# Винтик

Иван Юрьевич Паршиков

Мы оказались винтиками, в сломанном механизме- под названием СССР.

Мы оказались винтиками, в сломанном механизме под названием СССР.


После развала страны, тысячи русских оказались за пределами России, мгновенно потеряли Родину хотя это, как сказать. Родина наша - СССР, была, есть и будет и все еще впереди. Военным было хуже и лучше в одном лице. Хуже тем, что, государство, которое ты защищал и которому присягал, его нет. От бессилия хочется выть, ведь нас не разбили, не разгромили в открытом бою.

НАС ПРОСТО БРОСИЛИ!!!

И нужно уезжать, хотя молодое Туркменское государство, нуждаясь в специалистах, предлагало должности, с последующим ростом. Прощай Туркмения! Прощай Ашхабад! Прощай прекрасный Туркменский народ! Прощай годы службы. И в спины косые, стреляющие ненавистью, взгляды.


А лучше было тем, что взял в штабе личное дело и в Россию. Например: до сих пор, тысячи русских не могут получить гражданство России. Василий получил гражданство так. У него, а он был начальником службы горючего специальных частей корпуса, заправлялась машина посла (от слова пошел на .... особенно в то время) России в Туркмении ( ишь! послы появились!). С утра Василий дал команду заправщику, рядовому Курбандурдыеву Курбану, отдать его документы водителю посла и сказать, что завтра он может не приезжать заправляться без "гражданства" для родного начальника, его супруги и двух детишек. На другой день Василий Иванов и его семья стали Гражданами России.


Итак, Россия. Сибирь. Воинская часть. В штабе тишина, Иванов прошел по коридору, мазнул взглядом по табличкам на дверях, одни подполы и полные полковники, мысль:

'Куда я попал?'.

Пока Василий ждал вызова к командиру в кадрах, женщина, прапорщик, проходя мимо, сунула ему свернутый лист и глазами показала:

" Мол, прочитай". Иванов тут же вышел в коридор и развернул записку:

-Вам будут предлагать должность начальника котельной, не соглашайтесь, ищут козла отпущения!


Всё. Вызвали к командиру. Полковник Владимир Владимирович N, высокий, статный, лет пятидесяти, или около, глаза с хитринкой, а как вы хотели, хохол, громкий голос: -...... должности замполита роты, начальника узла и командира взвода-начальника котельной. Квартира сразу...

'О! Самое главное!', - мелькнуло у Василия.

-Но сначала посмотрите котельную,- сказал командир. Опять в голове:

"Только кочегарки в личном деле не хватало". Тогда он еще не знал, что котельная, сердце части, была на грани остановки, или коллапса, что в Сибири равно смерти.


Показали, как пройти, зашел:

"Мама, мама. Что это?'.

А это армейская котельная. Солдатики, как черти из преисподней - черные, только рожек не хватает.

Кругом дым, не дымок, а именно дым. На полу сантиметров двадцать воды. Точно преисподняя! В одном углу, сварщик варит, два котла разобраны, вокруг из преисподней (смотрите выше) несколько 'чертей' суетятся, Василий поговорил с ними и к командиру.


Идя к командиру, а в глазах у него кочегарка, записка!

'Но квартира!!!'.

Потом было все: наведение порядка, восстановление объектов. Иванов узнал, что кроме котельной, будет еще отвечать за десятки объектов коммуналки. Узнал, какой каторжный труд коммунальщиков, что такое угроза разморожения части. Были победы и поражения, были пьянки, розыгрыши, было много всего - потом Василий стал ротным.


Но, а пока, он идет к командиру с мыслью: "Забрать документы и в другую часть. Но квартира. Дети!!!".