# Три встречи с Александром Лебедем

Владимир Васильевич Осипенко

Три встречи с Александром Лебедем


Ничто так прочно не запоминают

ученики, как ошибки своих учителей.


Антон Лигов


Первую встречей трудно назвать. Это была совместная служба. Все четыре с гаком года в прославленном Рязанском воздушно-десантном он был нашим командиром. Сначала командиром взвода, а выпускал командиром роты.

Ещё в карантине курсанты-старшекурсники, стажировавшиеся на нас, сказали, как нам, салагам и недоумкам, несказанно повезло, что у нас взводным будет Лебедь. Пусть они говорили всего лишь о вчерашнем курсанте, который был только одним курсом старше, но сколько в их словах было уважения! Интересно, что это за птица?

Впервые увидев, переглянулись. Какой это лебедь? Скорее бульдог. Здоровый, хмурый взгляд из-под бровей, выдвинутая вперёд челюсть, кулаки, как голова пионера, и перебитый боксёрский нос. Вдобавок голос, как из бочки. С такими данными хорошо просить закурить где-нибудь в тёмной подворотне. Показалось, что стажёры просто издевались над нами. Вот жена его, действительно, была лебёдушкой. Истинно русская красавица. Именно такими снимали всех героинь в русских народных сказках. Мы только рты открыли. Первые зачатки уважения он приобрёл благодаря ей. Завоевать такую женщину дорогого стоит. То, что мужик не промах, это точно.

Потом, непонятно из чего, уважение к взводному росло и крепло. Говорит мало, по мелочам не дёргает, на маршах, прыжках и учениях всегда впереди. Перед начальством не прогибается. Выслушает, разберётся по существу и поможет. Если заслужил, то накажет -- мало не покажется. Если дал слово, сдержит обязательно, чего бы это ему ни стоило. В училище карантин, а он мог отпустить взвод на свадьбу. Знает, что обязательно напьёмся, сидит в канцелярии до полуночи и курит одну сигарету за другой. Незаметно самым тяжким грехом у нас стало подвести Лебедя. Как-то само собой получилось, что мы стали копировать своего командира, его манеру поведения, его поступки, вплетать в лексикон его словечки и выражения.

Он вообще был способен на поступок. На третьем курсе на прыжках погибли наши товарищи. Рота в учебном центре, а прощание в Рязани. Начальство от греха подальше решило оставить нас в лесу. Естественно, рота на дыбы. Самые нетерпеливые уже рванули через плотину на перекладных в Рязань. Вышел Лебедь и говорит:

--  Я запросил начальника училища. Если через час не будет разрешения, поведу лично. Не дёргайтесь.

Чего это ему стоило, узнали позже, но через час на автомобилях мы убыли в Рязань. Казалось, весь город провожал наших парней. Потом мы разбрелись по рязанским кабакам помянуть друзей. Патрулям запретили в этот день даже подходить к курсантам-десантникам. А утром все как один сели в машины и убыли в учебный центр. Потом мы узнали, что Лебедю грозило снятие с должности и партийное взыскание, если хотя бы один кто-то не вернулся вовремя. Он, вопреки всему, довёл нашу роту до выпуска, лучшего за всю историю училища.

А потом на моей свадьбе, сидя на месте жениха и аккуратно отколупывая вилкой кусочки от праздничного торта, Александр Иванович подробно и убедительно втолковывал моей молодой жене, как несказанно ей повезло в жизни. Лебёдушка в это время была нарасхват у молодых и блестящих, как новые 10 копеек, лейтенантов. Я же, стоя за спиной невесты, невольно подслушивал. Никогда в жизни я больше не получал такой лестной характеристики...


* * *


Через год в роту Лебедя потребовались взводные. В числе других получил приглашение и я. Находясь в отпуске, решили с женой заехать в гости. Торт, цветы, бутылка сухого вина "Варна". Спартанская обстановка квартиры и море книг. Очень добрая и тёплая атмосфера. Я впервые видел Александра Ивановича в домашней обстановке и поразился, какой он, оказывается, чуткий и внимательный отец и муж. Поговорили о деле. Я искренне поблагодарил за предложение, но отказался. Даже за удовольствие служить с Александром Лебедем не смог променять ставшую родной разведывательную роту. Лебеди к вину не прикоснулись. "Мы трудимся над Ванечкой". Вот это да! Молодцы!

Наговорившись и напившись вволю чаю, мы получили в подарок книгу Лео Таксиля "Забавное Евангелие" и распрощались. Кроме книги мы унесли удивительную теплоту этой милой семьи.


* * *


После четырёх лет командования воздушно-десантной бригадой я был вызван в Москву для назначения на вышестоящую должность. Середина махровых девяностых. На каждом Военном совете одно и то же: "Этот год был тяжёлый, следующий будет ещё хуже". Денег нет даже на денежное довольствие, боевую подготовку душит отсутствие средств и топлива, гарнизоны замерзают, хлебозаводы отказываются отпускать в долг хлеб для солдат... а родные СМИ соревнуются, кто больнее уест захребетников-офицеров и строителей дач -- генералов. Решил увольняться.

Но перед этим заехал к председателю Совета безопасности Александру Ивановичу Лебедю. Я видел, сколько и каких людей сидело в приёмной. Усталое и сосредоточенное лицо. Внимательно выслушал.

--  Это всё плохо, но далеко не самое страшное. Не могу тебе сейчас много рассказывать, но прошу, послужи ещё. Такие, как ты, нужны Армии.

Встал и протянул руку.

После этого я прослужил ещё три года.


* * *


Хотел сказать по привычке "крайний раз", но эта встреча, действительно, была последней.

Дни Красноярского края в Санкт-Петербурге. Возглавляет делегацию и представляет край лично губернатор Александр Иванович Лебедь. Рванули с друзьями в Ленэкспо. Стоим в сторонке у одного из стендов. Официальные лица, охрана, журналисты, зеваки огромной толпой надвигаются на нас. Возвышаясь над всеми на полголовы, Александр Иванович, бросает на нас взгляд, узнаёт, улыбается и делает шаг на встречу. Однако в него клещом вцепился какой-то дед и не даёт прохода. Прорываемся сами. Поздоровались. Спрашиваю:

--  Как можно вас украсть, хотя бы на 3 часа?

--  Володя, ничего не выйдет. Лучше вы приходите на приём, который я даю сегодня. Вот он всё объяснит.

И продолжил что-то рассказывать и показывать журналистам. "Он" -- это один из телохранителей. Выписал нам пригласительные и, извинившись, удалился за шефом.

Приём проводился в бывшем Дворце пионеров. Народу человек 400. Многих до этого приходились видеть только по телевизору. Стоим за столом и слушаем тост губернатора Красноярского края. Как всегда кратко, но сочно, с только ему присущим юмором. Все с видимым удовольствием "хлопнули". Александр Иванович лишь пригубил и показал нам глазами на дверь. Большая комната, четыре двери, у каждой телохранитель. Нас четверо, со мной однокашник Юра Тарасов и товарищ Александр Турков, оба полковники. Разговор за жизнь. Рады, что никто не мешает. Как вдохновенно Александр Иванович рассказывал про свои планы. Сколько у него было идей! Я слушал и поражался, как сумел он сохранить лейтенантскую увлечённость и искренность.

--  Мне плевать, что про меня пишут, главное, что мы делаем. Через три года увидите...

Первым к нам прорвался губернатор Санкт-Петербурга Яковлев. Извинился перед Александром Ивановичем, а нас взглядом просветил, как рентгеном. Сослался на дела и ушёл. Ещё через 15 минут вошёл Сердюков -- губернатор Ленинградской области, и абсолютно аналогичный взгляд. Проговорили минут сорок. На прощание обнялись. Я поблагодарил командира и учителя за то, что он остался прежним старшим лейтенантом Лебедем. А знакомого уже "телка" попросил:

--  Берегите его, парни.

Не уберегли... Наша потеря останется с нами. Потеряла Россия, не сумевшая в полной мере воспользоваться потенциалом и талантом этого, безусловно, выдающегося Человека.