем час назад бежал... и чувствовал, что все думают об одном и том же...


Показали нам комнату в каком-то доме, принесли лаваш и трёхлитровую банку вина.

- Помяните наших ребят...

Закрыли дверь, сказав, чтоб к утру банка была пуста...


Я вспомнил ботинки на одном из убитых. Аккуратно завязанные шнурки... Когда он их завязывал утром, то не знал, что сделал это в последний раз... Подумалось... может и я тоже сделал что-то в последний раз, но ещё об этом не знаю...


Закрывая глаза. я понял, что что-то во мне поменялось сегодня, что таким, как до этого дня я не буду уже никогда... Смешным и мелким показалось многое из того, что осталось во Внуково. Мелкие радости, мелкие горести... возня какая-то мышиная...

Как прочитал недавно в одной книжке, - ...после этого трудно понять, как можно ссориться из-за того, кто пойдёт выносить мусор...


С этого дня я часто возвращаюсь к мысли о том, что самолёт стал восприниматься мною, не как транспорт, а как какая-то диковинная машина, способная перенести человека в другое измерение. Туда, где люди живут и умирают по своим законам, где разница между жизнью и смертью измеряется миллиметрами и секундами, где совершенно другие ценности, где мир теряет большинство своих цветов... он становится почти чёрно-белым... Есть радость и есть горе, есть дружба и есть предательство, любовь и ненависть... есть жизнь и есть смерть... а всё остальное, для этого зазеркального мира, расположенного всего в каких-нибудь двух часах лёта от Москвы так несущественно...


Как-то примерно через год я вернулся, в Степанакерт, и как заколдованный смотрел на дряхлого старика, который долго бродил с палочкой по военному кладбищу на окраине города. Старик молча ходил мимо десятков одинаковых плит из черного мрамора с портретами совсем молодых ребят, и гладил их все по очереди...

Счастливы те, кто может сесть в самолёт и перенестись обратно в свой разноцветный мир, с его весёлой мишурой... а как быть тем у кого это чёрно-белое кино крутится дома...