# Десантный прыжок

Владимир Васильевич Осипенко

Десантный прыжок


"Небо ошибков не прощат"...


(Из солдатского блокнота)


Разные бывают прыжки с парашютом. Ознакомительный, учебно-тренировочный, спортивный, показательный, испытательный, наконец... Не всякий, правда, удостоится высокого звания: десантный.

Зима 1979 года в Литве выдалась на редкость: морозы за 30, снега от души и ветер "мама не горюй". Дороги переметало так, что междугородние автобусы застревали на полпути и отогревали пассажиров в близлежащих хуторах.

Но погода не отменяет программы боевой подготовки и ещё затемно в полку идёт подготовка к укладке. Каждый ротный пытается застолбить на плацу участок, где меньше дует, и расстелить там столы для укладки. Но, где меньше дует, там больше снега. Каких-то пару часов и плац чист, столы расстелены, купола получены. Куртки сложены на столах и бегом на завтрак. Ветер, только и ждал этого момента. Небольшой, но мощный порыв смешал в кучу столы, полотнища, куртки и всю остальную укладочную трехомудию. Оставшиеся на охране бойцы пытаются защитить улетающее ротное добро. Кто похитрее, пытаются это добро преумножить. Крик, мат, гвалт... Двое вцепились в одну куртку. В результате у одного - телогрейка без одного рукава, у другого один рукав и шикарная бархотка для чистки сапог, которая ещё секунду назад была воротником десантной куртки. У обоих носы красные, явно не только от мороза. Противотанковая батарея вернулась с завтрака первой, поэтому отбила своё добро у связистов с прибылью. Те мечутся по плацу, как голодные волки и высматривают, что где не так лежит.

Подтянувшиеся офицеры с грехом пополам развели враждующие стороны, разобрались с барахлом и приступили собственно к укладке. У разведчиков таких проблем не было (кто в полку в добром здравии полезет разбираться с разведчиками). Я до последнего искал повод, что бы не выходить из казармы на мороз, но прозвучала команда: "К первому этапу приступить!" Завертелась привычная работа. Главное не допустить, что бы осоловелые от мороза и ветра бойцы напутали что-нибудь в куполе. Что бы ветер не испортил работу, прижимаем купола к земле телами: грузики не держат.

Всё бы ничего, но в разведроте нет штатного ВДСника, приходится ждать, кто из полковых придёт и проверит. А они, важные, как удмурты, в синих лётных куртках на меху, в унтах и ... с голыми руками, словно растягивали удовольствие и проверяли роты до первой ошибки. Потом что-то бросали про "дебильных инструкторов" и уходили в другую роту. Ожидания длились гораздо длиннее собственно выполнения этапа. Закончили работу ближе к ужину. Рожи у всех, как кирзовый сапог, только под носами на усах наросты из мелких сосулек. Ни одна ручка не хотела писать на таком морозе, поэтому паспорта и заместители (ура!) подписывали в казарме.

На следующий день - предпрыжковая подготовка. Два часа. Воздушно-десантный комплекс вмещает роту, в лучшем случае - две. Надо успеть до обеда. Наша очередь до завтрака с 6.00. Чтобы занятия начались в 6.00, вставать надо в 5.00. Погода не меняется. Только мороз усилился. Из тёплой казармы ныряем в морозную и ветреную ночь. Благо там не надо никого ждать и через два часа разгорячённые и красные возвращаемся в казарму.

В 9.00 полк на плацу. Все, до последнего свинаря. Начинается разбор, кто на прыжки, кто в наряд-караул, кто куда. Потом построение по-корабельно. Разбирались недолго, часов шесть, как раз до обеда. У НШ полка подполковника Романенко особо не попрыгаешь. Стоим и ждём. За наглость считается поднятый воротник куртки. Про мороз забыли, дал бы только перерыв до горшка добежать.

После обеда погрузка парашютов и выдвижение на железнодорожную станцию. Это на автомобиле Литву из конца в конец можно за три часа проехать, а на дизеле - местном аналоге электрички - мы до Кедайняя восемь часов пилили... Приехали как раз к 3 часам ночи. Выгрузили в чистом поле. Может, оно было и не совсем чистое, но во мраке ночи, снежной буре всё равно кроме спины впереди идущего ничего не было видно. Куда-то идём. В валенках и под десантурой всё взопрело. Через два часа объявили "привал" и, как бы вдогонку "завтрак". Вспоминаем, что в РД у нас по сухому пайку. Сошли с дороги, повалились в снег. Через 15 минут уже горел костерок, прикрываемый нашими телами, а среди разгорающихся щепок стояли 14 банок каши, со всего взвода по одной, в двух подкотельниках топился снег для чая. Бойцы где-то откопали фанерку, и я расположился на ней в готовности к перекусу. Появилось даже ощущение комфорта. Однако не долго музыка играла. Мы даже не успели открыть банки, как прозвучала команда "Строиться"! Обжигаясь, побросали банки в рюкзаки, вылили тёплую воду из подкотельников и пошагали дальше. Ещё через час вышли к аэродрому.

Разгрузка парашютов, проверка "в козлах", одевание, подгонка, построение и вот третий час буквой "зю" мы стоим под крыльями ИЛ-76 на диком ветру и морозе под 20. То, что когда-то взопрело, сейчас замёрзло и закорузло, затянутые подвесной системой конечности затекли и онемели, сопли примерзли к подбородку. Состояние амнезии. Мысль одна, скорее бы эти сталинские соколы запустили нас во внутрь самолёта. Прячась за спины друг друга, как пингвины в Антарктиде, засыпаем стоя.

Светает. Стали различимы силуэты других самолётов. Как будто из другого мира вдруг выныривает автобус и тормозит у нашего борта. В фуражках (!), ботиночках и брюках "об землю" из автобуса вышла пара лётчиков. От этих рафинированных военных интеллигентов пахло теплом, уютом и свежевыпитым кофе. Ёжась на ветру, один обращаясь к другому, но, говоря явно для нас, заметил:

-- Какой идиот выдумал в такую погоду прыгать?

В голове мёрзлыми брызлами шевельнулась мысль:

-- Кажется, эти суки не собираются запускать нас во внутрь.

Смекалка не подвела... Они даже сами не стали подниматься на борт. Сели в автобус и укатили. А с ними и последняя надежда на то, что ветер стихнет, установится погода, и мы прыгнем. Кто-то всесильный нажал на кнопку "Стоп", а потом закрутил всё назад: "Снять парашюты", "Погрузить в машины", "На станцию шагом марш"!

В дизеле, где не дуло и температура была плюсовая, через тридцать секунд стоял такой храп, что не слышно было перестука колёс. Амбре тоже не парфюмерного салона, но волновало это разве что местных железнодорожников. Вцепившись двумя руками в автоматы, бойцы спали в самых немыслимых позах.

Через день всё по-новому. Предпрыжковая, построение по-корабельно, дизель, аэродром. Погода та же. Результат тоже...

С третьего захода попали на борт ИЛ-76. Про себя решили: "Выйдем только на высоте не менее 600 метров. Не будет погоды, здесь подождём"! Вообще-то летунам параллельно, что возить, дрова или нас, но дрова никогда в жизни не смогут так заср...ть борт, как это могут сделать выспавшиеся десантники. Поэтому, наконец-то, наши цели совпали. "Пернатые" засуетились. Запели турбины, закрыли рампу, вырулили и ....побежали. Толком заснуть не успели, как завыла сирена и рампу опять открыли.

Прыжок, безусловно, эмоции. Страх, восторг, острота ощущений, но самое главное: облегчение - наконец-то!!! Ещё только отделился, ещё и купола над головой нет, но прыжок уже есть! Всё, что было сделано, не зря! Про себя уже отметил - ...47ой. "501..., 502..., 503... Кольцо... Есть купол"! Всё это на автомате, почти инстинктивно.

Смотрю вниз, кругом девственная белизна. Сиротливо к краю площадки прижался сборный пункт. Сколько могу, тяну к нему. Линия горизонта размыта. "Ловить" землю бесполезно. Плюхаюсь в сугроб по пояс. Купол, как пробку из бутылки, легко выдернул меня, и потащил. Пытаюсь забежать, не тут то было! Подтаскиваю парашют за нижние стропы, собираю в сумку. Закидываю на спину и вперёд на сборный пункт. Снег плотный, но наст не держит. Каждый шаг делаю по разделениям: вытаскиваю ногу, задираю до уровня пояса, ставлю, переношу центр тяжести на неё, приподнимаюсь, вытаскиваю другую ногу, проваливаюсь... Двадцатикилограммовый купол в сумке за спиной устойчивости явно не добавляет. Пройти надо 2-4 км, кому как повезёт. Вокруг изображают аистов на болоте мои разведчики, те, кому снег по пояс. Те, кому по грудь изображают ледоколы, прорубающие грудью же вековые торосы во льдах Арктики. Купол в сумке тащат за собой, как буксир на тросу. Через 100 метров, не смотря на мороз, мокрый как мышь. Снег в валенках, за пазухой, в карманах - везде! Где-то на горизонте маячит флаг сборного пункта. Ещё через 200 метров хочется упасть и умереть. Падаю на спину и смотрю, как очередной борт выпускает из своего чрева полсотни однополчан. Слышу, как они орут и радуются в воздухе. Ещё не знают, дурачки, что их ждёт внизу. Эта мысль как-то взбодрила меня. Ничего так не радует нашего человека, как новость, что у соседа корова сдохла. Мелочь, а приятно. Так, обретя душевный покой, встал и "рванул" дальше.

На сборный пункт прибыл часа через полтора, но всё равно одним из первых. Руководитель прыжков подполковник Тюрин что-то не к добру очень обрадовался моему появлению. Оказывается, эти "пернатые" таки развесили один корабль по соснам на краю площадки приземления и теперь все мобилизуются для снятия десантников с деревьев. Без купола, да на лыжах, легко! Надо было видеть глаза тех, кто всё ещё пробивался к сборному пункту, когда я с парой разведчиков легко и, как мне казалось, очень красиво катились в противоположную сторону. Первую "тушку на верёвочках" обнаружили на высоте метров пяти. Боец не мычал и не телился. Просто тихо висел и замерзал.

-- Алё, гвардия! Живой?

-- Так точно!

-- А чё торчишь, как груша, сам не можешь спуститься?

-- Не получается...

-- Ща сделаем. Рви кольцо запаски! Отдай стропы!

А дальше не по-учебнику мы ухватились за купол запасного и, действительно, как грушу стрясли бедолагу с сосны. Он ухнулся в снег, за ним пара сломанных нами веток. Тут главное не попасть под обвешанное разным железом 100 килограммовое тельце.

-- Цел? Сборный пункт по нашему следу, понял? Ну, давай, родной, теперь сам.

Другой боец оказался смышлёней и энергичней. Он уже спустился и ходил вокруг сосны, на которой остался висеть его купол. Он даже разделся и пытался залезть обратно на сосну, но метров до четырёх-пяти не было ни одной ветки... Он не скулил, а злился и искал выход. Уважаю. Когда увидел нас и особенно топор, глаза заблестели. Оставил ему одного разведчика с топором в помощь, а сам с другим пошёл искать дальше. Зимний день короток, надо было торопиться. Нашли ещё одного. Он застрял в промежуточной позе: раскачался и прилип к стволу, а выбраться полностью из подвесной системы не сумел. Теперь ни спуститься, ни в подвесной повисеть. Пришлось лезть к нему наверх и помочь расстегнуть ножные обхваты. Купол сняли уже в сумерках. Для очистки совести поорали ещё полчаса в лесу, но никто не откликнулся, и мы покатили на сборный пункт.

Полк собрался ближе к полуночи. Сколько выбросили, столько и пришли на сборный пункт, да и купола на месте. Зануды-ВДСники проверили приборы, кольца и стабилизирующие парашюты. Всё срослось.

Как песня, команда - "По машинам"! Заснули все ещё до первого оборота колеса. В полк прибыли к 4.15 Старшина повёл укладывать роту, а мы с Фаизом Рашитовым пошли досыпать в "чёрные" ДОСы. Устали, но настроение прекрасное, как после до конца выполненной непростой работы. А сделали-то что? Просто прыгнули. Но прыжок-то был - ДЕСАНТНЫЙ!!!