# Личный долг.

Валерий Анатольевич Новосёлов

-Аллах Акбар!!!... И выстрелы...Кажется со всех сторон.

Уронив из рук кружку с чаем Вовка с автоматом в руках рыбкой вылетел из палатки. Воздух был наполнен свистом пуль и взрывами гранат.

- Вот это попали...-успел подумать Вовка перед тем как услышал, именно услышал вспышку ослепительного огня. Земля молниеносно встала на дыбы.

............

.... Что я?....

............

....Где я?....

............

....Боже мой! Как больно!....

............

-Солдатик? Солдатик! Потерпи ,родненький... Сейчас на самолёт и в Кабул.Там тебя поднимут на ноги. Потерпи , Родненький.

"-Кто это? Что потерпеть?"

............

-Нормально! Жить будет! Долго и мучительно, но будет. Слышишь ,боец? Жить будешь. Повезло тебе,Парень, твой день был.

Сознание постепенно приходило в норму.Вовка стал вспоминать тот ночной бой с "духами", в котором он и стрельнуть-то не успел. Самое страшное он узнал позже. Из всего отделения он остался один. Живой только он. "Духи" торопились и не стали проверять кто жив, а кто нет , приняв Вовку за убитого. Не мудрено. У него же вся спина и ноги были в крови. Граната рванула за спиной.

Первое время Вовка просто плакал лёжа на животе и зарывшись в подушку, что бы ни кто не видел его слёз. Потом молчал вспоминая парней. Хуже всего было ночью. Если он засыпал ему снились пацаны, они жалели его что он живой. От них он узнал что там нет боли. И не стреляют...

Со временем дело пошло на поправку. Кажется он понял что будет и правда жить. Жить с этим грузом на душе.

Так Вовка и поехал домой из госпиталя, срок его службы закончился. Дома он ещё отлежал в военном госпитале, потом его отправили в санаторий, где он и закончил лечение своего тела. А вот душу не вылечили.Он стал лечиться сам. В его маленьком провинциальном городке его все знали как "Вовку-интернационалиста", который с утра пасётся у магазина. А вечером его приносят домой. И так из дня в день.

Очнулся он в начале 90-ых годов на похоронах отца.Взглянул в лицо матери и ужаснулся. Он понял, что если не прекратит лечить душу то потеряет и мать.Нужно начинать жить как то по другому. Но как? Он понял что жить как простой человек он не сможет. Груз потери 10 человек давит. Давит и не отпускает.

Сунулся к властям, получил оплеуху словами :" Та война кончилась, живи как хочешь."

А как он хотел жить? Он и сам не знал. Он бродил по своему городку, уходил в лес, на реку и всё искал вход в жизнь.

Как то зашёл в церковь.Постоял, посмотрел, послушал и понял что ему нужно. Подошёл к батюшке и рассказал ему всё о своей жизни. Батюшка начал говорить витиевато, постепенно предлагая иночество.

- Нет, Батюшка, монах из меня не выйдет. А вот часовню как построить? Что посоветуете?

-Твоё решение. Строй. Если есть средства.

Средств не было. Так ни кому ни чего не сказав Володя стал копить эти самые "средства". Со своей инвалидностью он ни куда в те времена не мог устроится на работу. Да и пенсию по группе то платили, то забывали.Так Владимир приспособился класть печи. Стал пользоваться популярностью. Из соседних посёлков за ним специально приезжали.В некоторые времена даже очередь была. В межсезонье брался за любую работу если за неё давали деньги.

Так и шло время, день за днём, год за годом. Часовня постепенно поднималась на его приусадебном участке. Уже и мама умерла... Остался Владимир один. Но помощи ни от кого не просил. Афганцы к нему приезжали, предлагали помощь. Не по злу, но отказал.

- Спасибо, Ребята! Но это мой долг и груз. Я ведь только ради этого и живу пока...

Поднялась часовенка над домами в самом начале нового века. Внутри одна единственная икона , покровителю воинства Илье-Пророку. А рядом дощечки с именами всего отделения.

С каждым именем Владимир разговаривал.

Каждая доска была полита слезами.

Закончив последнюю доску со своим именем ,Владимир сказал:

-Вот вам парни мой памятник. От государства Вам пластмассовые букеты, а от меня дом...

Ни кто в городке больше не видел "Вовку-Интернационалиста", только доска с его именем была в одном строю всего отделения погибшего в ночном бою в окрестностях Баграма весной 1984 года.