# Три дня, которые...

Иван Юрьевич Паршиков

Нахлынуло

Серия "История, как её видим"


Восемнадцатое. Средняя Азия. Воскресенье. Вечер. Духота. Захожу к товарищу:- Рашид* пойдем ко мне поужинаем,- у него жена уехала в Россию в отпуск.

- Иван, ты знаешь, комкор* собрал командиров частей на совещание. К чему бы это? Да и вообще, какая - то непонятка в стране происходит?

- Наверное, горбатого будут кончать,- пошутил я,имея ввиду Горбачева, и мы пошли ко мне. Ужиная, разговор шел о событиях в стране.

Я все пытался разговорить Рашида, но он наследник 'холодного' разума отшучивался.


Девятнадцатое. Утро. А утро началось с 'Лебединого озера' и трясущихся рук Янаева*. Руки сразу же бросились в глаза, как и название комитета-ГКЧП!

'ЧП, чрезвычайный проступок, а не комитет-это же сразу вызывает отторжение',- крутилось в голове, пока шел на службу.

Развод части: - Товарищи! В стране введено чрезвычайное положение. Горбачев болен, за него Янаев. Пора наводить порядок в стране,- командир Юровский*.

- Всех пидорасов к ногтю!- основной вывод из получасовой речи подполковника: - Роты по распорядку. Замы и ротные ко мне!


- Комкор* провел с командирами частей рекогносцировку. В случае беспорядков, пехота выдвинется на подавление их. От нас радиосредства.

Пока занятия и служба,- ротные после совещания. Какая служба? Телевизор, радио и глаза, уши к ним.

Опять 'лебляди' танцуют, периодически сменяющиеся указами ГКЧП. По РТР: колонны боевых машин втягивающиеся в Москву.

И начала мелькать рожа главного в стране исповедальца.* 'До чего же гнусная у него морда лица!',- мелькнуло.


Первый канал показывает только танцы и указы. Смотрим РТР. Крутится мысль: 'Что-то тут не то?', - но эйфория не уходит: 'Сохраним страну!'

День в Ашхабаде прошел спокойно. В разговорах все поддерживают меры, принятые в Москве и лица у всех задумчивые.

Вечер: 'Почему Ельцин не арестован? Почему вещает РТР? Почему работает связь, почему не закрыты аэропорт и вокзалы в Москве?- вопросы без ответов.

Всю ночь кофе и телевизор. Ельцин, такой мужественный. А по первому каналу Янаев со своими дрожащими руками. 'Сказали А, где Б?'


А 'Б', или воли и решительности у гэкачепистов не было. Было море указов и сверху дрожащие руки.


Двадцатое. В Ашхабаде все спокойно*. Слухи- дезертиры из армии толпами сдаются в военкоматы. А в Москве, все тоже. Никаких мер, одна говорильня.

Ожидание. Опять мысли: ' Почему не перекрыты вокзалы, телевидение?' - и к вечеру приходит осознание: 'Все фарс!'. И чувство: 'Ельцину нужна кровь!'.

Картинки в телевизоре: боевая техника, стоящие без дела солдаты и много беснующихся людей вокруг, 'белый' дом и смешные баррикады вокруг.

Ночь опять у телевизора: 'Все кровь*! Задавили трех придурков. Кровь! Кровь! Она нужна была только Ельцину и его приспешникам. Мы проиграли!'.


Двадцать первое. Развод части:- Пидорасы хотели произвести переворот! Но здоровые силы не дали ему произойти, - новая песнь о главном, командира части.

Быстро перестроился! А гэкачэписты полетели сдаваться горбатому,- вещает телевидение:- Войска выводятся из Москвы. Колонны боевых машин.

Опустошение в душе: ' Ельцин победил страну!'- скрип зубов: - 'Сволочи, что делаете со страной!'. И собственное бессилие.

Финиш.

==================

2009г


Примечание:

Рашид*- Подполковник, начальник особого отдела учебной дивизии.

Комкор*- Командир армейского корпуса. Начальник гарнизона.

Янаева*- Уважаю Генадия Ивановича Янаева. Но что было, то было.

Юровского*- Фамилия изменена.

Иcповедальца*- Господин Ельцин выпустил тогда брошюрку 'Исповедь на заданную тему'. В которой клеймил партийных работников за привилегии. Какие потом он получил привилегии, ни одному Генеральному Секретарю даже не снились.

Кровь*- При попытке поджечь боевые машины погибли Владимир Усов, Дмитрий Комарь, Илья Кричевский. Горбачев в дальнейшем присвоит им высокое звание Герой Советского Союза. Как у него поднялась рука?

В Ашхабаде все спокойно*- Как написала потом 'Комсомолка' - Ниязов, первый секретарь Туркменистана действовал по старой восточной поговорке: Сиди тихо и мимо тебя пронесут труп твоего врага.