# По грибы

Олег Викторович Омельченко

Ну, не любил Мишка назначений в инженерную разведку. Не любил - и все. И не потому, что эта работа была опаснее, чем любая другая на войне. Трусом Мишка не был, скорее риск ему нравился, но касательно инженерной разведки он знал, как это надо делать. А то, что делалось у них в части, было чистой отбываловкой, бессмысленной и вредной. Когда им впервые поставили эту задачу, то он сам рассказал командирам,. что срочную служил в группе разминирования. Именно поэтому он и думал, что знающие штабные начальники пригонят к ним на базу машину разграждения, оснащенную устройством постановки радиопомех, нелинейным РЛС, детсетью и прочими необходимыми для этого дела приспособлениями. Однако, вместо всего этого прислали старенький миноискатель и МП-1. Мишка его даже получать не стал, поскольку реагирует он на металл, а его в Чеченской земле столько, что от писка оглохнуть можно. Так что на практике получалось не инженерная разведка, а полная чушь. И именно за это он ее и не любил.

Утором, на разводе, зачитали решение на сутки и список нарядов. Как вы думаете, куда его назначили? Вот-вот, именно туда, куда он больше всего не хотел. После развода Мишка нашел командира, который сменившись с ночного дежурства, дремал под маскировочной сетью. Ночь прошла более или менее спокойно, а также, вследствие плотного завтрака, командир пребывал в благодушном настроении. Момент поговорить был самый тот. В мирной жизни Мишка служил с ним в одном подразделении и не без оснований считал, что имеет право на такое обращение. Аккуратно подкравшись, он вежливо проговорил:

- Командир, дело есть

Приоткрыв глаз и зевнув, начальство промолвило:

- Говори

Немного помявшись, Мишка выдавил:

- Не назначай меня грибы собирать (так среди бойцов отряда именовался наряд в инженерную разведку). Давай я в сопровождение на Хасавюрт поеду. Или ставь меня в караул на двое суток. Или давай на зачистки. Давай хоть куда (несомненно, все альтернативы были намного хлопотнее и опаснее).

Поскольку эта тема обсуждалась уже не впервые, то и приблизительный ответ был заранее известен. Так и получилось.

- А на Кипр тебя в отпуск не отправить? И вообще, если я тебя за водкой пошлю, можешь не ходить, а это боевой приказ. Так что, рысью! Усек?

Обреченно почесав в затылке, Мишка грустным голосом изрек:

- Родина прикажет - днем спать не будем!

- Меньше философии, умник. Иди готовься, через час на маршрут.

Окончательно уверившись, что откосить от этого дела не удастся, Мишка пошел в свою палатку. На небе не было ни облачка и, задрав голову кверху, подумал: "Ох, и жарища будет". В палатке его уже ждал напарник. Бойцы поздоровались.

- Ну, как Серега, кто сегодня еще с нами идет? - спросил Мишка.

- На разминирование мы с тобой. И еще пара, Дрозд и Труба. Мы идем по железнодорожному полотну, а они по шоссе. Взвод Дуста и БТР в прикрытии.

Мишка прекрасно знал, что шоссе и железная дорога и дут параллельно, метрах в ста друг от друга, разделенные густой лесополосой, состоящей из дубов и акаций. Но по рельефу местности шоссе находилось выше, видно с него было дальше и обычно подразумевалось, что шоссе и есть главная задача. Раньше они работали только по нему и поэтому назначение на "железку" было неожиданностью. Кроме всего прочего, им не очень улыбалось бить ноги по щебню насыпи.

- А какого х... на "железку" - то?

- Ты что с дерева упал? Не слышал по телевизору, что война кончилась? Первый поезд из Грозного на Москву пойдет. Все - мир, дружба, кукуруза!

В голосе Сереги сквозила неприкрытая злая ирония. Мишке об этом, понятное дело было известно, но все же он считал, что даже идиотизму есть предел. И все-таки такого не допустят. Как можно пустить пассажирский поезд через территорию, на которой ведутся боевые действия. Только как мишень! Потренировать противника в стрельбе по движущейся цели. Тем не менее, так решили. Ну, на "железку", значит, на "железку".

- Поезд-то во сколько пойдет?

- Х.. его знает, говорят под вечер, ведь все секретят, точного времени не доводят. Но мы должны полотно под проход поезда зачистить.

- Интересно как?

- Начальство знает.

- Скажи, Серега, ты сквозь щебень видишь? Нет? Вот и я нет! Что мы найти сможем без техники? Тебе сказать? Сам знаешь?

- Просто штабные доложат, что перед проходом поезда, полотно проверено сибирским сводным отрядом, работа ведется, управление силами и средствами осуществляется.

Мишка плюнул под ноги, многократно покрыл матом все известное ему начальство и, внезапно успокоившись, сказал:

- Вот сейчас отпустило. Пойдем служить.

Примерно через полчаса группы разминирования и прикрытия выдвинулись на маршрут.

Несмотря на утренние часы, солнце уже палило нещадно, жара обрушивалась на землю потоком раскаленной лавы. Испарения от насыпи горячего креазота шпал поднимались в воздух, искажая очертания предметов и рисуя вдали причудливые миражи. Группы разминирования медленно продвигались вперед, цепко ощупывая взглядами землю. А немного отставая от них, и заслоняясь броней, тянулся взвод прикрытия. Так прошло около двух часов, а конца работе все еще не было видно. Внезапно заговорила рация, на связь вышел Дуст, командир прикрытия и старший по наряду:

- Пацаны, перерыв на тридцать минут, а то спечемся. По такой жаре мы скоро сами себя узнавать перестанем. Обходчики- путейцы, вали к нам, поедим, покурим, остынем. Серега с Мишкой переглянулись и поскольку вода, сухпай и сигареты у них были с собой, ответил:

- Мы здесь в тенечке посидим, а как работать начнете, дайте знать, мы тоже продолжим.

- Ну, ваше дело, железнодорожники, я хотел как лучше - прохрипела рация.

Мишка с Серегой сошли с насыпи и укрылись от палящего солнца в лесополосе. Под акациями было намного прохладнее, солнце уже не казалось молотом, бьющим пот голове. Кроме температуры, изменился и угол зрения. Вместо зеркальных контрастов солнечного дня, мир приобрел полутона и краски и все предметы в этом ракурсе выглядели по иному. Когда глаза привыкли к тени, Мишка провел взглядом по полотну, которое они уже проверили. Взгляд зацепился за нечто.. Ему сразу стало душно .Под рельсом явно что-то было! И увидеть это что-то можно было только сбоку, из тени. При фронтальном освещении стальной блеск рельса слепил, закрывая собой аккуратно спрятанный под ним предмет.

- Серега, протри шары, под рельсом что-то есть.

- Да, есть. И щебень не так лежит, а ведь мы мимо прошли!

- На то и расчет! Увидеть можно только сбоку и из тени. Миноискатель под рельсом тоже не возьмет. Ну, народные умельцы!

Рука Сереги потянулась к кнопке вызова рации.

- Куда! Брось! А если там радиовзрыватель? Сработает от нашей рации. Кишки по кустам собирать станут. Лучше давай осмотримся, вдруг духи где-то здесь.

- Я думаю, они нас видели и могли свободно замочить. Но может быть не стали ввязываться в бой с прикрытием. Да и мы, ведь это место уже прошли. Скорее всего, они, чтобы не расшифровывать точку закладки, слиняли по-тихому.

- Береженного - Бог бережет. Давай осматривайся.

Еще некоторое время бойцы старательно таращились на окружающую их зеленку.

- Вроде никого кроме нас. Серый, давай прикрывай, а я потихоньку посмотрю - что и как.

Серега залег за поваленное дерево, снял с плеча автомат, зарядил подствольник и приготовился к бою. Мишка распластался по земле и, аккуратно рассчитывая каждое движение, пополз к рельсам. Теперь он двигался очень медленно, тщательно осматривая каждую травинку. И вот наконец рельсы, а под рельсом... "Вашу маму!" - вырвалось у него. Однако он продолжал глазами исследовать каждый миллиметр поверхности. От того ЧТО он увидел во рту мгновенно пересохло и Мишка прошептал еле слышно: "И мамину маму!". Пот заливал глаза. От креазотной вони перехватывало дыхание, но Мишка напрочь напрочь забыл об этом. Под рельсом он увидел загнутый под прямым углом рычаг запала ручной гранаты, который был уперт в тело рельса, а в грунте под ним угадывались очертания фугаса килограммов на восемь. Из кустов прошипел Серега:

- Мишка чего там?

- Есть все, полный джентльменский набор - нажимной взрыватель и самодельный фугас.

- Сам разминировать будешь?

- Конечно нет, надо вызывать спецов. Я же не самоубийца. Мало ли что там, под ним!

- Оно и верно. Отползай назад, отмечай место вешкой и рванули к нашим на дорогу, оттуда Дуст с брони передаст на базу, а командир знает кого и где искать.

Мишка перевел дыхание и сделал первое осторожное движение, чтобы отползти назад. В туже секунду откуда-то извне неожиданно возник посторонний звук. Как будто где-то далеко зачирикал воробей. Но звук этот шел из рельса. Даже на такой страшной жаре Мишка похолодел и его пробил озноб. Только после этого мозг сформулировал то, что он уже и так понял. Идет поезд! И он близко!!! Постепенно чириканье перешло в цокот и стало чувствоваться подрагивание рельса. На горизонте появилась маленькая зеленая точка, которая стала облачком, а еще через несколько секунд стала различима красная черта в его средней части. Времени у Мишки уже ни на что не было. Он ни о чем не думал. Мысли автоматически заменились боевыми рефлексами и более всего напоминали меню компьютерной программы. Крикнув Сереге: "Тормози паровоз!" Мишка ушел в работу. Его пальцы по одному камешку отбрасывали щебень от фугаса, и вот стала видна внешняя часть мины. Так, восемь шашек по одному килограмму, связаны скотчем. В середине граната Ф-1, чека в запале отсутствует. Рычаг запала уперт в рельс. Когда под весом электровоза рельс спружинит, рычаг выскочит, вспыхнет пороховой замедлитель и через 4,2 секунды огненный вихрь завернет штопором рельсы и перемелет вагоны и всех, кто едет в них. "А что, остроумно" - как-то отстраненно подумал Мишка. Но его мозг лихорадочно выдавал возможные варианты: радиовзрыватель - нет, провода - не видно, ртутный замыкатель - слишком сложно, донный взрыватель., как контрольный - это да, скорее всего, есть, чеку в запал - вставил. Руки продолжали аккуратно, даже ласково, отбрасывать щебень от мины. "Сейчас бы ее подрыть, потом зацепить кошкой и вытянуть, а еще бы лучше подорвать накладным зарядом" - решил было Мишка, но надо остановить поезд. А поезд не останавливался! Серега матерясь прыгал по насыпи, разма- хивая тельняшкой. А поезд шел! Более того, локомотив уже был виден, и как фотовспышки замелькали по его контуру блики, потом послышался знакомый свист и частый стук по щебню. Секундой позже донеслись очереди. Охрана поезда свое дело знала. Что там за бородатый идиот скачет по рельсам с автоматом? Приказ ясен: по препятствующим - огонь на поражение! Только вот целиться через вышибаемую ветром слезу не очень ловко. Это и спасло Серегу от верной смерти. Рыбкой прыгнул он в бетонный желоб дренажной канавы и пули застучали над головой., кроша бетон и сбивая метелки густой придорожной травы. Он вжался в серую каменную поверхность, стараясь занимать как можно меньше места, В голове мелькнуло: "Метко стреляют сволочи. А так и убьют, им чего, ведь не видят же ни хрена и не узнают меня" .

В это время Мишка уже здорово зарылся в щебень. Теперь он мог видеть весь фугас целиком. Кажется он смотрел на него уже тысячу лет. Он заметил и отбитую краску га корпусе гранаты, и расположение слоев скотча и видел всю ее страшную разрушительную мощь. Казалось мина что-то говорила ему. Тем временем, до поезда оставалось еще метров триста. Жить осталось всего ничего. Мишка выдохнул, закрыл глаза, схватил мину обеими руками и ожидая взрыва, грохнулся в канаву, прямо на Серегу. Падая, он здорово врезался головой в бетонный борт канавы и на какое-то мгновение потерял сознание. Через секунду он открыл глаза. Взрыва не было!!! Для того, чтобы удостоверится, понять на каком он свете Мишка повел глазами по сторонам. Мина смирно лежала рядом, а в другом углу канавы сжавшийся в комочек Серега. И тут вихрем налетел тепловоз. На площадке первого вагона промелькнули знакомые лица омоновцев, которые стояли в Гудермесе и, из которых была составлена охрана эшелона. Он успел заметить как вытянулись их физиономии и успел помахать им кулаком. Поезд пронесся как единый миг. Мишка с Серегой поднялись из канавы и стали отплевываться и отряхиваться.

- Слышь Мишка, а ведь нас, если не подорвались на фугасе, то свои бы убили. Какого спрашивается х.. мы здесь вообще делаем, ведь в поезде, сто пудов, что ни одного гражданского, а перед тепловозом можно было и пару платформ с песком пустить, чтобы мины ловили.

- Ни х.. ты Серега, не понимаешь. С песком тут каждый дурак ездить может, а без него какой политический эффект - уже и поезда мирно ходят! Мишка нажал на кнопку вызова рации и сказал в микрофон:

- Дуст, поезд прошел, мы идем на базу самостоятельно

- Вот повезло вам, халявщики! Ладно, шлепайте, а нам еще работать. Я сейчас вызову с базы УАЗ он вас подберет, выходите на шоссе.

На базе Мишка с Серегой пошли докладывать в штаб по результатам работы. Мину они тащили по очереди, под мышкой, как банный тазик. Увидев их, дежурный по части даже привстал за свои столом.

- Это вы где взяли?

- Грибы собирали.

- А там еще такие есть?

- Искать надо.

- Уберите эту дрянь подальше, а лучше подорвите в арыке.

Мишка хмыкнул: "Да, она к нам уже привыкла, ручная, не кусается"

В комнату вошел командир и внимательно оглядев всех и вся, с подозрением сказал : "Ну-ка докладывайте". После обстоятельного доклада и выезда на место, Мишкиных пояснений и вследствие чего нескольких минут отборного мата в адрес Мишки, Сереги, Дуста, начальства и противника, командир приказал выдать бойцам коньяка из собственных запасов, столько - сколько в них влезет, а на закуску нажарить блинов. Влезло довольно много, как блинов, так и коньяка. Но после этого воины заснули как младенцы, без снов и страшно довольные тем, что ожидаемый ими нагоняй за самоуправные действия оказался значительно меньше ожидаемого. После этого Мишка и Серега еще много дней выполняли всякую солдатскую работу. Командир в тот же день оформил наградные листы. Мишку он представил к "Отваге", Серегу к "ЗБЗ". При написании тщательнейшим образом выдержал образец, присланный из кадровой службы. Потом сам съездил в вышестоящий штаб, проконтролировал прохождение документов. Все вроде бы складывалось удачно. Только потом, уже после замены, будучи в министерстве, он узнал, что все кто, имел отношение к прохождению этого поезда, награждены. Все, кроме Мишки с Серегой. Какой-то важный чиновник в наградном отделе, наложил на его представление следующую резолюцию "Поступок не содержит признаков героизма для награждения государственной наградой". Что ж ему лучше знать.