# Будем жить

Иван Юрьевич Паршиков

Проклятые девяностые в судьбах

Проклятые девяностые в судьбах тех, кто по воле Родины оказался на окраинах империи


Средняя Азия. Раннее утро. Квартира, гулкая пустота, только армейские кровати и пара табуретов.

- Ну, присели на дорожку,- это Михаил, друг. Стук в дверь, друзья перед службой, да много, сразу тепло в груди стало: "Не забыли!".

- Всё пора,- Мишка, взглянув на часы. Достали, даже не достали, а уже на солдатской табуретке стоит водка, закусь. Налили в кружки.

- Ну, за тебя и семью!- выпили. Тут же налил с тостом:- За вас друзья, за удачу!


Аэропорт. Всегда уютный, маленький, сейчас показался каким - то чужим. Народу немного, только менты, много их, важные, при власти.

"Ах да, теперь же таможенные функции на них, начальники блин",- стали в очередь к стойке. Мишка за рукав дергает, мол, давай добавим.

Вышли, вмазали, закурили: "Мишка, Мишка, сколько "чая" с тобой съедено, как же теперь?",- вспомнилась его присказка: "Татары без троицы не живут!"

- Чё смотришь, прорвемся! - Мишка шутливо ткнул в грудь. Уклонился, шагом назад, мелькнуло: "Самбу не забыл".


Чемоданы на весы - доплачивать за вес показало. Жена с детьми в кассу. Проверяют документы. И тут как заклинило, кровь в глаза ударила:

"Менты, суки, в чемоданах детские веши, аккуратно уложенные женой, дербанят. Гады!".

- Что ж вы суки делаете?- ревом на них через стойку, прямо по весам: - Гады! Десять лет не вылазил с полигонов, с прикрытия границы!

Кто-то уцепился сзади, не пускает:- Пусти сука!- попытался вырваться: - Всю пыль полигонную вашу съел, не забудьте, мы уедем, а за горами персюки уже ножи точат!

- Чьёти, чьёти всё, всё, ви нэ нэрвничай! Всё болше не будэм,- перепуганный, толсторожо-пузатый мент, судорожно закрывает чемодан, оглядываясь на собратьев.


Михаил, оттянув от стойки, успокаивает, а пелена с глаз не уходит. Глаза режет, как будто опять песчаная буря в Каракумах.

- Ладно, всё нормально, - начал успокаиваться: "Таможники бля, "Верещагины", только продажные все",- вспомнилось, как контейнер отправлял.

За деньги готовы были чёрта пропустить: "Что ж ты горбатый сука со страной сделал и как мы сами дошли до этого?".

- Блин! - выругался, отвернувшись и тут объявили: - На рейс ... - Москва объявляется посадка.


Шум, толкотня, гомон аэропорта: "Грязь, мусор кругом и это в Москве? Докатились! Нужно узнать, как с билетами",- по дороге к справочному.

" Кто-то зовет, или показалось?",- оглянулся, из галдящей толпы вырывается полковник Ятушкин. "Ефимович! Откуда взялся?",- бывший командир, с распахнутыми объятьями.

- Что, как, почему?- объятья, радость встречи негаданной.- Да замом десантно-штурмовой в Абакане, еду за семьей. Твои где?

- Здесь. А я в Новосибирск, в сорок первую, - так семью в детскую комнату, сами за билетами на Новосибирск, а потом ресторан. И когда подняли рюмки, тревога начала уходить: "Всё! Россия. Дом! Не пропадем. Жива Россия и мы будем жить!".

===============

2009 г