# Клоун

Вардгес Вазгенович Овян

Клоун


Номер с дрессированными собаками подошел к концу. Артистка, этак средних лет, с аристократическими манерами, поклонилась и под аплодисменты зрителей удалилась с манежа. Пока рабочие готовили арену к выходу акробатов, из-за широко распахнувшихся кулис кувырком выскочил на манеж клоун с красивой куклой самых обычных размеров в руках. Зал взорвался аплодисментами.


Не обращая ни малейшего внимания на снующих вокруг рабочих, он, крепко прижимая к себе куклу, пытался жестами дать понять зрителям, что кукла спит и потому не надо шуметь. Зал сотрясался от смеха, наблюдая за его бессильными попытками утихомирить народ. Но вот кукла "проснулась". Клоун, не замечая повисших над его головой рабочих, готовящих к выступлению турники и трамплины, кружил вокруг них так плавно и так самозабвенно танцевал, словно в мире, кроме него и поднятой им вверх куклы, никого не существовало.


Безудержное клоунское счастье будто распространилось на всех присутствующих. Радостно и весело хлопали не только дети, но и взрослые. "Какой веселый и счастливый клоун!"- толкнув супруга в бок, сказала толстая дамочка. Но тут кукла выпала из рук клоуна. Зал сотрясался от хохота. Клоун, который только что скользил словно по облакам, стоп-кадром застыл на месте, не отводя глаз с упавшей куклы.


Медленно опустился он на колени и приложил ухо к ее груди, словно пытаясь услышать стук ее сердца. В зале вновь поднялась волна смеха. Клоун простер к небу обе руки, и из его глаз, как из фонтана, полились искусственные слезы.


Дети и взрослые смеялись, хватаясь за животы. Опустив голову, клоун поднял с земли куклу, прижал ее к груди, чтобы пройти к выходу мимо готовящегося объявить следующий номер конферансье. Девчушка, лет 4-5, которая сидела в первом ряду и близко-близко видела клоуна, вскочила с места и вкрикнула:

- Мама, смотри, он плачет, по-настоящему плачет...


Голос ее едва прозвучал в общем гомоне и шуме. Но он достиг ушей клоуна, и тот, словно окаменев, повернулся к девочке.

- Мама, мама, почему все смеются, ведь он плачет?.. У него всамделишные слезы...

- Да ладно, как же он может плакать, ведь он клоун,- ответила мать.


Зал все еще гремел овациями. Клоун вновь попытался двинуться к выходу, но, поскользнувшись или просто потеряв равновесие, неуклюже растянулся на земле вместе со своей куклой. В зале снова поднялась волна хохота. Конферансье с беспокойством оглянулся в сторону клоуна и тихонько, сквозь зубы, прошептал:

- Ладно, заканчивай давай, уже пора объявлять следующий номер.


Клоун оставался лежать недвижно, а зал гремел овациями.

- Вставай, дурак.., вставай же, перестарался уже,- выкрикнула выглянувшая из-за кулис рыжая голова.


Объявляя следующий номер, конферансье тихонько приблизился к клоуну и, словно нечаянно, толкнул его ногой в бок.

- Вставай, черт побери, это уже глупо...


Однако клоун продолжал оставаться недвижным. Подошли двое рабочих и поволокли клоуна за кулисы. А в зале все еще продолжали весело хлопать.

- Мама, но он плакал по-настоящему,- в последний раз попыталась убедить мать та самая девчушка, но та ее уже не слушала.


На манеж вышли акробаты. Зал постепенно успокоился. И никто из зрителей не заметил, как через пару минут к зданию цирка подъехала карета "скорой помощи". Все сотрудники цирка, все, кроме актробатов, собрались вокруг лежащего клоуна.


- Но это, это невозможно,- пытался уговорить врача директор цирка,- он не может умереть, он... он же клоун, вы понимаете, клоун.

- Я понимаю вас, но уже поздно. Мы бессильны что-либо предпринять,- ответил врач.


- Боже мой,- восклицал директор цирка, схватившись обеими руками за голову,- господи, боже мой, да что же это такое?..

Вопрос этот можно было прочитать на лицах всех, кто собрался вокруг лежащего на носилках клоуна.

- Надо сообщить его близким,- вспомнил кто-то.


Из круга стоявших вокруг выступил вперед пожилой уже человек, цирковой конюх, медленно опустился он на колени возле клоуна, осторожно прикрыл ему глаза и сказал:

- За те семь лет, что он работал здесь, он был близок только со мной... ведь у него никого нет, ни друзей, ни родных. Жена и трехлетняя его дочь восемь лет назад погибли на войне. Спасся чудом только он...


Присутствующих словно обдало тяжелой волной скорби и печали.

- Бедняжка,- вздохнула дрессировщица собак,- как же он жил?..

- А он и не жил,- ответил старый конюх,- он просто смешил людей...

По ту сторону кулис послышались аплодисменты. Акробаты завершили свое выступление.