# Последний аккорд

Владимир Васильевич Осипенко

Последний аккорд


Музыка -- это искусство печалить


и радовать без причины.


Тадеуш Котарбиньский


Я сдал бригаду, комиссия командующего подписала акты, и мог выезжать к новому месту службы. Бригада уже не моя, но душа этого не понимает и болит. Как завтра пройдёт праздник День ВДВ в Санкт-Петербурге, будет ли погода, сумеем ли на достойном уровне провести весь комплекс запланированных мероприятий, не сорвут ли мне вылет вертолёта? Я никак не мог сбросить груз ответственности. Новый командир, конечно, не глупее, но он просто пока не может знать всех нюансов и тонкостей. Проворочавшись всю ночь, я с рассветом первым делом подошёл к окну и убедился -- погода есть! Это уже полдела.

Никто нас не заставлял организовывать праздники в Санкт-Петербурге, но вот уже пять лет бригада чуть ли не в полном составе празднует День ВДВ по разделениям: сначала для людей - это в городе, на следующий день для себя - это в бригаде. В городе - торжественный митинг на Дворцовой, прохождение с песнями по Невскому, возложение венков на Марсовом поле и грандиозная "показуха" на Елагином острове -- десантирование, захват и уничтожение объекта, стрельба холостыми не только из стрелкового, но и артиллерийских и зенитных установок. Параллельно с этим -- полумилицейские функции по сдерживанию в рамках, близких к приличию, неуправляемой армии "дЕсантов" со всего Северо-Запада, прибывших в этот день в культурную столицу России.

Всё прошло, как планировали. Даже лучше. Какими-то словами удалось унять стихию десантного "разгуляева" на Дворцовой площади. Потом на Невском батальон молодых солдат с их песней "Не спешите вы нас хоронить" вызвал неподдельный восторг у жителей и гостей города. Окна нараспашку, удивлённо-радостные лица, на тротуарах плотная стена народу, улыбаются, аплодируют. Подбегает одна тётка и кричит мне: "Да с такими орлами загибаться под этими сволочами! Командир, давай сразу на Смольный!"

Да, сильны в нашем славном городе революционные традиции, но обошлись без радикальных действий, а несколько точек бесплатной раздачи арбузов не в счёт. Но в районе Марсова поля пришлось защитить "молодого" -- принесла нелёгкая не вовремя свадебный кортеж к "Вечному огню". Невеста водружена на капот, вокруг неё дЕсанты припали на одно колено, похоже, просят из них выбрать более достойного. С женихом же трое изрядно поддавших ветеранов проводят ускоренный курс молодого бойца. Он уже наотжимался, шарит по карманам и прикидывает, куда бежать за откупной бутылкой. Традиционное шампанское не прокатило.

-- Какие проблемы, орлы? -- спрашиваю, подходя к машине.

-- Представляете, товарищ полковник, не служил, а в такой святой день решил свадьбу сыграть, -- отвечает мне один из бойцов.

-- Так какие его годы! Отслужит, а теперь уж точно в десанте, правда, молодой муж?

-- Да... обязательно...

-- Не "да", а так точно, товарищ полковник! -- поправил парня один из "наставников".

-- Так точно...

-- Всё, бойцы! Желаем молодым счастливой дороги и сегодня по городу, и вообще по жизни. И пусть десантников рожают для нашей страны.

Такое напутствие, видать, бойцам понравилась, они усадили невесту с женихом в машину, на ходу давая последнему какие-то особо ценные практические советы.


***


День пролетел в постоянном напряжении.

Наконец, закончился показ. Нескольких девчонок, не устоявших против ветра, сняли с деревьев -- пара кровоподтёков и ссадин. Для такого мероприятия -- мелочь. Разрядили оружие, проверили личный состав. Старшины у развёрнутых полевых кухонь организовали ужин для бойцов и угощение для зрителей. Ветераны, прихватив по тарелочке гречки с тушёнкой, рассредоточились группами по окрестным кустам и лужайкам под пивко и водочку предаются воспоминаниям о годах службы. Некоторые, особо уставшие, прямо здесь и отдыхают. Мои бойцы тоже не отказались бы от пивка, да кто позволит?! Я бы и сам не отказался, но пока люди, оружие и техника не месте приходится воздерживаться, поэтому на командирском УАЗе сквозь толпы "отпраздновавших" ветеранов-десантников потихоньку покидаю парковую зону Елагина острова. Двигатель урчит, дорожку освобождают. Но вот автомобиль догнал шеренгу из 6-8 бойцов, которые, выдерживая равнение, шагали к выходу. Проехали десяток метров за ними. Водитель упёрся бампером практически в спины и посигналил. В доли секунды группа метнулась к машине, распахнула все четыре двери, кто-то ухватился руками за водителя, один протянул руку ко мне и... замер.

-- Ну, что, гвардеец, рассмотрел? -- обращаюсь я к бойцу, который стоит с открытым ртом у моей двери.

-- Так точно, товарищ полковник.

-- Тогда командуй!

Результат превзошёл все ожидания:

-- Строиться!!! Смирно!!! Равнение на середину!!!

Моментально изобразив почётный караул, улыбаясь во все имеющиеся в наличии зубы и приложив руки к беретам, они от переизбытка чувств заорали "Ура!!!" Удивительно, но на протяжении всего остального маршрута по парку бойцы принимали в сторону и прикладывали руку в воинском приветствии. Женщины и дети просто махали руками. Бригаду в Санкт-Петербурге уже знали и уважали.

Возвращались мы в Гарболово обычно уже к ночи, трезвые, уставшие и вымотанные. Вроде и праздник наш, но "веселились" мы в городе, в основном, как лошади на свадьбе! Голова-то в цветах, а всё остальное, правильно, в мыле!


***


В бригаде праздник проходил гораздо душевней. Гости все свои, поэтому доброжелательны и искренне благодарны за песни, прыжки и показные выступления. Никаких записных юродиевых и ряженых, которые, не имея никакого отношения к ВДВ, ежегодно в городе выпивали по ведру крови организаторов. Наши доморощенные таланты давали концерт, который ни в чём, кроме цены, не уступал выступлению "звездатых" попдив, а по репертуару был намного интереснее. Дети, болеющие за своих пап, знакомых и незнакомых дядей, счастливые от подобранной гильзы и очарованные парашютистами, приземлявшимися буквально в двух шагах, вообще превращали праздник в домашнее семейное торжество. Пока офицеры проверяли оружие, строили бойцов на торжественный обед, жёны, скооперировавшись, накрывали праздничные столы и готовили неофициальную часть.

Я вышел к бригаде - впервые -- не поздороваться, а, наоборот, попрощаться. Поцеловал Знамя и передал его новому комбригу. "До свидания, товарищи!" -- выговорил с трудом, горло предательски першило. У бойцов тоже получилось нездорово. То ли не тренировались прощаться, то ли передалось моё волнение, не знаю. Торжественный марш наблюдал из-за спины нового командира -- в глаза что-то попало, никак не проморгаться было... "Прощание славянки" нечасто звучало на нашем плацу и всегда заставляло по-особому стучать сердца. Сегодня эта музыка звучала для всех, но адресовалась мне одному. Это, скажу вам, что-то!!! Смотрел на лица своих бойцов и офицеров, видел их глаза и отчётливо понимал, ради этого одного стоило жить.

После марша переоделся, сел в вертолёт, который мы специально "тормознули" на футбольном поле рядом с плацем, и с командой парашютистов полетел на природу к столу, где предстояло прощание с гостями и офицерами управления бригады. На высоте кто-то из девушек достал припрятанную бутылку шампанского, и мы запустили её по кругу. До слёз шибануло газами в нос, что здорово повеселило уже не моих, но ставших мне роднёй по небу парашютистов. Неоднократные чемпионы и рекордсмены мира и окрестностей, они -- когда дело касалось прыжков -- относились ко мне терпеливо и снисходительно, учили, прощали ошибки и делились опытом. Передали ребята шампанское экипажу - выпить за командира -- и попросили лётчиков "подпрыгнуть" ещё на пару километров, чтобы продлить удовольствие. Ради такого дела командир борта отошёл от инструкции, и мы вывалились где-то на четырёх тысячах метров. Сойдясь в круг, пропАдали три километра и раскрылись над самым озером. Пришли и приземлились на небольшую полянку, где чуть поодаль стояли столы и приглашённые, наслаждаясь изумительной красотой природы, свежим воздухом и запахом поспевающих шашлыков, ждали прибытия старого комбрига. Надо ли говорить, что не все гости, особенно гражданские, ожидали моего появления таким образом!

Остальное происходило, как обычно, но теплее и душевнее: "Полковник Осипенко, представляюсь по случаю..." Знакомое уже щемящее чувство потери чего-то близкого и дорогого не проходило даже после "усугубления" горячительных напитков. Четыре года назад я здесь никого не знал, и название гарнизона мне ни о чём не говорило. Более того, я отказывался ехать сюда, в "огородно-дачную" бригаду, и просил командующего доверить любой боевой полк, что для меня было более привычно и знакомо. А сегодня бригада одна из первых не только по оценке командования ВДВ, но и в рейтинге выпускников военных учебных заведений, попасть сюда престижно и непросто, конкурс, однако. В гарнизоне все и всё знакомо до боли и я уже с ревностью думаю, что будет здесь без меня -- сохранит ли новый комбриг прекрасный коллектив, традиции и авторитет бригады. Шёл нормальный застольный разговор -- тосты, пожелания, а у меня последний аккорд "Прощания славянки" продолжал звучать, и тихим, немного грустным колокольчиком воспоминаний бередил душу.