# Азиатская афера Гл. 2

Григорий Сергеевич Покровский

## Глава 2


Стоял конец сентября, день выдался тёплым, с утра была белизна, которая быстро ушла и вместо неё появлялась желтизна на кустах и траве. Солнце уже не жгло, а ласкало. В этот прекрасный осенний день в загородном имении графа Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова собрались его верные друзья. Это были его единомышленники, которых граф очень уважал за их преданность к монархии. Официально они были приглашены на пикник, но цель, которую ставил Илларион Иванович была другая. Некогда эти люди состояли в одном тайном обществе, "Священная дружина", которую граф создал после гибели Александра второго. Собравшиеся в доме друзья, будучи членами организации, заслужили репутацию преданных монархистов и благосклонность влиятельного графа. Эта конспиративная организация была создана с повеления самого царя Александра третьего, для охраны особы царя и противодействию революционному террору. Сразу же при восшествии на престол он поручил графам Шувалову и Воронцову-Дашкову создать тайную организацию.

Больше половины членов "Священной дружины" были офицеры, в её состав входили и члены аристократических родов. Она насчитывала более 700 членов и в два раза больше добровольных помощников. Все они занимались тайной охраной императора и членов его семьи. Устраивали слежку за революционерами, для этого имели и заграничных агентов. Финансировалась организация из государственной казны, сам государь выделял огромные денежные средства, давали деньги и меценаты; банкиры, промышленники, крупные помещики. Просуществовала "Священная дружина" не долго. Вскоре государь к ней охладел, по банальной причине; воровство денежных средств выделяемых дружине. Денег выделялось много, а толку от организации было мало и государь понял, что лучше этим пусть занимается полиция. Многие офицеры ушли в полицию, а остальные собирались в губернских городах на добровольных началах из любви к монархии, чтобы узнать от приезжающих из Петербурга новости и убить провинциальную скуку.

И вот сегодня собрались в имении графа люди , чтобы воскресить некогда, как им казалось, важное дело. Инициатором этой сходки был сам Илларион Иванович. Он понимал, что наступил ответственный момент; царь молодой, не опытный, революционеров расплодилось много, да и самому лишние деньги не помешают. И он решил, что надо срочно защищать самодержавие.

Вначале обсудили петербургские новости о скоропостижной кончине от инфаркта министра иностранных дел России, князя Алексея Лобанова-Ростовского.

- Да, дела твои Господи, жаль Алексея Борисовича,- сказал князь Юсупов - а ведь какой был знаток и любитель анекдотов. Газеты пишут, что помер в дороге

- На железнодорожной станции Шепетовка Волынской губернии, - сказал граф,- скоропостижно скончался, даже лекаря не успели позвать. Жаль, очень жаль Алексея Борисовича, хороший был человек. Вот ведь как бывает, крепок ещё был, вот только недавно договор с Японцами подписал и на тебе помер.

- О каком договоре вы говорите? - спросил помещик Родзянко.

- Договор о возвращении корейского короля на трон, Михаил Владимирович, - сказал граф,- когда год назад японский агент убил корейскую королеву, король сбежал в русскую миссию, там и сидел в затворниках в своей стране.

- Вот что японцы творят, - сказал помещик Балашов, надо бы императору русские полки туда послать, а то ведь распоясались совсем. Того гляди ещё и Сахалин потребуют.

- Сложно, международная обстановка не позволяет. Англичане сразу гвалт поднимут, - сказал князь Юсупов.

- Господа у меня есть хорошая идея, - сказал Безобразов, - можно отправить в Корею войска тайно, а нам иметь хороший доход. Давеча в одной газетке я прочитал, что владивостокский купец Юлий Бринер взял в Корее лесную концессию на реке Ялу. Это на границе между Маньчжурией и Кореей. И я подумал, а что если нам взять такую концессию. Или уговорить Бриннера продать нам предприятие.

- А будет ли оно приносить прибыль? - возразил предприниматель Вонлярляровский.

- Будет, Владимир Михайлович, - если лес будут рубить переодетые казаки, - сказал Безобразов. Несколько полков туда послать под видом лесорубов. Пусть они там рубят и сплавляют лес, строят казармы, конюшни. Нам денежки будут идти от продажи леса и полки будут стоять в Корее.

- Это вы, Александр Михайлович, какую-то аферу предлагаете, - сказал князь Юсупов, - согласится ли военный министр держать под видом лесорубов войска в Корее.

- Согласится Феликс Феликсович, если на то будет повеление государя, только вот как ему эту идею преподнести.

- Вы знаете, а в этом что-то есть, - сказал задумчиво Илларион Иванович, - я попробую поговорить с великим князем Александром Михайловичем, может он уговорит царя. Вы подготовьте доклад императору. Только чтобы он выглядел поколоритнее. Назовем его, скажем: " Мирное завоевание Кореи" и в нём должна прозвучать идея не об одной концессии, а об экономических заслонах, взятых с примера британских компаний. Я думаю, что император согласится с вашей идеей.

Да, - подумал Илларион Иванович,- это мне может принести хороший доход надо этим заняться всерьёз.

Вскоре эта идея была доложена великому князю Александру Михайловичу, стороннику

господства России на Дальнем Востоке. Он убедил императора и сын Санкт - петербургского уездного предводителя дворянства, отставной офицер Александр Михайлович Безобразов был принят государем. Безобразов нарисовал сказочную картину будущего господства России на Дальнем Востоке, чем окончательно сразил Николая второго.

" Русские запрягают медленно", дело прошло все инстанции. Были подготовлены военные- лесорубы. С Юлием Бринером шли переговоры, и он согласился продать якобы убыточную лесную концессию " Русскому лесопромышленному товариществу". Членами товарищества стали не только бывшие на пикнике у Иллариона Ивановича люди, но и некоторые великие князья Романовы.

Противостояния между Россией с одной стороны, и Японией, Англией и рождающейся новой империей с другой, нарастали. Эти государства вели борьбу за куски территории разваливающейся Империи Цинн. Англия, США и Япония стали требовать от Николая второго вывести войска из Манчжурии. К ним подключились Франция и Германия. Они добились заключения русско-китайского договора в 1902 году об эвакуации русских войск из Маньчжурии. Теперь для Лондона, Вашингтона и Токио появилась возможность торгово-экономической экспансии в северо-восточном Китае. Это положение дел не нравилось главному начальнику флота великому князю Алексею Александровичу. Он прибыл к императору.

- Ники я прошу тебя, эти уступки Японцам надо прекратить, мы потеряем Порт- Артур и Дальний. Без этих портов, ни о какой азиатской программе не может быть и речи.

- А что поделаешь, Лондон давит, ему в унисон подпевают США, - ответил государь

- Само собой разумеется, ты что, Ники, полагаешь, что Эдуард будет из Лондона смотреть, как ты захватываешь северо-восточный Китай и рукоплескать твоим действиям.

- Мы заключили договор с Китаем, и его надо выполнять, - сказал государь.

- Плюнь ты на этот договор, Китайцы сами не против того, чтобы ты оставил войска в Маньчжурии. Я дал команду отправить в Японию агента, морского офицера Русина. Вчера получил от него донесение, в котором он сообщает, что японцы усиленно готовят свой флот к войне с Россией. Если ты уберёшь войска из Маньчжурии, то можешь потерять и Сахалин. Война неизбежна.

-А что же делать? - Задумчиво сказал Николай.

- Я думаю надо приостановить вывод войск, На Дальний Восток отправить военного министра. Пусть Куропаткин проведет там инспекцию войск. Да и не мешало бы ему с визитом посетить Японию, посмотреть своими глазами, поговорит с людьми, есть ли признаки подготовки к войне. По приезду он тебе доложит, какой мощью обладает Япония, сможем ли мы её разбить.

После ухода великого князя Николай второй долго сидел в раздумье.

- Не уж то война неизбежна? - задавал он себе вопрос. В чем-то дядя прав, пока была жива королева Виктория, можно было на что-то надеяться, а сейчас королём Великобритании стал Эдуард, ему родственные отношения не интересны. Надо бы постараться войны избежать, развить экономическую деятельность на Дальнем Востоке и подготовить войска, тогда противнику не будет смысла начинать её.

Государь решил собрать совещание для обсуждения деятельности частного общества по эксплуатации русских концессий в Маньчжурии и Корее. На этом совещании окружение царя разделилось на две противоборствующие стороны.

О создании противовеса японскому влиянию в Корее и Маньчжурии выступил контр-адмирал Абаза, который предложил расширение концессий на реке Ялу. В связи со стратегической важностью для России рассматриваемого вопроса, он также предложил утвердить особого статс-секретаря по Дальнему Востоку, своего родственника Безобразова Александра Михайловича. Его поддержал министр внутренних дел Плеве и великий князь Алексей Александрович. Против предложения Абазы были министр финансов Витте, и военный министр Куропаткин. Группировку Безобразова поддерживал сам царь, но как всегда колебался. Он долго думал и наконец, посоветовавшись с женой, решил на пасху поехать в Москву. Там, в палатах русских царей, он ощущал какую-то потустороннюю силу, которая сможет дать ему правильное решение. Они прибыли в Москву вместе с Александрой Фёдоровной помолились в Успенском соборе, где проходили коронацию. После разговора с московским генерал- губернатором великим князем Сергеем Александровичем государь окончательно принял решение; приостановить выполнения договора с Китаем. Учитывая сложившуюся политическую обстановку император срочно вызвал военного министра к себе в Москву. По прибытию Куропаткина государь тут же дал ему аудиенцию. Император был в хорошем настроении. Он обнял Алексея Николаевича и они похристосовались. После приветствия он сразу же приступил к решению вопроса о поездке министра на Дальний Восток.

- Алексей Николаевич доложите свои решения по данной поездке, - государь посмотрел в глаза своему министру.

Куропаткин увидел в глазах небесного цвета какую-то неуверенность и чувство тревоги.

- Ваше величество, вся свита прибыла в Москву со мной в моём поезде, мы готовы срочно выехать во Владивосток. Оттуда плывем на крейсере "Аскольд" в Симоносеки. Телеграмму я уже отправил, крейсер готовят к отплытию. С японцами всё согласовано.

- Алексей Николаевич надо в минимальный срок, не останавливаясь перед нужными расходами поставить нашу боеготовность на Дальнем Востоке в равновесие с нашими

политико-экономическими задачами. Дать очевидное для всех доказательство решимости отстоять наше право влиять в Маньчжурии. Дать широкое развитие деятельности русских предпринимателей при полной поддержке центральных управления и местных властей. Поручаю Вам выяснить истинное положение государственной обороны на Дальнем Востоке и наметить необходимые военные мероприятия. Вполне рассчитываю на вашу опытность, интуицию и преданность престолу. Надо выяснить степень готовности Японии к войне и желание японцев воевать с Россией.

Затем государь сказал министру, что он хочет передать японскому императору. Это были обычные дипломатические штампы, заверения в выполнении всех договоров. О желании дружить с соседом и предотвращении столкновений.

Николай Александрович задумался, а затем с насмешкой добавил.

- Вы увидите в императоре довольно странную и неприятную фигуру, с которым можно

говорить только с переводчиком. А впрочем, какая это империя. Какова империя, такой и император. Они никогда не будут суверенными, потому как не могут мирно жить с соседями и претендуют на их территории. А богатые, сильные государства их всегда будут использовать в качестве охотничьей собачки, чтобы натравить на русского медведя.

Вы увидите странные костюмы и странные жесты, наберитесь терпения. Я хотел, чтобы Вас сопровождал наш агент в Китае и Японии генерал - майор Вогак. Да вот только он с важным донесением едет с Дальнего Востока в Санкт-Петербург, а обстоятельства не позволяют задерживать Вас.

- Я полагаю, мы без него справимся, - сказал Куропаткин, и подумал, - никак мне надзирателя безобразовцы порекомендовали государю.

- У Вогака в Японии хорошая агентурная сеть, - сказал государь, словно прочитав мысли Куропаткина, - вместе с ним вы бы хорошо разобрались во всём.

Вечером Куропаткин выехал на Дальний Восток. По пути Алексей Николаевич получил от государя депешу, в ней предлагалось задержаться в Приморской области, дабы дождаться генерал-майора Вогака, который ознакомит военного министра с новыми указаниями государя. В данном тексте указывалось, что в Порт-Артур посылается Александр Михайлович Безобразов, который сообщит военному министру о новых изменениях по созданию противовеса японскому влиянию в Корее. В связи с этим усиление деятельности на реке Ялу и создания ялузинского лесопромышленного предприятия.

- Все-таки уговорили господа безобразовцы императора, боятся без надзирателя отправлять военного министра в Японию. Дураки, не знают, что я с Вогаком работал вместе в Главном штабе и у меня с ним уже десять лет дружеские отношения.

Куропаткин, швырнув депешу на стол.

- Как вы надоели со своими аферами, превратили армию, и Богу неизвестно во что. Военный министр занимается лесоразработками, посмешище, да и только. Доиграетесь господа до беды.

На следующий день пришла очередная депеша. В ней государь считал скорейшее прибытие военного министра в Санкт-Петербург. Куропаткин был в недоумении. Он телеграммой испросил государя как ему поступить: " Прошу дать указание, ехать ли в Японию или же возвращаться в Санкт- Петербург".

Государь ответил, что поездку в Японию считает полезной.

Прочтя эти телеграммы, министр понял, что при принятии решения царь колебался между группировками.

Группировка Безобразова убеждала царя привлекать армию на лесоразработках якобы для торгово-экономической экспансии в Корее, но их цель была другая; используя бюджетные деньги и дармовую рабочую силу хорошо подзаработать.

Это была формальная частная концессия " Русское лесопромышленное товарищество" она охватывала бассейны рек Ялу и Тумынь-ула на протяжении семьсот километров вдоль китайско-корейской и русско-корейской границы. За спиной этого товарищества стояла мощная группировка, в которую входили дяди императора. Они постоянно давили на царя, требуя жёстких военных решений в Корее и Маньчжурии. Конечно же, за всем этим скрывался их личный интерес, а Николай Александрович это прекрасно понимал. В оппозиции этой группировке был министр финансов С. Ю. Витте. Он был против того, чтобы шайка воров под видом важных государственных целей разворовывала казну. Но что поделать, на Руси издревле так уж повелось; больше всего воров собирается вокруг государя, где мёд, там и осы. Не зря же Пётр первый палкой бил Меньшикова. Вторым в оппозиции был министр иностранных дел В. Н. Ламсдорф. Он отстаивал неукоснительное соблюдение всех договоров и сохранения сложившегося положения в отношениях с Японией. Третьим в оппозиции был военный министр А. Н. Куропаткин, он был против участия армии во всяких коммерческих делах и стоял за соблюдения сроков вывода русских войск из Манчжурии. Российский государь находился под давлением то одной, то другой группировки, поэтому и депеши Куропаткину были взаимоисключающие.

Выполняя указания царя, Алексей Николаевич сидел в Николаевске-на-Амуре в ожидании агента в Японии и Китае генерал-майора К. И. Вогака. Наконец прибыл Константин Ипполитович. Он передал Куропаткину документы. Это была очередная перемена государя произошедшая после доклада статс-секретаря по делам Дальнего Востока Безобразова.

- Константин Ипполитович, государь пишет, что Вы в устной форме передадите мне его решение по поездке в Японию.

-Да, Алексей Николаевич, я был на совещании высших должностных лиц и выступал с докладом о последних агентурных данных из Японии. Положение очень серьёзное, надо готовиться к войне. Банкиры и золотопромышленники Англии и США вкладывают деньги в будущую войну Японии с Россией.

- Государь при инструктаже назвал Японию охотничьей собачкой, которую натравливает на нас Британия, - сказал Куропаткин.

- Похоже, что он прав, попробуем в этом убедится сами, пообщавшись с японской элитой. Государь принял решение о начале нового курса русской политики на Дальнем Востоке, сказал Вогак, - это отказ от выполнения пунктов русско-китайского договора от 1902 года. И ускоренного наращивания военной мощи на Тихом океане.

- Теперь мне стало немного понятно, а то в требованиях государя я видел противоречия.

С одной стороны мне ставилась цель не допустить проникновения в Маньчжурию иностранного влияния. Я и подумал, чтобы эту цель выполнить надо, быть хозяевами в Маньчжурии. Мы должны иметь там больше прав, чем в самой России. Иметь право ставить в Маньчжурии таможенные линии, выдворять иностранцев и размещать свои войска там, где требует обстановка. Но как я это мог выполнить при точном соблюдении договора с Китаем.

- Безобразов убедил императора не оставлять Маньчжурию Китайцам, - сказал Вогак. Как только мы оттуда уйдём, там сразу же окажутся Японцы и Англичане.

- Безобразов всё заботится об организации эксплуатации богатств Маньчжурии, - с иронией сказал Куропаткин. Кавказ, Сибирь, да и вся наша матушка Россия полны естественными богатствами и всё это лежит без движения за недостатком знания, умения и капиталов. Мы не можем использовать то, что лежит у нас под ногами, а нас понесло, Бог знает куда. Нас призывают отвоёвывать богатства Маньчжурии, когда свои богатства лежат у нас под ногами. Что у нас леса нет для развития лесопромышленности?

- Но Вы же понимаете Алексей Николаевич, - Вогак усмехнулся, - деньги делают политику. Кто же будет молча смотреть на то, как солдаты у себя дома рубят лес, а деньги от продажи древесины делят между собой члены товарищества.

- А государь, что этого не видит?

- Алексей Николаевич, - сказал протяжно Вогак, - да вы что и впрямь не понимает сути дела. Это же бизнес семьи Романовых. Там получают доходы многие великие князья, крутятся большие деньги и если государь это запретит, то они, скорее его убьют, нежели откажутся от своих доходов. Заплатят доморощенным террористам и с ним будет тоже, что и с Александром вторым. В семье Романовых пошёл раздор. Одни получают прибыль, грабя казну, а другие это замаскированное воровство осуждают, а в Англии потирают руки и ждут, когда Романовы окончательно развалят Россию.

- Я понимаю, что цель Британии и США развалить Россию,- задумчиво сказал Куропаткин, - столкнув нас лбами с Японией из-за Маньчжурии. Но, наверное, надо великим князьям видеть не только сиюминутные прибыли. У нас на западе, да и внутри самой страны нехорошая обстановка, а они хотят наращивать мощь на Тихом океане. Кому это выгодно? Кучке людей, которые будут получать доходы от концессии на Яле. Эти люди не понимают того, что подыгрывают иностранцу, работают на интересы других держав, которые мечтают стравить нас с японцами и ослабить Россию. Потом появятся новые фиктивные претензии, чтобы втянуть нас в войну с Австрией или Германией. Так и будем своими руками вытаскивать каштаны из огня для Англии и США пока окончательно испортим себе руки.

- Война неизбежна, - сказал Вогак, - обстоятельства требуют усиления войск на Дальнем Востоке

- Если государем будет решено произвести дальнейшее усиление войск, то необходимо увеличение средств по сухопутному ведомству, для этого надо их где-то приискать. Мне кажется лучше с Японцами вести переговоры, а не воевать.

- С этим моментом согласен и министр финансов, он на совещании выступил против затеи с лесными концессиями. А Безобразов убеждает государя в пользе экономической экспансии.

- Как этот прохвост попал в фавориты государю? - удивлённо спросил Куропаткин.

- Великий князь Александр Михайлович привёл его к нему. Царю понравилось это дело, уж больно радужные перспективы нарисовал ему отставной штабс-ротмистр. Потом стали давить на владивостокского купца, чтобы он продал свою концессию. Таким образом и образовалось "товарищество". Я лично знаком с основателем концессии Юлием Ивановичем Бриннером. Родом он из Швейцарии. Торговал шелками в Шанхае, организовал компанию " Торговый дом Бриннер и К" с участием английского и немецкого капитала. Они взяли у корейцев концессию на двадцать лет и англичане уже готовились хозяйничать в Корее. Но в это дело вмешалась большая политика и он понял, что лучше от концессии избавится, переметнулся к русским, а концессию продал.

- А кто же руководит концессией, коль Безобразов крутится возле государя?

- Официальным владельцем считается посол в Корее Митюнин, но непосредственно всей торговлей занимается богатейший человек востока купец первой гильдии китаец Тифонтай.

- А этот как там оказался?

- О, это давний друг Романовых. - Вогак посмотрел в глаза министру, - только по дружбе, как генерал генералу скажу. Он связан с нашим государем давно, поэтому подозреваю как бы и сам государь не участвовал в этом предприятии. Ходят слухи, что матушка императрица Мария Фёдоровна там состоит и денежки якобы вкладывала, но утверждать не могу.

- Как нашего императора судьба с китайским купцом свела?

- Это было десять лет назад, - когда Николай Александрович ещё наследником престола был. Отец его отправил на Дальний Восток, чтобы путешествуя, Россию хорошо узнал. Как-то раз во Владивостоке он зашёл к купцу в магазин, купить для матушки императрицы меха. Купец помог ему выбрать подарок. Соболя Марии Фёдоровне очень понравились, и Николай Александрович отблагодарил купца, присвоив ему высший купеческий титул. Потом помог ему принять русское подданство. Так что дружба с Романовыми у Тифонтая давняя. Вот они и доверили ему своё предприятия.

-Так-то оно так, - задумчиво сказал Куропаткин, - боюсь, чтобы из-за этой дружбы беда не приключилась.

- Для этого, Алексей Николаевич, и отправляет нас государь в Японию, чтобы эту беду отвести.

- Тогда, Константин Ипполитович, нам надо выработать совместную стратегию, как с Японцами вести переговоры.

- Я думаю надо прекратить политику уступок, которая опасна и может привести к войне.

- Это ошибка, кстати, не только Ваша, но и некоторых великих князей и государя. Почему многие полагают, что если Россия в чем-то уступит японцам, то те сразу же объявят войну, - сказал министр. Японцы не самостоятельны и зависят от богатых англичан, и американцев, быть или не быть войне решают элиты этих держав, а наше нежелание в чём-то уступать им только на руку, для них будет причина столкнуть Россию и Японию лбами.

- Тогда надо дать понять этим державам, что очищая Маньчжурию, Россия не намерена уступать там своего места, и что мы готовы поддерживать это решение с оружием в руках.

- Вы предлагаете сразу японцам объявить войну,- Куропаткин усмехнулся.

- Нет не войну, но пугнуть надо.

- Какой Вы, однако, горяч. Под горячую руку можно таких дел натворить. А потом надо же иметь чем пугать. Вы отдаёте отчёт, какие будут жертвы, если произойдёт столкновение?

- Я согласен с Вами, Алексей Николаевич, что готовность наша должна быть высокой. Мы должны направить для этого все наши усилия. А жертвы, как в любой войне будут, они окупятся сторицей. Так, по крайней мере, считает наш государь, а мы как государевы люди обязаны выполнять его волю.

- Тогда какое Вы имеете суждение о нашей боевой готовности на Дальнем Востоке? Что мы должны сделать для поднятия её на требуемую высоту? - спросил Куропаткин.

- Никаких подсчётов наших сил и противника я не делал, и указать, какое число батальонов и батарей прислать на Дальний Восток не могу. По данным разведки у противника слабая конница, но сильный флот, поэтому считаю, что положение Порт-Артура пока не обеспечено. Это самое слабое место, по-видимому, удар противник нанесёт именно туда. Слабость японцев в том, что они не смогут сделать высадку войск одновременно. Мы должны иметь достаточно сил для отражения первых эшелонов.

- Как Вы полагает, это окончательное решение государя?

- Я полагаю, что нет, нам по пути ещё будут идти телеграммы. Этим совещанием 7 мая никто не был удовлетворён; ни Витте, ни Безобразов, а особенно Ламсдорф его обвинили во всех смертных грехах.

- Выходит, что в этой истории нашли "стрелочника" министра иностранных дел, хорошо, что хоть не военный министр,- Куропаткин засмеялся.

- Над Ламсдорфом сгущаются тучи, - сказал Вогак, - я с ним перед отъездом говорил, он обеспокоен, ждёт отставки.

- Меня тревожит один вопрос. В депеше наместнику на Дальнем Востоке адмиралу Алексееву его величество пишет о соблюдении всех пунктов договора от 26 марта 1902 года. Это временное решение, или окончательное, или лишь проформа. А может его величество пришёл к заключению о необходимости выполнить этот договор? Тогда что делать с пунктом четыре договора о передаче китайским собственникам железной дороги?

Кто её будет охранять? Если китайцы, то кем? Той армией, которой у Китая нет. Если это будут делать англичане или японцы, это нарушение договора. И последнее, как снабжать войска в Порт-Артуре, если железная дорога будет принадлежать иностранцам?

- Вы мне задаёте вопросы, на которые сам государь, наверное, не сможет ответить. Я думаю, он имеет сомнение относительно возможности выполнения этого договора, а депеша адмиралу Алексееву, это бумага для общего пользования. Он же понимает, что текст депеши сразу станет известен британским и японским агентам. Наша активная политика на Дальнем Востоке беспокоит Британию и Японию, как только мы уйдём с Маньчжурии, японцы тут же захватят Корею.

- Я же об этом и говорю. Если уходить, стало быть, надо уходить совсем. Передать китайцам не только железную дорогу как это гласит четвёртый пункт договора, но и два порта и пусть Китай нам заплатит не только за железную дорогу, но и за Дальний и Порт-Артур. Если оставить войска в Маньчжурии тогда война с Японией.

- Алексей Николаевич, неужели вы не понимаете, что в любом из сказанных вами вариантов война неизбежна. Для Британии важно натравить Японию на Россию, дабы создать серьёзный противовес нашего владычества, и по возможности ослабить и разрушить империю, а повод найдут. Государя беспокоит подписанный в Лондоне англо- японский союз, который гарантирует военную помощь Японии и интересы Англии в Китае, а Японцев в Корее. А оттуда мы уйти не можем там лесная концессия на реке Ялу, там большие деньги великие князья зарабатывают. На его величество давит его близкое окружение. Вот теперь представьте себя на месте его величества. С одной стороны надо выполнить русско-китайский договор об эвакуации наших войск из Маньчжурии. На государя давит Англия, Америка Германия и Япония. А с другой стороны родня требует приостановить вывод войск и учредить на Дальнем Востоке наместника с широкими полномочиями.

- Никак кто-то из великих князей мечтает стать царём дальневосточным, - пошутил Куропаткин, - территория большая и тяжело управляемая. Наместничество с широкими полномочиями приведёт к распаду России.

- Вот перед этой дилеммой и остановился государь. Если войска не выводить будет война с Японией. А если выполнить договор, то потеряет экономическое влияния в северном Китае и Корее. Потерю дохода родня ему не простит. И пока обстоятельства не изменятся, государю нельзя выражать свою волю, как в той форме, которая дана в депеше адмиралу Алексееву.

- Согласитесь со мной Константин Ипполитович в том , что наша политика на Дальнем Востоке быть может в будущем и даст выгоду России, но в настоящий момент от неё только вред. Мы рискуем воевать не только с Японией, но и с европейскими державами.

- Вы правы, Алексей Николаевич, но ничего нельзя сделать. Столкнулись интересы элит. Вы что же полагаете, только окружение нашего государя умеет извлекать прибыль с сомнительных делишек. Вокруг короля Эдуарда такие же дельцы. До прихода нас в Маньчжурию ввоз иностранных товаров составлял три миллиона фунтов стерлингов в год. В Маньчжурию везли мануфактуру, метал, индийскую и японскую пряжу. А из Маньчжурии вывозили, бобы, лес, золото. Но самым главным товаром, который пользуется в Китае спросом и приносит английской элите огромную прибыль - это опиум. Очень важные особы занимаются его продажей, они окружают короля, как и наши великие князья, диктуют, где организовать очередную войну. Они уже организовали две войны с Империей Цинн, и всё из-за опиума. А тут пришли русские в Маньчжурию и продажа опиума резко упала. Ну как тут не натравить японцев на этих русских, тем более, что у Японии свой интерес в Корее. Поэтому государь понимает, что война неизбежна.

- Так что же из жадности войну развязывать и людей убивать?

- Вы же военный министр, а не мальчик, знаете не хуже меня, кто развязывает войны. Как говорит русская поговорка: " Кому война, а кому и мать родна", они развяжут и третью и четвёртую войну из-за опиума, леса, золота, угля или чего там ещё, лишь бы это приносило доход. Патологическая жадность, вот самый главный двигатель войн.

- Если бы японцы угрожали нам войной в Приморье, тут я вполне согласен без войны не обойтись, - сказал Куропаткин. А в данном случае нам надлежало бы договорится. Если мы из-за леса в Корее начнём войну- это будет ошибка. История никогда не простит тем советникам государя, которые подтолкнули его к этому решению. Наказание будет тяжким и губительным для России.

- Как Вы не поймёте, Япония угрожает нашим интересам в Маньчжурии и Корее.

- Каким интересам? Вот скажите мне, Константин Ипполитович, что Россия получит в случае победоносной войны.

- Россия приобретает Корею.

- Россия приобретает обузу, - с грустью в голосе сказал Куропаткин, - эти новые владения нужны нам будут лет через сто, и то маловероятно. А сейчас потребует громадных жертв и послужит яблоком раздора с Японией на долгие годы. В случае возникновения войны в Европе Япония тут же нападёт на нас в Корее и будет в лучшем положении относительно близости своей базы, а Россия будет вынуждена воевать на два фронта. Силы и средства империи и без того напряжены. Если мы позволим себе затратить большие силы и средства на Дальнем Востоке, то будем в силах это сделать, лишь ослабив себя на западной границе. Это игра в руки врагов наших.

Утром 28 мая посланники России прибыли в японский порт Симоносеки. Обмениваясь короткими фразами, Куропаткин и Вогак пришли к заключению, что военный порт японцев серьёзно укреплён. На следующий день они совершили путешествие в полторы тысячи километров по узкоколейке до Токио. Глядя из вагона, путники не переставали удивляться порядку, чистоте и культуре земледелия, которая была гораздо выше, чем в России. После столь длительного путешествия делегации дали день на отдых и утром следующего дня представили императору Мэйдзи. По поручению государя Куропаткин передал японскому императору выражения искренних чувств, дружбы и добрых соседских отношений. Приглядевшись к императору, Алексей Николаевич сделал для себя вывод, что государь ошибался касательно личности императора. Это только на первый взгляд он был мешковат и не красив. Пристально вглядевшись в императора, Куропаткин увидел в нём человека с сильным характером, высоким разумом, смелым и властным, но застенчивым.

- Будем надеяться, что теперь, когда строительство великой железной дороги оканчивается, сношения между государствами станут к их взаимной выгоде более частыми, - сказал Мэйдзи, подавая Руку Куропаткину.

- Будем надеяться, - ответил Куропаткин, - Россия заинтересована в дружеских отношениях с соседом.

- Прошу Вас передать Вашему государю мои чувства искреннего к нему расположения и симпатии, - сказал император.

Куропаткин в ответ только склонил голову.

После обмена любезностями Куропаткин стал представлять членов свиты.

- Много слышал через агента в России Мурата о том, какой хороший приём находят в России Японские офицеры. Прошу Вас об этом и на будущее время. Сколько побудите дней?

- Планируем за неделю управиться.

- Мало, желательно, что бы вы лучше ознакомились с нашей страной.

- Достаточно, ваше величество, чтобы укрепить мои симпатии и к стране и к её обитателям.

- Очень, очень нужно, чтобы мы и русские чаще видели друг друга.

- Да, ваше величество, тогда легче будет установить правильные, основанные на взаимном доверии отношения. У нашего государя есть пожелания, чтобы наследный принц Есихито побывал в России.

- Может быть это и состоится, - Мэйдзи улыбнулся.

Анатолий Николаевич посмотрел в лицо императора и увидел глубокие неподвижные глаза. Ему показалось, что огромный груз давит на императора он сидел, наклонив плечи и усталость от этого груза выражалась на его лице. Куропаткин обратил внимание, что на императоре плохо сидела европейская одежда, казалось, что она ему мешала. Он выворачивал свои ноги несколько внутрь и выглядел мешковато.

- Как бы выглядел я, если бы одели меня в японскую вофуку или в китайскую гофуку, подумал Куропаткин и усмехнулся. Он увидел в императоре человека с огромной силой воли и напряжения, который превратил Японию из изолированной, отсталой в техническом плане, феодальной страны в одну из сильнейших мировых держав.

- Познакомился с Вами, известным военным человеком с большим удовольствием,- сказал Мэйдзи. Желаю Вам долго так же доблестно служить вашему государю и Родине, как это Вы делали до сих пор. У каждой страны есть свои национальные интересы и Ваша задача найти точки соприкосновения Японии и России и не допустить войны.

Сказав эти лестные слова, император повернулся к Куропаткину боком, что означало конец аудиенции. Делегация покинула дворец японского императора.

После приёма Вогак спросил: " Алексей Николаевич, как Вы находите императора"?

- Прекрасный человек, истинный властелин. Нм бы такого, Россия была бы впереди всех держав.

- Оставьте, Алексей Николаевич, Вы же не хуже меня знаете Россию. Как только власть начинает реформы, тут же подключаются либералы и начинают костить власть.

-Это же наша русская традиция,- в шутку сказал Куропаткин,- придираться и бранить власть. Царя реформатора наш народ воспринимает, как слабого, а вот тот, который с кнутом, для русского человека истинный монарх.

- Да, вы правы, - задумчиво сказал Вогак, - как только либералы начинают бранить власть и их никто не трогает, критика входит в моду. Этот показной либерализм становится для всех слоёв общества правилом "хорошего тона" и в государстве вместо реформ получается разброд. Подключаются психически нездоровые люди, начинают террор. А общество им рукоплещет. Как только государь начинает наводить порядок, чтобы обуздать революционный порыв его обвиняют в архаическом стиле правления.

- Но, я Вам скажу, вина не только в традиции русского народа, сказал Алексей Николаевич,- Россия для западных держав лакомый кусок. Они и во сне мечтают завладеть этим огромным богатством. Как только начинаются масштабные преобразования, как только император отказывается от всех своих богоданных принципов власти и дарует гражданские свободы; совести, слова, собраний и союзов, выкормленные в Лондоне господа либералы воспринимают это как слабость власти и в России начинается хаос. Британская финансовая элита нашим либералам платит. А они рады стараться разрушать Россию, думая, что делают добро, превращают её в современное государство. В России никогда не будет править конституционный монарх. Как только это произойдёт, империи не станет. Она развалится на части, это сделают прикормленные западом либералы, у которых нет понятия Отечество, а есть что-то аморфное, всемирное. Как только она ослабнет изнутри, её растащат по кускам. Это классический распад всех империй.

- Но Вы это говорите с точки зрения военного человека, а вы взгляните на это с другой стороны, как политик.

- С любой стороны, как не крути, в России на троне должна быть сильная рука. Уж больно много желающих завладеть её территорией. Проанализируйте Константин Ипполитович историю развития России. Как только на троне оказывается слабый государь, тут же появляется смута. И этой смутой всегда управляют оттуда, из заграницы. В разное время шли войной на Русь; орда, поляки, шведы, немцы, французы, англичане, их цель одна, раздробить Россию на части, чтобы потом их присоединить себе. А когда в обществе появляется ощущение, что оно теряет Родину, люди собираются на Куликовом поле, или в ополчение Минина и Пожарского и гонят взашей всех этих пришельцев. Но смута страшней войны с другой державой, войну можно прекратить, уступив часть территории и заключить мир, а смута может привести к прекращению существования народа и государства.

На следующий день был обед у военного министра генерала Тараучи. Воспользовавшись обедом, Алексей Николаевич решил поговорить с Тараучи по всем пунктам данной государем программы.

- Господин министр, как вы полагаете, есть ли предпосылки военного столкновения России и Японии? - спросил Куропаткин.

- Таких предпосылок я не вижу,- ответил Тараучи.

- Уж больно агрессивно настроены ваши газеты, но по доброжелательной беседе с вашим императором я понял, что у него нет желания воевать с Россией.

- Император иначе смотрит на дело чем купленная другими державами пресса, ответил Тараучи, - он сознаёт, что война приведёт Японию к разрухе, а многим державам это выгодно. На императора давит партия "горячих голов". Им война не страшна в случае поражения Японии в этой войне они уплывут в Европу или в Америку, там у них на счетах лежат кругленькие суммы. Народ и армия не хотят войны. Война это убитые и искалеченные люди. Япония не имеет денег для войны.

- Ваша конница слабая, - сказал Куропаткин, и тыл не на высоте. Невозможно переносить грузы на людях, как вы это делали в Китае.

- Да я согласен с вами, мы предпринимаем меры, для улучшения нашей конницы, недавно выписали производителей из России. Что касается тыла, с Вашими выводами я согласен. Основное довольствие в армии рис, а он требует длительного приготовления.

Во время обеда Куропаткину удалось побеседовать с адмиралом Ито, победителем китайцев в морском бою. Он тоже был сторонник мирного соглашения с Россией.

- Господин Ито, Вы не опасаетесь, что газетчики могут настроить народ на войну с Россией? - спросил Куропаткин. Это возбуждение масс может взять верх над благоразумием людей стоящих у власти.

- С этим я согласен, - ответил Ито. Русская армия - это не китайская, воевать будет трудно. Даже если мы и победим, Япония будет обессиленная. Этого не понимают газетчики и некоторые горячие головы, деньги делают своё дело. Большинство наших газет напрямую содержатся на деньги англичан. Но баркой управляет кормчий. Главное, чтобы кормчий знал куда править. Императора больше всего тяготит неопределённость положения занятого Россией на дальнем Востоке. С Россией надо дружить, она хороший сосед, строит в Маньчжурии железные дороги и порты, а наши "друзья" англичане в Китае травят опиумом людей. Они бы и в Японии его продавали да вот только мы им пока нужны в качестве пушечного мяса. Как только Россия будет повергнута, они своим опиумом начнут травить японцев и русских

На следующий день был смотр войск. На нём Куропаткин опытным глазом военного человека определил, что сухопутные войска Японии не готовы к войне. На смотре он побеседовал с генералами и офицерами и сделал для себя вывод, что японская армия войны не желает. После переговоров с министром иностранных дел и наследным принцем Есихито он понял, что окружение императора стоит на принципе договора с Россией по Маньчжурии и Корее.

Алексей Николаевич сидел в задумчивости. Сейчас перед ним лежала краткая сводка русского посла в Японии Розена и агентурные данные разведчиков только что принесённые генералом Вогаком, из которых было ясно, что Япония готовится к войне.

- Великобритания пытается столкнуть лбами две державы, - думал Куропаткин. Народ, армия и сам император не желают воевать. На японского императора давит партия "горячих голов", оплачиваемых крупными банкирами Англии и США. У них есть веские основания; наша неуступчивость в Маньчжурии, не желание выполнять договор. На нашего государя давит безобразовская клика желающая получать прибыль от бесплатно вырубленного казачьими батальонами леса. И везде деньги, деньги, деньги. О, как прав Вогак! Война неизбежна. Как предотвратить эту войну, к которой Россия не готова? Я военный министр ничего не могу поделать. Что заставляет британскую элиту сталкивать нас лбами? Не уж-то глаз положили на азиатскую часть России? Сколько же нужно человеку, чтобы утолить его патологическую жадность. За двести лет Британия завладела территорией в 32 миллион квадратных километров, Индия, Австралия, часть африканского континента, США, Канада,- да разве их все перечислишь, подумал Куропаткин,- а сейчас лезут в Китай. Какое психическое расстройство всей элиты надо иметь, чтобы вызвать такую неуёмную жадность к чужим территориям. По-моему это заболевание на генетическом уровне. Эта жадность и разрушит Великобританию. Америка ушла из-под влияния, уйдут и другие, останется от Англии один островок. А за океаном уже зреет новая империя США, с такими же англосаксонскими генами, но они закончат тем же. Жаль, что история никого ничему не учит. Была такая же агрессивная Римская Империя, и где она теперь. Сколько ещё горя принесёт человечеству этот бешенный англосаксонский ген завоевателя. Когда то англосаксы завоевали Британию, из самых агрессивных особей образовалась элита, которая дралась между собой, пока не образовалось одно государство. Размножаясь, они передают свой бешеный ген потомкам. Техническая оснащённость армий будет расти, и эти безумцы зальют весь Мир кровью.

Эти мысли Куропаткина были навеяны сложной обстановкой сложившейся на азиатском континенте. Англии удалось разрушить Империю Цин. От неё отваливались куски. В Китае был слабый флот, а британцы плавали уже под парами, куда пожелают. Они стали направлять экспедиции в Китай. Ощутив развал Империи Цин, корейцы подняли восстания. Китай направил свои войска в Сеул, чтобы подавить его. К этому разделу империи подключилась Япония. Под видом помощи Корее началась японо-китайская война. Корея получила независимость, а Япония острова Пэньхуледао. Япония планировала получить и Ляодунский полуостров, но вмешалась Россия, Германия и Франция, имевшие на него собственные виды. Драка за территории разваливающейся Империи Цин набирала обороты. Против политики вмешательства во внутренние дела, религию и экономику поднялось " Боксёрское восстание". Альянс из восьми держав в ответ на массовые убийства христиан вторгся в Китай. Теперь китайский император своими запретами не мог помешать британским и американским наркоторговцам. Но мешала Россия, претендуя на Маньчжурию, где торговля опиумом у англичан шла очень успешно. Следующей целью у англосаксов была война между Японией и Россией. И с помощью русско-японской войны добиться самоуничтожения двух империй. Для этого был придуман англо-японский военно-политический союз. Он предусматривал особую заинтересованность союзников в торговле в Китае и Корее. Союз гарантировал "специальные интересы" Англии в Китае, а Японии в Корее. Он также гарантировал войну один на один Японии с Россией. Британия не хотела сама влезать в эту войну, хитрые англосаксы понимали, что в этой войне у России не будет союзника Китай разрушен, а европейские державы не пожелают для России отвоёвывать чужие территории. Поэтому в договоре записали, что если у России появится возможный союзник, он будет в состоянии войны с Англией. Япония проглотила эту наживку и стала готовиться к войне. А дальше всё пошло классическим путём. В Японию направлялись деньги на подкуп окружения императора и обработку через прессу населения о необходимости войны. Россия оказалась в состоянии дипломатической изоляции. На западе русофобская истерия зашкаливала. Николай второй обратился к своим друзьям остановить эту травлю России и составить коллективный ответ на этот акт. Франция согласилась подписать ни к чему не обязывающую декларацию, а двоюродный брат императрицы Вильгельм второй отказался подписывать, даже эту пустую бумажку. Германия была заинтересована, чтобы Россия увязла на Дальнем Востоке и у неё будут свободные руки в Европе.

Все эти события Куропаткин осмысливал, вновь и вновь возвращаясь к ним. Теперь он был твёрдо убеждён, что с Японцами надо договариваться. Во имя спасения Отечества ему необходимо убедить в этом государя, даже если это будет стоить должности военного министра.

- Если победит безобразовская клика, - подумал Куропаткин, - нас ждёт участь Империи Цин, англосаксы завладеют нашими богатствами в Сибири и на Кавказе приучат народ к наркотикам и будет он за дозу опиума пахать и умирать. Россия страна северная с суровым климатом. Исчезнем быстро, и только историки будут упоминать, что жили некогда восточные славяне на земле с несметными богатствами и не смогли толком распорядиться ими, а лишь воровали друг у дуга и дрались между собой.