# Спецназ для "малины"

Виктор Притула

Спецназ для "малины"


1. Сибирская Жанна Д, Арк


Лариса Никифорова, молодая, красивая женщина, с усталым взглядом карих глаз, передвигающаяся по комнате на костылях, абсолютно никак не вяжется с образом Председателя Добровольного общества ветеранов и инвалидов спецподразделений, участвовавших в боевых действиях в районах Кавказа.

Хождение по бюрократическим мукам длиною в год Лариса и её парни из спецназа переносят стоически. Сейчас в их инициативной группе в Москве осталось десять человек. Ребята спортивные, "накаченные", красивые, но все в шрамах.

- "Чеченский синдром", выведенный нашими психологами, гребёт всех. И никто не скажет о том, что развивается он главным образом среди тех, у кого слабая психика, - убеждена Лариса Никифорова. - Остальным парням нужна просто адаптация после стольких месяцев экстремальной обстановки. Они вполне нормальные люди, дайте им время и отнеситесь по-человечески. Всё! Больше им от вас ничего не надо. Но легче навесить на них "чеченский синдром", который оправдывает общественное равнодушие, а порою и презрение к ветеранам чеченской войны.

Спецназ - это такое братство. Они всегда помогают друг другу. Мои братья были в спецназе, и когда ребята стали возвращаться с этой войны, мы пытались помочь им, но их становилось всё больше и больше, а возможностей нашего маленького коммерческого предприятия всё меньше и меньше. И тогда я сказала: почему бы вам не создать организацию типа Всероссийского общества инвалидов, где вы сами будете реабилитироваться и другим станете помогать вернуться в нормальную жизнь? Но когда они это дело начали, их никто и слушать не захотел, это же не в сказке сказать, ни пером описать. Тогда ребята стали просить меня помочь им, возглавить это общество, потому что у меня был кое какой опыт деятельности в нашем городском обществе инвалидов.

Вот так инвалид второй группы, или, как говорят в народе, "инвалид детства", Лариса Никифорова из Минусинска, что на юге Красноярского края, стала Председателем, существующего с августа 1995 года, но до сих пор официально не зарегистрированного Добровольного общества ветеранов и инвалидов спецподразделений, участвовавших в боевых действиях в районах Кавказа.


2. "Официально войны в Чечне нет, значит, нет и проблемы ветеранов!"


- Формировать своё общество ребята поначалу решили с региональных организаций, - продолжает эту печальную историю Лариса Никифорова, - но когда попробовали их зарегистрировать, в местных организациях им сказами: "официально в Чечне нет никакой войны и даже "чрезвычайного положения", значит, нет никакой проблемы с ветеранами, и мы вам помочь ничем не можем. Езжайте в Москву, регистрируйтесь в центре, а мы потом тоже вас признаем, а сами на нашем местном уровне такие вопросы решать не вправе". А когда они приехали в Москву и обратились к представителям президентской администрации, им сказали то же самое.

Из статистики Ларисы Никифоровой: "Через знакомых в органах безопасности я провела статистическое исследование по нашему региону (юг Красноярского края и Хакассия), какой процент парней, вернувшихся из Чечни, попадает в криминальные структуры? Получилось - 67 процентов! Представляете?

У них этот механизм отлажен, сама видела, как подъезжают, предлагают парням машины, квартиры; у меня два раза под носом братьев покупали, натурально зная, что они не смогут найти работу. А в криминале отлично понимают, какая у ребят подготовка и прочее... И вот такое количество квалифицированно подготовленных бойцов уходит в криминал. Они же сегодня самый дорогой валютный товар на этом "рынке труда". Я здесь, в Москве двух ребят вытащила. А за них, за каждого платили по 10 тысяч долларов".


3. Предвыборные миражи


Попытки получить официальный статус для общества встретили массу придирок в Минюсте, Центральной регистрационной палате, в Управлении юстиции города Москвы. И у "чеченцев" оставался, по их словам, единственный шанс - найти понимание своей проблемы у кандидатов в президенты (в разгаре была предвыборная кампания 1996 года, когда нас призывали "голосовать сердцем" - В. П.). Обращались ко всем.

- Но нам не дали до них добраться. Их знаете, как охраняют! А по телефону нас просто пинали, как футбольный мячик с одного телефона на другой, с третьего на четвёртый, с пятого на десятый и одиннадцатый... И в "Яблоко" обращались, и в КРО, и в Думу, и к Жириновскому, и к Лебедю, и к Зюганову, всех кандидатов прошли по списку. Плевать им на нас, говорят парни, совсем разочаровавшись, мы для них так - пыль под ногами.


4. "А он просто умер"


- Ребята к нам приходят буквально раздетые, - говорит Лариса, - есть нечего, сами как-то трое суток сидели без куска хлеба, потом Андрей с Ромой в Софрино поехали к нашим спецназовцам. Спасибо - продовольствием помогли в бригаде...

Но даже это можно стерпеть. Страшнее с операциями. Андрей Валгуцкий, работающий с ранеными, ищет, где может спонсоров. В Москве более двухсот различных фондов, нормально работают 25. Мы к ним с просьбой: поделитесь опытом, как заработать деньги. Отвечают, что сегодня никто ничего не зарабатывает, а живут все за счёт "Дай"! В банки бессмысленно обращаться, потому что деньги, перечисляемые им на гуманитарную помощь в этой войне, уходят неизвестно куда. Язык не поворачивается просить. Сейчас говорим предпринимателям: купите самые необходимые медикаменты или перечислите деньги в госпиталь, чтобы не было у всех сомнений, будто мы их не на то используем.

А вокруг случаи - просто выть хочется. У парня нет части черепа, поставили металлическую пластину, она не приживается, он мечется, в больницы и госпитали не принимают, говорят: обращайтесь по месту операции, а оперировали где? На войне! Или ещё у нас был парень с осколочными ранениями в живот, оторваны рука и нога, родители от него отказались, лежит - и нечем его прооперировать... И вот пока мы бегали, уговаривали спонсоров, он просто умер!

И каково-то парням, когда они бегают, просят, говорят: там парень умирает, помогите! А им в ответ: извините, мы только что оплатили поездку в Англию группе студентов. За что же они в этой Чечне свои жизни гробили?


5. " Я ещё в феврале свой лимит по Чечне выдал"


Лариса искренне недоумевает, почему средствам массовой информации совершенно не интересна судьба инвалидов и ветеранов чеченской войны. Список газет и телекомпаний, в которые обращалась инициативная группа, столь же объёмен, как список политиков. Кроме "Вестей" и Агентства социальной информации, на призывы о помощи не откликнулся никто. Почему?

- В программе "Мы" есть такой Сергей Чижиков, который мне сказал: " Я ещё в феврале свой лимит по Чечне выдал и больше вами заниматься не собираюсь". Откровенно так сказал, ну а я растерялась, и ответить ничего не смогла".

Получается, это никому не надо. Вот вырастет проблема криминализации ветеранов до стопроцентного уровня, тогда это станет сенсацией. А раньше времени бить в колокола незачем.

Из статистики Ларисы Никифоровой: " Сегодня на сто членов Общества ветеранов и инвалидов спецподразделений, участвовавших в боевых действиях в Чечне, приходится 78 инвалидов второй и третьей группы. Однако никто из этих парней не стал подавать документы на инвалидность. Ребята жить хотят!"

Заявки на членство в Добровольное общество ветеранов подали представители 27 регионов. По закону требуется 40 регионов. Вокруг общества сплошные бюрократические проволочки и интриги тех, кто заинтересован в маргинальном состоянии парней, вернувшихся с чеченской войны. Это и некоторые структуры "афганцев", не желающие делиться льготным статусом, а потому стремящиеся подмять под себя ветеранов Чечни. Это и некоторые офицеры МВД, связанные с частными охранными предприятиями, обслуживающими, в том числе, и теневой бизнес.

О бюрократах я и говорить не хочу - сидят они на всех уровнях, вплоть до президентских структур. У них, по словам Ларисы, главный аргумент тот, что новое ветеранское общество родилось снизу, а не создано по инициативе сверху.

А пожинают плоды этого равнодушия и интриг бандиты. Потому что преступность у нас - какая? Организованная у нас преступность, и у нее в отличие от нашего бездушного общества лишних людей не бывает.

И это ни в сказке сказать...


Этот очерк был опубликован в одном из июльских номеров газеты "Век" в 1996 году. Я узнал об их мытарствах через Агентство социальной информации и тут же позвонил на квартиру, которую они тогда снимали в Москве. Когда Лариса Никифорова её парни рассказали мне обо всех своих хождениях по мукам, я проникся их проблемой и быстро подготовил этот очерк. Но позднее возникло много звонков в редакцию из разного рода инстанций, в том числе из некоторых ветеранских организаций "афганцев".

Меня укоряли в том, что я встал на защиту "минусинской аферистки", которая решила подзаработать на новой ветеранской организации.

Но я сидел рядом с Ларисой, смотрел на неё, слушал её рассказ глаза в глаза. Кстати её "доброхоты" сказали мне по телефону, что она обладает навыками гипноза, и потому затянула в свою интригу нескольких порядочных ребят, а потом манипулировала ими.

Не знаю.

Я не сидел рядом с людьми, которые об этом говорили, не видел их, не беседовал глаза в глаза.

Я не могу поверить, что можно вот так врать. С болью в сердце! Не бывает такого.

Я встречался с "чеченскими" подранками 10 июля 1996 года. 12 июля в 8.20 произошёл взрыв в троллейбусе 48-го маршрута около станции метро "Алексеевская". Пострадало 28 человек. 8 попали в реанимацию.

6 августа отряды Басаева, Гелисханова и Закаева под общим командованием Аслана Масхадова вошли в Грозный.

Между тем 15 августа Александр Лебедь провёл в селе Старые Атаги встречу с Зелимханом Яндарбиевым и Асланом Масхадовым.

30 августа в Хасав-Юрте Секретарь Совета Безопасности РФ А.И. Лебедь и начальник штаба Чеченских вооружённых формирований (теперь это уже так называется) Аслан Масхадов подписывают позорное для России и для всех наших ребят сложивших там головы или получивших увечья, соглашения об основах взаимоотношений между РФ и Чечней.

Между тем, по сведениям из штаба Объединенной группировки (Ханкала) наши потери в Чечне составили: убитыми 4103 бойца (2846 - МО; 1257 -МВД), раненными 19794 (13280 -МО; 6514 - МВД).


Из моих дневниковых записей:


15 октября 1996 года.

Странная жизнь наступила в ельцинскую эпоху. Никто и ни во что не верит. Все живут сами по себе. Я тоже. Стараюсь как-то выжить среди всего этого политического свинства. Хотя гнёт режима и не заметен, но противен.


16 октября.

Куликов обвинил Лебедя в подготовке путча. (С чьего голоса? Юмашева, Тани, Чубайса?) Сам ведь полез в этот гадюшник, Александр Иванович. Теперь дело стало только за тем, чтобы произвести этот очищающий путч. Но куда там? Время карнавальных путчей прошло, главный путчист сидит в Кремле или лежит в "кремлёвке". А у них жила слаба. Да и авторитет у Александра Ивановича сильно подмочен после Хасав-Юрта. Так что Куликов напрасно нас пугает. Лебедь станет, скорее всего, дохлой вороной. А Россия и дальше будет опрокидываться в бездну дерьма.


17 октября.

Лебедь отправлен в отставку.


19 октября.

Лебедь в опале. Уволен со всех постов. Но должен радоваться. В отличие от Руцкого в тюрьме не сидел и не амнистирован. Просто опален. А камарилья загнивает. Вспоминаю Ларису Никифорову и её парней. Нет, всё-таки правильно я поступил, опубликовав этот материал в газете "Век".