# Цветочная терапия.

Эдуард Михайлович Птухин

Посвящается медперсоналу

и сотрудникам ОВЛ.


Крым. Бархатный сезон 1987 года. Грязелечебница Саки. Санаторий Министерства Обороны СССР. ОВЛ (Отделение восстановительного лечения). Здесь восстанавливают свое здоровье военные (офицеры и прапорщики, сержанты и солдаты), после полученных в Афганистане (и других Военных Округах) ранений и увечий: электростимуляция, грязевые и рапные ванны, физиотерапия и массаж, лечебная физкультура и т.д. Жаль только, что нет таких процедур, которые залечивали бы исковерканные и надорванные души. От подобных замысловатых недугов можно избавиться только самолечением, методику которого каждый выбирает сам...

Городской рынок. Цветочные ряды. Пожилые торговки сразу узнают странную троицу: крепкий рыжеволосый бородач, лихо и уверенно управляющий своей инвалидной коляской, в сопровождении двух не по-крымски загорелых парней. Как постоянным покупателям цветочницы снисходительно делают скидку, мучаясь вопросом: Кому так часто ребята покупают цветы??...

-Кому будем дарить сегодня? - спрашивает бородатый Петрович, любуясь выбранным букетом.

Это наш веточный прикол?. Сначала мы определяем, кто станет жертвой прикола?, а потом, идя по центральной улице города до ворот санатория, пытаемся отыскать таковую в потоке прохожих...

Как правило, жертва цветочного прикола? выбирается от фанаря. Это может быть девушка, которая прохладным вечером на наше дружелюбное: Доброе утро!? ответит, улыбаясь, тем же самым. Или женщина, которую зовут загаданным нами именем. Это может быть и мать, как минимум двоих детей, если хотя бы двое идут рядом с нею. Это может быть и незнакомка, согласившаяся проводить до санатория заблудившихся курортников?... Количество вариантов бесконечно...

Наш прикол - дарить цветы! Мы получаем обалденное удовольствие от созерцания того, как женщины ведут себя в нестандартной ситуации. А то, как противоречивые мысли и чувства отражаются на их лицах и, как они отвечают на наши, более чем странные, вопросы и реагируют, на не менее странные просьбы вводит нас в эйфорический транс...

- Сегодня - самой красивой! - спешит вставить Юра.

- Красивые женщины мужским вниманием не обделенны, им и без нас цветы подарят, - отрезаю я.

- Тогда - самой несчастной, - мудро подводит черту Петрович, придерживаясь старого армейского принципа: Мы посовещались, и я... решил?.

Мы медленно бредем по улице, внимательно всматриваясь в проходящих мимо женщин.

- Вот Она! - кивает Юра в сторону пожилой женщины, несущей две тяжелые сумки с покупками.

- Нет, она - не несчастная. Она, просто уставшая от жизни и повседневных забот. Занятые руки и сгорбленная спина - это не несчастье, а грустная действительность. Несчастье нельзя не почувствовать, и видно оно только в глазах, - философски выдает Петрович.

Идем дальше. В глазах женщин, проходящих мимо, - усталость, беспечность, блаженство, равнодушие и даже любовное свечение?... И ни одной несчастной. Вот уже и ворота санатория. Нам сегодня явно не везет?, и я предлагаю пройтись до калитки, несколько удлинив маршрут. Мы уже почти добрели до калитки, вслух размышляя о том, что если нам не повезло встретить САМУЮ НЕСЧАСТНУЮ, то это даже хорошо, значит в курортном городке все в порядке...

И вдруг из калитки выкатила инвалидная коляска старого образца - с большими велосипедными колесами, которые можно привести в движение только руками, облаченными в перчатки. Сиим раритетом управляла пожилая женщина лет пятидесяти...

Мы замерли, как истуканы. ЕЕ глаза!.. Даже мы, повидавшие на своем веку, без боли не могли смотреть в ее глаза, в которых было безбрежное море страданий и горя. Петрович молча передал мне цветы. Подхожу к ней, здороваюсь и, опустившись на одно колено, протягивая букет, говорю: Извините нас за беспокойство, но мы хотим подарить Вам эти цветы!? В ее глазах вспыхнуло недоумение: Мальчишки, вы меня ни с кем не путаете??

Петрович невозмутимо объяснил ей, что мы решили подарить цветы той женщине, которая первой выйдет из калитки: если ложь бывает святой, то это был как раз тот самый случай. На глазах женщины заблестели слезы. На наше: Извините, пожалуйста, мы не хотели Вас ни обидеть, ни расстроить?,- она, вытирая слезы, сказала дрожащим голосом: Спасибо, вам мальчики! Мне уже тысячу лет никто цветов не дарил...?

Расставались мы уже с почти счастливой женщиной, - пусть на время, пусть на одно мгновение, но выражение Ее глаз изменилось, и мы были чертовски этому рады...

....Спустя много лет после того прохладного и нежного южного вечера, мы с моим другом Сашей, дожидаясь его поезда, ужинали в небольшом ресторанчике в Берлине. Через стол от нас сидели две симпатичные молодые немки. Как и положенно, вскоре появился неизменный в эту пору атрибут всех ресторанов и баров города - продавец роз. Саша заговорщически шепнул мне: Сейчас приколемся!?, и подозвал цветочника. Купив, три большие чайные розы, он попросил парня отнести цветы от его имени, понравившемся ему девчонкам. Спустя минуту, цветы уже стояли в вазочке на столе у девушек. Расправив плечи, Саша созерцал организованное им действо. Девчонки, мельком глянув в нашу сторону, продолжали ужин.

- И это все? - удивленно спросил меня друг.

- А чего ты ожидал, что они тебе на шею бросятся? Ты прикололся, чтобы получить удовольствие? Так наслаждайся своим приколом и дыши полной грудью!..

Я чуть не лопнул со смеху, услышав в ответ грустно-досадный голос Саши: А я думал, будет продолжение!...

Меняются времена... Меняются нравы... Меняется и суть приколов...