# Красный песок. Глава 5

Олег Викторович Омельченко

Я долго не мог обьяснить сам себе, почему взялся за эту тему. Потом, вспомнил, что 14-летний сын моего приятеля, в школьном сочинении по истории, написал следующее- " Триста лет назад, в Сибири жили одни женщины, а командовал ими хан Мамай". Ну как тут было удержаться.

Горы Тарбагатай. Улус зайсанга Церен- Дондука.


На берегу горной речки были расстелены дорогие, ворсистые бадахшанские ковры , из шерсти яков. Эти ковры не гниют и не преют от влаги , надежно согревают в морозы, и дают отдых натруженному телу в жару. Стоят они очень дорого, но , в военном быту, вещь незаменимая, а человек, восседающий на коврах, был богат и знатен, и мог себе это позволить. Ему было еще, очевидно, чуть за тридцать лет, но, во всем его поведении, прослеживалась привычка повелевать. Дорогая одежда, редкостное оружие, и роскошная посуда, только подчеркивали высокое положение своего хозяина. Вместе с ним, на ковре сидел молодой воин, который почтительно склонившись, только закончил свой рассказ. Зайсанг Церен- Дондук,( а это был он), задумчиво глядел перед собой. Потом повернулся, и произнес:

- Сколько у них войск, Батсух?

- Бухарские купцы, утверждают, что, пять полков. Это только пехота, из которых один- гренадерский. Да еще, два казачьих, и один драгунский.

- Значит, не более пяти тысяч... Опасаясь бунтов, они тысячу оставят в Тобольске, да еще тысячу, в пограничных крепостях, границу они не бросят. Получается, против нас пойдут , не более трех тысяч человек. А сколько у них коней?

- Коней мало. После зимнего падежа скота, более двух тысяч им не собрать.

- Это опрометчиво! Значит, они будут привязаны к реке, не пешком же они собираются преодолевать пустыню!

- Кони- их уязвимое место. Если лишить их лошадей, то всех их постигнет смерть.

- А каково их сильное место?

-Пушки. Больше двух десятков пушек, и обученная по новому пехота. К стволам ружей у них прикреплены кинжалы, и стрелки не нуждаются в прикрытии копейщиков, как у нас. Кроме того, они предполагают, что по мере продвижения в степи, будут оставлять за собой укрепления, через которые и пойдет снабжение экспедиции. Они также оставят резервный казачий отряд в Таре, который сможет выдвинуться им на помощь, в случае необходимости.

- Значит, их надо встретить, там, где за дальностью расстояний, Тара не сможет оказать им прямой военной помощи. Лучшее место для этого- соленое Ямыш-озеро. При этом, мы не должны вступать в кровопролитные лобовые схватки с русскими. Пока - наши главные враги- цины и казахи. Но если удастся примерно наказать вероломных русских, разбив их вдребезги, это будет отмечено. Какое еще новое оружие есть у русских?

- Ручные гранаты. Это, как пушечные ядра, но бросаются руками. Сильный воин может бросить его, на пятьдесят шагов.

- Поражаюсь хитроумию орысов! Вечно изобретают всяческие пакости! Таким образом, Батсух, мы заманим орысов в степь, а когда они зайдут далеко, и станут беспомощны, ударим по ним, и уничтожим, ибо, они нападают первыми. Войск у меня хватит. Но вот беда, если орысы договорятся о совместных действиях с Абулхаиром, я уже ни за что не отвечаю, и ни кто под луной не знает, чем это кончится. Завтра, я срочно отбываю в Ургу, к золотой юрте сиятельного хунтайджи, где я должен передать твой рассказ, и сообщить зорго о том, что я намерен делать. Уверен, что повелитель и его ближние нойоны, одобрят наш план. Ты же, не смыкай глаз! Я должен знать, что происходит в степи. Немедленно, поднимай кавалерию, и скрытно выходите в степи, восточнее озера Балхаш. Кроме русских, нам могут попортить кровь казахи, которые, пользуясь тем, что основная наша сила воюет в Манчжурии, наверняка, ударят по нам со стороны Туркестана. Но главное, чего допустить нельзя- это их обьединение с русскими. Пока наши войска связаны войной с китайцами, мы, здесь, на западе, должны сделать все, чтобы справиться с врагом, не прибегая к помощи наших главных сил.

- Я все понял, господин, и буду делать, как ты сказал.

- Не уходи пока, я хочу чтобы ты был свидетелем того разговора, что сейчас произойдет. Зайсанг махнул рукой, и нукеры бросили наземь перед ним широкоплечего бурята, средних лет, с локтями стянутыми за спиной арканом, . Выждав , пока пленник придет в себя и осмотрится, зайсанг сказал:

- Знаешь, кто я? Бурят кивнул.

- Ты, племянник хунтайджи, военачальник ойратских войск на западе.

- А ты кто? Почему на твоих плечах русский казачий мундир? Почему , ты, человек одного языка и одной веры с нами, служишь русскому царю? Как тебя захватили? Это из-за таких как ты, великая монгольская нация расколота!

- Монгольский народ раскололи Вы, драчливые и алчные нойоны! Вспомни курултай, когда, часть князей пошла за маньчжурами, часть бросилась служить у цинов, а мы, свободные буряты, вынуждены были откочевать к русским границам. При всем этом, мы много лет воевали с русскими, но уже два поколения живут с ними в мире. Вы же, раскололи родину великого Чингисхана, на Внутреннюю и Внешнюю Монголию, и Джунгарское ханство! А теперь, и нас, пытаетесь силой оружия , заставить служить вам! Что касается моего мундира, то, в Братской и Иркутской крепостях, стоит казачий полк ,который набирается из бурят. И русские не требуют от нас крещения , мы почитаем лам, и славим Будду, как это делали наши отцы. Меня же , захватили, в плен твои нукеры, когда я поехал к родственникам, в Селенгинские кочевья. Сейчас, между царем и хунтайджи, нет войны. Так почему я связан? Бурят смотрел прямо, и говорил свободно, ничего не боясь. Это нравилось зайсангу, и он решил продолжить разговор.

- Так чем же купили вас русские? Что, царь дает вам вдоволь мяса и хлеба, а может еще и меду, усмехнулся Церен- Дондук.

- Старики говорят, " Там, где хан рубит головы, царь наказывает розгами, где хан наказывает розгами, царь наградит" спокойно сказал бурят. У тебя я был бы пастухом, а у русских, я веду казаков в бой.

- Такому воину, как ты, я хоть сейчас, готов дать людей, начал было зайсанг. Но бурят покачал головой.

- Есть присяга. Я служу царю. Нет ничего позорнее измены. Нойон подумал, потом встал, и сказал:

- Здесь ты прав. Это заслуживает уважения. Твою судьбу, я решу позже. Бурята увели. Церен- Дондук обратился Батсуху:

-Что скажешь?

- Это мне было известно и раньше. Кроме того, что, он рассказал, я слышал, что у Донских и Яицких казаков, служат целые полки ойратов, выходцев из улуса Аюки-хана, и они участвовали на стороне русских, в войне с поляками и шведами. Известно также, что Астраханские воеводы, приглашали наших братьев, кочевать на пустые земли за Волгой.

- Так чем же там у русских намазано? Вслух подумал зайсанг.


Тобольская крепость.


Дома у Карпова, после субботней баньки, обер-коммендант, с казачьим полковником Матигоровым, ожесточенно дулись в нарды. Оба пристрастились к этой игре, которую переняли у персидских купцов, пока состояли в конвое посла Кибирева, с которым изрядно поколесили по Уйгуристану и центральной Азии. Кроме игры, господа полковники услаждали себя чаем со смородиновым листом, который заедали кедровыми орешками в меду и халвой. Забава продолжалась уже давно, и полуведерный самовар, стоящий на столе, порядком опустел. Разговор, понятное дело, вертелся о предстоящем походе. Дуя на блюдечко, Матигоров озабочено говорил:

- Выход они мыслят на весну. Когда? Говорят, в мае. Но только с первого по пятое- ледоход. Потом, разлив Иртыша, и весь май он будет как море, да еще и затопит пойму, течение будет такое, что вверх не пойдешь даже бечевой, да и берега- сплошное болото. Значит июнь? Но в июне пойдет вторая, Алтайская вода, с ледников. Как не крути, а раньше конца июня, нам не двинуться с места. Теперь, куда мы дойдем пехом с конца июня? Верст по пятнадцать- двадцать в день, больше не одолеем. Пойдем лодками вверх, да с обозами, да вдоль излучин Иртыша,а это путь задваивает, если не затраивает. Значит, холода прихватят нас где- то у Преснухи- речки, там же, и ледостав. Вот и получается , что зимовать нам где-то у Ямышевского озера.

- На зимовку сколь припасу, фуража надо, подал голос Карпов, его столько-то, и не упрешь. Тут бы надо, груз во вьюки, да заводных коней, само-мало по три, тогда и попробовать можно.

- Как не крути, а все через жопу. Оба собеседника задумчиво уставились в окошко, и продолжили чаепитие. Карпов перевел взгляд на Матигорова, и предложил:

-Еще сыграем?

- А на что?

- Как на что? На щелбаны! Мы древлеправославной веры люди, на деньги- грех.

- На щелбаны надоело. Давай, кто продует, пусть пять чашек чаю пьет

- Это можно, согласился Карпов, и начал раставлять фигуры. Вдруг его внимание, привлек Бухольц, шедший по улице.

- Глянь, Дмитрий Иваныч идет, давай покличем, все душа живая, а то надоело так просто сидеть, хучь языки почешем.

- Зови, ясен день.

-Епишка! Заорал Карпов, и в горницу стремглав влетел караульный казак. Ну-ка, милой, рысью на улицу, да покличь в гости его высокобродию Дмитрия Иваныча. Казак лихо повернулся на пятке, и тотчас удрал.

Бухольц возвращался домой после долгого служебного дня. Все было переделано, все, за малым, подготовлено к походу. Однако, на душе было смурно. Он отчетливо понимал, что дело его, практически не имеет шансов на успех. Беспокоило его и то, что нет ответа от царя. А раз ответа нет, то в поход идти надо. ( Бухольц не знал, что Петр отбыл с посольством в Европу, и получит его письмо с опозданием, будучи в Амстердаме.)

Когда казак догнал его, и передал приглашение, подполковник с удовольствием принял его, и вошел в дом. Ему нравилось общество этих бывалых людей, нравилась их простота и честность, в то же время, смешанная с особой, казачьей хитрецой.

- Добрева дневали, господа казаки, приветствовал он Карпова и Матигорова. Тем приветствие понравилось, шутка ли дело, уважает гость их обычай казачий. Потому, поднялись, и чинно поклонились .

Хоть и были казаки оба старообрядцами, но раз гость в дом, то надобно гостя чествовать. По этому случаю, водрузили на стол, графин водки, и блюдо со свежепосоленной щучьей икрой. Чокнулись, врезали по чарке, закусили.

- Ох и хороша водка твоя, комендант! Не иначе, Гданская?

- Кака - така Гданская? Сам по осени курил. Тут секретов много, первое дело- брага , только из сладкой ягоды, наприклад, ирги, або голубики. Чтоб забродила -только сама собой. Потом, куб должон быть беспременно медным. Пергонять- трижды надо, потом чистить, углем, известью, молоком. А после этого, настаивать три месяца, на ведро водки- ведро клюквы, либо брусники, а можно и кедровых орешков. А потом- пей да радуйся, башка по утру трещать не будет.

- Ну, алхимик, не иначе. Об чем беседоваем-то, господа полковники?

- Да все о том же, о походе, встрял Матигоров.

- О походе, говорено- переговорено, и жевать про это дело, боле не хочу. Вы бы , мне, вот что рассказали, как примут нас ханы киргизские, кто таков есть Абулхаир, да поведайте, каковы в бою джунгары. Чую я, придется в степу с ними сцепиться,- и Бухольц приготовился слушать. Карпов налил еще по единой, и после того, как все снова выпили, начал свой рассказ.

- Киргизцы , узнав, что идем воевать джунгарское ханство, примут нас с радостью, мы хоть с ними и деремся, но в отличии от контайши, поголовно аулов не вырезаем, опять же ,степи, ближние к нашим границам, небогатые травой, и засушливые, и киргизцев здесь не очень много. Основные их земли- Прибалхашье, около Арал- моря, и Семиречье, а такоже предгорья Алатау. Адаи, те кочуют ближе к Каспию. Из важных людей, казахских, наиболее нам к нам близко обитающий, и самый даровитый человек, это Абулхаир. Впервые мы о нем прослыхали, в 1709 году, когда Кондрашка Булавин на Волге резню затеял. Мы в тапоры, сильно перетрухали, боялись казачьего бунта. Это Вам, Кондрашка никто, а для нас, он был фигура серьезная. У нас много донцов ссыльных да штрафованных служит, что Кондрата хорошо знали, а особо, есаул его, Игнат Некрасов, у казаков в большом почете был, за лихость свою, и многие из тех ссыльных с ним в походах бывали, как на суше, так и на море. Так, Булавин письма подметные слал, но никто из наших казаков, на посулы его не купился. А то, ведь, не приведи Господи, еще бы и Сибирское войско взбунтовалось. Когда царские войска, с верными донскими полками, его разбили, то множество энтих висельников, большими и малыми шайками ушли в степь. Губернатор Астраханский, слал грамоту Тауке-хану, дабы тех смутьянов изловить, да и наказать, сами же, войска в степь двигать не стали, войск мало, да и шведы... Сам, все ведаешь. Тауке- хан, поручил дело то Богенбай-батыру, да Абулхаиру. И так они ловко это поручение обстряпали, кого из беглых порубили, а кое- кто и сейчас в каторге. Но если Богенбай- просто рубака да ухарь, то Абулхаир, умен и хитер, образован, да еще и Чингисхановой крови. А сие означает- может быть избран ханом. Потом, мы прознали, что служил он у Аюки-хана, бунтовался вместях с башкирцами, но от разгрома тогда ушел. Много пакостничал на линии. Но когда поперли на казахов джунгары, стал искать нашей дружбы. Как человек , он хоть и хитер, но слово держит. Другое дело, как его за язык схватить, чтобы пообещал что-нибудь. Из наших, его знает хорошо Немчинов, да сотник Чередов. Помяни слово мое, Иван Дмитрич, через малое время, ждет Абулхаира, великая слава.

Что до калмыков, то ойраты рождаются, чтобы воевать. Войной проникнут весь калмыцкий быт. Вся страна, разделена на уделы, которые ,по команде контайши, выставляют определенное количество войск . Все мужчины служат в войсках положенное время. Есть полки постоянно готовые к боям, стоят обычно на границе. Нойоны, если войны нет, отвечают за подготовку войск, для чего, несколько раз в году проводят воинское учение своих подданных. Войска, состоят из пехоты, которая делится на стрелков, вооруженных русскими и бухарскими ружьями, и копейщиков, что прикрывают стрелков в бою. Есть и лучники. Пехота защищена стеганым или кольчужным доспехом, могут иметь толстые щиты, коими защищаются от огня противника. Конница бывает тяжелая, латная, используется как ударная сила, и легкая, для рейдов и преследования. На вооружении конницы, ружья, пистолеты, копья, сабли. Доспехи состоят из панцырей, шлемов, кольчуг. Легкая конница может иметь чешуйчатый доспех. Есть и пушки, в основном, наши, русские. Но пушкарей мало, все больше иностранцы, доходили слухи, что пушкарями у них служат шведы, бывшие в нашем плену, но сбежавшие в степь. Численность войск постоянно увеличивается, за счет приема на службу воинов, из числа покоренных племен, но не хватает на всех вооружения. Были случаи, когда джунгары, даже дань собирали оружием. Потому, и ломят они казахов, что у тех- племенные ополчения, а у джунгар- регулярная армия. Воевать калмыки горазды, и смерти не боятся. Ежели кто в бою сплохует, забоится, одевают на него женское платье, и водят на аркане по улусам. В последнее время, джунгарские разбои на границах усилились. Алейка Кулмаметов, докладает, что джунгары бьют татар барабинского разряда, заставляют платить дань контайше. А люди сии , подданные государя нашего, и платят только подать, а служилые татары, что в казачьем войске служат, или конных полках татарских, и семейства их, вовсе ничего не платят, а жалованье получают. Пока глава семьи, на царской службе нуждишку мыкает, его дом джунгары грабят. Таково же дело обстоит, как в Томске, так и в Красноярске, так и в Иркутске. Пытаются джунгары дань брать и с других народов, живущих в пределах наших. Нам их силы военной не миновать, биться с ними придется, о чем, тебе и самому хорошо известно.

Как доносит из Тары Чередов, против нас будет легкая кавалерия Церен- Дондука, и ополчение Теленгутского рода Чорос, числом, до десяти тысяч. Остальное войско джунгар, бьется с цинской армией, что нам упрощает дело, и сильно.

- Да не воевать мы с ними идем! Раздраженно воскликнул Бухольц.

- Вот, и попробуй им то обьяснить.


Сопки Кокшетау. Аул Джумагул- батыра.


Джумагул постарался на славу. От самой крайней юрты аула, до белой, гостевой, прямо по земле, были проложены ковры. Как только Никифор с Берниковым спешились, к ним подошла красивая молодая казашка, и с поклоном, преподнесла им по чаше резкого, ледяного кумыса. Берников покосился на Никифора:

- Чего делать то?

- Пей, поклонись потом, да целовать не вздумай, а подари чего нибудь. Так и сделали. Подарили по серебряной монете. Потом, их подхватили под локти Джумагуловы люди, и повели их в юрту. Там уже был накрыт богатейший дастархан. Поднесли чаши, для умывания рук, и началось. Сначала подали серебряное блюдо с отварным мясом, разложенных на маленьких тонких блинчиках из вареного, прозрачного теста. Мясо было нежным и таяло во рту, потом подали шурпу, в косе, из дорогого китайского фарфора.

После этого, внесли блюдо с пережаренными внутренностями в соусе из свежей, степной черемши. Все было таким вкусным, что оторваться от этого было просто невозможно, да еще и Джумагул, зная пристрастия гостей, выставил на стол настоящий царский орленый штоф, оправленный в серебро, которые выпускались еще при царе Алексее Михайловиче. Но все присутствующие понимали, что им необходимо обговорить много важных дел, и на водку не налегали. После того, как подали чай с молоком, и к чаю горячие лепешки, и свежайшее масло, Берников решил перейти к делу.

Отставив в сторону пиалу, и поклонившись хозяину, Берников заговорил:

- Воевода Тарский полковник Немчинов шлет уважаемому Абулхаиру поклон, и передает славному хану подарок . После этого, он развернул сверток, лежащий рядом с ним, и вынул , тускло сверкнувшую в полумраке юрты саблю. На рукояти не было золота и драгоценных камней, но все поняли, что здесь они и не уместны. Клинок из кружевного Дамасского булата , секрет которого был утерян столетия назад, сам по себе был драгоценностью. Его не нужно было точить, он не ломался при изгибе больше, чем под прямым углом, и весил очень мало. Таким клинком можно было махать не один час, и не устать. Любой удар, по такому клинку, не оставляет зарубок. Подарок был царским. Джумагул принял подарок с поклоном. Но Берников, достал из свертка, еще один предмет, который протянул ему, сопроводив его фразой- " Уважаемому хозяину" . Джумагул, с любопытством принял его, и рассмотрев, просиял. Ему подарили, искусно вырезанный из моржовой кости калам, и чернильницу, оправленные в серебро. В степи эти вещи были очень редкими, поистине драгоценными, особенно, для образованного человека, которым он, несомненно и был. Но Берников продолжил:

- Передавая эти подарки, воевода , выразил надежду, что этим клинком, хан будет сокрушать общих недругов наших, а ты , батыр, опишешь подвиги его, дабы вечно сияла завоеванная им слава.

На что Джумагул учтиво ответил:

- Против единства славных воинов, не устоит никакой враг. А он сейчас, у нас с Вами общий. Пользуясь удобным моментом, Берников перешел к делу.

- Весной царь посылает воинских людей с походом, на город Яркенд. Может ли хан, оказать помощь, если ойраты попытаются воспрепятствовать нам?

- Хан поможет всем, кто вместе с ним будет биться с калмыками, ответил Джумагул.

- Тогда, как нам соединиться с войском хана?

- К сожалению, хан сейчас ушел на юг, сражаться в войске Тауке-хана. Здесь , войск способных оказать Вам помощь, просто нет. Кроме того, мы связаны обязательствами с Тауке-ханом, и у него, на юге, сейчас все наши батыры, и там принимаются решения.. Я, со своей стороны, немедленно, сообщу господину моему, Абулхаиру, о Вашем визите.

Потом, той продолжился, были ответные подарки, а Джумагул спел несколько былин о древних битвах и богатырях. Разошлись заполночь, встали с рассветом , но чувствовали себя великолепно. Берников даже удивился:

- Как это, вчера столько сьесть и выпить, а с утра, головы ясные, и в брюхе тяжести нет.

- Таково свойство казахской еды. Все очень свежее, и запивается молочными продуктами. У них по иному и не бывает, пояснил Никифор.

Чтобы казаки без помех добрались до русской границы, Джумагул выслал для сопровождения, отряд своих нукеров. Когда, после долгих проводов, они наконец выехали из аула, и затряслись в седлах на широкой, мягкой рыси , степных скакунов, Никифор озабоченно сказал:

- Да, не подмогнет нам воинство Абулхаирово.

- Но и в спину не ударит нам, а это уже большое дело. Погоди, всему свое время!