# Легионеры демона. "часть 2.Глава 2

Григорий Сергеевич Покровский

## Глава 2


Путигин сидел за огромным столом, который стоял в большой квадратной комнате. Она была вся залита ярким светом, но откуда он исходил, Саша не понимал, как и не понимал, почему в его ушах была тишина. Эта тишина давила на перепонки и в ушах появился какой-то звон. Вдруг открылась дверь, и посредине комнаты появился среднего роста, лет пятидесяти, в старомодном клетчатом пиджаке и в брюках в полоску, человек. Вокруг его шеи виднелся стоячий воротничок белой накрахмаленной рубашки, а вместо галстука торчала черная бабочка. На его голове сидел смешной, такой же, как и пиджак, в клетку котелок, а в руках была трость. Своим видом он напоминал клоуна в цирке. Путигин провёл взглядом посетителя от котелка до пола и, остановившись на носках его дорогой обуви, понял, что посетитель не из простых граждан. Вот только старого покроя пиджак, трость, странный головной убор и бабочка незнакомца не соответствовали времени и придавали посетителю странный вид. " Его одежда относится скорее к началу века, - подумал Путигин.

- Вы ко мне по какому вопросу?

- Я к Вам по поручению моего хозяина, - незнакомец, сделав два шага к столу, подал руку. - Будем знакомы, я Бертольд.

Путигин, приподнявшись, пожал руку незнакомцу и только хотел представиться, но незнакомец тут же перебил его.

- Представляться не надо, Александр Владимирович. Мы Вас хорошо знаем .

- Присаживайтесь, - Саша показал рукой на стул. - Простите, а отчество как Ваше.

- Бертольд Марьянович меня величают.

- И что же Вы, Бертольд Марьянович, хотите от меня?

- Хозяин велел подписать вот эту бумаженцию, - посетитель широко улыбнулся, блеснув золотым зубом.

Он, развалившись на стуле, вмиг извлёк непонятно откуда лист бумаги и положил на стол. Путигин увидел, что этот лист был абсолютно чистым.

- Позвольте, а где же текст. Вы полагаете, что я на чистом листе поставлю свою подпись?

- А Вы не волнуйтесь. Мы текст потом напишем, по вашим делам. Вас не обманем, сомневаться не надо.

- Да вы сума сошли что ли! - воскликнул Путигин и рукой отодвинул лист.

- Почему Вы так расстроились, Александр Владимирович, - Бертольд снова пододвинул бумагу к Путигину. - Хозяин не просто так требует подписать. Что Вы хотите - власть или деньги? Хотя власть и деньги - это неразлучные близнецы.

- Зачем мне власть, мне и этой достаточно: я и так вице-губернатор, сейчас за губернатора остался.

- Не смешите, Александр Владимирович, разве у Вас она есть. Власть - это, когда к подданным относишься так, как к своим волосам: Хочешь - косы с них плетёшь, можешь подстричь, а можешь и совсем побрить и не беспокоишься - новые нарастут. Вы не задумывались, почему люди, вкусившие её, так трудно с ней расстаются?

- Нет, не задумывался.

- А зря. Власть - это же наивысшее наслаждение в нашей жизни, она как наркотик: один раз попробовал и остановиться уже не можешь. Вот такую хотите?

- Не хочу, мне достаточно и этой

- Это не власть. Я предлагаю другую, чтобы дух захватывало от одной мысли, что тебе все подвластны, а ты - полубог, небожитель. Почему Христос пошёл на Голгофу, если он мог исцелять людей и разрушить храм. Я думаю, убрать Пилата и стать вместо него, это было ему под силу. А ведь пошёл на распятие и не стал искушать себя властью. Потому, что власть - это наивысшее блаженство и искушение. Вкусив её, и он бы не устоял.

- Ваш хозяин такой всесильный?

- Да, он всё может. Власть в его владении, а вот добро, человеколюбие ему не принадлежат.

- Не морочьте мне голову, забирайте свою бумажку и уходите.

Путигин от злости хотел схватить лист, скомкать его и бросить Бертольду, но лист, словно приклеенный к столу, не поддавался его руке.

- Не пытайтесь, Александр Владимирович, швырнуть в меня комком бумаги. Не выйдет. Лучше давайте договоримся по-хорошему. Вы называете цену, подписываете бумагу, и мы расходимся. Только скажите сколько, и мы Вам заплатим.

- Не нужны мне ваши деньги, у меня хорошая зарплата.

- Не чудите, уборщица президента получает больше, чем Вы. Денег много не бывает. Вы были в листопад в парке? Вот они падают тебе на голову, - Бертольд покружил руками над головой - красиво так. Ты по ним ходишь, а они продолжают падать. Ты их собираешь и жжешь, а они все равно летят.

- Зачем же человеку так много денег? Что с ними делать?

- Э, мил человек, да Вы совсем в этой жизни ничего не понимаете. Люди только говорят, что Богу верят, а на самом деле за сребреники продадут. А если Вас завтра с должности попрут, что Вы будете делать? В Таракановку снова поедите.

- Вы даже и это знаете. Не поеду я в колхоз. Мир не без добрых людей, помогут.

- Александр Владимирович, у Вас не та фамилия, чтобы вам кто-то помог, Вы русский.

- Вы не правы, мне Тучков помог стать вице-губернатором.

- К сожалению, таких людей, как Павел Иванович, в стране единицы.

- Ваш хозяин - банкир?

- Да Вы что, не станет он заниматься этой мелочью.

- Так кто же он, этот инкогнито?

- Подпишите бумагу, я Вам расскажу. Если верно будете служить хозяину, он Вас не забудет.

- Хороши дела, - Путигин смахнул платком со лба пот.

- Вам жарко стало, Александр Владимирович?

- Что-то душновато. Эх, в море бы сейчас поплескаться.

- Разве это проблема, - Бертольд усмехнулся, - кто же Вас держит, можно и к морю отправиться.

- Во-первых, я в этом году уже в отпуске был, а во-вторых, работу не могу оставить.

- Вот видите, а Вы говорите, что у Вас есть власть. Какая же это власть, ежели Вы не можете сделать то, что хотите.

- Президент тоже не может просто так уехать, - возразил Путигин, - но это не означает, что у него нет власти.

- И у президентов нет полноты власти, просто они надувают щёки и всех пугают. А на самом деле у них власти меньше, чем у вас. К тому же, они ложатся спать и дрожат, чтобы её не потерять.

- Вы, наверное, спутали власть со свободой?

- Ничего я не спутал. Свобода может быть у птицы, но у неё нет власти. А без власти свобода может в любую минуту прерваться, и ты окажешься в клетке. Всё в этом мире условно. А впрочем, если Вы хотите к морю, пожалуйте, искупнемся.

Вмиг свет погас. Путигин хотел рукой дотянуться до телефона, чтобы позвонить секретарше и приказать ей найти электриков. Но тут он увидел солнце, море, на берегу обнажённые пары. Рядом с ним стоял Бертольд. Он был в белых брюках и рубашке с коротким рукавом, а на его голове сидел тот же смешной котелок.

- Это что, Бертольд Марьянович, фокус?

- Да нет, что Вы, я в цирке никогда не работал. Вы на берегу моря, как и просили.

- А котелок, зачем надели? Снимите его немедленно, с Вас будут люди смеяться.

- Чем он Вам не понравился?

- Как-то смешно Вы в нём выглядите странно, ну не как все.

- Почему я должен соответствовать стаду. Человек должен быть свободным. Я одеваюсь в соответствии со своим вкусом и моралью. Почему мы должны одеваться в то, что говорит нам модельер: "это в этом году модно, а это нет".

- Но он же специалист своего дела, - возразил Александр Владимирович.

- А мне может его одежда не по душе. Этот модельер, по-вашему, не может ошибаться, или он властвует над всей толпой?

- Странные у вас рассуждения. Есть же какие-то установленные правила в обществе.

-Кем установленные? Таким же человеком, как они. Почему я должен стоять возле квадрата Малевича и восхищаться, подражая толпе, повторять заученные фразы: "Ах, как гениально, какая глубина и тайна написанного!" "Je trove gue cest charmant!", а на самом деле думают другое.

- Простите, но я предпочитаю говорить на русском, - перебил Бертольда Путигин.

- Пардон, старею, забыл, что Вы владеете английским, а не французским. Моя фраза в переводе означает: "Я нахожу, что это прелестно!" Но это не важно. Вы мне ответьте, где же здесь свобода? Мое личное восприятие придушено внутри, и я начинаю лицемерить, чтобы не показаться невеждой. Вначале такие мастера делают себе рекламу с помощью денег и знакомых, а потом публике ваяют всякую чепуху, а люди, как загипнотизированные, будут стоять с открытыми ртами и восхищаться. А в это время, истинно великие художники, не имея и гроша за душой, уходят вместе со своими шедеврами в мир иной неизвестными, навсегда. Иногда спустя столетия после смерти чьи-то картины отыскиваются, признаются шедеврами. Пойдёмте лучше искупнёмся.

Они купались. Путигин нырял и, наслаждаясь прохладой, со всего размаху бил руками по воде. Брызги воды отлетали от его рук вверх, рассыпались, сверкая на солнце словно алмазы.

- Здорово. Не так ли, Александр Владимирович?

- Прекрасно, - сказал, выходя из воды Путигин. - Вот бы ещё и полотенце, было бы удовольствие на все сто.

- Посмотрите направо, там два шезлонга стоят, на них полотенца висят - это наши, можете брать и вытираться.

Путигин стал насухо растирать своё тело. Через минуту из воды вышел и Бертольд.

- Ваши философские рассуждения о свободе и власти, мне кажется, не совсем верны, - продолжил разговор Путигин.

- Да что вы, это не мои размышления. Некий испанец Дон Хуан Мануэль в своей книге "Граф Луканур" за шестьсот шестьдесят лет до меня сказал это. А потом сказочник Ханс Кристиан Андерсен по этому же сюжету написал сказку " Новое платья короля". Сюжет простой: двое портных проходимца пообещали королю сшить платье из ткани, которая видима только глупцам. Да вы, наверное, знаете этот сюжет.

-Да, знаю.

- Вот видите, король ходил голый. И вся свита ему поддакивала, что у него замечательное платье. Стало быть, король был не свободен, боясь показаться глупцом, а на самом деле был подвластен этим двум проходимцам. Они бы ему не только платья сшили и он подчинялся бы им, убеждая своих подданных, что черное - это на самом деле не чёрное, а серо-буро-малиновое, и только глупцы не видят оттенков. А Вы говорите - президенты, короли имеют власть. Лицемерие и ложь - это первые душители свободы, а какой же президент, и какой король может без них править. Единожды солгав людям в угоду своим амбициям, он продолжает идти лживым путём, ему уже деваться некуда. А свита поймает его на этот крючок и он становится подвластен свите. Иначе его ложь раскроют. Вот почему я говорю, что у него власти меньше, чем у вас.

Мимо проходили две обнажённые дамы. Путигин засмотрелся на них.

- Я Вас понимаю, - многозначительно сказал Бертольд, - молодость требует своего. Вам какая понравилась, блондинка или шатенка? Сейчас оформим, всё в наших силах.

- Да что Вы, - Путигин зардел.

- А.... любовь! Кира из вашей головы не выходит.

- Откуда вы знаете о Кире, - испугано спросил Путигин, - никак шантажировать меня собрались?

- Да что Вы, зачем это мне, любовь шантажу неподвластна.

- Вы что-нибудь знаете о ней? - спросил Путигин

- Знаю, в тюрьме сидит, ждёт и надеется на вашу помощь, а вы дали ей слово и больше ничего.

- Я помогу, обязательно помогу, вот только освобожусь! - воскликнул, запинаясь Путигин.

- Да не волнуйтесь Вы так. В нашем департаменте подлость не осуждается, наоборот, зачтётся в заслугу.

- В каком это департаменте?

- А вы что, до сих пор не поняли, кто меня к Вам послал?

- Кажется, я начинаю понимать, - сказал Саша, и его лицо от ужаса перекосилось.

- Вот Вы опять испугались. Подпишите бумагу и живите себе всласть. Назовите, какую сумму Вы за это хотите и какою должность в миру.

- Зачем я ему понадобился?

- Понравились Вы ему, Александр Владимирович, вот он и захотел Вас к себе взять.

- А что, без подписи туда не попадают?

- Ну почему же, попадают, только грехов у Вас кот наплакал. Вы уже были там. У Вас была клиническая смерть, но, увы, до смертного суда не дошли. Сам ОН сказал, что Вам рано к нему и к тому же в прелюбодеяниях запутались. А мой хозяин рад бы Вас взять, но для нашего департамента у Вас грехов маловато. Вы ему подходите, может тем, что некрещеный.

- Что, он хочет из меня, как вы сказали, косы плести?!

- Не знаю, не знаю, для чего-то Вы ему понадобились. Вот он и послал меня к Вам.

Саша вдруг вспомнил, как он стоял абсолютно нагой, и какая-то женщина подошла к нему и сказала: " Тебя велели назад отправить, становись вот сюда". Он встал и вмиг очнулся на больничной койке.

- Где же ваш хозяин меня хочет использовать?

- Я же Вам сказал, что не знаю. У него тут целые легионы, большая часть планеты ему принадлежит. Соглашайтесь, подпишите эту бумагу. У меня ещё много дел.

- Знаете, что не пошли бы вы в .... с вашим хозяином, - выругался Путигин.

- Вот незадача, что же мне с Вами делать?

- Отправьте меня лучше назад, не буду же я вечно сидеть у этого моря.

- Конечно, отправлю. Власти над Вами не имею. Они оба пусть думают, что с Вами делать, а, в общем-то, решайте сами. Я ещё к Вам загляну. После удара головой Вы обрели способность с нами общаться.

Путигин открыл глаза и увидел потолок больничной палаты. Он вспомнил, что вчера ему делали третью по счёту операцию, и это всё ему причудилось после наркоза. "Первый раз увидел цветные сны, и всё как наяву", - подумал он. Вдруг Александр задумался и изменился в лице.

"А может, и не чудилось, - пробежала мысль, - может, это моя душа действительно общалась с этим Бертольдом". Он стал вспоминать весь разговор. И вдруг в его памяти всплыло имя испанского писателя Хуана Мануэля, и фразу на французском языке, которую сказал Бертольд. " Если это сон, - подумал Саша, - тогда я должен был раньше знать этого писателя и французский язык, но я об этом писателе никогда не знал. А может, где-то прочитал и забыл?" Он стал напрягать свою память, но вспомнить так ничего и не смог. Вдруг ему стало страшно, по всему телу прошла дрожь. "Надо перекреститься, надо перекреститься", - стучала в голове мысль. Он стал скручивать пальцы, и вспомнил, как он читал о старообрядцах. Один старовер сказал: "никонианцы дулей крестятся". Саша поднял правую руку. Сложил три пальцы в пучок и, приложив их ко лбу, провёл по лицу и груди вниз, а дальше стал вспоминать - " к правому плечу, или к левому. Православие, значит к правому". Он приложил руку к плечу и завершил крест. Дрожь и страх прошли, и ему стало легче

Через оконное стекло он увидел краешек осеннего неба. Лиловые тучи, гонимые ветром, убегали на запад, небо просветлело и на востоке появилась узкая оранжевая полоса. Она всё время расширялась, превращаясь в огромное оранжевое пятно. И вот, словно из-под земли брызнул луч света. Он заливал всё вокруг. Окна стоящего напротив здания, отражая его, засветились оранжевыми лучами. Было слышно, как по коридору больницы начали двигаться люди. Путигин повернулся в кровати и ощутил тяжесть в левом боку.

Вошла медсестра и поставила ему капельницу.

- Как вы себя чувствуете? - спросила она.

- Удовлетворительно, - сказал Саша.

- Вот и хорошо. Дай Бог, чтобы это была последняя операция. Я гляжу, вы давно лежите у нас , а к вам никто и не приходит.

- У меня никого нет, - ответил Саша, - маму, бабушку и отца бандиты убили, а женой ещё не обзавёлся.

- Боже мой, Боже мой, что же творится на белом свете, - сказала сестра и перекрестилась.

- Вы в церковь ходите? - вдруг неожиданно спросил Путигин.

- А как же, хожу.

- Попросите батюшку поставить свечки за упокой моих родных. Я вам деньги дам.

- Конечно, сделаю, вы мне только на бумажечке напишите их имена. А денег не надо, за добро деньги не берут. Это за зло бешеные деньги платят.

- Я свечку не ставил, когда они погибли. Ни разу в церкви не был, а теперь думаю, что плохо поступал, надо, пока живой, исправиться. Вы молитву знаете?

- Знаю, - сестра начала читать молитву, - "Отче наш, сущий на небесах...."

- Не запомню я в таком состоянии, - Саша взял медсестру за руку, - вы мне лучше напишите её на бумажке, я буду читать и запоминать.


Где-то в середине дня к Путигину в палату пришел врач, а за ним показался Тучков и ещё незнакомый ему человек.

- Вот ваш вице-губернатор, - сказал Тучкову врач и взял Сашу за руку. Он несколько секунд считал пульс. - Как вы себя чувствуете?

- Утром тяжеловато было, сейчас намного лучше.

- Ну-с, здравствуйте герой, - улыбаясь, сказал Тучков, - рад, что здоровье ваше пошло на поправку. Вот мы с Дмитрий Фёдоровичем фруктов Вам принесли.

- Вы присаживайтесь, - сказал доктор и указал рукой на два стула, -а я с вашего разрешения пойду, дел много.

Доктор вышел, а Тучков и Дмитрий Федорович присели рядом.

- Это мой друг, Дмитрий Федорович. Он работает в генпрокуратуре, хочет по вашему делу задать ряд вопросов.

- А у меня уже следователь был, - сказал Путигин.

- Да, я знаю, но он интересовался непосредственно автопроисшествием и убийством ваших родных, - сказал Дмитрий Федорович, - а меня интересует, где и как Вы познакомились с гражданином Сохновым.

Саша стал вспоминать, как это происходило, а Дмитрий Федорович только кивал головой и быстро записывал в тетрадь.

-Зачем тебе этот Сохнов, - вдруг спросил Тучков, - мало ли по стране воров в законе ходит.

- Дело в том, что его убил киллер. Мы предполагаем, что это был передел собственности, сыр-бор разгорелся из-за нефтеперерабатывающего завода. Его взяли люди близкие к президенту. Вот мы и ищем преступников.

- А что их искать, - сказал Путигин, - кто присвоил завод, тому и нужна была смерть Сохнова.

- Все это понимают. Мы ищем исполнителя. Его можем посадить, если он, конечно, живой остался, а те, кто выше - люди неприкасаемые. Их тронуть не может даже Генеральный прокурор. Если он посмеет, то и его снимут с должности.

- Вот видишь, как оно складывается, - с грустью сказал Тучков, - Александр Владимирович лежит искалеченный, а правосудие бессильно навести порядок в городе. Один бандит ушел, вместо него три других появилось.

- Вы знаете, - вмешался в разговор Путигин, - когда я оказался на больничной койке, времени было много, всё передумал. Пошёл бы я с бандитами в сговор, никто бы не тронул моих родных и меня. Но тогда надо было бы пойти на сделку со своей совестью, а смог бы ли я потом так жить, пожалуй, нет.

- Это вы такой, - сказал Тучков, - а другой махнёт на всё, и пошёл деньжата рубить: и горе людское, и совесть, и честь, ему побоку. Не будет в стране порядка, и экономика не будет развиваться, пока на самом верху будут неприкасаемые люди. Какой инвестор пойдет в такую страну. Он понимает, что завтра его бизнес понравится кому-то из неприкасаемых, или его любовнице, другу, родственнику, и этот бизнес у него отнимут. По этой причине даже простые граждане, скопив состояние, стараются отправить его из России. Так было, есть и будет. И от этой безнадёги снова будут вспыхивать революции, новоиспеченную знать будут расстреливать и бросать в шахты, а верховного властителя и его семью уничтожат в " доме особого назначения". Так будет, продолжаться и дальше, пока Россия не исчезнет. Какие у Вас планы на будущее: - спросил Тучков Путигина

- Подлечусь, буду продолжать в области наводить порядок. Иначе кто же народ от этих бандюг защитит.

- Я надеюсь, что Вы скоро поправитесь и станете вместо меня. Теперь я твёрдо знаю, что бандитам спуску не будет. Об этом я в вашей предвыборной кампании скажу народу. Люди поймут: кто на самом деле за них, а кто против.

- Вот мне ещё два правдоискателя выискались - Дон Кихот и его оруженосец Санчо Пансо, - усмехаясь, пошутил Коробков. - Назначенный Доном Кихотом в губернаторы Санчо будет управлять честно и умно. Не смешите, разве один губернатор без своей команды изменит ситуацию в области?

- Не один, - на шутку друга ответил Тучков, - ещё майор Голованов есть, его кандидатуру буду предлагать начальником УВД области. К ним примкнёт ещё много честных и порядочных людей.

- Новый начальник УВД уже министром назначен, а Голованова нет в живых. Неделю назад, его вместе с семьёй расстреляли. Он на даче своего друга прятался. За ним следили, а когда он ехал в сторону Москвы, на трассе и убили.

- Ух, гады! - воскликнул Саша и схватился за голову. И тут он вспомнил о Кире и обратился к Дмитрию Федоровичу:

- В тюрьме по обвинению в убийстве доктора сидит женщина, Кира Шутко. Она это убийство не совершала, а её там держат.

- Я знаю, - ответил Дмитрий Федорович, - но пока не будет суда над этими преступниками, мы не можем ничего поделать.

- Как это вы бессильны? - вмешался Тучков. - Что же это за такая правоохранительная система в России, которая виновных не может посадить, а не виновных не можем из тюрьмы освободить? Я сегодня же доложу на самый верх, пусть решают, или у них совсем уже совести нет. Человек незаконно отбывает наказание, а целая армия судей, адвокатов, прокуроров пируют, наслаждаются жизнью, отдыхая на курортах, и ничего не хотят делать.


Уже прошла неделя после третьей операции. Путигин лучше себя чувствовал, теперь он стал ходить и его здоровье пошло на поправку. После завтрака он вышел в коридор. Возле поста медсестры на диване сидел пожилой, белый как лунь, с бородкой клинышком человек. Старик просматривал газеты.

- Здравствуйте, Альберт Максимович,- поприветствовал его Путигин и направился к журнальному столику.

- Доброго здоровья, Александр Владимирович, - ответил старик, устремив свой взгляд на Путигина.- Как ваше самочувствие, скоро, наверное, домой?

- Врач сказал, что ещё с недельку подержит, потом поеду в санаторий отдыхать.

Путигин сел в кресле напротив, взял журнал и стал его просматривать. К ним подошел ещё один старик, поздоровался, взял газету и сел на диван рядом с Альбертом Максимовичем.

- Демоны, демоны! - вдруг воскликнул Альберт Максимович. - Вы почитайте, что в газете пишут. США снова развязывают войну. Вы только представьте, где эта Америка, а где Ирак - и до всего им есть дело. В Ираке не поделили власть две группировки: Патриотический союз Курдистана и Демократическая партия Курдистана. Садам Хусейн отдал приказ навести порядок в своем государстве. Захватили город Киркук, разгромили штаб Патриотического союза, а США в отместку планируют нанести удар по Ираку.

- А Америке какое дело до Ирака, - сказал другой старик.

- Большое дело, - сказал Путигин, продолжая листать журнал, - там нефти много, Киркук центр нефтяной промышленности на Севере Ирака

- Вот именно, - подтвердил Альберт Максимович. - Патриотический союз Курдистана ЦРУ США финансировали с одной лишь целью, чтобы устроить эту заварушку. Эти американские господа уже две мировые войны развязали, и всё им сходит с рук.

- Две войны развязала Германия, а не США, - снова возразил Путигин, продолжая листать журнал.

- Это не совсем так, - Альберт Максимович провёл возле своей бороды рукой.

- Зачем же отрицать, - вмешался другой старик, - это же исторический факт.

- Да что Вы, Роман Васильевич, я вам сейчас открою глаза и вы всё сразу поймёте: кому была нужна и первая, и вторая мировые войны. Россия не только прирастает Сибирью, из-за неё она и кровоточит. Вы знаете, что в начале века влиятельные круги США затеяли великую афёру. Они решили столкнуть империи лбами, а пока армии и государственные мужи будут сражаться на фронтах в тылу, легко можно сделать революции. Историки утверждают, что в Сараево Гаврило Принцип выстрелом из револьвера дал старт первой мировой войне. Это, мягко говоря, преувеличение роли одного студента. Во-первых, ещё до выстрела война уже шла: было две Балканских войны в 1912 и в 1913 годах и Итало-турецкая война. Во-вторых, для того, чтобы дать старт, надо что бы игроки были готовы к "состязанию". Кому нужна была эта война, давайте рассудим. Если рассматривать в общем плане, то казалось бы всем. У всех были друг к другу территориальные претензии. Но монархи Европы понимали, что они не готовы воевать. Австро-Венгерская империя была на грани развала. Германия хотя и набирала мощь, но у неё был слабый флот и Вильгельм осознавал, что союз Англии, Франции и России ему не одолеть.

- Но кто-то же подтолкнул их к этой войне? - спросил Путигин.

- Террор планируют и готовят состоятельные дяди, - ответил Альберт Максимович, -а исполняют подогретые на идеях студенты. Как "тайное общество" сербов узнало о планах австро-венгерского правительства проводить манёвры у границ Сербии, если о передвижении монарших особ знает узкий круг лиц. Откуда этот студент мог знать, что именно по этой улице в определённое время будет проезжать наследник австрийского престола Франц Фердинанд. Эту информацию за большие деньги могли дать коррумпированные особы из окружения австрийского монарха. Кому это было выгодно? Австрийской династии Габсбургов незачем было убивать своего наследника. Германия и Италия были в союзе с Австрией. И толкать союзника на конфликт с Сербией не было нужды. Англия, Франция и Россия находились в Тройственном союзе и монархи понимали что, если Австрия начнёт войну против Сербии, русские славянофилы не дадут Николаю второму просто так сидеть и смотреть, как убивают братьев славян. Англии, Франции и тем более не подготовленной к войне России это тоже было не нужно. В России была предреволюционная ситуация.

- История говорит совсем обратное. Революционная ситуация возникла в результате начала войны, - возразил Путигин.

- Вот тут вы совершенно не правы, господа американские банкиры финансировали боевиков в России еще в 1905 году, и эти деньги получали два знаменитых еврея Троцкий и Парвус. Они и ставили Россию в колено-локтевую позу. В русско-японскую войну русские военнопленные подверглись в японских лагерях политической обработке и финансировали это те же банкиры США. После войны пятьдесят тысяч военнопленных возвратились в Россию и пополнили ряды пламенных революционеров. Эта бесовщина расцвела буйным цветом, вскоре её горькие плоды попробуют миллионы россиян. Цель у влиятельных господ на первый взгляд была благая - освобождение евреев России от дискриминации. Но это была ложь, на самом деле их целью была Сибирь с её несметными богатствами. Теперь у них созрел план затеять в Европе бойню. Подкупленная свита подталкивала императоров Николая второго и Вильгельма второго к войне. Германский император был убеждён, что в России вот-вот свершится революция, и он поспешил клюнуть на этот крючок. Была чёткая договорённость: одному достаётся житница, а другим всё что за Уралом. Это можно понять из выступления Вильгельма второго перед солдатами, убывающими на фронт. Вот его слова: " Солдаты, прежде чем упадут листья с этих лип, вы вернётесь домой с победой". Это был август 1914 года, а листья опадают в октябре, стало быть, он понимал, что за три месяца войска могут взять только Польшу, Украину и Белоруссию. За Урал идти у него планов не было.

- Вы полагаете, на Западе знали, что в России грядёт революция?- спросил Путигин.

- Конечно, знали. Перед войной многие компании стали спешно уходить с российского рынка.

- Они же родственники были - и Габсбурги, и Романовы - вмешался в разговор старик, - дядьки, двоюродные и троюродные братья, жёны русских императоров были оттуда.

- У власти родственников нет, - ответил Альберт Максимович, - а есть только один интерес - нажива. От жадности у людей мутнеет разум. Вильгельм не понимал одного, что каждый игрок в тайне от своих партнёров играет свою игру. Такая же судьба, как России, готовилась и Германии. Как только в России свершилась Февральская революция, США приступили к завершению своего плана. Порядочно разжирев на военных поставках в апреле 1917 года, они выступили на стороне Антанты и, разбив Германию, продиктовали условия мира. В ослабленной войной Германии в 1918 году тоже свершилась революция. План был успешно завершен ценой в десять миллионов жизней. Но в России началась гражданская война. В случае поражения Ленин планировал создать Дальневосточную республику, так как упустить Сибирь для них было смерти подобно. Ленин и Троцкий, оказавшись у власти, на блюдечке выложили своим патронам то, что и обещали. Сибирь была отдана в концессии воротилам США. Их жадность стоила России более двадцати миллионов убитых и умерших от голода людей. А моральный ущерб оценить вообще нельзя. Бесы растоптали религию и культуру русского народа, они распяли Русь на кресте, как когда-то их предки распяли Иисуса Христа.

Альберт Максимович задумался и как-то отрешенно посмотрел в окно.

- С вашими доводами в натяжку можно согласиться, - возразил Путигин, - но зачем же развязывать вторую мировую войну?

- По той же самой причине - Альберт Максимович в очередной раз сделал свой привычный жест - провёл рукой по своей бороде. - Они и не предполагали, что всё повернётся совсем по-другому. От матушки-истории всегда надо ждать непредсказуемых манёвров. Умирает вождь и к власти приходит ловкий партийный функционер. Сталин понимал, что без Сибири России нет, а ему не захотелось в чих-то руках быть марионеткой. В первую очередь ему надо было покончить с Троцким, которого связывали деловые отношения с банкирами США. Что он и сделал. Но он опасался повторить судьбу Николая второго, для этого, решил убрать всю ленинскую гвардию, которая имела связи с заграницей и могла в любой момент устроить новый переворот. Все концессии ликвидировал и приступил к репрессиям. Тут уж попадали и виновные, и чаще всего безвинные.

- А вторую мировую войну как с этим можно связать? - снова возразил Путигин.

- Как бы Вы поступили, Александр Владимирович, если, вложив огромные деньги, оказались бы в дураках?

- Безусловно, попытался бы вернуть деньги, - ответил, улыбаясь, Путигин.

- Вот и они так же поступали. Теперь Сталин для них был личный враг. Пойти войной на СССР опасно, можно и проиграть. Да и свой народ начнёт ворчать, чего доброго и бунт затеет. А вот найти в Европе дурачков, которые пошлют своих сынов воевать - это самый что ни на есть лучший вариант. Они из небытия вытащили этого Адольфа Гитлера, у которого в Германии было не более семи процентов сторонников.

- Как это могло произойти? - вмешался Роман Васильевич.

- Очень просто. Как мы недавно выбрали Ельцина. Для этого только нужны деньги, чтобы заниматься подкупами. А потом разрешили Гитлеру взять Чехословакию, Польшу, чтобы он приблизился к границам СССР. Когда Гитлер напал на Польшу, его армия была не очень сильная. Артиллерия была на конной тяге, танк имел пушку, калибр которой был чуть больше охотничьего ружья. А флот отсутствовал. Как, скажите, он мог за два года так быстро вооружить свою армию? Он что, клад нашёл? Знаете, почему Гитлер объявил в своей стратегии, что дальше Волги он не пойдёт?

- Нет, не знаю, - сказал Путигин.

- Потому, что у него была договоренность c заокеанскими кредиторами: за Уралом это уже не его территория. Но господа из США плохо знали Гитлера. Он вёл тройную игру. Подписал договор со Сталиным и одновременно заигрывал с экс-королем Великобритании Эдуардом восьмым. Последнему он обещал трон конституционного монарха нацистской Европы. У него, я думаю, были и тайные планы захватить и Сибирь. А чтобы не повторить судьбу Вильгельма второго и избежать революционной ситуации в своём тылу, он решил убрать тех, кто всегда ее создавал. Он объявил евреев неполноценной расой. Гитлер, конечно же, понимал, что евреи не хуже французов, бельгийцев, испанцев, но оставлять их в тылу для него было весьма опасно. Еврейские банкиры из США могли повторить то же самое, что они сделали в 1917 году с Россией, а в 1918 году с Германией. Поэтому он решил полностью уничтожить всех евреев. Так и родился холокост, не без помощи самих же евреев. Господа банкиры в жертву отдали и свой народ. Потом они поняли, что совершили преступление перед человечеством, но остановить военную машину Гитлера уже не могли и решили помочь России. Но с открытием второго фронта союзники не торопились. Они всё надеялись, тянули до последнего, ждали, чтобы противники ослабили себя в этой войне. Как только советские войска перешли границу Германии, для них стало ясно, что с Гитлером надо кончать. Кстати, Эдуард восьмой, получивший после отречения в 1937 году титул герцога Виндзорского, и его супруга герцогиня Уоллис встречались с Гитлером. В Британской прессе тогда писали, что Уоллис Сипсон, рожденная в Пенсильвании (США), дважды разведенная, была двойным агентом, работала на разведки США и Германии, тайно снабжала Риббентропа информацией. Полагаю, это была игра Управления стратегических служб США, (ныне ЦРУ). Из-за этого Эдуард, на десятом месяце своего королевства не пройдя процесса коронации, вынужден был отречься от престола в пользу своего брата. Однажды герцог Виндзорский Эдуард сделал странное заявление: "войну развязал президент США Рузвельт с евреями". У меня есть основание верить этим словам. Он и герцогиня Уоллис имели не плохую информацию. Если кто-то откармливает пса, чтобы натравить его на соседа, а пёс взбесился и грызет всех вокруг, в том числе и его семью, то в первую очередь виноват, наверное, хозяин, который обучил и подготовил этого пса.

- Бог всё-таки есть! - воскликнул Роман Васильевич, - получили по заслугам за то, что сотворили с Россией.

- Получили, - ответил на реплику Альберт Максимович, - только безвинные, а истинные виновники сидели за океаном и наживались на войне. Уже два раза эти господа из-за своей жадности толкают мир в пропасть.

Альберт Максимович вдруг задумался. Он опять посмотрел куда-то вдаль, как будто стараясь вспомнить что-то очень важное.

- Да разве только два раза, - вдруг продолжил он, - сразу же после второй мировой войны они развязали первую Индокитайскую войну, а спустя пять лет и вторую. Война в Южно-Восточной Азии не прекращалась до 1975 года. Одни бесы насаждали коммунизм, а другие, применяя "теорию домино", преподносили азиатам уроки демократии с помощью напалма и авиабомб. Они якобы боролись с коммунистической заразой, которую сами же и породили, финансируя Троцкого и компанию, а потом экспортировали их в "опломбированном вагоне" в Россию.

- Я до сих пор не пойму, - сказал Роман Васильевич, - зачем США понадобилось воевать во Вьетнаме.

- Таким образом зарабатываются деньги, - ответил Альберт Максимович.- Хорошо одурачило весь мир общество состоятельных банкиров США. Под покровом ночи, в тайне от фоторепортёров и журналистов, они прибыли в ноябре 1910 года в клуб на остров Джекил-Айланд. За десять дней "мозгового штурма" банкиры придумали такую аферу, от которой до сих пор содрогается весь мир. Они создали "денежный трест", который стал управлять финансами всего мира, и разделили бесов на два лагеря. Одни боролись за победу коммунизма во всём мире, а другие за торжество демократии. Этих бесов они финансировали из банкирского общака, куда вносил каждый банкир десятину от своих доходов, и занимались подкупами чиновников различных государств.

- В США же нет центрального банка, - сказал Путигин.

-Федеральную резервную Систему США создали из двенадцати банков, управляемых частным образом, - ответил Альберт Максимович, - а стало быть, чем чаще государство будет воевать, вооружаться, снабжать оружием боевиков в горячих точках, тратя бюджетные деньги, тем для банкиров лучше. А в Совет управления резервной системой, который призван быть государевым оком над финансами страны, почему-то попадают люди в основном одной национальности. "И сказал господь Аврааму: я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя и возвеличу..., и благословятся в тебе все племена земные". Всегда происходит трагедия, если какому то народу внушается, что он избранный Богом.

- Не совсем здорово получается и у них править, - вмешался Роман Васильевич, - кризисы: финансовые , экономические, перепроизводство товара случается довольно часто.

-Лишних бомб никогда не бывает, - ответил Альберт Максимович. - Как только их накопилось много, тут же находят на чьи головы их сбросить. Весь двадцатый век планету раздирали войны. Представьте, сколько они заработали денег на поставках только в армию США. На Вьетнам было сброшено бомб в два раза больше, чем за всю вторую мировую войну. Там творились военные преступления. Стирались с лица земли целые деревни вместе с жителями. Американцы устанавливали "зону свободного огня" - уничтожалось всё что движется. Одних только детей убили больше трехсот тысяч. И чем же они лучше фашистов? Только тех в Нюрнберге осудили, а эти - уважаемые люди. Деньги кровью не пахнут, а матери хоронили своих сыновей. Когда в США потоком пошли гробы, общество поняло бессмысленность этой бойни. Начались демонстрации, и господа вынуждены были приостановить свой бизнес. Если вникнуть в суть дела, государство США доведено до банкротства, оно с триллионными долгами. Нахождение военных баз на всех континентах требует больших затрат. Такие долги уже не отдаются. Но печатный станок рано или поздно остановится. И тогда мир погрузится в хаос. Править миром ещё никому не удавалось. Это под силу только Богу! История не знает ни одной империи, избежавшей развала.

И тут Путигин вспомнил, как он участвовал в такой же бойне в Чечне и слова старого чеченца: "А у бесов действия и помыслы едины: для них власть и деньги - это самое главное, они их умеют извлекать из горя людского".

- Надолго ли остановились? - с иронией спросил Путигин.

- Нет, что Вы - ответил Альберт Максимович, - С Южно-Восточной Азии, перекинулись в другие регионы. Для них наживаться на трупах это бизнес. Они действуют старым испытанным методом: вначале тайно финансируют подпольные организации, создавая нестабильность в государстве, потом развязываются гражданские войны, а дальше - "разделяй и властвуй" - продавай оружия и греби деньги. Как только Горбачев пошёл с этими господами на сделку - это было началом его конца. Но они просчитались. Полномасштабная гражданская война в СССР почему-то не получилась, видимо, на этот раз Бог Россию пожалел. У власти оказался алкаш и преступный клан собственников, Россия пошла с молотка, а эти господа опять полезли в Сибирь. Такие же игры они проводят и сейчас, пытаясь завладеть Ближним Востоком, не понимая одного, что и в Нью-Йорке скоро начнут взрываться небоскребы.

- Оставили бы они Россию в покое, - сказал Роман Васильевич. - Даже если Россия развалится, не видать им Сибири как своих ушей. Китай рядом, вот он-то уж точно её не упустит.

- Да, это так, - Альберт Максимович вздохнул, - тогда третьей мировой войны не избежать.

- Вы полагаете, что к развалу Союза руку приложили США? - спросил Путигин.

- А кто же? - удивлённо ответил Альберт Максимович. - Даже карточный домик не упадет, если на него не подуть. Они увидели, что в СССР оказался недалёкий руководитель. Договорились с шейхами и обвалили цены на нефть. В СССР начался кризис, и Горбачев вынужден был с протянутой рукой пойти к ним. А дальше диктуются условия: "выведи войска из Восточной Европы, развали Варшавский договор, отпусти Прибалтику и Кавказ". А потом развал всего Союза и сам пошёл вон. Если государство сидит на нефтяной игле и не имеет своей продовольственной безопасности, с ним такую шутку могут сыграть в любую минуту. Подстрекатели и разрушители государства в России всегда найдутся, платили бы деньги. А что уничтожат миллионы - им на это наплевать. Это люди дьявола, они с ним заключают сделки.

И тут Путигин вспомнил сон и разговор с Бертольдом. " Нет, это не сон - подумал он, - меня хотели взять в легионеры демона". У него вдруг внутри возникла ненависть, но не к конкретной нации, а к войне и к этим алчным нелюдям-разрушителям государства. У Саши от чего-то закружилась голова. Его лицо покраснело, в ушах появился звон.

- Что с Вами? - спросил Альберт Максимович, - у вас всё лицо красное. Подойдите к медсестре, пусть померяет давление.

Через минуту Александр лежал в постели, ему сделали укол. Возле него стоял врач. Он расспрашивал Путигина, от чего у него подпрыгнуло давления. Александру Владимировичу было стыдно признаться в своей дремучести, что он образованный человек, наделённый властью, верит в потусторонние силы. Он сказал доктору, что разговаривал с Альбертом Максимовичем на политические темы.

- Никакой политики, - строго сказал доктор, - забудьте это слово.


Через неделю Путигин шел по широкой аллее санатория, вдыхая прохладу осеннего воздуха. Под ногами шуршала осенняя листва, покрытая утренней изморозью. От огромных елей, что стояли вперемешку с клёнами, шёл благоухающий запах хвои. В санатории людей было мало и он, прохаживаясь по пустынной аллее, погрузился в раздумье.

" Для чего же я появился на этой земле? Каково мое предназначение? Не уж-то просто так, случайное совпадение клеток создали моё тело, чтобы оно могло жрать, наслаждаться, расти и набирать вес. Потом эта заплывшая жиром махина перестанет двигаться, сердце не сможет больше толкать кровь по сосудам, заплывшими от жира, и оно остановится, а эту тушу зароют, чтобы она сгнила где-то в земле. Неужели предназначение человека: обманывать, хитрить, воровать, сражаться насмерть, убивая других, чтобы потом сгнить? Нет, я создан для чего-то другого. Человек появляется, наверное, для того, чтобы оставить после себя яркий свет, который понесётся во Вселенной, и эта энергия соберёт вокруг себя газ и пылинки, образуя планету или звезду, но не для того, чтобы стать черной дырой с гниющим телом под надгробной плитой".

Путигин часто будет задавать себе этот вопрос, и так же будет пытаться находить на него ответ, но жизнь будет ставить перед ним трудные задачи и в тяжкой борьбе он станет понимать: отчего зло порождает зло и почему так важно творить добро.